Шеры^{181}…

    облигации…

         доллары…

              центы…

В винницкой глуши тьмутараканясь,

так я рисовал,

       вот так мне представлялся

              стопроцентный

американец.

Родила сына одна из жен.

Отвернув

     пеленочный край,

акушер демонстрирует:

          Джон как Джон.

Ол райт!

Девять фунтов,

       глаза —

           пятачки.

Ощерив зубовный ряд,

отец

  протер

      роговые очки:

Ол райт!

Очень прост

      воспитанья вопрос,

Ползает,

    лапы марает.

Лоб расквасил —

        ол райт!

            нос —

ол райт!

Отец говорит:

       «Бездельник Джон.

Ни цента не заработал,

          а гуляет!»

Мальчишка

     Джон

        выходит вон.

Ол райт!

Техас,

   Калифорния,

         Массачузэт.

Ходит

   из края в край.

Есть хлеб —

      ол райт!

         нет —

ол райт!

Подрос,

    поплевывает слюну,

Трубчонка

     горит, не сгорает.

«Джон,

   на пари,

       пойдешь на луну?»

Ол райт!

Одну полюбил,

       назвал дорогой.

В азарте

    играет в рай.

Она изменила,

       ушел к другой.

Ол райт!

Наследство Джону.

         Расходов —

              рой.

Миллион

    растаял от трат.

Подсчитал,

     улыбнулся —

           найдем второй.

Ол райт!

Работа.

   Хозяин —

        лапчатый гусь —

обкрадывает

      и обирает.

Джон

   намотал

       на бритый ус.

Ол райт!

Хозяин выгнал.

       Ну, что ж!

Джон

   рассчитаться рад.

Хозяин за кольт,

        а Джон за нож.

Ол райт!

Джон

   хозяйской пулей сражен.

Шепчутся:

     «Умирает».

Джон услыхал,

       усмехнулся Джон.

Ол райт!

Гроб.

   Квадрат прокопали черный.

Земля —

    как по крыше град.

Врыли.

    Могильщик

         вздохнул облегченно.

Ол райт!

Этих Джонов

      нету в Нью-Йорке.

Мистер Джон,

       жена его

           и кот

зажирели,

     спят

       в своей квартирной норке,

просыпаясь

     изредка

         от собственных икот.

Я разбезалаберный до крайности,

но судьбе

    не любящий

          учтиво кланяться,

я,

   поэт,

   и то американистей

самого что ни на есть

          американца.

1925