Ронин возблагодарил звезды за то, что не встретил на своем пути ничего живого до того, как достиг воинства. Два дракона и усталый маг не смогли бы спасти никого, кто находился бы так близко к Источнику. Единственными, кого они обнаружили, был большой отряд Высокорожденных, мчащийся навстречу войску, спасая свои жизни. К счастью, ночные эльфы почти добрались до него, когда маг и драконы наткнулись на них.

Быстрое снижение и еще более быстрый разговор открыли невероятную правду. Предводитель Высокорожденных, некто Дат’Ремар Солнечный Скиталец, рассказал историю их попытки бегства вместе с Тирандой. Дат’Ремар сожалел, что потерял ее, но Ронин, который был свидетелем связи Малфуриона со жрицей, сообщил чародею, что она сумела пережить побег. Младший маг не мог сказать точно, была ли Тиранда по-прежнему жива, хотя очень сомневался, что после воссоединения с ней Малфурион допустит, чтобы с его возлюбленной что-то случилось.

Ронин и драконы провели Высокорожденных к войску, предотвращая любое столкновение между двумя фракциями. Бронзовый дракон, охраняющий Высокорожденных – для их же безопасности, – человек и его красный самец искали Джерода.

Они нашли командира уже сидящем в седле ночного саблезуба и с нетерпением ожидающим новостей. Ронин облегченно улыбнулся, сообразив, что ночные эльфы и их союзники уже были готовы двинуться в путь.

Все еще сидя на спине красного дракона, он быстро поприветствовал Джерода, а затем произнес:

– Мы должны переправить войско! До самой горы Хиджал! Портал разрушен, но все магические действия вокруг Источника породили настоящий хаос! Он пожирает сам себя и затягивает все вокруг!

– Боги… – Но шок Джерода быстро сменился врожденным чувством ответственности, которое взяло верх. Он позвал горниста, которого, как понял Ронин, бывший капитан гвардии держал под рукой именно для таких новостей. – Дай сигнал полностью сменить курс! – Призвав еще двух всадников, Джерод добавил: – Пошлите весть офицерам и аристократам! Мы со всей возможной скоростью движемся к горе Хиджал! Не останавливаться! Тем, кто нуждается в помощи, она будет оказана, но никто не медлит и не отстает! Иди!

– Мы будем наблюдать сверху, – сказал маг.

– А как… как насчет тех, кто может оказаться в других местах?

Ронин помрачнел.

– Пылающий Легион расчистил нам путь. Я бы сказал, что все выжившие и так находятся от Источника на том расстоянии, которое мы надеемся преодолеть. В конце концов, мы были самым сильным сопротивлением.

– Тогда нам остается только надеяться на лучшее для всех них.

– И в то же время молиться за себя.

В подтверждение этих слов раздался отдаленный грохот, привлекший внимание обоих. Маг и солдат посмотрели в ту сторону, откуда доносился звук… и увидели кромешную тьму у самого горизонта.

– Прикажи им отправляться, Джерод! Скорее!

Войско двинулось к горе Хиджал спустя всего несколько минут, но все же недостаточно быстро, по мнению Ронина. Каждый раз, когда маг оглядывался, ему казалось, что тьма сгущается. Человек сглотнул, понимая, что происходит, и задался вопросом, не унесла ли катастрофа жизни Краса и всего отряда.

Через некоторое время отчаянного марша ночные эльфы и их союзники начали осознавать всю опасность. Держать их в неведении было бы невозможно, к тому же ни у Ронина, ни у Джерода не было никакого желания делать это. Что действительно имело значение, так это необходимость поддерживать некий порядок, и Песнь Теней оказался в этом мастером. Драконы тоже оказывали помощь, пикируя к земле и направляя обратно тех, кто в панике пытался свернуть в сторону.

Ронин продолжал оглядываться, выискивая хоть какой-нибудь намек на присутствие Краса и остальных, но ничего не замечал. Тьма продолжала свое стремительное наступление, а зловещий грохот становился все более и более пронзительным.

«Она нагоняет нас!» – подумал маг и посмотрел вперед. Гора Хиджал виднелась в отдалении – маняще близко, но все еще так далеко.

