Кориалстраз врезался в Нелтариона со всей силы, целясь в самые не защищенные чешуей места. В ту же секунду красный дракон выпустил струю пламени точно в глаза безумного Аспекта.

Ему удалось удивить Хранителя Земли, но Нелтарион не выпустил диск, как надеялся Кориалстраз. Нет, черный дракон держал талисман мертвой хваткой. Даже когда Нелтарион закружился в воздухе, он сохранил достаточно самообладания, чтобы предотвратить потерю своего драгоценного творения.

Потерпев неудачу, Кориалстраз зашипел. В одиночку у него не было ни единого шанса противостоять гораздо более крупному дракону. Хуже того, красный гигант чувствовал, как то, что Крас правильнее назвал Душой Демона, притягивает его, и понимал, что Хранитель Земли может сделать противника таким же рабом, как и всех остальных.

Но даже в такой ситуации супруг Алекстразы отказывался отступать. Он взял на себя обязательства и будет сражаться до самой смерти ради спасения своей возлюбленной.

Прежде чем Нелтарион успел опомниться, Кориалстраз снова врезался в него, на этот раз ударив черного дракона головой в поясницу. Аспект ахнул, когда из него выбили весь воздух. Его лапа дернулась, и на этот раз диск все-таки выскользнул наружу.

– Нееет! – прогремел Нелтарион.

Демонстрируя неистовую силу, он оттолкнул красного дракона, отправляя Кориалстраза в неуправляемый полет, а сам нырнул вниз за своим сокровищем. Крылья Нелтариона были крепко прижаты к спине, и он падал так быстро, что сумел схватить Душу Демона прежде, чем ее унесло слишком далеко.

Взмыв в небо, черный гигант в ярости взревел, обращаясь к меньшему дракону:

– Как… ты… посмел?!

Кориалстраз попытался выровняться, но он двигался слишком медленно. К своему ужасу, красный дракон увидел, как Нелтарион держит диск прямо перед ним.

– Ты сам подставишь мне свою шею!

Вспышка света охватила Кориалстраза. Он горел так, как не горел никогда прежде. Казалось, что его чешуя плавится, а кости иссушаются. Он закричал в агонии.

И все же красный дракон заставил себя двигаться вперед, а не назад. Борясь с болью, он приближался к Нелтариону. Хранитель Земли разочарованно взревел. В своем безумии он стремился уничтожать, а не порабощать, и теперь это работало против него.

Драконы столкнулись. С такого близкого расстояния Душа оказалась не настолько полезной, как рассчитывал Нелтарион. Оба дракона выпустили когти и обнажили зубы, и Кориалстраз пустил свои в ход.

Нелтарион вцепился ему в горло. Красный дракон выдохнул, посылая волну жара точно в морду Хранителя Земли. На этот раз атака была более успешной – черный дракон отпрянул назад, его голова дымилась.

Но триумф Кориалстраза длился недолго. Взлетев туда, где его было не достать, Нелтарион прижал Душу Демона к своей вздымающейся груди и, глядя на противника, оскалил зубы в безумной улыбке.

– Ты перестал забавлять меня, юный Кориалстраз! Ты для меня лишь мошка, насекомое, которое нужно раздавить! Рабство – слишком большая милость для такого, как ты…

Во время его речи диск ярко светился. Его золотая аура расползалась, захватывая и Нелтариона. В смехе дракона больше не было здравого смысла. Глаза Хранителя Земли вспыхнули, и он, казалось, раздулся до предела.

– Насекомые! – повторил он почти радостно. – Все вы для меня лишь насекомые!

Черный дракон задрожал так, словно был готов взорваться. Он протянул свободную лапу, указывая на землю далеко внизу.

Земля изогнулась. Демонов и ночных эльфов разбросало в разные стороны, когда началось извержение вулкана. Магма и пламя взметнулись высоко в небо, обрушиваясь на тех несчастных, кто не успел убежать. Ту самую мощь земли, которой он поклялся распоряжаться мудро, Нелтарион теперь использовал, чтобы убивать без разбора. На глазах Кориалстраза Хранитель Земли извратил свою роль так, что из Аспекта мира превратился в его полную противоположность.

