Алекстраза оказалась права. Как она и говорила, пролетая в нескольких километрах от Храма Драконьего Покоя, они увидели в воздухе и на земле синих и зеленых драконов. Конечно же, ее заметили. Несколько драконов подлетели к ним и весело закружились в воздухе.

– Хранительница Жизни! – радостно воскликнул Наригос. – Темен этот час, и наши сердца тоже полны тьмы, но твое появление дарит нам свет надежды. Тралл, спасибо тебе за то, что ты сделал.

– Друг мой Наригос, – тепло откликнулась Алекстраза. – Я вижу свою сестру Изеру, и нового Аспекта Калесгоса, и их драконов. Мои красные прибудут сразу же, как только узнают, что я здесь.

– Тогда я немедленно полечу к ним, Хранительница Жизни, – решил один из зеленых драконов. Траллу стало интересно, откуда зеленый знал, где находятся красные. Возможно, Изера была в курсе и рассказала ему. Траллу еще очень многое предстояло узнать о драконах.

– Значит, от Ноздорму пока ничего не слышно? – спросила Алекстраза.

Наригос и остальные встали в построение, расположившись позади, выше и ниже нее. Они сопровождали и охраняли ее по пути к точке сбора.

– Пока что нет, – подтвердил Наригос, мельком взглянув на Тралла. – От него не приходило никаких вестей. А ты ничего не слышал?

– Со мной никто не связывался, – пожал плечами Тралл. – Я могу только предположить, что он продолжает свое расследование и собирает сведения.

– Знание – сила, – согласился большой зеленый дракон, – но оно нам ничем не поможет, если Хроматус разделается со всеми нами до того, как Ноздорму выяснит что-то полезное.

– Тише, Ротос, – строго одернула его Алекстраза. – Орк не виноват в том, что Вневременный не пришел. Мы… все делаем то, что должны, – последние слова были произнесены мягким, печальным голосом. Тралл понял, что она думала о Кориалстразе. Он сделал то, что должен был, и заплатил за это ужасную цену.

Ротос, извиняясь, посмотрел на Тралла.

– Прости меня, друг мой, но ты видел, с чем мы сражаемся. Мне бы хотелось, чтобы Ноздорму и его бронзовые драконы были с нами, когда мы снова попытаемся напасть.

– Я не обиделся, и я согласен с тобой, – искренне ответил Тралл.

Они почти добрались до места.

– Пожалуйста… лети вперед и собери всех, – попросила Алекстраза Ротоса. – У меня есть… сведения, которыми я должна поделиться с ними.

– Сведения о Хроматусе? – с надеждой спросил Ротос.

Алекстраза помотала головой.

– Нет. Но я надеюсь, что мой рассказ даст им мужества и новую надежду, а это могущественное оружие.

Вскоре они приземлились. Громогласные и мелодичные радостные возгласы драконов наполнили ледяной воздух. Улыбаясь, Тралл соскользнул с Алекстразы в снег, провалившись в него почти по колено.

– Тралл!

Орк повернулся и увидел Калесгоса, который сиял, глядя на него. Великий Аспект протянул к нему лапу и очень осторожно взял Тралла в нее. Орк не испытывал ни капли беспокойства, только радовался тому, что снова увидел своего друга.

– Я должен перестать недооценивать тебя, – признал Калесгос, поднося орка поближе к своей морде. – Ты сделал ровно то, что и обещал. Ты вернул нам нашу Хранительницу Жизни… во всех смыслах этого слова, – добавил он, глядя в ту сторону, где Алекстраза по-матерински ласково терлась носом о подбежавших к ней синих и зеленых драконов. – Не знаю, какой магией ты воспользовался, но я благодарен тебе.

– Всего лишь магией сердца, – ответил Тралл. – Она расскажет вам все, что я узнал и чем поделился с ней. Мы все все узнаем.

Изера повернула голову, услышав голос Тралла, и подошла к ним. Она изогнула длинную гибкую шею, склонив голову в уважительном жесте.

– Ты был частью моего сна, причем одной из лучших его частей, – обратилась она к Траллу. – Ты столько сделал, чтобы помочь нам. Я скорблю по Дешарину, но я рада, что ты уцелел.