Будет ли этого достаточно, если они доберутся до нее? Крас считал, что будет, и воспоминания Ронина об истории мира подтверждали это… но столько всего изменилось.

«Вериса… Я сделал все, что мог…»

Тьма подбиралась все ближе. Рев, раздавшийся, когда несколько миль назад земля позади них треснула, и ее засосало в Источник, стучал в голове мага. Многие внизу закричали и бросились бежать быстрее…

А на присутствие Краса и остальных по-прежнему не было ни намека.

Склоны холмов были обрушены. Целые территории просто осыпались в бурлящий голодный водоворот, мгновенно исчезая в его центре. Сверху Крас смотрел, как целые поселения – к счастью, давно опустевшие из-за войны – испаряются в мгновение ока. Ничто не могло устоять перед натиском предсмертной агонии Источника. Резня, вызванная Пылающим Легионом, меркла… нет… она не могла даже сравниться с тем, что происходило сейчас.

На горизонте показалась гора Хиджал. С высоты маг мог разглядеть множество фигурок, отчаянно стремящихся к ней. Если он не ошибся в своих расчетах, они едва успеют добраться до безопасного места.

Если где-то еще и оставались выжившие, то Крас, увы, был не в силах им помочь. Он мог только снова возблагодарить звезды за то, что там, где прошли демоны, осталось так мало чего-то значимого.

Крас все еще надеялся, что разрушения скоро прекратятся, и в этом случае все пойдет так, как предписано историей. Душа Демона, важная часть всего этого, была у них, и…

Внезапно его охватило предчувствие опасности. Крас быстро обернулся.

Чудовищное черное щупальце поднялось из Источника… и метнулось к ничего не подозревающей Изере и троице у нее на спине.

«Древние Боги! Я должен был догадаться!» – подумал Крас.

– Поворачивай! Древние Боги все еще ищут Душу Демона, чтобы использовать ее в своих целях! Это их последний шанс, иначе они снова окажутся заперты!

Алекстраза развернулась. Изера заметила их внезапный маневр, но в этот момент щупальце настигло ее… и стащило друида со спины дракона.

– Малфурион! – воскликнула Тиранда. Жрица попыталась схватить его, но друид был уже далеко.

Нахмурившись, Иллидан тоже протянул к Малфуриону руку. Из кончиков его пальцев вырвался коготь багровой энергии, который тут же попытался поймать друида за руку. К несчастью, коготь едва успел проделать половину пути до близнеца, а затем внезапно исчез – неистовство Источника помешало работе чародея.

Малфурион в ужасе раскрыл рот, когда щупальце резко потянуло его назад. Алекстраза сильно ударила крыльями. Крас сосредоточился на Малфурионе и диске. По крайней мере, дракон-маг знал, что он должен попытаться вернуть Душу Демона. Это не было легким решением; смерть друида была бы огромной утратой… но потеря Души Демона обернулась бы для всех настоящим бедствием.

Дикая, неистовая магия атаковала Краса и его королеву. Заклинания, которые он пытался наложить, никак не складывались. Мерзкое щупальце затаскивало Малфуриона в пасть Источника.

А затем… то, о чем Крас молился, и чего в то же время опасался, спасло ночного эльфа. Источник Вечности наконец достиг конца своей внутренней борьбы. Он больше не пожирал Калимдор, только самого себя. Крас смотрел, как со скоростью, недоступной даже самым темным существам, огромная черная масса поглощает сама себя. Даже бурю, что окружала их, засосало в Источник. Алекстраза яростно била крыльями, едва в силах удержаться и не последовать за ней.

Черные воды отступали, вливаясь в пасть Источника. Щупальце попыталось тянуть быстрее, но прежде, чем ему удалось… последняя часть Источника Вечности погрузилась в его собственную глотку.

Щупальце развеялось, как дым. Крас почувствовал, что злое присутствие Древних Богов исчезло вместе с ним.