Совершая свое последнее зверство, Нелтарион менялся все сильнее. На его торсе появилась трещина, разрывая чешую, точно та была сделана из бумаги. Однако из ран текла не кровь, а скорее чистый огонь. Второй разрыв образовался прямо на груди дракона, а третий – на противоположной стороне от первого.

Вырвавшись на свободу подобно чуме, ужасные разрывы покрывали все тело Нелтариона. Чешую на его спине разорвало в клочья. Даже смотреть на это Кориалстразу было больно, но казалось, что огромный черный дракон ничего не замечает или даже наслаждается тем, что с ним происходит. Его глаза ярко горели силой, отражающей мощь диска, и Аспект продолжал смеяться, выпуская наружу многочисленные разрушения.

Собравшись с духом, Кориалстраз снова попытался остановить омерзительного исполина. Он взмыл к Нелтариону, готовый встретить свою смерть и мысленно прося прощения у отсутствующего Краса, который наверняка умрет в тот же миг, что и его младшее «я».

Хотя Нелтарион и был поглощен своим смертоносным делом, он все же успел заметить возвращение противника. С насмешкой, которую только мог изобразить его облик рептилии, черный дракон направил Душу Демона на Кориалстраза.

Ее сила ударила красного самца, сбрасывая его вниз на землю. Кориалстраз попытался замедлить свое падение, но сила диска казалась неумолимой.

Дракон рухнул с оглушительным грохотом, но даже тогда Нелтарион не успокоился – он был полон решимости вдавить врага в землю.

Внезапно потрескивающее голубым светом энергетическое поле окружило безумного Аспекта, заставляя зашипеть и притянуть Душу обратно к груди. Черный гигант яростно заревел, пытаясь отыскать источник своего пленения.

Сквозь пелену слез Кориалстраз заметил настоящую волну, направляющуюся к Нелтариону.

Остальные драконы обрели свободу. Поглощенный битвой с супругом Алекстразы и хаосом, что он обрушил на ночных эльфов и демонов, Нелтарион не уделял должного внимания заклинанию, которое удерживало в рабстве остальных драконов. Теперь эта ошибка вернула Калимдору надежду.

Одна группа крылатых гигантов быстро отделилась от остальных. Род синих драконов дикой фурией кружил над запертым в клетку Аспектом, а во главе его стоял тот, что до предательства черного защищал дело Хранителя Земли, как никто другой.

– Нелтарион! – взревел Малигос. – Друг мой! Посмотри, во что ты превратился! То, что ты создал, уничтожит тебя! Отдай Душу мне, чтобы я мог положить конец ее разрушениям!

– Нет! – прокричал в ответ Нелтарион. – Ты желаешь завладеть ею! Вы все этого хотите! Ты знаешь, какой силой она может наделить тебя! Она способна создать бога!

– Нелтарион…

Но продолжить Малигос не успел – черный дракон зашипел, и его тело накалилось еще сильнее. Золотая аура разлетелась от него и от диска во все стороны, сжигая клетку, которую создал синий дракон.

– Ты не оставляешь нам выбора, старый друг! – прошипел Малигос, ныряя в сторону безумного Аспекта.

Вокруг них заняли свои места другие синие драконы, готовые нанести Нелтариону удар со всех сторон. Из всех стай именно род синих знал тонкости магии, как никто другой. «Что ж, здесь и сейчас Нелтарион потерпит поражение», – подумал обессиленный Кориалстраз.

Словно стая волков, преследующая свою добычу, синие драконы окружили своего врага. Аура глубокого кобальтового цвета опоясывала Малигоса.

– Эта мерзость не должна была появиться в нашем мире, – сообщил Страж Магии своему собрату. – И поскольку я поспособствовал ее созданию, будет справедливо, если я, старый друг, и сотру ее с лица земли!

