Войско ночных эльфов снова встретилось с демонами сразу за стенами Сурамара. Пылающий Легион ненадолго задержал там эльфов, а затем отступил к Зин-Азшари. На следующий вечер уже на половине пути сражения вспыхнули с новой силой, и вновь ни один клочок земли не был завоеван или потерян. Ночные эльфы и демоны гибли ужасной смертью либо от клинка, либо от магических искусств.

Гребень Ворона не мог смириться с этим вновь повторяющимся тупиком, и потому снова вызвал Ронина и Иллидана.

– Похоже, что магия здесь – решающий фактор, – сказал он, обращаясь, в частности, к человеку. – Ты можешь что-нибудь сделать?

Ронин задумался, а потом произнес:

– Есть один способ, но, вероятно, для осуществления задуманного мне понадобится полное содействие Лунной Стражи. И это может иметь неприятные последствия.

– Сомневаюсь, что может стать еще хуже. Что скажешь, Иллидан?

– Я охотно помогу мастеру Ронину в любом заклинании, которое он решит создать, милорд, – ответил близнец Малфуриона, поклонившись магу.

Лицо Ронина оставалось бесстрастным. Он надеялся, что Иллидан сохранит контроль и не станет пытаться построить то, что планировал рыжеволосый маг. Если он это сделает, может начаться хаос.

А хаос означает поражение.

– Мы будем черпать силу из Источника – из самых его глубин, насколько это возможно, – сообщил Ронин Иллидану, когда они направились к Лунной Страже. – Хочу попробовать то, что маги Дала… то, что маги с моей родины обсуждали, но не успели попробовать, потому как все развалилось.

– Это будет очень сложно, мастер Ронин?

– Нет. Маги потратили недели на подготовку, но вот здесь… – он постучал себя по голове, – здесь хранится все, что они успели закончить. Это может занять у нас пару часов, но мы должны добиться успеха.

Иллидан усмехнулся:

– Я безоговорочно верю в вас, мастер Ронин!

И человек снова задался вопросом, сумеет ли ночной эльф следовать его приказам, а не пытаться обратить заклинание в один из своих безрассудных замыслов? Магу все чаще казалось, что Иллидан вообще не способен быть лидером какой-то группы. Он жил лишь ради собственного магического дара, и молодого чародея вовсе не заботило, что его мастерство черпает силы из Лунной Стражи.

«Клянусь богами! – внезапно подумал Ронин. – В этом смысле он мыслит в точности как демоны…»

Но во многих других отношениях ночной эльф с янтарными глазами потенциально был куда опаснее всех демонов. Иллидан стремился к превосходству… а этот путь, несомненно, вел к разрушению.

«Я сумею удержать его под контролем. Я должен вернуться домой вместе с Красом».

Он мог лишь надеяться на то, что его бывший наставник сумел добраться до драконов. Если же нет, то Ронин понятия не имел, что может случиться. Он не планировал прибегать к столь опасному заклинанию, но осознавая, что исход этой войны отнюдь не предрешен, другого выбора не видел.

Не желая оставлять солдат без защиты перед темной магией чернокнижников, Ронин приказал Иллидану отобрать дюжину лучших чародеев, а остальных оставил наблюдать за ходом сражения. Они понадобятся Ронину только после того, как он будет готов произнести заклинание. Лунная Стража даст ему дополнительные силы и направит действие заклинания туда, куда ему нужно.

Но только в том случае, если рыжеволосый маг справится со своей частью задания.

– Иллидан… мне нужно, чтобы ты проводил меня, – сказал человек, когда все было готово. – Ты должен проводить меня до самого Источника.

– Хорошо, мастер Ронин.

Ночной эльф нетерпеливо стоял рядом с ним, когда они готовились направить свои мысли к месту, где сосредотачивалась вся магия ночных эльфов. До этого момента Ронин прикасался к силе Источника лишь поверхностно. В отличие от народа Иллидана он не зависел от этого места напрямую, что было явным преимуществом человека. Иллидан и еще несколько эльфов научились у чужака этому трюку, хоть и не на том же уровне. Однако сейчас Ронину предстояло вытянуть из Источника как можно больше силы, чтобы быть уверенным в желаемом результате заклинания.

Где-то вдалеке зазвучал горн: лорд Гребень Ворона создал все условия для грандиозного заклинания Ронина… или для грандиозной катастрофы.

Стоя плечом к плечу, оба заклинателя протянули свои мысли, соединяя их воедино. Ронин чувствовал необузданный нрав Иллидана и старался держать его в узде. Рвение ночного эльфа безусловно ставило под угрозу стабильность заклинания.

Разум Иллидана уводил человека вперед. Внутренним взором Ронин наблюдал за проносящимися мимо пейзажами, пока он и его спутник пытались дотянуться до Источника. Бесконечные ряды демонов, за которыми следовали многие мили растерзанного ландшафта, пронеслись за одну секунду. На мгновение перед ними вырос Зин-Азшари. Следом за ним последовал величественный дворец королевы Азшары… и, наконец, черные воды Источника Вечности поприветствовали человека.