Внезапно размахивающий руками друид начал падать навстречу новой угрозе. Снизу, заполняя пустоту, появившуюся после апокалиптического голода Источника, начали простираться моря Калимдора. Огромные волны высотой в тысячу футов разбивались друг о друга, сотни тонн воды каждую секунду наполняли то, что раньше было центром Источника.

Крас с благоговейным страхом наблюдал, как завершается Раскол и появляется Великое море.

Но, даже захваченный зрелищем, он не забыл о Малфурионе и Душе Демона. Вместе с Источником исчезли и его дикие и необузданные энергии. Теперь Крас полностью владел своей силой…

Однако прежде, чем он успел ей воспользоваться, из ниоткуда появился великолепный бронзовый гигант – огромный дракон, который сверкал, несмотря на остатки мрака, по-прежнему укрывающие небо.

– Ноздорму! – выдохнул маг.

Аспект Времени устремился вниз, подхватив ночного эльфа и диск. Он быстро подлетел к Алекстразе и Изере, но его золотистые глаза смотрели только на Краса.

– Как раз вовремя… – вот все, что прогрохотал бронзовый дракон. Он пролетел мимо них, направляясь к горе Хиджал с Малфурионом и диском, все еще зажатыми в одной из огромных лап.

Остальные Аспекты немедленно накренились, следуя за ним. Крас видел, что Ноздорму летел так, словно с их миром ничего не случилось.

Маг покачал головой и впервые, с тех пор как его забросило в прошлое, вздохнул с облегчением.

Уцелевшие солдаты с облегчением не вздыхали, потому что, хотя они и начали осознавать, что опасность миновала, они так же понимали, что их мир изменился навсегда. Многие просто смотрели пустыми глазами на новое море. Вода уже успокоилась, волны мягко набегали на опустошенную береговую линию.

Многие потеряли близких. Последствия будут сказываться через недели, месяцы и даже годы. Одним из тех, кто хорошо понимал это, был Джерод Песнь Теней. Несмотря на потрясения, разрывающие его душу, он сохранял внешнюю решимость ради своего народа. Даже аристократы в большинстве своем обращались к нему, чтобы вернуть себе чувство уверенности. Из числа тех, кто, как казалось, более других сохранил присутствие духа, таких, как Черный Лес, он назначил командующих, которые должны были следить за нуждами войска.

Гора Хиджал стала опорным пунктом, поскольку ее обошли стороной и война, и последовавшие за ней бедствия. Джерод приказал изготовить знамена с вершиной горы по центру – новый флаг, новое начало.

Помощь ночным эльфам пришла от тауренов и других народов, не так сильно пострадавших от разрушения Калимдора. Досталось всем, но ни один дом не был изувечен настолько, насколько разгромлена оказалась обитель расы Джерода. Он охотно принял помощь от народа Хална и был рад видеть, что со стороны остальных ночных эльфов возникало мало предубеждения относительно помощи извне. Как долго это продлится, будет зависеть от будущего беженцев. У них больше не было утонченных и необыкновенных городов – городов с огромными домами на деревьях и территорий, чей ландшафт был создан с помощью магии и которые предназначались исключительно для эльфов – откуда те свысока смотрели на всех остальных. На самом деле, у большинства из ночных эльфов теперь не нашлось даже крыши над головой, ведь количество палаток было ограничено. Сам Джерод пожертвовал свою палатку юным беженцам, осиротевшим после произошедшего.

К сожалению, не потребовалось много времени на то, чтобы угроза стабильности воинства подняла свою уродливую голову. Теперь, когда Источника больше не существовало, ночные эльфы перестали бояться Высокорожденных, как раньше. Среди беженцев стало нарастать недовольство, которое лишь усиливалось по мере того, как слуги Азшары все больше проявляли себя.

– У тебя на подходе новая война, – поделился своими мыслями Крас. – И нужно задавить ее в зародыше прямо сейчас.

– Некоторые из них никогда не забудут ужасов, которые навлекли на нас деяния Высокорожденных. – Взгляд Джерода метнулся в сторону новообразовавшихся вод. Под ними лежали руины его собственного утерянного города, Сурамара. – Никогда.

Бледный маг покачал головой:

– Ты должен забыть о разногласиях, Джерод Песнь Теней, если хочешь, чтобы твой народ выжил!