– Знай, что если бы я мог спасти его, то сделал бы это.

Изера кивнула.

– Нас ожидает Время Сумерек, – проговорила она. Драконица подняла голову и огляделась. Ее разноцветные глаза сияли удовольствием. – Я вижу, что синие и зеленые драконы собрались вместе. Это хорошо, сын Дуротана. Это хорошо. О, вот и наши красные братья и сестры летят, чтобы присоединиться к нам!

Тралл повернулся и посмотрел туда, куда глядела Изера. Через мгновение он увидел и услышал приближающихся исполинов, несколько десятков которых опускались к месту сбора. Тралл изумленно посмотрел на них и огляделся, вспоминая битву с сумеречными драконами и чувствуя, как в его душе снова зарождается надежда. Здесь наверняка собралось в три раза больше драконов, чем в том сражении, и теперь их возглавила Хранительница Жизни…

Алекстраза взмыла в воздух. Красные драконы собрались вокруг нее. Они кружились рядом, подлетали к ней, благоговейно касались ее носами, а затем с почтением отлетали в сторону. Раньше Тралл не видел ее такой радостной. Она была счастлива после всех пережитых мучений и пролитых слез снова оказаться со своими драконами. Когда этот прекрасный танец воссоединения завершился, Алекстраза легко приземлилась на одной из торчащих вершин, расположившись так, чтобы все могли ее видеть. Драконы затихли, с нетерпением ожидая, что же скажет их королева. Несколько секунд она осматривала толпу, медленно поводя головой.

– Мои братья и сестры, – начала Алекстраза, – мы стоим на пороге ужасной битвы с противником, чье могущество вселяет в нас страх. Но прежде, чем мы начнем разрабатывать план боя, вы должны кое-что узнать. То, что я сейчас расскажу, надеюсь, даст вам еще больше причин сражаться за себя, за свой род и за еще не вылупившихся детей.

Ее слова повисли в тишине. Некоторые драконы нервно замялись. Они словно вдруг вспомнили, что именно супруг Алекстразы уничтожил так много яиц.

Калесгос осторожно поднял Тралла к своему плечу. Орк уже привычным движением прыгнул и приземлился на спину Аспекта синих драконов. Кейлек поднялся, подлетел к Алекстразе и встал рядом с ней. Он безмолвно предложил ей свою поддержку, и она начала пересказывать другим драконам видение, которым с ней поделился Тралл. Изера спланировала вниз и приземлилась слева от Алекстразы, тоже поддерживая свою сестру.

Некоторые драконы, вероятно, те, кто хорошо знал Кориалстраза, с готовностью поверили Алекстразе. Их чешуйчатые морды и блестящие глаза выражали глубокое сочувствие. Другие, впрочем, не возражали открыто. Тралл подозревал, что они были слишком рады возвращению Хранительницы Жизни, чтобы перечить ее словам, но явно сомневались или просто не верили ей.

Тралл обрадовался, но не удивился тому, что Калесгос оказался среди тех, кто сразу же поверил сказанному. Орк посочувствовал синему дракону, когда Алекстраза объяснила, что сделали с Киригосой. Многие синие гневно зароптали, но Кейлек лишь отвернулся с выражением боли на морде. Когда Алекстраза закончила, именно он первым нарушил молчание.

– Ты многое нам прояснила, – сказал Аспект синих драконов. – Мы знаем, что один хроматический дракон существует. И хотя я в ужасе от того, что Киригосу… так жестоко измучили, я глубоко рад тому, что она еще жива. Когда святилища были уничтожены, мы ничего не знали. Мы не могли придумать ни одной причины, по которой Кориалстраз мог так поступить. Но теперь мы знаем. И мы понимаем.

– Ты уверен, что все действительно произошло так, как она рассказала? – произнес один из старших синих драконов. Тралл узнал в нем Тералигоса, который недавно твердо поддерживал Аригоса. – Из доказательств у нас одно лишь так называемое видение. Мы не знаем, что случилось на самом деле.

– Это же Алекстраза! – воскликнул Наригос. – Она – Аспект… Хранительница Жизни!