Нечто, напоминающее дугу чистого белого света, направилось к диску. Когда это нечто приблизилось, стало ясно, что Малигос сказал чистую правду о том, что намерен «стереть» Душу Демона. Везде, где пролетала дуга, образовывалась пустота. Не было ни тумана, ни даже неба – лишь чистая, белая пустота. Воздействие на небо, разумеется, было временным, но для жуткого диска такая судьба станет бессменной.

Вернее… так должно было быть. Ни наблюдавший за событиями Кориалстраз, ни кто-либо другой так никогда и не узнал, сумело бы заклинание Малигоса уничтожить Душу. Прежде чем чары коснулись диска, Нелтарион сплюнул. Его слюна обратилась в пылающую черную сферу, которая встретилась с дугой за несколько секунд до того, как та коснулась творения черного гиганта. Ослепительная серия вспышек ознаменовала их столкновение… и больше ничего не произошло.

С диким криком Малигос дал сигнал к началу атаки, но Нелтарион действовал быстрее. Еще до того, как белая дуга исчезла, он вытянул лапу с Душой Демона вперед. Теперь вместо золотого света, который опустошил так много земель внизу, во все стороны хлынул другой свет – серый.

Малигос создал дымовую завесу, но с тем же успехом он мог сотворить и простой дым. Серый свет схватил дракона и резко отбросил назад. Ревущий в агонии синий Аспект пролетел над холмами в сторону горизонта.

Но для его супруг и потомства Нелтарион уготовил гораздо более ужасную судьбу.

Он высушил всех синих драконов до единого. Они сдувались, словно рваные мешки с водой. Их крики были невыносимо ужасны. Хотя они и боролись, никому не удалось избежать светящейся серым светом ловушки.

Оставшиеся драконы других цветов пытались помочь, но было уже слишком поздно. Превратившиеся в сухую шелуху, лишенные Душой Демона магии и жизненных сил, умирающие синие драконы наконец обратились в пыль, развеянную ветром.

– Нет… – ахнул Кориалстраз, пытаясь подняться. – Голова дракона закружилась, и он снова рухнул, разбив вдребезги то, что еще оставалось от склона, на который он приземлился. – Нет…

– Глупцы! – прогремел Хранитель Земли без малейшего сожаления о содеянном. – Я предупреждал вас снова и снова! Я – величайший из всех! Все это принадлежит мне! Все, что живет, живет лишь потому, что я позволяю!

Лишь взглянув в сторону остальных, огненный гигант направил на них ураган такой силы, что оставшиеся драконы разлетелись во все стороны, словно были ничем. Даже Алекстраза и Изера не смогли противостоять ветру и были отброшены назад так же, как и все остальные. Вместе со всеми они рухнули далеко за пределами видимости, беспомощно вращаясь в время полета. Ни один дракон из многих сотен не избежал заклинания Нелтариона.

Тело черного исполина раздулось до невероятных размеров, нарушая все пропорции, пылающие разрывы покрывали весь его торс. Чудовищный дракон развернулся, чтобы снова обвести взглядом ночных эльфов и их врагов.

– А вы! Вы так и не научились! Но вы научитесь! Научитесь!

Он снова засмеялся и тут же схватился за один из разрывов на шкуре свободной передней лапой. Казалось, что Аспект впервые заметил те ужасные изменения, что произошли с его телом, и прежде самодовольное выражение его морды на мгновение сменилось страхом.

Затем, обращаясь к наблюдающим снизу, Нелтарион прокричал:

– Мы увидим, кто достоин жить в моем мире! Я оставлю вас наедине в вашей жалкой войне… и вы будете сражаться, чтобы узнать, кому будет позволено дышать и поклоняться мне!

Издав последний безумный смешок, черный гигант развернулся и улетел прочь.

Кориалстраз был благодарен Хранителю Земли за то, что тот не стал продолжать свое безумное разрушение, но понимал, что помилование было временным. Наслаждаясь трансформацией, произошедшей по вине диска, Нелтарион понял, что ему необходимо что-то делать с силой, которая разрывала его тело на части. Ослабленный красный дракон был абсолютно уверен, что черный исполин вскоре найдет решение… и тогда Нелтарион, без сомнения, вернется, чтобы провозгласить свой «мир».

