Малфурион не видел прыжка Брокса – ночной эльф был целиком поглощен тем, что лежало перед ним. Теперь, когда диск был у него, друид осознал, насколько сложной оказалась его задача. Малфурион надеялся, что Душу Демона захватит кто-то из союзников, а именно Крас, но то, что они недооценили заклинание, вкупе с шокирующим вторжением черного дракона перевернуло все вверх дном. Теперь все зависело от друида, а он понятия не имел, что делать.

В этот момент он почувствовал в своих мыслях присутствие Тиранды. Инстинктивно потянувшись навстречу, Малфурион с ужасом понял, что она в опасности.

Тиранда! Что…

Малфурион! Здесь повсюду демоны! Иллидан и я считаем, что Маннорот пытается добраться до тебя через нас!

Он быстро нашел связь, которая по-прежнему соединяла его с близнецом. Его первый контакт с Иллиданом потряс Малфуриона, настолько сильно в нем ощущалась жажда крови. Через брата друид ощутил, как Иллидан атакует Пылающий Легион, как громоздятся перед одетым в черное заклинателем неподвижные тела яростных воинов.

Близнец внезапно осознал его присутствие:

Брат?

Иллидан! Вы сумеете убежать?

Мы окружены, а Маннорот, без сомнения, с нетерпением ждет, когда я использую заклинание, способное перенести нас в безопасное место! Он быстро перехватит его и доставит нас в свои любящие объятия…

Малфурион вздрогнул.

Я иду! Я помогу вам!

Но даже произнеся вслух эти слова, друид знал, что не сможет оставить Источник. Портал необходимо уничтожить, даже если для этого придется принести в жертву брата и Тиранду.

Как Малфурион молился о возвращении минувших дней, дней до вторжения Легиона! Дней, когда он и его брат сражались бок о бок. Когда они были молоды, когда он и Иллидан могли преодолеть все препятствия, потому что были единым целым.

«Если бы только можно было все повторить еще раз, – в отчаянии подумал друид. – Если бы я только мог встать рядом с Иллиданом, а он со мной, вместе мы бы справились с этим злом…»

Малфурион слишком поздно заметил, как вспыхнула Душа Демона.

Странное чувство перемещения охватило его, перед глазами на мгновение все поплыло. Постанывая, он покачал головой… и обнаружил, что стоит рядом с Иллиданом в развалинах Зин-Азшари.

– Малфурион? – прошептала Тиранда. Она протянула руку, чтобы коснуться его, но ее рука прошла сквозь друида.

Однако когда сам Малфурион протянул руку к своему близнецу, то почувствовал твердую плоть. Иллидан удивленно вздрогнул.

Малфурион моргнул… и снова оказался пролетающим над Источником Вечности.

Но на этот раз… Иллидан сидел рядом с ним.

Чародей смотрел на Малфуриона из-под своего шарфа одновременно с опасением и едва скрываемым благоговением.

– Что ты сделал, брат?

Друид посмотрел на Душу Демона и вспомнил о своем желании. Нечестивый диск исполнил его.

Он и Иллидан были одновременно в двух местах.

Пусть будет так. Зло Душа Демона или нет, но она даровала ему шанс, в котором друид так нуждался.

– Встань рядом со мной, Иллидан! – с вызовом произнес Малфурион. – Встань со мной здесь… – Они вновь были в Зин-Азшари. – …и здесь!

К своей чести, близнец Малфуриона незамедлительно кивнул с такой хорошо знакомой усмешкой.

В окутанном туманом городе братья стояли плечом к плечу, когда на развалины хлынули демоны, пытаясь добраться до них. Десятки из них погибли, когда Иллидан создал мечи из черной энергии длиной в целый ярд, а Малфурион перенаправил силы природы в бурю, чей дождь плавил броню и плоть демонов. Рядом с ними стояла Тиранда, жрица Элуны, призывающая чистый свет своей госпожи, ослепляя и даже сжигая приближающихся чудовищ.

И в это же время Малфурион и Иллидан сидели на спине у Изеры, вместе сражаясь с заклинанием, удерживающим портал. То, что Саргерас еще не появился, озадачило обоих, но они не стали задаваться вопросом о причине этой кратковременной отсрочки.