Сила этого места ошеломила мага. Ронин всегда полагал, что он достаточно тонко чувствовал Источник, просто обращаясь к той его части, что пронизывала весь Калимдор. Теперь он понял, насколько ошибался. Сам Источник был кладезем настолько чистой энергии, что если бы человек мог управлять ей, то почувствовал бы себя самим богом.

Богом…

Все, о чем мечтал Ронин, впервые облачившись в мантию мага, теперь казалось таким простым. Он мог бы возводить целые города или сносить их в мгновение ока. Он мог бы призывать силы земли, а затем обрушивать их на тех, кто осмелился выступить против него. Он мог бы…

Огромным усилием воли Ронин освободился от своих темных амбиций. Стоило ему распознать силу Источника, как мага охватило внезапное беспокойство. Он всегда знал, что собой представляет это место, и все же разум отрицал его зло.

Увы, в Источнике таилась та же порча, что и в демонах. Возможно, то и была чистая магия, но по-своему она осквернила не меньше существ, чем Саргерас.

Впрочем, поворачивать назад было уже поздно. На этот раз Ронину все же пришлось обратиться к Источнику, и ему хотелось больше никогда в жизни не прикасаться к нему подобным образом. Даже обращение к нему в прошлом теперь вызывало у мага отвращение, но полностью отказаться от Источника означало полностью отказаться от всей магии… и Ронин знал, что слишком слаб духом, чтобы решиться на такой шаг.

Чувствуя нетерпение и любопытство Иллидана, маг быстро извлек из глубин необходимую ему силу. Желание полностью отдать во власть Источника свой разум казалось пугающим, и Ронин усилием воли отступил от проклятых вод.

Через пару мгновений разумы ночного эльфа и самого мага вернулись в свои тела. Связь с Источником оставалась такой же сильной, как и прежде. Ронин приготовился бросить заклинание, понимая, что чем скорее он это сделает, тем скорее сможет избавиться от ощущения грязи в своей душе.

«Сейчас начнется», – мысленно сказал он Иллидану и в ту же секунду почувствовал, как близнец Малфуриона готовит Лунную Стражу к заданию. Они посылали в сторону врага то, чем питал их маг, умножая эту силу в сотни раз.

Ронин без труда создал матрицу заклинания, работая над которой его наставники из Даларана погибали. Он коротко поблагодарил души умерших, не обращая внимания на то, в ближайшие столетия ни один из этих магов даже не родится. А затем, убедившись, что матрица остается стабильной, выпустил заклинание.

Иллидан и остальные мысленно вздрогнули, когда оно подействовало на их системы. К чести молодого чародея, он не дал более опытным заклинателям сломаться. То самое честолюбие, которого так опасался Ронин, теперь связывало их планы воедино.

И вот они нанесли удар по рядам демонов.

Волна оглушительного звука ударила по войскам Пылающего Легиона, не задев ни единого солдата, отчаянно сражавшегося против них. Огромные демоны завизжали и выронили оружие, стараясь заглушить этот звук. Вибрации разрушали их изнутри, разрывали на части их разум. Когда волна прокатывалась по их рядам, демоны падали, словно их сметало гигантской метлой.

Они гибли по всей линии фронта. Потрясенные солдаты замерли от того, чему только что стали свидетелями.

– Сейчас, Гребень Ворона, – прошептал Ронин. – Сейчас.

Зазвучали горны, призывая воинов к немедленному наступлению.

Ночные эльфы закричали. Впереди неслись всадники на саблезубах. Они бросились через поле в поисках врагов… но на их пути лежали только мертвые. Звуковая волна продолжала мчаться вперед, скашивая целые ряды Легиона мгновенной, но жестокой смертью. Ни один демон, оказавшийся на ее пути, не выжил. Сотни падали замертво.

Ронин вдруг почувствовал, что его тело отказывается служить хозяину. Он пошатнулся, чувствуя, что еще немного, и его голова взорвется точно так же, как демоны.

Маг упал.

– Мастер Ронин, я держу…

Иллидан опустил его на землю; сам ночной эльф усталости не испытывал. По сути, лишь он один. Остальные члены Лунной Стражи, принимавшие участие в грандиозном заклинании, выглядели так же ужасно, как и человек. Большая часть из них сидела или лежала на земле, нисколько не заботясь о том, что мимо них проходили войска.

– Ты видел это? Ты видел, что мы сделали? – нетерпеливо требовал ответа Иллидан. – Вот оно, доказательство! Не существует силы большей, чем Источник Вечности! – Он взглянул на что-то или на кого-то, кого сам Ронин видеть не мог. – Источник – вот наш путь, брат! Видишь? Ничто с ним не сравнится!

Он продолжал кричать что-то отсутствующему Малфуриону. Ронин, все еще пытаясь восстановить силы, мог только наблюдать. Корысть Иллидана, его ревность к друиду были настолько очевидны, что почти граничили с ненавистью.