– И какое замечательное совпадение, что ее посетило видение… нет, подождите, что к ней так вовремя пришел орк и поведал о видении, которое оправдывает ее супруга, – продолжил старый синий дракон. – А если я скажу, будто мне было видение, что Алекстраза все придумала? Или сошла с ума? Что, возможно, это она скрывает Киригосу, которая…

– …которая может подтвердить все, что сказала Хранительница Жизни, – раздался тонкий, слабый голосок. Рядом приземлился еще один синий дракон, неся на спине девушку-человека.

Тралл сразу же узнал в ней Киригосу из своего видения.

– Кири! – воскликнул Кейлек. Тралл быстро соскользнул с его плеча. Пока Киригоса неловко слезала с дракона, Кейлек превратился в полуэльфа. Он подбежал к ней, обнял и крепко прижал к себе. Она слабо улыбнулась ему и всем тем, кто поспешил подойти к ней. Киригоса выглядела уставшей, она сильно отощала, но молодая драконица явно была счастлива снова оказаться среди своих.

– Ты в порядке? – озабоченно спросил Кейлек. – После всего, что они… сделали с тобой?

– Теперь, когда я на свободе, со мной все будет хорошо, – отмахнулась Киригоса, опираясь на Калесгоса. – Как я уже сказала… то, что Тралл увидел про меня в своем видении, правда. Я верю, что видение о Кориалстразе тоже истинно. – Она посмотрела наверх, на огромную красную драконицу, которая покровительственно улыбалась ей. – Миледи, я сожалею о вашей утрате.

– Благодарю тебя, Киригоса, – ответила Алекстраза тихим печальным голосом, в котором, однако, не было отчаяния. Больше не было. – И я сожалею о твоей.

Озабоченно хмурившийся Кейлек стал еще мрачнее.

– Ты знаешь об Аригосе?

Киригоса кивнула.

– Да. Сумеречный Отец предал его, и он был сражен убийцей-человеком по имени Блэкмур. Я так поняла, что этого Блэкмура также отправили убить тебя, Тралл, – продолжила она, поворачиваясь к единственному присутствующему орку. – Я рада видеть, что он не преуспел в этом. И Сумеречный Отец, и Смертокрыл боятся тебя. Я счастлива, что ты на нашей стороне.

– Пойдем, ты присядешь и отдохнешь, – настоял Калесгос. – Съешь что-нибудь, а потом расскажешь нам все, что знаешь.

– Цепочка… – Кири неуклюже потянулась пальцами под рубашку и достала незатейливую тонкую серебряную цепочку, которая висела у нее на шее. Кейлек сразу же понял, что это. – Я так старалась ее разорвать…

– Я знаю, – ласково успокоил ее Кейлек. – Дар’Кхан когда-то надел такой же ошейник и на меня. Я хорошо понимаю твой страх и отчаяние, дорогая сестра. Та, кто была мне дорога, освободила меня… и теперь я освобожу тебя.

Он осторожно зажал ошейник между большим и указательным пальцем и слегка потянул. Аспект синих драконов разорвал цепочку, как какое-то обыкновенное украшение. Киригоса всхлипнула от радости. Остальные, улыбаясь, отошли подальше, чтобы дать ей достаточно места для перевоплощения в истинную форму. Тралл улыбнулся, когда она взмыла в воздух. Драконица летала неуверенно, но с воодушевлением. Она снова стала свободной.

Киригосе оказывали помощь. Тралл помогал исцелить ее, пока Калесгос наколдовывал для нее мясо и напитки. Алекстраза и Изера стояли рядом, приняв свои малые формы, и как могли поддерживали девушку. Тралл удивился, увидев Изеру в ее любимом облике. В первый раз она явилась ему в виде ночной эльфийки, и сейчас у нее все еще была темно-лиловая кожа и длинные уши калдорай, но венчавшие голову острые рога выдавали истинную природу. Другие драконы тоже собрались вокруг Киригосы, кто в двуногом обличии, а кто в драконьем. Молодая драконица поведала им свою страшную историю.

– Я расскажу все, что знаю. Надеюсь, хоть что-нибудь из этого поможет вам, – проговорила она. – Я видела слишком много такого, что… честно говоря, не дает мне возможности питать надежду.