Но, даже обладая Душой Демона, близнецы ничего не добились. Небо уже заполонили стражи ужаса, и все они искали тех, кто удерживает их повелителя вдали от Калимдора. Крас, Ронин и драконы уничтожали крылатых демонов целыми дюжинами, но их численность не уменьшалась. Брокса нигде не было видно, но сейчас друид не мог всерьез беспокоиться об орке.

Изера отражала атаку за атакой, хотя Малфурион понимал, что она не сможет защищать их вечно. И все же, несмотря на все их с Иллиданом попытки использовать Душу Демона против портала, братья продолжали терпеть неудачи.

И тут Малфурион внезапно нашел ответ. Он посмотрел в завязанные глаза брата.

– Мы все делаем неправильно! Мы используем диск для усиления наших заклинаний!

– Разумеется! – рявкнул Иллидан. Картинка вокруг них на мгновение сменилась на Зин-Азшари, где чародей потрошил стражей Скверны. – А как еще его использовать?!

Их вновь окружал Источник и заполоненное демонами небо. Друид посмотрел на нечестивое творение Смертокрыла. Он презирал то, что собирался предложить.

– Душа Демона по-прежнему является частью заклинания! Вместо того, чтобы тянуть силу из диска, мы должны отдавать ее ему! Нам стоит действовать через диск, а не обращаться с ним как с мечом или топором!

Иллидан открыл было рот, чтобы возразить, но тут же закрыл его. Он видел смысл в словах своего близнеца.

Взгляд Малфуриона снова переключился на Зин-Азшари. Он сразу же ощутил новую силу среди демонов, движущуюся с явно ужасной целью через город к руинам, где укрывались братья и Тиранда. В этой силе чувствовалась какая-то знакомая порча… и зловоние.

– Сатиры!

Козлоногие создания шагали среди демонов, и каждый из бывших ночных эльфов уже готовил заклинание. Они безумно хохотали, а некоторые даже блеяли.

Но едва эти мерзости приблизились к троице, Малфурион снова оказался на спине у Изеры. Постоянное перемещение отвлекало друида, и он подозревал, что, так или иначе, но их с братом способность находиться в двух местах одновременно скоро исчезнет.

– Присоединяйся ко мне, Иллидан! Сделай это!

Несмотря на их вражду, чародей не колебался. Их разумы соединились, практически слившись воедино. Малфурион почувствовал непродуманные планы своего близнеца сделать себя героем Калимдора и сразу же сообразил, что зловещие силы, которые почти соблазнили друида овладеть диском, использовали высокомерие Иллидана, чтобы присоединить свои заклинания к матрице Души Демона.

Он позабыл о Древних Богах, как называл их Крас. Значит, они не оставили попыток; портал Саргераса все еще оставался ключом к их свободе. Как никогда друид понимал, что он обязан использовать Душу Демона, если хочет уничтожить врата.

Будь наготове! – мысленно скомандовал он Иллидану.

Малфурион воззвал к природным энергиям Калимдора – тем самым силам, которые помогли ему избавиться от злобного капитана Варо’тена. Теперь ему придется потребовать от них гораздо большей жертвы. Сейчас ему необходимо куда больше энергии, чем когда он спасал дракона от смерти, по наивности поступая так ради Краса и Кориалстраза. Прося у своего драгоценного мира такую силу, друид рисковал навлечь на свой дом ту же участь, которую ему уготовил Пылающий Легион.

Когда он обратился к Калимдору и попросил даровать ему свою силу снова, то ощутил, что Иллидан черпает энергию из самого Источника. Как только оба получили желаемое, братья объединили обе силы и, сделав их единым целым, направили полученный результат в Душу Демона.

И Малфурион, и Иллидан вздрогнули, когда их магия слилась с той, что находилась внутри диска. Друид мгновенно вернулся в Зин-Азшари… как раз в тот миг, когда сатир прыгнул на Тиранду. Не думая о себе, Малфурион ударил рогатое создание мечом, сделанным из зазубренного листа. Голова сатира покатилась по полу…

И снова внимание Малфуриона переключилось на его позицию над Источником. Стиснув зубы, он заставил свои чувства вновь направиться в Душу Демона.