Кориалстраз снова попытался подняться, но тело по-прежнему не слушалось. Раненый красный самец с надеждой взглянул на темные небеса, но не увидел даже намека ни на свой народ, ни на свою Алекстразу. Его охватил страх, что их постигла судьба рода Малигоса. При одной мысли о своей королеве, безвольно и безжизненно лежащей на вершине какой-нибудь крутой горы, из глаз Кориалстраза хлынули обжигающие слезы. И все же, как он ни старался, даже подобные образы не помогали дракону подняться.

«Отдохнуть… мне нужно отдохнуть… а затем найти Краса… Он знает, что делать…»

Красный гигант откинулся на землю. Все, что ему нужно, – лишь несколько минут. А потом он снова поднимется в воздух.

Но именно в этот момент его чуткий слух атаковал новый резкий звук. Кориалстразу потребовалась лишь секунда, чтобы узнать его.

Звук битвы.

Демоны вновь пошли в наступление.

Кошмар. Крас очутился посреди настоящего кошмара. Он и Малфурион достигли того места, откуда хоть и не было возможности наблюдать за сражением на земле, но, по крайней мере, было видно, что происходит в небе.

И вот Крас наблюдал, как его народ пал перед безумием одного из своих собратьев.

Он видел, как его младшее воплощение храбро – хотя и глупо – пытается противостоять Аспекту. Сражение прошло так, как того и ожидал маг, даже несмотря на то, что почти все его воспоминания об этом времени исчезли. Холод сковал мага, когда Кориалстраз наконец упал, но хоть Крас и чувствовал его боль, он также чувствовал, что красный самец жив – пусть и небольшая, но победа на данный момент.

Однако самым худшим для него – даже хуже, чем осознание того, сколько ночных эльфов погибло по вине Нелтариона – было то, что случилось с другими драконами. Теперь, когда весь род Малигоса практически уничтожен, Хранитель Магии начнет впадать в собственное безумие из-за вымирания почти всех его братьев. Веселый гигант исчезнет, и его место займет грозный зверь-затворник.

И кроме всего этого, атака, отправившая всех остальных драконов кувырком далеко за горизонт, потрясла Краса до глубины души. Он продолжал твердить себе, что с Алекстразой все будет в порядке и что большинство драконов переживут тот грандиозный ураган, который отбросил их через полмира. История была тому свидетелем, но сердце мага настаивало на обратном.

Он рванул вперед Малфуриона, отчаянно пытаясь трансформироваться. Он был старше, мудрее и опытнее, чем его младшее воплощение; у Краса было больше шансов одолеть Нелтариона. Дракон-маг изо всех сил пытался обратиться, стать тем, кем он должен быть…

В конце концов ему удалось лишь споткнуться, а потом и вовсе упасть на землю. Крас рухнул лицом вниз и лежал так некоторое время под грузом всех своих неудач, которые навалились на него разом и пытались сломить.

– Мастер Крас? – спросил Малфурион, поднимая его.

Устыдившись своего вида, маг спрятал эмоции под привычной маской.

– Я в порядке, друид.

Молодой ночной эльф кивнул и сказал:

– Я в каком-то смысле понимаю, через что ты сейчас проходишь.

Крас чуть было не огрызнулся, мол, друиду никогда его не понять, но почти сразу же осознал, насколько резким и глупым было бы его едкое замечание. Разумеется, Малфуриона понимал; в этот самый момент его народ – возможно, те, кого он любит, – гибнет.

Внезапно его спутник вскинул голову.

– Хвала Кенарию! Нам повезло!

Повезло? Крас проследил за взглядом друида, и ему открылось желанное зрелище: к ним приближалась Тиранда в сопровождении двух других сестер. Девушка вела в поводу двух дополнительных пантер, очевидно предназначенных для заклинателей.