– Ты сбежала, а это, наверное, было почти невозможно, – заметил Калесгос. – Один лишь этот факт дает мне огромную надежду.

Кири попыталась улыбнуться, но что-то глубоко в душе по-прежнему тревожило ее.

– Я благодарю тебя за это, но… ну ты понимаешь, о чем я говорю.

– Начни с самого начала, – предложила Алекстраза. – Как тебя поймали?

– После того, как погиб Джаригос… мой супруг… Аригос обманом повел меня за собой. Он передал меня в руки человека – а я знаю, что он именно человек, – известного как Сумеречный Отец. Сумеречный Отец и Аригос сотрудничали с сумеречными драконами… и со Смертокрылом.

Три Аспекта переглянулись между собой.

– Во время первого нападения, – вспомнила Алекстраза, – тот, кто насмехался над нами, называл себя Сумеречным Отцом.

– Продолжай, милая, – ласково сказала Изера.

– Они держали меня в плену в форме дракона до тех пор, пока я не отложила яйца, а затем повесили на меня цепочку, – Кири содрогнулась, вспоминая этот эпизод.

– Им было проще держать тебя в узде в облике человека, – сказал Кейлек. – Уж я-то знаю.

Киригоса кивнула.

– Они начали проводить эксперименты… надо мной и над моими детьми… – ее голос сорвался. Алекстраза ободряюще положила руку ей на плечо, Кири слабо улыбнулась и продолжила: – Именно с этим, Хранительница Жизни, и столкнулся Кориалстраз. Экспериментируя с моими детьми, они увеличили шансы рождения здоровых хроматических драконов. Похоже, из-за того, что я – дочь Малигоса, мои дети оказались сильнее. Кориалстраз нанес им сильный удар, уничтожив их будущую армию. Другой удар был нанесен, когда Аригос не смог стать Аспектом. Он обещал передать в руки Сумеречного Отца всех синих драконов.

– Мы никогда не узнаем, находился ли Аригос в своем уме, когда заключал эту сделку, – сдерживая гнев, произнес Кейлек. – Но ради его памяти, давайте надеяться, что он был безумен.

Киригоса кивнула и, очевидно, не без труда взяла себя в руки.

– Он точно был предан этому культу, но больше я ничего не могу про него сказать.

– То, что он сделал с тобой…

– Осталось в прошлом, – решила драконица. Тралл вдруг понял, что, несмотря на все пережитые ею испытания, она пытается приободрить Калесгоса. Кири была невероятно храброй. – Итак, они потерпели две неудачи. Но у них все равно оставался Хроматус. – Ее голос сорвался, и она снова попыталась вернуть себе самообладание. – Я не знаю, где они его нашли. Члены культа привезли его на Нордскол, зная, что им понадобится огромный запас магической энергии, чтобы дать ему искру жизни. А для этого им был нужен Волнолов, созданный из крови ребенка Малигоса.

– Тогда… прости, – прервал ее Тралл, – но… почему они не воспользовались для этого твоей кровью раньше?

– Я думаю, они хотели дождаться того момента, когда Аригос приведет к ним синих драконов, – ответила Киригоса. – Только подумай, как бы это выглядело: враги Хроматуса впервые увидели бы его, сражающимся в полную силу во главе огромной армии драконов. Мне кажется, что Сумеречный Отец поначалу не собирался убивать Аригоса. Но когда мой брат подвел его, Сумеречный Отец сделал так, чтобы он все же смог принести им пользу. На меня у него тоже были планы. Я сбежала прежде, чем они попытались заставить меня… возлечь с этим чудовищем.

Тралл пришел в ужас. Двум Аспектам-женщинам, похоже, стало плохо от слов Кири. Кейлек же выглядел так, словно с радостью разорвал бы Сумеречного Отца на части, появись он перед ними прямо сейчас. А Тралл бы ему в этом помог.

– И это бы тоже сработало, – продолжала Кири. – Я могла стать матерью целого рода омерзительных выродков. Хроматус был последним экспериментом Нефариана, который, как я узнала, тоже жив. В каком-то смысле. Ему не дали искру жизни, как Хроматусу, но он вернулся.