Он и Иллидан стали частью диска. Они были Душой Демона…

Они стекались к нему, словно бесконечный поток абсолютного зла, жаждущего его смерти.

– Подходите! – взревел Брокс, отбрасывая ногой отрубленную конечность одного из демонов, достаточно глупого, чтобы оказаться в пределах досягаемости топора орка. Лишив жизни уже многих, он стоял на вершине кургана из мертвой плоти. Тело орка было залито его же кровью, но мощь, которую он не ощущал уже много лет, переполняла седовласого воина.

Одинокого защитника окружала хаотичная ярость, безумие мира Пылающего Легиона. Казалось, здесь не было ни земли, ни неба, лишь сумасшедший водоворот огненных красок и неукротимых энергий. Если бы орк не был так сосредоточен на своих противниках, то наверняка уже сошел бы с ума.

За ним зловеще полыхал портал. Пламя танцевало, будто само было демоном, и манило к себе Пылающий Легион, как какого-нибудь мотылька. Брокс ожидал, что его сразу же одолеют, но он не только выжил, но и не позволил ни одному демону добраться до врат.

Старый воин не знал, сколько еще сумеет продержаться. Он надеялся, что будет жить до тех пор, пока существует портал. Зачарованный топор давал ему преимущество, которое Брокс использовал с невероятной пользой, но оружие служило хорошо, только пока хватало сил.

Что-то черное двинулось справа и привлекло внимание орка. Инстинктивно он подался навстречу…

И был сбит чудовищной силой, по сравнению с которой мощь демонов казалась пустым звуком. Плечевая кость Брокса треснула, и он почувствовал, как несколько сломанных ребер врезаются ему во внутренние органы. Его пронзила острая, мучительная боль.

Ветеран попытался подняться, но снова получил ужасающий удар. Ноги были раздроблены, а челюсть справа сломана. Брокс ощутил знакомый вкус собственной крови. Один глаз заплыл и не открывался, орк едва мог дышать, но его действующая рука по-прежнему крепко сжимала топор. Вопреки всему, Брокс замахнулся, надеясь достать ударом нападавшего.

Лезвие наткнулось на преграду, и поначалу у Брокса вновь появилась надежда. Однако немедленно последовавший за ударом визг дал понять раненому орку, что он поймал всего лишь зверя Скверны, который пытался приблизиться к легкой добыче.

Какая жалость…

Несмотря на эти слова, в ужасном голосе, грохотавшем в голове воина, не было ни капли жалости. Орка накрыла огромная тень.

Какая жалость растрачивать впустую такую жажду крови…

С натужным ревом Брокс сумел подняться. Топор описал смертоносную дугу.

На этот раз орк знал, что ударил не просто демоническую гончую.

Раздавшийся вопль, полный ярости, оглушил раненого воина. Сквозь то, что осталось от его здорового глаза, Брокс увидел титаническую рогатую фигуру в литой черной броне; грива густых волос и борода неизвестного, казалось, состояли из дико танцующих языков пламени. Орк не мог как следует разглядеть черты лица исполина, но каким-то образом знал, что те были одновременно удивительно совершенны и чудовищно ужасны.

Затем титан занес руку, и в ней Брокс увидел жуткий длинный меч с наполовину обломанным лезвием. Впрочем, оставшаяся часть была зазубренной и все еще способной на убийства.

Сквозь сломанные зубы орк начал читать предсмертную молитву.

Неровное острие пронзило его, пробив позвоночник. Тело Брокса безудержно затряслось, и свет в его глазах померк. Топор выскользнул из разжавшихся пальцев.

Испустив последний вздох, орк наконец присоединился к своим товарищам из прошлого.

– Их слишком много! – закричал Ронин.

– Мы должны сделать все, что в наших силах! Малфуриону нужно время! – ответил Крас со спины Алекстразы.

– Он сможет что-нибудь сделать?

– Он часть самого Калимдора! Он должен справиться! У него самые высокие шансы на успех! Поверь мне!