Собравшись с духом, Джерод созвал аристократов и других высокопоставленных членов воинства. Он пригласил и Дат’Ремара Солнечного Скитальца вместе с самыми важными из Высокорожденных. Обе фракции встретились с ним под старым знаменем лорда Гребня Ворона, которое Джерод использовал до тех пор, пока не будут готовы новые знамена. Такой ход предложил Крас: все знали, что покойный дворянин обладал такой репутацией, что его уважали как аристократы, так и придворные.

– Мы здесь, чтобы выразить протест! – прорычал Черный Лес, глядя на фигуры в плащах. Его рука, облаченная в перчатку, покоилась на рукояти меча. – Мы не намерены больше терпеть подобное мерзкое общество…

Дат’Ремар презрительно фыркнул, но ничего не сказал. Его мнение об аристократах было предельно ясным.

– Неужели все это вас так ничему и не научило?! – рявкнул Джерод, указывая на море. – Разве этого недостаточно, чтобы положить конец вражде? Вы что, намерены закончить то, что начали демоны?

– В чем эти охотно им помогали! – вставил еще один аристократ.

– Мы не ищем оправдания за то, что совершили, – с вызовом ответил Дат’Ремар. – Но мы пытались искупить свою вину. Вы никогда не задумывались, почему портал так долго не появлялся целиком? Мы рисковали собой, чтобы не допустить этого под самым взором повелителя демонов! Мы пытались спасти верховную жрицу Элуны, и многие из нас погибли, сражаясь с Пылающим Легионом!

– Этого недостаточно.

– Могу я сказать?

Группа последователей Элуны во главе с Тирандой Шелест Ветра и сестрой Джерода присоединилась к перепалке. Майев выглядела необычайно подавленной в присутствии верховной жрицы, и Джерод мог ее понять. В этой молодой женщине было нечто такое, что сразу же успокаивало его сердце.

Все опустились на одно колено, но Тиранда, смущенно нахмурившись, жестом велела им подняться. Джерод слегка поклонился, а затем произнес:

– Конечно, голос Матери-Луны может говорить, когда пожелает.

Тиранда благодарно кивнула, а затем, обращаясь к собравшимся, произнесла:

– Наш мир никогда не будет прежним. И мы больше никогда не будем прежними. – Выражение ее лица стало серьезным. – Мы меняемся. Я не могу сказать, каким станет наш народ, но, скорее всего, мы больше не будем иметь ничего общего с теми, кем были когда-то.

Тревожный ропот поднялся как среди знати, так и среди Высокорожденных. К словам верховной жрицы нельзя было относиться с пренебрежением.

– Мы пережили эту войну, но, если не придем к согласию, можем не пережить собственную эволюцию. Подумайте об этом, прежде чем воскрешать былую вражду…

И с этими словами Тиранда развернулась. Майев посмотрела на брата, и в ее взгляде Джерод увидел доверие к нему.

Когда сестра последовала за Тирандой, бывший капитан увидел, что позади нее стояла Шандриса Оперенная Луна. Уходя, послушница одарила Джерода беззастенчивой улыбкой, которая заставила его почувствовать себя более неловко, чем присутствие знати и чародеев, но в то же время облегчила лежащий на сердце груз.

Черный Лес откашлялся. Джерод быстро вернулся к насущному вопросу.

– Вы слышали голос Матери-Луны, и я не могу не согласиться с ее словами. Что вы скажете?

Черный Лес открыл было рот, но Дат’Ремар высказался прежде, чем облаченный в доспехи аристократ успел издать хотя бы звук:

– Мы очень уважаем слова верховной жрицы и сделаем все возможное, чтобы искупить наши прошлые поступки… если наши товарищи дадут нам такую возможность.

Главный аристократ глухо фыркнул.

– Мы сделаем не меньше. Если Высокорожденные понимают ошибочность выбранного ими пути, мы примем их возвращение в лоно нашего народа и будем рады их помощи, поскольку мы все стремимся восстановить наш дом.