Подъехав, Тиранда спрыгнула со своей огромной кошки и безо всякого стыда обняла Малфуриона. Сопровождающие ее сестры вежливо опустили глаза; Крас отметил, что они очень уважительно относятся к Тиранде, несмотря на то, что обе явно были старше жрицы.

– Слава Матери-Луне! – выдохнула она. – После всего случившегося и появления Кориалстраза я так боялась, что ты…

– А я боялся за тебя, – ответил друид.

Крас почувствовал слабую боль в сердце, которая не имела ничего общего ни с его состоянием, ни с состоянием Кориалстраза. Просто на месте двух ночных эльфов он представлял себя и еще одного дракона.

Но этого никогда не случится, если они не остановят Пылающий Легион и Нелтариона.

– Мы должны двигаться дальше, – сказал он друзьям. – Нужно остановить демонов, только тогда у нас появится надежда противостоять Хранителю Земли.

С некоторой неохотой Малфурион и Тиранда отстранились друг от друга. Когда все оседлали своих пантер, отряд развернулся и направился к месту сражения.

Они услышали крики и рыдания задолго до того, как увидели первое кровопролитие. Место противостояния сильно сместилось, что весьма удивило Тиранду и сестер, которые только недавно покинули его.

– Сражение не должно быть так близко! – выпалила одна из жриц. – Линия обороны прорвана!

Вторая сестра кивнула и произнесла, оборачиваясь к Тиранде:

– Госпожа, нам нужно найти иной путь. Тот, по которому мы приехали, недоступен.

И Крас, и Малфурион отметили новый титул, но не поняли, что он означает. Тиранда лишь добавила загадочности, приняв предложение жрицы в манере истинного командира:

– Веди туда, куда считаешь нужным.

Отряд поскакал дальше, пытаясь отыскать иной путь к войску. Перед ними лежала тропинка, но она пролегала в опасной близости от места сражения. И все же это был единственный оставшийся путь, если они не хотели ехать в самом хвосте армии Гребня Ворона, что добавило бы к их долгому походу еще несколько часов.

Пока отряд продвигался вперед, Крас наблюдал за битвой неподалеку. Демоны сражались так неистово, словно по-прежнему намеревались захватить мир для своего повелителя, хотя на самом деле Нелтарион мог уничтожить их с такой же вероятностью, как и ночных эльфов. Архимонду оставалось лишь предполагать, что если он каким-то чудом быстро одержит победу, то сумеет сразиться с черным драконом. Как он надеялся это осуществить, Крас понять не мог, но в его прошлом командир демонов ничего подобного не делал. Однако теперь будущее было не предопределено, случиться могло все что угодно.

– Сюда, вниз! – позвала жрица, едущая впереди. Она направила своего саблезуба по наклонной тропе, а затем ненадолго скрылась за краем холма, который они пытались обогнуть.

Остальные последовали ее примеру, понимая, что на счету каждая секунда. Но едва они обошли холм, Малфурион закричал:

– Берегись!

Возникшая, казалось, из ниоткуда битва захлестнула их. Отчаявшиеся солдаты отступали, а ухмыляющиеся демоны врубались в их обессиленные ряды. Всадники едва не налетели на ближайших защитников. Но хуже всего было то, что теперь отступление столкнуло маленький отряд с врагом лицом к лицу.

Ехавшая впереди сестра попыталась отбить пылающий клинок демона, но двигалась слишком медленно. Чудовищный клинок пронзил ее плечо и шею, и жрица упала замертво. Ее саблезуб тут же кинулся на демона, но для его наездницы было уже слишком поздно.

– Госпожа! – выкрикнула старшая сестра, отбиваясь от стража Скверны. – Назад!

Она явно пыталась отвлечь внимание врага от Тиранды, но подруга детства Малфуриона не пыталась ускользнуть от битвы. С яростью, напомнившей Красу его собственную, девушка пришла на помощь своей спутнице, вогнав клинок под броню демона. Страж Скверны согнулся и упал, давая защитникам немного времени, чтобы перестроиться.