Ронин больше ничего не сказал, только кивнул и отправил еще десяток демонов в преисподнюю, если у таких, как они, вообще существовал загробный мир.

Шум снаружи и даже внутри не прекращался. У королевы Азшары закончилось терпение. Одетая в свое лучшее платье, чтобы представить великому Саргерасу самое поразительное зрелище, Святая Святых вышла в коридор в сопровождении своей демонической стражи. Часовые из числа ночных эльфов нервно вытянулись по стойке «смирно», когда она проходила мимо.

– Вайш! Леди Вайш!

Главная служанка Азшары примчалась с противоположной стороны, мгновенно склоняясь перед своей королевой.

– Да, моя госпожа! Я здесь, чтобы повиноваться!

– Ты здесь, чтобы отвечать на вопросы, Вайш! Меня заверили, что все в порядке, но, если уж на то пошло, во дворце и его окрестностях царит настоящий хаос! Это оскорбляет мои чувства! Я хочу, чтобы порядок был восстановлен, это ясно? Что подумает наш повелитель Саргерас?

Вайш не отрывала глаз от изысканного мраморного пола, на каждом квадрате которого был изображен стилизованный профиль Азшары.

– Я всего лишь ваша покорная слуга, Святая Святых! Я пыталась выяснить у лорда Маннорота какие-нибудь новости, но он приказал мне убираться прочь, угрожая содрать мою плоть с костей!

– Какая дерзость! – Азшара взглянула в сторону башни, где трудились Высокорожденные и демоны. – Мы должны все увидеть! Пойдем, Вайш!

Ведя за собой свою взволнованную спутницу, королева направилась наверх. То, что она сначала не созвала остальных своих слуг, которые должны были придать ее выходу величия, было явным признаком недовольства правительницы. Для этого путешествия ей требовались только Вайш и ее телохранители.

В дверях пара стражей Скверны и две демонические гончие попытались преградить им путь.

– В сторону! Я приказываю!

Собаки заскулили, явно желая повиноваться, но два чудовищных воина с вызовом покачали головами.

Азшара оглянулась на свою свиту. Улыбнувшись демонам, сопровождавшим ее, она отдала приказ:

– Прошу, уберите это с моих глаз.

Ее стражники без колебаний двинулись в сторону своих соратников. Они пробыли с королевой достаточно долго, чтобы стать жертвами ее коварства. Демоны, перегородившие им путь, оказались в меньшинстве и быстро пали, так же, как и псы. В процессе стычки погиб и один из стражей Азшары, но что такое страж по сравнению с желаниями королевы?

Когда с ее пути убрали трупы, правительница ночных эльфов двинулась вперед. Вайш распахнула дверь, а затем проскользнула следом за госпожой.

Комната превратилась в гудящий улей. Изможденные вспотевшие чародеи лихорадочно работали под злобным взглядом Маннорота. Сатиры, эредары и повелители ужаса тоже трудились над заклинаниями, действие которых, очевидно, наступало за дворцовыми стенами.

Не устрашившись чудовищного напряжения со стороны заклинателей, Азшара приблизилась к огромному демону. Маннорот, сам немало взмокший, поначалу не заметил ее присутствия, и подобное пренебрежение королева едва ли могла стерпеть.

– Лорд Маннорот, – холодно начала она. – Я разочарована отсутствием порядка прямо перед самым прибытием Саргераса…

Демон-лорд развернулся к ней, и его жабье лицо выразило колоссальное удивление от такой дерзости.

– Мелочь, тебе лучше исчезнуть отсюда прямо сейчас! Мое терпение на исходе! За то, что ты прервала меня в такой момент, я оторву тебе голову и сожру твои внутренности!

Азшара ничего не ответила, лишь властно посмотрела на демона.

Зашипев, Маннорот протянул к ней мясистую руку. Его намерения были ясны; дальнейшее существование ночной эльфийки больше не было в его интересах.

Но едва приблизившись, Маннорот замешкался. И вовсе не из-за внезапного осознания, что Саргерас может по-прежнему желать сохранить жизнь этому существу с серебряными волосами. Скорее, демон обнаружил, что здесь имеет место быть такая сила, которой могли противостоять лишь его господин и Архимонд. Как бы он не старался, Маннороту легче было бы задушить самого себя, чем королеву.