В обоих ответах слышалась некоторая затаенная враждебность, но это было лучшее, на что мог надеяться Джерод в данный момент. Впереди еще будут стычки, но, может быть, ни одна из них все же не приведет его народ к забвению.

– Я благодарю всех вас за то, что пришли, и за ваше благоразумие. Давайте теперь решим, как лучше всего использовать наши чудом уцелевшие жизни.

Несколько голосов из обеих фракций зазвучали одновременно, каждый пытался выдать идею лучше, чем другие. Джерод поморщился, но затем начал отмечать самые удачные.

Одно предложение сразу же привлекло его внимание.

– Вода! – прервал собравшихся бывший капитан. Ему на ум пришло кое-что, о чем доложила разведка. Озеро на самой вершине Хиджала. Его стоило проверить. Однако Джерод решил заняться этим сам, хотя бы для того, чтобы сделать перерыв и отдохнуть от всех остальных своих забот. – Лорд Черный Лес! Мне нужны три добровольца из ваших солдат! Я запланировал небольшую экскурсию… – и, обращаясь уже к Дат’Ремару, Джерод продолжил: – И от вашего отряда тоже…

Пока они выбирали тех, кто отправится, командующий поздравлял сам себя. Поход станет хорошей возможностью заставить обе стороны работать сообща. Это безопасное и тихое мероприятие, но из-за важности наличия воды оно будет хорошо воспринято народом. Если аристократы и заклинатели расскажут о том, что нашли вместе, остальные тоже увидят, что сотрудничество возможно.

Джерод с трудом сдерживал улыбку. Вероятно, он наконец осознал, что значит быть лидером…

– Малфурион…

Друид оторвал взгляд от нового моря.

– Мастер Крас.

Дракон-маг поморщился.

– Равные не нуждаются в титулах, общаясь между собой. В последний раз прошу, я просто Крас.

– Я постараюсь. – Малфурион неосознанно отошел на шаг назад от своего друга. – Ты что-то хотел?

– Нет… но они хотели.

Громкие хлопки крыльев наполнили слух ночного эльфа. Вокруг него поднялась пыль, и внезапно позади дракона-мага появились три гигантские фигуры.

Алекстраза. Изера. Ноздорму.

– Ты знаешь, зачем мы пришли, – мягко произнесла красная самка.

Рука Малфуриона скользнула к мешочку на поясе.

– Вам нужна она. Вам нужна Душа Дракона.

– Душа Демона, – поправил Крас. – Ты забыл отдать ее Аспектам после того, как мы приземлились. Сейчас, без сомнений, самое время.

– Да… да…

Рука друида опустилась в мешочек. Его пальцы ласково обхватили диск. Почему он должен отказываться от этого? Разве он не доказал, что имеет на него право? Разве это не он использовал его, чтобы в одиночку избавить Калимдор сразу от двух угроз?

– Малфурион…

Если они чувствуют, что заслуживают диск больше, чем он, то почему бы ему не заставить их отнять его? С его личными навыками и силой Души, он, без сомнений, может убить всех их…

Отвращение наполнило друида. Он быстро вытащил прокля́тый диск из тайника и протянул магу.

Крас кивнул.

– Я знал, что ты примешь верное решение. – Однако он не взял Душу Демона в руки, а указал на землю. – Пожалуйста, положи ее туда.

Удивленно изогнув бровь, Малфурион повиновался. В тот миг, когда диск покинул его ладонь, он почувствовал, как с его плеч падает огромный груз.

– Отойди, пожалуйста.

Когда ночной эльф подчинился, Крас повернулся лицом к трем Аспектам.

– Вашей силы хватит?

– Должно хватить, – ответил Ноздорму.

Троица вытянула шеи, позволив своим огромным головам приблизиться к Душе Демона на несколько дюймов.

– Мы не сможем полностью сковать его силу, – произнесла Алекстраза. – Это за гранью наших возможностей, даже втроем. И тем не менее, мы можем гарантировать, что Нелтарион – Смертокрыл – не сумеет завладеть ею, как и мы.

– Я уже говорил, что это мудрый ход, – ответил Крас.

