Инспектор Квин подпрыгнул на месте и бросился к адвокату.

– Дайте письмо мне.

Он вырвал конверт из рук Чарли и прижал к груди так, словно боялся, что кто-то попытается отнять его.

– Ома все знала, удивленно произнесла Сэлли.

– Знала! – закричал ее отец.

Майор Гоч принялся тереть подбородок. Тэрлоу вцепился пальцами в ручки кресла. Эллери неподвижно стоял у дверей.

– Начинайте совещаться немедленно! – рявкнул инспектор. – Я не могу больше ждать! Я хочу вскрыть конверт! Быстрее!.. Ей все было известно… – Он засмеялся. – Старая карга знала обо всем. – Он повернулся к Чарли. – Вы слышали, что я сказал? Приступайте к совещанию!

– Д-да, сэр! – пробормотал, запинаясь, Чарли, а потом покачал головой. – Тут я не властен, инспектор. У меня нет права распоряжаться советом.

– А у кого есть? Говорите!

– Думаю, только у Тэрлоу. Бывший президент Корнелия умерла. Вице-президенты Боб и Мак тоже скончались. Единственный кандидат – Тэрлоу.

Тэрлоу испуганно поднялся на ноги.

– Да-да, мистер Поттс, – раздраженно сказал инспектор. – Только не стойте столбом, собирайте совет, вообще делайте что-нибудь, если, конечно, знаете, что нужно делать.

Тэрлоу вытянулся.

– Мне известны мои обязанности, Чарльз, я буду сидеть здесь.

Чарли пожал плечами и, отойдя от стола, приблизился к Сэлли. Она взяла молодого человека за руку, но на него не взглянула.

Тэрлоу уселся за стол, придвинул к себе пресс-папье и торжественно постучал по столешнице.

– Совет директоров открывается, – объявил он. – Как нам известно, моя дорогая мать передала…

– Эти цветочки можете пропустить, – заметил инспектор Квин.

Тэрлоу покраснел.

– Вы мешаете мне, инспектор, очень мешаете. Приличия нужно соблюсти. Главным вопросом я бы назвал… – Он помолчал, а потом кислым тоном закончил: – Симона Бредфорда Андерхилла. Он не член нашего совета…

– По-моему, вы ошибаетесь, Тэрлоу. – Эти слова принадлежали внезапно появившемуся Андерхиллу. – Таково желание Корнелии. – Он печально улыбнулся.

Тэрлоу нахмурился.

– Да, я все знаю, Андерхилл, конечно, знаю. – Мистер Поттс откинулся на спинку кресла. – Теперь кворум у нас есть. И я позволю себе выставить в президенты компании «Поттс шу» собственную кандидатуру.

Тут Тэрлоу неожиданно вскочил, побегал вокруг стола и гордо повторил:

– Да, именно собственную. – Он остановился. – Есть другие предложения?

Сэлли поднялась на ноги.

– Это уж слишком! Каждому известно, что у тебя нет никаких способностей, тем более к управлению такими делами!

– Что, что?! – возбужденно закричал Тэрлоу.

– Ты погубишь компанию за год, Тэрлоу. Ее создавали мои братья Боб и Мак, в то время как ты пальцем о палец не ударил! А теперь ты смеешь лезть в президенты!

– С-сэлли, – пролепетал ее отец, – не надо расстраиваться, д-дорогая…

– Отец, ты же понимаешь, что, если бы близнецы не умерли, президентом бы стал один из них. Неужели я не права?!

– Не будь ты женщиной… – закричал Тэрлоу.

– Конечно, ты бы вызвал меня на дуэль, – редко сказала Сэлли. – Кончилось время ваших поединков, мистер Поттс. Если бы мой отец входил в со$ет, я бы выдвинула его кандидатуру…

– Стефана? – Тэрлоу изумленно уставился на отчима.

– В крайнем случае я могу согласиться на мистера Андерхилла, – продолжала Сэлли. – Он хотя бы дело знает.

Теперь Тэрлоу вытаращился на Андерхилла. Тот покачал головой.

– Я благодарю вас, Сэлли. Но я тут совершенно посторонний.

Тэрлоу кивнул.

– Это верно. Мистер Андерхилл к нам не сунется. Я не допущу этого. Я его первого выгоню с работы…

– Мой конверт! – рявкнул инспектор. – Хватит, ради бога, ломать комедию!

Тэрлоу выскочил из-за стола и с криком «Подождите!» куда-то убежал.

Инспектор открыл дверь и, окликнув сержанта Велли, попросил его проследить за Тэрлоу.

* * *

Вскоре Тэрлоу вернулся. Сержант Велли, пришедший за ним, шепнул инспектору, что тот принес какие-то бумажки.