В конце концов, он отступил, разрываясь между внезапной тревогой из-за той, которую сильно недооценил, и существующей опасностью для портала.

– Ради нашего господина Саргераса, – царственно провозгласила Азшара, – я прощаю вам сию вспышку гнева… на этот раз.

Стараясь скрыть свое беспокойство, Маннорот быстро отвернулся от нее.

– У меня больше нет на это времени! Необходимо защитить портал…

Демон не заметил, как королева выгнула бровь.

– Портал в опасности? Но почему?

Скрепя пожелтевшими клыками, демон пророкотал:

– Отчаянные действия нескольких оставшихся отбросов! Все будет в порядке… но только если больше не появится никаких помех!

Азшара поджала губы от его оскорбительного тона, но уловила смысл слов.

– Очень хорошо, лорд Маннорот! Я вернусь в свои покои… но я ожидаю, что этот инцидент будет улажен как можно скорее, и Саргерас, наконец, явится ко мне. Мы закончили здесь, Вайш.

С царственным видом королева ночных эльфов удалилась. Когда она скрылась из виду, Маннорот бросил недоверчивый взгляд через плечо, а затем, опомнившись, вернулся к своей задаче. Мятежники будут разгромлены, и проход для повелителя Легиона будет открыт. Демон-лорд чувствовал, как Саргерас приближается к вратам, которые все еще держались, несмотря на то, что диск дракона похитил друид со своими друзьями.

Скоро… очень скоро…

Малфурион и Иллидан продолжали сражаться с демонами в руинах, одновременно вливая в диск самих себя. Иллидан стремился изо всех сил повлиять на ситуацию, но, к счастью, Малфурион сдерживал своего близнеца. Действовать нужно было вдумчиво, даже если до последнего вздоха оставались считаные секунды.

И вот… они наконец были готовы нанести удар.

Но едва братья начали читать последнее заклинание, Малфурион почувствовал, как его разума касается чудовищное зло. Зло, которое не было Саргерасом. Голоса шептали в его голове, обещая ему всё. Он смог бы править Калимдором, сделать Тиранду своей королевой, а Пылающий Легион – своей армией. Все склонились бы пред его величием. Ему оставалось лишь внести небольшое изменение в свои чары.

Друид подавил шепот, понимая, чего на самом деле желают говорящие. Он продолжил читать заклинание…

Но лишь для того, чтобы внезапно Иллидан попытался сделать то, чего голоса хотели от Малфуриона. Там, где друид сумел преодолеть соблазн, чародей пал жертвой их пленительных слов.

Иллидан! – Малфурион отправил брату мысленное послание такой силы, что оно было сравнимо с физическим ударом. Он почувствовал, как власть тьмы над Иллиданом ослабла. Его близнец судорожно вздохнул…

Я снова стал собой, – мгновение спустя заверил его Иллидан.

Хотя Малфурион и не поверил ему до конца, он продолжил выполнять свою задачу. У них оставалось мало времени. Удивительно, что повелитель демонов до сих пор не явился. Самое ужасное, что, даже несмотря на то что сейчас демонические создания были отброшены, они наверняка сумеют последовать за Саргерасом в мир смертных, если портал останется открытым. В этом Малфурион не сомневался.

Понимая, что тогда произойдет с Калимдором, Малфурион произнес заклинание. Какой бы ущерб оно ни нанесло, по сравнению с возможным исходом, это будет всего лишь легкий ветерок.

Воздух наполнился мертвой тишиной. Казалось, что во всем мире не существовало ни единого звука. Ветер стих, и даже разрываемый бурей Источник не издавал ни малейшего раската грома.

Затем… чудовищный рев сотряс Источник, Зин-Азшари и, вероятно, весь Калимдор. Позади Малфуриона поднялась ужасная буря, но Изера быстро с нею справилась. Внезапно поднявшийся ветер хлестал с такой яростью, с какой друид никогда прежде не сталкивался. Застигнутые врасплох драконы поначалу начали разлетаться во все стороны, но затем, что удивительно, сумели обрести равновесие, словно бури и вовсе не было.