Малфурион вновь ощутил, что этот маг, дракон в смертном обличье, скрывает нечто важное, причем даже от своей королевы, которую он, очевидно, обожал. Что именно это было, ночной эльф не мог даже предположить, но в древних глазах Краса читалась глубокая печаль, которую маг быстро прятал всякий раз, когда гиганты смотрели в его сторону.

Три исполина уставились на крошечный предмет, простой золотой диск, ставший причиной стольких бед. Они не мигая смотрели на него… и Душу Демона внезапно поглотила радужная энергия, в которой преобладали красный и зеленый, а также блестящий бронзовый цвет песчаного Ноздорму. Душа Демона взмыла на несколько дюймов над землей, паря прямо перед Аспектами. Магические силы, высвобожденные драконами, кружили вокруг артефакта, снова и снова возвращаясь в диск.

Затем… одна за другой эти энергии погрузились в отвратительное творение черного дракона. Красный, за ним зеленый, потом и бронзовый, а после и мириады цветов, сопровождавшие каждый из них.

Заклинание завершилось. Душа Демона с грохотом упала на твердую землю. Она никак не изменилась и не выглядела потерявшей силу.

– Сработало? – спросил друид.

– Сработало. – Крас встретился глазами с ночным эльфом. – Малфурион, я прошу тебя снова поднять ее.

Как ни противно было прикасаться к этой вещице, друид молча повиновался. Странно, но он обнаружил, что у него больше нет желания оставить себе Душу Демона. Либо все дело было в драконах, либо его воля стала сильнее.

Маг взглянул на Аспектов, которые одновременно кивнули. Обращаясь к Малфуриону, он произнес с уважением в голосе:

– Нам известно одно место. Место, куда черный дракон не сможет пробраться. С твоего позволения мы покажем тебе его в твоем разуме… а потом я попрошу тебя обратиться к своим способностям и отправить туда эту мерзость.

Хотя Малфурион чувствовал, что способен сделать то, о чем просит Крас, он невольно нахмурился.

– А вы не можете сделать это?

– Прежде я и один сумел бы отнести диск, хоть и не без труда. Остальные не могут из-за того, что сделал Смертокрыл. Теперь же, благодаря этому новому заклинанию, ни черный, ни любой другой дракон не смогут даже прикоснуться к Душе Демона, а тем более использовать ее. Вот почему для этого задания нам нужен ты.

Кивнув, друид поднял диск.

– Покажите мне.

Крас и Аспекты пристально посмотрели на него. На мгновение Малфуриона охватила дрожь, когда они проникли в его мысли.

Образ, который они создали, был настолько ярким, что друиду казалось, будто он сам там побывал. Желая поскорее избавиться от Души Демона, Малфурион немедленно кивнул:

– Я запомнил.

И он с явным облегчением перенаправил золотой диск в это место.

Крас выдохнул.

– Спасибо.

Аспекты благодарно кивнули. Затем Алекстраза посмотрела на небо.

– Тучи… они рассеиваются…

И действительно, впервые с тех пор, как Пылающий Легион прибыл на Калимдор, небо наконец начало проясняться. Все началось с маленьких просветов то тут, то там, а затем большие, густые облака стали распадаться на маленькие, истонченные. Те же, в свою очередь, превращались в шелковые пряди, легко рассеиваемые спокойными ветрами.

Малфурион внезапно почувствовал, как его переполняет надежда, ощущение новой жизни… и понял, что эти чувства принадлежат не только ему, но всей земле. Калимдор выживет, в этом он был уверен.

Его лба коснулось приятное тепло. Друид протянул руку и понял, что его рога стали больше. Теперь из основных ветвей торчали и маленькие побеги.

Изера, чьи глаза быстро двигались под опущенными веками, вытянулась во весь рост, а затем повернулась к остальным Аспектам.

– Мир залечит раны, но предстоит еще много работы. Мы должны вернуться к остальным…

Ноздорму кивнул:

– Согласен.

Малфурион открыл было рот, чтобы поблагодарить драконов за все, что они сделали… но замешкался – ему стало неловко. Внезапно он огляделся, словно ища кого-то. Только тогда друид, наконец, осознал, кого он так отчаянно жаждал найти, хотя и не мог понять, по какой причине.

