НОВЫЙ квинджет летает тише, чем старый, подумал Брюс. Или, может быть, на борту просто было тише обычного. Тони возился со своей броней, что-то чинил и улучшал. Наташа не сводила глаз с данных, поступавших со спутников ЩИТа. И Брюс... не то чтобы скучал, но его мысли не особенно радовали. Помочь Тони он не мог, а вот со спутниковыми данными разобраться был в состоянии.

– Что-нибудь вырисовывается? – спросил Брюс Наташу.

– Я собрала все доступные изображения всех островов в радиусе ста миль, – сказала она. – Это самые обыкновенные фотографии, наличие энергетических отпечатков фиксировать нечем. Большинство островов – просто нагромождения камней. На некоторых живут люди, уже давно. Я сосредоточилась на тех, которые хоть чем-то выделяются на общем фоне. Вот на этом, например, раньше располагалась военная база, а сейчас пусто. На этом островке в семидесятые годы прошлого века хозяйничал серийный убийца. Вот здесь один умелец построил заводик, который должен был работать на холодном ядерном синтезе. К сожалению, бедняга разорился – мифический синтез не заработал, а на острове теперь только маленькая гостиница. Я пытаюсь сравнивать несколько баз данных. Если заметишь что-то интересное, дай знать.

Брюс пролистал фотографии.

– Наверное, ни один остров нигде не значится как владения Скорпиона? – хмуро пошутил он.

– Нет. Но я и это проверила.

– Сколько нам еще лететь?

– Двадцать минут.

Они не знали, что ищут, и это не нравилось Брюсу. Как может выглядеть остров смерти по мнению Зодиака?

– А тот другой остров, – снова заговорил Брюс, – на котором все случилось три тысячи лет назад. Пентос. Что нам о нем известно?

– Он испарился, когда Ключ перегрузили энергией, – ответила Наташа. – У меня есть только один набросок того острова, его прислал Стрэндж.

Наташа открыла список файлов и нашла нужную картинку. Это был рисунок чернилами на бумаге, в углу художник оставил пояснение, уверяя, что перерисовал изображение с глиняной таблички. Оригинал оказался уничтожен в Дрезденском музее во время бомбардировки.

– Качество не очень хорошее, – сказал Брюс. – Надписи прочесть невозможно.

– Других данных у нас нет.

Брюс внимательнее вгляделся в изображение. В самой середине виднелась спираль, как будто вихрь, а еще девять точек были обведены крошечными овалами. Один из овалов находился очень близко к вихрю, следующий – в два раза дальше от первого, чем первый от вихря, третий – опять в два раза дальше, но уже от второго. Этот алгоритм ему о чем-то напомнил, что-то неуловимое всплыло в памяти.

Брюс вернулся к фотографиям разных островов, пытаясь расшифровать двумерные изображения и представить их себе трехмерными. Что это перед ним? На что он смотрит? Очевидные вещи. Дома, склады, доки. В прибрежных водах угадывались пенные барашки.

Он перевел взгляд с одного снимка на другой. Потом вернулся к предыдущему. Что-то привлекло его внимание.

Остров выглядел почти квадратным. И холмистым. Среди деревьев мелькнула золотистая точка, как позолоченный купол. И что-то еще показалось странным... Потом он разглядел другой купол, чуть дальше. Меньше, чем первый, но довольно большой.

Брюс увеличил изображение и увидел сразу несколько куполов. И расстояние...

Что, если это были и не купола вовсе? А сферы? Ведь он смотрел на них сверху.

– А что ты знаешь вот об этом острове? – спросил он Наташу. – О квадратном.

Наташа несколько минут молча изучала информацию на своем экране.

– Это дорогое местечко, – наконец проговорила она. – Частное владение. Принадлежит одному и тому же трастовому фонду последние сто пятьдесят лет. А вот кое-что интересное... Во времена сухого закона в ФБР завели дело на владельцев острова. У них имелись доказательства того, что на острове организован целый склад спиртных напитков. На захват так и не решились, однако агенты, которые вели это дело, спустя несколько лет уволились и зажили в свое удовольствие. Так же поступили и судьи, которые, по всей вероятности, выдали ордера на обыск. В последние годы всплывали всякие мелочи вроде связей с мафией, но настоящего расследования так и не провели.