Но это едва ли было по силам стражам ужаса и им подобным. Крылатые демоны неудержимо кружились, явно неспособные бороться с этим новым чудовищным ветром. Некоторые из них сталкивались, раскалывая черепа и дробя конечности друг друга, и хотя многие из демонов погибли, ветер был настолько силен, что их обмякшие тела не падали, а продолжали вращаться над Источником, словно исполняя какой-то жуткий танец.

Буря усиливалась в десятки, в сотни раз, но для драконов и их всадников она оставалась всего лишь легким ветерком. Чего нельзя было сказать об их яростных врагах. Стражи ужаса продолжали кружиться целыми сотнями… снова и снова…

А потом их неумолимо начало засасывать в портал.

Те, кто еще дышал, выли, визжали и скрежетали зубами, но они были всего лишь пылью во время взрыва. Со всех сторон чудовищные воины неумолимо приближались к вратам, через которые должны были прийти их собратья.

– Сработало! – торжествующе рассмеявшись, выкрикнул Иллидан. – Сработало!

Но Малфурион не расслаблялся, он чувствовал сопротивление, оказывающее давление на заклинание. Сейчас он не мог сказать, была ли то работа повелителя Легиона или Древних Богов. Друид знал только одно: если он ослабнет, то все, чего он достиг, будет потеряно, а вместе с ним и весь его мир.

Неестественный ветер продолжал усиливаться, высасывая демонов из неба прямо в водоворот в центре Источника. Через пару секунд небеса очистились от Скверны Легиона, и все же буря не утихала.

Малфурион, по-прежнему находящийся сразу в двух местах, теперь с благоговением наблюдал, как войско демонов, собравшееся на том месте, где так и стояли он, его близнец и Тиранда, внезапно замедлилось, преисполненное паники. Огромные стражи Скверны и адские гончие пытались схватиться за разрушенную землю. Одному инферналу удалось сделать в сторону троицы несколько шагов, после чего даже гигантский демон не сумел продвинуться дальше.

Размахивая лапами и хвостом, первый зверь Скверны взлетел в воздух и с жалобным воем исчез над Источником. За ним последовал еще один, а затем и несколько десятков гигантских воинов. Словно где-то прорвало невидимую плотину: демоны десятками хлынули вверх каким-то перевернутым дождем. Они непрерывно текли над черными водами, и Малфурион заметил, что их тела становились все более текучими, почти нереальными.

Ночной эльф почувствовал головокружение и почти потерял контроль над заклинанием. Его точка обзора на Зин-Азшари исчезла. Быстро обернувшись, Малфурион увидел, что Иллидан больше не сидит рядом с ним. Он все еще ощущал свою связь с близнецом, но теперь она была намного слабее.

Друид оставался сосредоточен. Он чувствовал, как силы природы этого мира проникают в него. Деревья, трава, горы, мир животных… все они пожертвовали часть себя, чтобы дать ему силу, в которой он нуждался. Малфурион смутно понимал, что то, что он сейчас делал, выходило далеко за рамки того, чему его учил Кенарий, и далеко за пределы всего, на что раньше был способен друид. Магия Иллидана продолжала взаимодействовать с его магией, добавляя свою мощь.

Малфурион резко вскрикнул, когда нечто похожее на тысячу игл вонзилось в его мозг. Без сомнений, то была атака Саргераса. Присутствие повелителя демонов наполнило его, пытаясь поглотить друида изнутри.

Малфурион собрал все силы, пытаясь хоть немного противостоять этой агонии. Калимдор продолжал подпитывать его, отдавая все, что мог. Он доверил Малфуриону свое будущее, свою судьбу. Теперь друид был его стражем, даже в большей степени, чем Кенарий, Малорн и даже драконы. Все зависело только от него одного.

Один… против Пылающего Легиона и Древних Богов.

– Работайте, псы! – заорал Маннорот на чародеев и демонов. – Сильнее!