– Мы должны добраться до Ронина и лорда Гребня Ворона! – настаивал Крас.

И все же, несмотря на все усилия, толпа отбросила их назад. Крас произнес заклинание, которое подняло оружие уже павших демонов и направило его в чудовищных воинов в первых рядах. Окруженные ночными эльфами и заколдованными клинками, многие демоны пали замертво.

К сожалению, это волшебство далось магу не так легко, как он ожидал: слабость Кориалстраза действовала и на него. Его младшее «я» потратил все силы на сражение с Нелтарионом, и связь между ними, очевидно, позволила дракону вытянуть часть энергии из Краса.

Действия Малфуриона оказались более эффективными. Он поднял пыльную бурю, которая ослепляла лишь воинов Пылающего Легиона, заставляя их безрассудно метаться в поисках хоть какой-то цели. Ночные эльфы с легкостью убивали сбитых с толку демонов.

Сосредоточившись на приближающихся захватчиках, Крас не обращал внимания на небо; благодаря Нелтариону он не видел причин, по которым следовало бы смотреть наверх. Но услышав крики и заметив наконец растущую тень, дракон-маг поднял глаза – как раз вовремя, чтобы проклясть собственную беспечность.

Два инфернала нанесли удар… и все вокруг погрузилось в хаос.

Падение демонов на землю обернулось настоящей катастрофой. Страшное землетрясение захлестнуло всех. Несколько солдат взлетели в воздух. Другие закричали, когда громадные куски камня и земли, подброшенные приземлением инферналов, раздавили их.

Пантера Тиранды тоже пострадала от одного из таких снарядов и рухнула на землю, сбрасывая жрицу прямо в эпицентр сражения. Вторая сестра потянулась к ней, но пылающий клинок пронзил ее сердце. Малфурион тоже пытался добраться до Тиранды, но один из инферналов, выбравшись из кратера, который сам же и создал, обрушился на его ночного саблезуба.

На помощь Краса рассчитывать не приходилось: полубессознательный дракон-маг кое-как держался в седле, его голова была разбита осколком какого-то огромного камня. Но хуже всего было то, что пантера Краса, напуганная землетрясением, помчалась вперед вместе со своим раненым наездником.

Друид наконец слез со своего ночного саблезуба. Инфернал пронесся мимо него – жестокого демона интересовала только массовая резня.

Пробиваясь сквозь толпу обескураженных солдат, Малфурион заметил Тиранду. Прижимая одну руку к голове, она стояла на полусогнутых ногах посреди разворачивающегося хаоса. Шлем девушки валялся у ног, одна его половина была сильно помята. Друид изумился, что она еще жива.

– Тиранда! – воскликнул он, протягивая к ней руку.

Мгновение она безучастно смотрела не него, прежде чем ухватиться за ладонь и позволить Малфуриону вытащить ее из гущи сражения.

Поддерживая опирающуюся на него девушку, друид направился туда, где можно было укрыться хотя бы на мгновение. Все, что его заботило, это увести Тиранду подальше от этого места. Малфурион чувствовал себя виноватым за то, что попросил ее прийти, хотя, скорее всего, ни в одном месте этой страшной бойни сейчас не было достаточно безопасно.

Он почти тащил жрицу вверх по склону. Даже здесь, наверху, уже не было так безопасно – сражение уже докатилось до подножия холма. Но сейчас это был единственно возможный выбор.

На холме все еще зеленели несколько растений. Друид прикоснулся к одному из них и попросил влаги, а потом поднес зеленые листья к губам Тиранды, позволяя драгоценным каплям стекать в ее рот.

Девушка застонала. Он чуть поменял ее положение, положив голову жрицы на сгиб своей руки.

– Тише, Тиранда. Тише.

– М-Малфурион… остальные…

– Все хорошо, – соврал он. – Дай своему разуму проясниться. Ты ударилась головой, когда упала.

– Хель’джара! Она… клинок прошел прямо сквозь нее!

Малфурион тихо выругался. Если она помнит смерть одной из сестер, то вскоре вспомнит и все остальное.