– Значит, Нефариан стал нежитью, чудовищем, – В то время как Киригоса говорила, другие драконы подошли поближе, чтобы послушать, и теперь огромный красный самец навис своим могучим телом над Алекстразой и Киригосой, защищая их. Сердца и дух обеих дракониц были ранены, но они оставались такими сильными! – Так что же, он тоже здесь? – продолжал Красный дракон.

Кири помотала головой:

– Нет. Я думаю, что у Смертокрыла на него другие планы. Хроматуса будет достаточно. Кейлек, в прошлый раз он не ожидал твоего нападения. Он только что родился. И все-таки… – она замолчала.

– И все-таки весь наш род оказался побежден, – закончил за нее Кейлек.

– Теперь ты будешь сражаться не один, Калесгос, – приободрила его Алекстраза. – Целых три драконьих рода стоят бок о бок. Возможно, у него получилось одолеть один род, но три? Много времени прошло с тех пор, как мы сражались вместе, но я не думаю, что хоть один дракон, пусть и настолько ужасный, сможет противостоять всем нам!

Киригосу, похоже, взволновали слова Алекстразы, и она схватила королеву за руку.

– Хранительница Жизни, – проговорила она, – он… его сделали… для вас. – Она посмотрела на Кейлека и на Изеру. – Для всех вас. Хроматус не просто чрезвычайно могущественный хроматический дракон. Ему дали жизнь с одной-единственной целью – уничтожить всех Аспектов!

Тралл открыл было рот, чтобы возразить, но затем закрыл его. Он видел Хроматуса. Он видел, на что способен этот монстр. А полностью восстановившийся, со способностями каждого драконьего рода…

– Так значит, это правда, – пробормотала Изера. Она выглядела подавленной. – Мое видение сбывается.

Алекстраза протянула к ней другую руку.

– Сестра моя, говори, – попросила она.

– Я так надеялась… что ошиблась…

Изера закрыла глаза и заговорила отстраненным певучим голосом. Она произносила не заклинание – по крайней мере, не настоящее, – но описываемые ею образы, казалось, околдовывали сами собой. Тралл практически видел перед собой то, о чем говорила Аспект: гибель всего сущего, кроме сумеречных драконов. Растения, животные, существа – погибли все, кроме этих созданий. И бездыханные тела всех Аспектов остывали на земле.

Даже самого темного и жестокого из них. Того, кто помог создать монстра, погубившего все.

Смертокрыла.

Тралл содрогнулся и почувствовал, как на коже проступил холодный пот. От паники у него практически перехватило дыхание. Находящиеся рядом драконы тоже подали голоса: кто-то кричал в ужасе, кто-то в гневе, а кто-то просто принял сказанное, но лишь один голос прозвучал отчетливо:

– Это не наша судьба!

Голос принадлежал Хранительнице Жизни. Она стояла в облике эльфийки, все еще держа за руки свою сестру и Киригосу. Ее лицо светилось решимостью и боевым пылом.

– Мы уже видели, что способны нарушить грандиозный план Смертокрыла. Аригос не справился со своей задачей. Кири сбежала. Синие драконы напали на Хроматуса тогда, когда он еще не был к этому готов. Нет, ничего еще не предрешено. В видениях Изеры всегда есть смысл, это так. Но сны нужно интерпретировать. Сестра моя… могло ли это быть предупреждением о том, что случится, если мы не будем бороться?

Изера склонила рогатую голову набок.

– Да, – произнесла она. – Только Ноздорму знает, что произойдет в будущем. Я лишь делюсь тем, что видела.

– Тогда давайте сейчас решим, – проговорила Алекстраза, – что мы отправимся в этот бой со всем, что у нас есть. Каждый синий, каждый зеленый, каждый красный дракон – знайте, что вы боретесь не только за себя, но за всю жизнь. За всех существ. Мы сразимся с этим так называемым убийцей Аспектов, и мы покажем Сумеречному Отцу и самому Смертокрылу, что нас не запугать. Мы многое потеряли и, возможно, многое еще потеряем, но мы не уступим наш мир. Хроматус падет!

Переполнившая Тралла надежда казалась ему такой настоящей, такой искренней, что он практически мог почувствовать ее вкус, и голос орка присоединился к раздавшимся в воздухе полным решимости возгласам.