– Говоришь, частное владение и очень давно? Кто же владелец?

– Официально – трастовая компания. Ее владелец Корнелиус ван Лунт, прямой потомок Титуса ван Лунта, купившего остров в 1872 году. Семья продает и покупает недвижимость, живет в Нью-Йорке, остров много лет сдают в аренду. В двадцатые годы там располагались отель и что-то вроде тематического парка развлечений.

– Парк аттракционов?

– Да. Представляешь? Назывался «Космополис». Очень краткий был у парка период расцвета, так скажем. Доходы он приносил год, или около того.

Брюс указал на странное расположение сфер или куполов.

– То есть вот эти кружочки – на самом деле остатки американских горок?

– Там не обычный парк сделали, – покачала головой Наташа. – Построили, например, планетарий. Именно его ты, видимо, и обнаружил. Говорят, он был самым большим из когда-либо существовавших. И кстати о катании – планеты в модели Солнечной системы перемещались. Вот ты купил билет, сел внутрь сферы и потягиваешь себе шампанское, пока шарик медленно поворачивается. Очень изысканно выглядело, наверное.

– То есть перед нами гигантская механическая модель Солнечной системы, – уточнил Брюс. – Ребята из Зодиака вполне могли устроить что-то вроде этого. Должно быть, дорого им обошлось это удовольствие.

– Пожалуй, – кивнула Наташа, и выражение ее лица вдруг совершенно изменилось. Глаза округлились. – Ну конечно! Сейчас поищу информацию!

Брюс с нетерпением ждал, когда она закончит читать.

– Очень дорогое вышло удовольствие, – заметила наконец она. – Компания, которая отвечала за строительство парка, разорилась.

– Ты уверена? – уточнил Брюс.

Наташа коротко взглянула на него, нахмурилась и застучала по клавишам компьютера. Брюс посмотрел в иллюминатор, но ничего интересного не увидел – только облака.

– Надо же, – сказала Наташа. – Ты сегодня ясновидящий, Брюс. Строила подставная фирма. Она разорилась, но, вероятно, так и было задумано. «Космополис» никогда и не предназначался для того, чтобы приносить доход.

– И тогда возникает совершенно логичный вопрос: для чего же предназначался парк? – Брюс взял рисунок древнего острова Пентос. – Спорим, что завитушка посередине должна означать Солнце? А расстояния между другими отмеченным объектами – вертикально стоящими валунами, скорее всего, – можно соотнести с расстоянием между планетами. В масштабе, конечно... все относительно, – он указал на аэрофотоснимок. – На этот раз они просто лучше подготовились. Знаки Зодиака как-то связаны с планетами Солнечной системы, так?

Она кивнула.

– Там не простая система, но – да, связаны.

– У тебя есть какие-нибудь документы по этим строениям? – спросил он. – Архитектурные планы? Можно выяснить, какой источник энергии они использовали?

– В сети ничего найти не могу, – вскоре призналась Наташа.

– Может быть, ЩИТ отсканирует это местечко, используя разные части спектра? – спросил Брюс. – Инфракрасный, ультрафиолетовый... гамма?

– На что ты намекаешь?

– Я не уверен, – сказал Брюс, – но мне кажется, этот остров имеет для Зодиака ключевое значение. Нас только трое. Надо бы что-то придумать, чтобы избежать лобового столкновения.

– А может, просто разбомбить их с воздуха? Если этот остров так важен для грядущего ритуала, мы могли бы просто захватить его.

– Они обосновались на острове более девяноста лет назад, – напомнил Брюс. – И наверняка успели продумать оборону. Возможно, бомбежка не нанесет им урона, а только сообщит о нашем приближении.

Она кивнула.