– Итак, совет продолжается, – объявил Тэрлоу, садясь за стол. – Других кандидатур нет? Нет. Считаем, что выставлены две: Симон Бредфорд Андерхилл и Тэрлоу Поттс. Тех, кто имеет голос в совете, прошу голосовать за то, чтобы президентом «Поттс шу» был избран мистер Андерхилл.

Поднялись две руки: Сэлли и самого Андерхилла.

– За мистера Андерхилла подано два голоса. – Тэрлоу улыбнулся. – Теперь я. Я получил три и, стало быть, большинством в один голос избираюсь президентом «Поттс шу».

Сэлли побледнела. Все удивленно уставились на Тэрлоу.

Он пояснил:

– За меня проголосовали я сам, Луэлла и Гораций. – Он вытащил из кармана два конверта. На одном стояла подпись Луэллы Поттс, на втором – Горация Поттса. В конвертах лежали записки, свидетельствующие о том, что Гораций и Луэлла голосуют за Тэрлоу Поттса.

Тэрлоу стукнул кулаком по столу.

– Совет директоров закрыт.

– Нет, – с ненавистью произнесла, Сэлли. – Нет.

Чарли только пожал плечами.

– Закончили? – Инспектор Квин шагнул вперед. – В таком случае займемся делом. Эллери, вскрой письмо миссис Поттс!

Эллери осторожно распечатал конверт. Внутри находилось сообщение, которое должно было закончить дело Поттсов. Там называлось имя убийцы.

– Ну?! – закричал инспектор.

– Это послание Корнелии Поттс, – спокойно сказал Эллери. – Оно датировано днем ее смерти, время 15.35. Читаю текст:

«Я, Корнелия Поттс, находясь в здравом уме и твердой памяти, делаю следующее заявление.

Я прошу не осуждать меня. Только матери известно, что такое дети, только она знает, что такое любовь и ненависть.

Я всегда любила своих Тэрлоу, Луэллу и Горация. Они не могут нести ответственности за свои слабости. Такими, как есть, они родились благодаря их отцу, моему первому мужу. Я никогда не забывала его, даже после того, как он исчез. Наверное, теперь его прах уже сгнил в земле. Я взяла его имя и сделала для этого имени гораздо больше, чем он сам.

Трое моих первых детей с самого начала нуждались во мне, я всегда была их опорой и защитой. Дети от второго брака не испытывали во мне необходимости. Я ненавидела близнецов за их независимость и силу, то же относится и к Сэлли. Существование всех троих постоянно напоминало мне о трагедии моего первого замужества. Я возненавидела их, едва они родились.

Я, Корнелия Поттс, лично убила своих сыновей-близнецов Роберта и Маклина.

Это я заменила холостой патрон боевым в револьвере Тэрлоу; брала «харрингтон и ричардсон» из комнаты Тэрлоу, когда разгоняла репортеров. А позже мне удалось похитить другой револьвер и ночью, застрелив в спальне своего сына Мака, избить его плеткой уже мертвого.

Возможно, меня назовут чудовищем. Пожалуйста. Кидайте в меня камни – я умерла.

Я совершила эти преступления по собственной воле и желанию. Больше мне нечего добавить.

Я отвечу перед своим Создателем».

– Письмо, – продолжал Эллери, – подписано карандашом: «Корнелия Поттс». Отец, покажи мне подпись Старухи на завещании.

В комнате было тихо. Эллери сравнивал бумаги.

– Почерк везде одинаковый, – объявил он наконец.

Неожиданно Сэлли начала смеяться.

– Как я рада! – проговорила она сквозь смех. – Рада, что это сделала она. Рада, что ее больше нет. Теперь я свободна и папа свободен. Мы в безопасности. Убийств больше не будет. Преступник умер…

Чарли едва успел подхватить ее, когда она без сил падала в кресло.

Инспектор Квин аккуратно сложил и спрятал в карман завещание, письмо и оба конверта.

– Для отчета, – объяснил он. Инспектор выглядел усталым, но довольным. – Вот и все, Эллери. Дело Поттсов закрыто. – Он вздохнул, – Скверная была история от начала до конца. Хорошо, что я от нее избавился.

– Если только избавился, – раздраженно бросил Эллери.

Инспектор вздрогнул.

– Если? Ты сказал «если»?

– Да, отец.

– Что ты мелешь? – простонал инспектор. – Выходит, ты не удовлетворен результатом?

– Нет, слишком дурацкий конец получился.

– Говори по-человечески!

Закурив сигарету, Эллери выпустил струю дыма.

– Меня беспокоит одна вещь, отец. Как это ни печально. – Он нахмурился. – Даже не думал, что из-за нее будет столько хлопот.

– О чем ты? – с испугом спросил Квин-старший.

– Об отсутствующем револьвере.