Один из Высокорожденных на мгновение наклонился вперед. Как и от всех остальных, от него остался, можно сказать, один скелет. Некогда экстравагантное одеяние теперь окутывало его, точно яркий погребальный саван. Он закашлялся и слишком поздно заметил нависшую над ним огромную тень.

– Милорд Маннорот! Прошу, я всего лишь…

Одной рукой демон схватил Высокорожденного за голову, превращая череп и его содержимое в кровавое месиво, а потом тряхнул свисающим из кулака телом перед съежившимися ночными эльфами и чернокнижниками.

– Работайте!

Несмотря на свое истощенное состояние, заклинатели незамедлительно удвоили усилия. Но даже тогда Маннорот не был удовлетворен. Он отбросил в сторону жуткие останки и двинулся к узору. Если они хотят достичь успеха, ему придется присоединиться.

Но когда он оттолкнул тех, кто стоял на его пути, лорда-демона охватило странное ощущение перемещения. Движения Маннорота стали медлительными, и когда он перевел взгляд на одного из эредаров, то увидел, что и с чернокнижником происходит то же самое. Ночных эльфов затронуло не так сильно, но и они двигались все медленнее и медленнее.

– Что… происходит? – потребовал он ответа одновременно ото всех и ни от кого.

Тяжело ударив хвостом по полу, Маннорот попытался вернуться к заклинанию, но когда поднял все еще залитую кровью руку, то удивленно распахнул глаза: его чешуйчатая шкура была полупрозрачной. Демон мог разглядеть собственные сухожилия и кости, но даже они теперь не выглядели полностью материальными.

– Не может быть! – пророкотал крылатый гигант. – Не может быть!

Стена башни, выходящая к Источнику Вечности, разлетелась вдребезги.

Демонов затягивала огромная сила. Те, кто находился ближе всего к разрушенному проходу, почти сразу же отправились вслед за массивными каменными глыбами, которые тут же исчезли вдали. Тяжеловооруженные воины поднимались, словно были легче перышка.

Узор нарушился. Несмотря на свой страх перед Манноротом, ночные эльфы бросились бежать от неминуемой катастрофы. Дойдя до пределов своих возможностей, эредары попытались последовать за чародеями, но их подхватил тот же страшный ветер, что и стражей Скверны. С диким воем чернокнижники исчезли в проломе.

Наконец остался только Маннорот. Невероятная сила и большая масса работали ему на руку, крылатый демон противостоял буре, пожирающей его собратьев. Жестокие глаза Маннорота впились в распадающийся узор. Он направился к его центру. В нем еще было достаточно магии, чтобы с помощью собственной силы создать вокруг себя защитный купол, и в нем переждать эту атаку.

Каждый шаг давался с трудом, но Маннорот заставлял себя идти вперед. Одна похожая на ствол дерева нога ступила на узор, а за ней и вторая. Крылья бешено колотили, давая демону тот небольшой, но необходимый толчок вперед. Шагнула третья нога демона… и, с расплывшейся по его ужасной физиономии торжествующей улыбкой, Маннорот поставил на место и четвертую ногу.

Высоко вскинув когтистые руки, он призывал к себе магию узора. Даже движения руками казались практически непосильной задачей, но огромный демон справился. Вокруг него образовался огненно-зеленый купол. Засасывание прекратилось. Маннорот повернулся лицом к разрушенной стене и громко рассмеялся. Ветер оказался сильнее младших демонов, но он был Манноротом! Маннорот Живодер! Маннорот Разрушитель! Один из избранных Саргераса…

Пламя щита прогнулось к разрушенной стене… и, к своему ужасу, демон увидел, как его защита исчезла.

Когда он попытался отстраниться от стены, его подхватил ветер. Летящий назад Маннорот раскрыл рот от удивления, когда его с легкостью оторвало от пола. Демон разочарованно взревел и врезался в разрушенный камень, посылая наружу еще больше огромных кусков стены.

Маннорот ухитрился ухватиться за нее, и на краткий миг вновь почувствовал надежду. Но напряжение в его толстых пальцах и тяжелых когтях было слишком велико. Демон-лорд лишь бессильно царапал камень, когда его, наконец, оторвало от башни.

С непрекращающимся ревом Маннорот устремился к Источнику Вечности.