– Давай поговорим с Тони. Похоже, намечается интересный план.

* * *

ОГНИ Сиэтла, пробивавшиеся сквозь плотные облака, растаяли вдали, когда квинджет перелетел через путаницу заливов, бухт и проливов, которые образуют море Селиша. Солнце зашло, и под пасмурным небом неподвижные воды напоминали обсидиан. Лишь фонари у береговых линий светились в сумраке, да проплывали иногда паром или катер.

Квинджет шел намного медленнее сверхзвуковых скоростей, задействовав все доступные способы маскировки. Остров, как и море, был совсем темным, хотя на экранах казался разноцветным, – сканеры выделяли особыми цветами рельеф местности, радиолокационную плотность, теплопоглощение поверхности и наличие радиации. Когда до острова осталось меньше полумили, Тони выключил основные двигатели и летательный аппарат завис над морем.

– Что случилось? – спросила Наташа.

– Вижу какое-то поле, – сообщил Тони. – Если пойдем дальше, нас засекут.

– Слежка?

– Не уверен. Энергетические импульсы незнакомые, но зачем-то они там есть. Надо бы подготовиться, а потом бросаться в омут.

– Это все?

– Там что-то виднеется под Солнцем, – сказал Тони. – Если, конечно, этот большой шар считать Солнцем. Который из наших друзей Зодиака связан с Солнцем? Какой это знак?

– С Солнцем, как правило, ассоциируют Льва, – ответила Наташа. – Говоришь, «под Солнцем»?

– Ну да. Судя по данным сканеров, там какой-то массивный часовой механизм, точнее сказать не могу. Каждая из «планет» установлена на металлическом каркасе. Сферы смещены по вертикали, чтобы не натыкаться друг на друга. Их металлические каркасы сходятся в одной точке – под Солнцем. Видимо, там установлен какой-то двигатель.

– В центре должна быть Земля, – сказала Наташа.

– Как это?

– В «Тетрабиблосе» Птолемей ставит Землю в центр Солнечной системы.

– Ты только подумай, – ахнул Тони. – Книга о предсказании будущего – и автор так ошибся в описании мира.

– Но если все, что под нами, сотворил Зодиак, то в центре и не может быть Солнце.

– Понимаю, к чему ты клонишь, – кивнул Тони. – Выравнивание созвездий по их теории основано на геоцентристской вселенной, но вселенная-то остается той же, или нет?

– Все верно, – сказал Брюс. – Чтобы предсказать движение планет, можно использовать системы и с Землей в центре, и с Солнцем. Просто задействуются разные наборы предположений и расчетов для получения верного результата. Движение планет остается прежним. Кроме того, неважно, как вы представляете себе всю систему, с Земли звезды выглядят совершенно одинаково.

Брюс пожал плечами.

– Они построили этот комплекс для своих целей, – продолжил он, – но так, чтобы выдать его за парк развлечений. Может быть, они не хотели привлекать к себе внимание, а это непременно случилось бы, построй они в двадцатом веке модель Солнечной системы с Землей в центре. Им нужно было сидеть тихо.

Тони не ответил, но ввел в компьютер несколько команд. Сенсоры сфокусировались на сооружении в центре.

– Как ты эту штуку ни назови, но под ней находится источник гамма-излучения, – сообщил Старк. – Давайте же выяснять, что это такое и что оно там делает. Кто желает поплавать?

– Я бы окунулась, – откликнулась Наташа.

* * *

МОРЕ Селиша оказалось холодным. Неподготовленный пловец – например свалившийся случайно с парома – утонул бы, пробыв в ледяной воде всего минуту. Сильный человек с некоторой жировой прослойкой продержался бы минут десять.

Наташу никто бы не назвал неподготовленной. Гидрокостюм защищал ее от холода, но даже в нем ощущалась прохлада.

Плыть пришлось долго, и по дороге она гадала, засекли ли ее камеры слежения или защитное поле, явно установленное вокруг острова. Тони предполагал, что поле, скорее, нацелено на обнаружение летательных аппаратов и катеров, а пловца вроде Наташи камеры, вероятнее всего, примут за обитающее в воде животное.