Где же Иллидан?

Ронин смотрел на море, думая обо всех смертях, которые ему довелось увидеть – как в своем временном потоке, так и в этом – от рук Пылающего Легиона. Многие из них оставили в его душе глубокий след, потому что, хоть не все были его друзьями, но, по крайней мере, стали частью его жизни.

Младший маг знал, что Крас чувствует то же самое, и возможно, даже в большей степени, потому что дракон прожил достаточно долго, чтобы потерять целые поколения любимых и друзей. Волшебник хорошо понимал своего бывшего наставника: он знал, что столетия не сделали Краса невосприимчивым к печалям. Заклинатель, укрывший лицо за капюшоном, глубоко страдал, переживая каждую смерть, как бы он ни старался скрывать свои эмоции.

А теперь к этим потерям добавилась еще одна. Ронин никогда не думал, что будет оплакивать орка, но оказалось именно так. Брокс стал его верным соратником, благородным боевым товарищем. Человек лишь теперь, с опозданием, понял, что значила жертва воина. Орк бросился через портал, зная, что там его ожидает ужасная судьба, и все же ни секунды не колебался. Он понимал, что Малфуриону нужно время, и предоставил его друиду.

Ронин опустился на колени у кромки моря, существование которого рассматривал как в некотором роде дань памяти самому Броксу. Без того, что сделал орк, оно бы не появилось. Саргерас, вероятнее всего, не дрогнув, шагнул бы через портал, а затем убил всех их.

«Вернул ли Брокс историю в то русло, по которому она должна была течь, или же он был ее частью с самого начала?» – задавался вопросом маг. Возможно, Ноздорму знал ответ, но Аспект Времени не собирался никому ничего рассказывать. Он не распространялся о том, через что пришлось пройти ему самому, чтобы выжить, упоминая лишь об участии Древних Богов. Теперь же, когда портал исчез, даже эта угроза была устранена.

Поднявшись на ноги, маг посмотрел на обломки, которые продолжало прибивать к берегу. Прилив принес множество всего, в основном части растений, но попадались и разбитые вещи из королевства ночных эльфов: клочья одежды, сломанная мебель, сгнившая еда и, да, здесь были и тела. К счастью, их оказалось немного, а в этом месте и вовсе ни одного. Джерод велел отрядам прочесывать берег, выискивая погибших, чтобы похоронить их быстро, но достойно. И дело не только в приличиях, но и в безопасности: трупы могли стать источниками болезни, так что страх за беженцев был обоснован.

Что-то проплыло мимо заклинателя, пару раз подпрыгнув вверх-вниз в водах моря, прежде чем оказаться на поверхности. Ронин бы проигнорировал этот предмет, но ощутил в нем нечто необычное. В этой штуке чувствовалась магия.

Шагнув в воду, чародей нагнулся.

Топор Брокса.

Ошибки быть не могло. Ронин слишком часто видел это удивительное оружие в действии. Несмотря на свои огромные размеры, обоюдоострый топор прекрасно помещался у него в руке и казался легким, как перышко. Он даже не намок.

– Это невозможно, – пробормотал Ронин, настороженно вглядываясь в море. Но из глубин так и не поднялся ни один дух, чтобы дать объяснение этой удивительной находке. Маг посмотрел на топор, потом на море, и, наконец, снова на топор.

В конечном итоге Ронин перевел взгляд туда, где был уничтожен портал. Образ Брокса, стоящего на горе из убитых демонов и призывающего еще живых подойти к нему, заполнил сознание человека.

Волшебник резко вскинул топор вверх, отдавая честь павшим героям по орочьим традициям, насколько помнил их из своего времени. Ронин взмахнул оружием три раза, а затем опустил лезвием вперед.

– Они еще споют о тебе, – прошептал он, вспоминая слова Брокса, обращенные к нему и к Красу. – Они будут передавать сказания о тебе из поколения в поколение. Мы позаботимся об этом.

Взвалив топор на плечо, он отправился на поиски старшего мага.