– Постарайся отдохнуть.

Но, прося ее об этом, сам Малфурион, тем не менее, был напряжен. Он был уверен, что кто-то наблюдает за ними.

Быстро обернувшись, друид подумал, что заметил тень. Одна его рука тут же сжалась в кулак. Неужели кто-то из стана врагов сумел проскользнуть сюда?

– Тиранда, – прошептал он. – Я собираюсь поговорить с Красом. Он недалеко. А ты пока отдохни как следует.

Девушка посмотрела на друида с таким выражением лица, словно находила в его словах нечто неправильное, но никак не могла понять, что именно не так. Надеясь, что ее разум не прояснится слишком быстро и заставит жрицу вспомнить, что мага с ними нет, Малфурион мягко опустил ее на холм, оставив отдыхать, а сам ускользнул.

Осторожно пробираясь к тому месту, где, как ему показалось, он видел тень, друид сосредоточился на заклинаниях, с помощью которых сумел использовать окружающий мир. Земля в этом месте будет только рада помочь ему, если он попытается уничтожить стража Скверны или любого другого демона.

Кто-то или что-то находилось в этом месте. Малфурион разглядел на земле небольшой отпечаток ноги – гораздо меньше тех, что оставляли после себя грозные демоны. Отпечаток указывал на не слишком большое существо или же на какого-то зверя, но друид не мог точно сказать, на какого именно. Кроме того, было ощущение, что это существо здесь не одно.

Пройдя мимо дерева, ночной эльф остановился. Впереди послышался звук, напоминающий скрежет камней. Малфурион тут же бросился вперед, уже готовый атаковать, однако, обойдя еще одно дерево, увидел не демона, а хрупкую, хорошо знакомую фигуру еще одного ночного эльфа.

Молодая эльфийка не носила доспехов или одеяний храма, на ней была простая одежда, в которой ходили многие беженцы. В одной руке девушка держала что-то длинное и деревянное, но мимолетный взгляд, брошенный друидом на предмет, не позволил ему понять, что именно это было. Незнакомка скрылась из виду, ускользнув слишком быстро, и друид не мог последовать за ней, оставив Тиранду одну в таком опасном месте.

В том, что здесь бродят беженцы, не было ничего удивительного. Простой народ, вероятно, сейчас разбегался в страхе. Войско было неумолимо отброшено назад, и на этот раз ничто не могло спасти ночных эльфов.

Малфурион развернулся и поспешил обратно туда, где оставил Тиранду. Теперь лишь она одна имела для него значение. Он ничем не мог помочь молодой эльфийке из числа беженцев, оказавшейся так далеко от остальных.

Друид пробирался между деревьев, уже ища жрицу глазами. Он потратил драгоценное время впустую, преследуя молодую беженку, вместо того чтобы увести отсюда Тиранду, пока сражение не добралось до места, где лежала жрица.

Обогнув последнее дерево и шагнув на склон, Малфурион вздохнул с облегчением: звуки боя по-прежнему доносились издалека. Тиранда была в безопасности…

Он остановился как вкопанный, уставившись на распростертую на земле подругу детства… и на зловещую фигуру, нависшую над ней.

Существо не должно было услышать его шагов, и тем не менее оно повернулось к Малфуриону. Копыта застучали по каменистой земле, когда перед друидом возникла напоминающая козла фигура. Верхняя половина существа была похожа на собственное тело Малфуриона, за исключением отвратительных, загнутых кверху рогов.

Но самым страшным были не когтистые пальцы демона, протянутые в предвкушении, и даже не то, что это создание нависло над Тирандой, а его лицо, так напоминавшее ночного эльфа. Лицо, которое сейчас злобно уставилось на друида. Лицо, которое Малфурион хорошо знал.

Он никому не рассказывал, что именно оно преследовало его в кошмарах. Даже несмотря на немногочисленные изменения в чертах, друид никогда не сможет забыть эти глаза… черно-багровые кристальные глаза.

Лорд Ксавий воскрес из мертвых.