Но это были лишь догадки. Наташа оставалась начеку, всегда готовая отразить возможную атаку.

Приближаясь к острову, она переключила очки на инфракрасный обзор и сразу заметила поток теплой воды, который выводили с острова через подводную трубу. Какой бы энергией ни приводили в действие механизм «Солнечной системы», будь то дизельное топливо или электричество, требовалась система охлаждения, и проще всего – сбросить тепло в море.

Наташа всплыла на поверхность.

Плотные серые облака слегка разошлись над ее головой. Остров располагался в так называемой дождевой тени – в области, которую горы защищали от осадков, так часто выпадавших в прилегающих районах. Обычно Наташа любила смотреть на звезды, но теперь, увидев их, нахмурилась. Они выглядели ярче обычного, их свет пробивался сквозь густые облака над морем. У Наташи возникло странное ощущение: она как будто оказалась беззащитной под огоньками камер наблюдения.

Сделав глубокий вдох, она нырнула и стала подниматься по трубе с теплой водой прочь от моря, пока наконец не попала в довольно большой бассейн, в центре которого возвышалась ярко освещенная бетонная платформа. Образованную давным-давно приливной волной пещеру явно расширили и заполнили техникой. Большинство устройств были старыми – гигантские железные или стальные валы и шестерни, покрытые машинным маслом, несомненно, и являлись тем самым механизмом, который приводил в движение Солнце и планеты парка развлечений. Однако в самом сердце этого агрегата сияло нечто, созданное явно гораздо позднее.

Это был шар из стекла или хрусталя. А внутри него плавало, будто в невидимой жидкости или космическом вакууме, человеческое тело. Наташа вынырнула в дальнем углу пещеры, в тени, и теперь издалека ей было трудно рассмотреть, кто был заключен в стеклянном шаре, – она лишь поняла, что это мужчина, и довольно крупный. Его кожа казалась зеленой, но не такой темной, как у Халка. Мужчину опутывали провода и прозрачные трубки, по некоторым из них текла зеленая жидкость. Раз в несколько секунд человек вздрагивал, будто пульсируя, и излучал голубовато-зеленый свет.

Возле сферы Наташа насчитала шесть вооруженных охранников и четыре камеры наблюдения – и это только те, что ей удалось разглядеть. Скорее всего, ее пока не заметили, однако стоит ей сделать хоть шаг, и ее тут же обнаружат. В море Тони и Брюс ждали, пока она осмотрится в пещере, оценит ситуацию и свяжется с ними, чтобы обсудить следующие шаги. Однако включать рацию она опасалась. Так каким же будет ее следующий шаг?

Наташа скорректировала оптическое увеличение линз. Как следует рассмотреть черты лица человека в стеклянном шаре не получилось, однако он показался ей похожим на Блонски. Скорее всего, так и было. И его энергетический отпечаток явно указывал на гамма-радиацию, а значит, кое-кто решил тайком поиграть со стволовыми клетками, которые облучала в своей лаборатории Рапачини. И еще стало ясно, что человек в стеклянном шаре находится там не по своей воле. Он пленник.

Но почему он здесь?

Стрэндж говорил, что «схождение» Зодиака обеспечит энергия Ключа, того самого золотого анха, который она видела на Тайване. Над сферой, подключенной ко множеству архаичных часовых механизмов, обнаружилось нечто вроде электрического двигателя и запасы топливных элементов. Что-то здесь не сходилось. Наташа чувствовала: смысл ускользает, но искать ответ времени не оставалось. Пора было решать, что выводить из строя в первую очередь.

Второго такого случая могло не представиться.

Пещеру наполнил громкий гул и скрежет металла, закрутились со стоном шестеренки, которым давно не хватало внимания.

* * *

КОГДА Наташа вошла в воду, Тони чуть сдал на квинджете назад и позвонил Марии Хилл. Брюс прислушался к разговору.

