НАТАША в точности представляла, что происходит с Тони Старком, и совсем ему не завидовала. Тонкие клешни женщины-рака проникали глубоко, и если она хотела получить ответ, не дать его было невозможно. Черная Вдова это знала не понаслышке.

Единственное, что играло Мстителям на руку, это неосведомленность противников. Если они сомневались, какой именно вопрос задать, то не могли получить и ответа – от собеседника вроде Наташи по крайней мере.

Тони, конечно, не проходил такой интенсивной подготовки, как мисс Романофф. Он с охотой откликнулся на все вопросы женщины-рака, а некоторые еще и дополнительно прокомментировал. Как ни странно, лишь единицы вопросов касались Зодиака, лабораторий АИМ и новых источников энергии, которые обнаружил Тарлтон.

Почти все они касались Брюса Бэннера.

Когда разговор окончился, Старк впал в заторможенное, почти коматозное состояние, из которого Наташа сама до сих пор пыталась выйти.

Женщина-рак кивнула на пленницу:

– Допросить ее еще раз? Теперь у нас больше информации.

Козерог обернулся к Вдове:

– Не знаю. Мисс Романофф, вам есть что добавить к сказанному?

– Пока нет, – ответила она. – Давайте вернемся к этому разговору позже.

– Хорошо, – согласился он.

– Я бы тоже хотела задать вопрос, – решилась Наташа.

– Конечно, спрашивайте, не стесняйтесь.

– Чем вызвано ваше любопытство насчет Халка? Парочка ваших ребят сошлись с ним в рукопашной, насколько мне известно, но к нашему делу он отношения не имеет. Бэннер не представляет для вас ни малейшей опасности.

– Верно, и нам это известно, – кивнул Козерог. – Наш интерес связан с проблемами, которые, боюсь, выходят далеко за пределы вашего понимания. Древние пророчества и все такое.

– Гороскопы?

– Ваша тактика проведения допроса вошла в легенды, мисс Романофф. Вы намеренно пытаетесь спровоцировать меня, заставить открыть информацию, которую сможете использовать, выйди вы из этого дома на свободу. Уверяю вас, отсюда не сбежать. Однако я не настолько глуп, чтобы не понимать: возможность есть всегда, а некоторые упрямые личности непременно попытаются это проверить. Потому я оставлю вас наедине с вашим любопытством.

– Вы и так кое-что мне рассказали, – возразила Наташа. – В прошлый раз у вас ничего не вышло. Еще в Бронзовом веке, помните? Вас недурно приложили, и потребовалось три тысячи лет для новой попытки. Интересно, что тогда произошло? Скорее всего, вам помешала женщина, которая занимала тогда пост Верховного Чародея. И в наше время Верховный Чародей жив-здоров и никуда не делся. Даже если вам удастся заполучить Ключ, есть вероятность, что вы проиграете, как в прошлый раз. Вы несколько тысяч лет расшифровывали звездные предсказания, бросали кости, гадали на печенье, и все в таком духе. И наконец выяснили: на этот раз вам нужно кое-что новенькое – главный козырь, правильно? Но вы не знали ничего конкретного. Однако, когда вы наткнулись на Халка, хоть и не ожидали его увидеть в лаборатории АИМ, все ваши отрывочные пророчества вдруг обрели смысл. Вам нужен Халк. С его помощью у вас все получится.

Женщина-рак приблизилась, вытягивая тонкие клешни.

– Как она...

– Тихо! – прогрохотал Козерог. – Она тебя провоцирует.

Агент Романофф преувеличенно удрученно вздохнула. Хотя в некотором роде она действительно приуныла. Наташа надеялась выудить из Козерога с Раком побольше информации, но теперь хотя бы убедилась – ее догадки верны.

* * *

ПРИМЕРНО в два часа ночи Эмиль проверил все камеры и включил видеотрансляцию из лаборатории Рапачини. Потом отсоединил именно эту трансляцию и закольцевал ее с ложной отметкой времени. Закончив приготовления, Блонски встал и отправился в лабораторию Моники. Стояла тишина. Днем в коридорах обычно шумели рабочие, скрежетали пилы, разрезавшие деревянные панели и трубы, рычали незнакомые механизмы.

С необходимым ремонтом уже покончили, починили даже стены, которые снес или пробил Халк. Поверхности успели только загрунтовать, пока не красили, и огромные светлые пятна грунтовки напоминали Эмилю о недавнем поражении. В системе наблюдения тоже пока оставались некоторые недоделки. Один из блоков связи был поврежден, и всплеск мощности, которого вовремя не заметили, за два дня привел к целому каскаду сбоев, а в результате и к частичному отказу всей компьютерной системы.

Другими словами, от безопасности лабораторий остались одни руины. Новые компьютеры, в пять раз мощнее старых, уже доставили из «Старк Индастриз», но коробки еще не распаковали. А пока их не установят, в здании работала система безопасности, очень напоминавшая по своим параметрам охранную сигнализацию торгового центра 1980-х.

Моника ждала его в лаборатории.

– Я отключил запись, – сообщил Эмиль. – И стер наш последний разговор.

– Вот и хорошо, – кивнула Моника. – Я очень рада, что ты все понял. Садись.

Блонски опустился на стул. Обычно на нем сидел Бэннер.

– Должна предупредить: процесс может оказаться болезненным, – сказала Моника. – Ты, возможно, почувствуешь себя странно, будет кружиться голова, подступит тошнота... Ничего приятного, в общем.

– Я все понимаю. Мне только нужно, чтобы все сработало.

– Хочу напомнить – обещать я ничего не могу, – предупредила его Рапачини. – Это эксперимент. Лучше рассматривать весь процесс в этом свете. Может, совсем ничего не получится. Надеюсь, ты понимаешь.

– Да, понимаю. А как это случится? Что произойдет?

– Для начала сделаем тебе восемь уколов, – сообщила Моника. – Самый болезненный, наверное, будет в позвоночник. У меня есть препарат для местного обезболивания, но полный наркоз я тебе дать не смогу.

– Ничего, – улыбнулся Эмиль. – Я привык к боли. Может, найдется зубная каппа? Не хотелось бы откусить себе язык. Он мне еще пригодится.

– Да, конечно.

– Я стану таким же, как он? Зеленым?

– Ничего не могу сказать наверняка. После первых инъекций ты станешь сильнее, устойчивее к травмам. Однако твой внешний вид, скорее всего, не изменится. Впоследствии, после других вмешательств – возможно. Но мы обсудим это позже, когда до того дойдет.

Блонски кивнул.

– Ты не передумал? – уточнила Моника.

– Нет, – уверенно ответил он.