– Я отслеживаю ваши спутниковые запросы, – сказала Мария.

– Как насчет того, чтобы слегка расчистить нам путь? – попросил Тони. – Скажем, провести небольшую артподготовку?

– Это невозможно, – ответила Мария. – На этом острове старый парк развлечений – других данных у нас нет.

– Парк развлечений с гамма-излучением?

– Даже если излучение имеет какое-то отношение к Зодиаку, на поверхности могут находиться гражданские лица. Идите первыми, Старк, плесните масла в огонь. Если нам не понравится результат, мы придем на помощь. А пока побудем в режиме ожидания.

– Идеальное решение, – ответил Тони.

Разорвав связь, он посмотрел на Брюса.

– От Наташи есть новости?

– Я потерял ее на тепловом сканере, как только она заплыла под остров. Подождем еще несколько минут, а потом начнем наступление.

– Надо же, прям рвешься в бой... а ведь хотел отсидеться в уголке.

– Пожалуй... – вздохнул Брюс. – То было раньше.

Тони с беспокойством посмотрел Брюсу в лицо.

– Бэннер, – сказал он, – нам нужен Халк. Очень нужен. На нашей стороне. Можем мы на тебя положиться?

К удивлению Тони, Брюс громко рассмеялся. Радости в этом смехе оказалось маловато.

– Сам знаешь! Когда дело касается зеленого великана, никто никаких гарантий тебе не даст. Но ты не беспокойся, с Зодиаком у меня свои счеты. Нам с Халком есть что им предъявить.

– Ясно, – ответил Тони. – Ты только помни: сегодня эти ребята сильнее, чем в прошлый раз. Может, и ростом повыше стали.

– Так и я больше разозлился – силы будут равны.

Тони кивнул и взглянул на экран.

– Так что нам делать?

– Договорились же дать Наташе пятнадцать минут, если от нее не придет вестей.

– Да, – Тони тяжело вздохнул. – Просто... Кэп с Тором пропали...

– Я понимаю, – сказал Брюс. – И тоже не хочу потерять Наташу.

Они посидели в тишине, вглядываясь в очертания острова в неверном свете звезд. Брюс попытался воскресить в памяти свою битву с Весами и Львом.

– Когда я в прошлый раз дрался с этими ребятами, то заметил кое-что необычное, – произнес он. – Хотя я был тогда в шкуре зеленого великана и почти все позабыл.

– И что же?

– Лев ударил меня энергетическим лучом. Больно было, конечно, но вот что странно: мне показалось, что после того удара я стал... сильнее.

– Ну, чем Халк злее, тем сильнее, – сказал Тони. – Мы все это знаем.

– Да, но в тот раз получилось по-другому. Халк будто... впитал часть энергии, которой его пытались поразить. Зарядился, как батарейка.

– Интересно, – Тони склонил голову набок. – Может, потому они тебя и искали?

– Скорее, все наоборот, – предположил Брюс. – Они хотят использовать меня как батарейку, источник питания для этой своей операции с созвездиями. Но если я действительно могу поглощать энергию...

– А вдруг процесс работает в обе стороны? – спросил Тони. – Ты конденсатор. Набираешь энергию, хранишь, а потом они ее забирают, – он нахмурился. – Жаль, ты не припомнил этого раньше. Мы бы успели получше обдумать, что это значит.

– Мне тоже жаль, – вздохнул Брюс. Он посмотрел на часы. – Похоже, времени у нас не осталось.

На острове вдруг зажгли свет – одновременно в нескольких местах. Сферы, представлявшие планеты в механической Солнечной системе, засветились и начали медленно поворачиваться. В вышине звезды засияли чуть ярче.

Брюс начал расстегивать рубашку. Хорошая рубашка, жаль такую портить.

Внизу появились светящиеся фигуры – каждая парила над планетой на часовом механизме.

Их было двенадцать.

– Ну вот, – сказал Тони. – Это нам сигнал. Пора.