Заклинание Ронина обратило демонов в бегство, возможно, навсегда изменив ход войны… И все же, наблюдая за напряженным выражением лица Иллидана и вспоминая о том, как сам чуть было не поддался соблазну у Источника, маг задумался: а не обрушил ли он на расу ночных эльфов нечто более ужасное?

Кориалстраз размышлял, теряя терпение. Драконам было сказано ожидать вестей от Аспектов. Когда это случится, все драконы поднимутся в воздух, словно у них одна душа и один разум на всех. План заключался в том, чтобы обрушиться на демонов ужасающей силой, Душа Дракона разорвет ряды демонов еще до того, как сами гиганты нанесут удар.

Простой, легко осуществимый план. Безупречный.

План, которому, по неясным даже для самого себя причинам, Кориалстраз не доверял.

Но красный самец был верен своей королеве и супруге, а потому ничего не предпринимал. Алекстраза верила в творение Нелтариона. Более того, она верила и самому Хранителю Земли. Какими бы ни были сомнения Кориалстраза, он не станет их озвучивать.

– Всегда в своих мыслях, любовь моя. Всегда обеспокоен.

Он удивленно поднял голову, когда огромная самка вошла в его логово.

– Алекстраза, – прогрохотал он. – Ты ведь должна быть с другими Аспектами…

– Я принесла извинения за свое кратковременное отсутствие. Нелтарион был не очень доволен, но ему придется смириться.

Кориалстраз склонил голову в знак уважения к ней.

– Чем я могу служить, моя королева?

В глазах Алекстразы промелькнула нерешительность. Голосом, непривычно тихим для дракона, она ответила:

– Мне нужно, чтобы ты ослушался меня.

Ее супруг выглядел озадаченным.

– Любовь моя?

– Все, кроме стражей, которых разместил каждый из Аспектов, должны оставаться в этой самой большой системе пещер до начала исполнения нашего плана. Я хочу, чтобы ты проигнорировал мой предыдущий приказ и ушел.

Кориалстраз был потрясен. Было очевидно, что остальные Аспекты не должны узнать о его отлучке.

– И куда я должен направиться?

– Я точно не знаю, но надеюсь, ты сможешь почувствовать это сам, когда окажешься за барьером. Я хочу, чтобы ты отыскал Краса.

Краса. Загадочный маг часто появлялся и в мыслях Кориалстраза. Вероятно, Красу были известны некоторые вещи, которые могли бы дать объяснения многому из того, что беспокоило дракона.

– Он по-прежнему должен быть с ночными эльфами…

– Нет… он был неподалеку от нас совсем недавно. Изера рассказала мне, что ночной эльф по имени Малфурион пытался передать через нее его послание. И все же она не доверяла такому способу, а потому заставила ночного эльфа ожидать подходящего момента.

– И?

– Когда Изера попыталась снова разыскать Малфуриона, тот исчез. Она рассказала мне об этом, пока Нелтарион и Малигос обсуждали заклинания Души.

– Но зачем Крас явился сюда?

Тревога, которую испытывал красный самец, усилилась. Путешествие из земель ночных эльфов было очень далеким для того, кто не способен преодолеть несколько миль за пару минут.

– Это я и хочу выяснить.

– Я сделаю все, что в моих силах, чтобы найти его, но это может оказаться куда сложнее, чем ты думаешь.

Королева фыркнула. Она на мгновение задумчиво прикрыла глаза, а потом кивнула и произнесла:

– Да, теперь ты должен знать.

– Знать о чем?

– Любовь моя, ты ведь почувствовал близость между тобой и Красом. Ты бы смог описать его как брата по кладке, верно?

Он не думал так раньше, но теперь, когда Алекстраза произнесла это, Кориалстраз понял, что да, Крас действительно занимал очень важное место в его сердце. Это не было связано с чешуйками, которые они разделили, чтобы преодолеть свою слабость; что-то в загадочном маге заставляло дракона доверять ему так же, как он доверял своей прекрасной супруге.

А порой даже больше.

Алекстраза прочла его мысли по выражению морды.

– Знай, любовь моя: причина, по которой вы с Красом так близки, заключается в том, что вы с ним одно целое.

Красный самец моргнул. Наверняка он ослышался. Ну разумеется, Алекстраза имела в виду нечто другое.

Но она покачала огромной головой, заявляя:

– Крас – это ты, Кориалстраз. Он намного старше тебя, намного умнее и мудрее. Он – это ты много веков спустя.

– Это невозможно… – внезапная мысль осенила его. – Это какой-то трюк Ноздорму? Его отсутствие очень подозрительно…

– Верно, Ноздорму как-то замешан во всем этом, но я не могу точно сказать, как именно. Просто пойми, что Крас здесь, потому что так должно быть.

– Тогда получается, что исход войны уже предрешен. Душа Дракона поможет нам одержать победу над демонами. Мои опасения были напрасны.

– Твои опасения обоснованны. Мы ничего не знаем об исходе войны. Крас боится, что Ноздорму отправил его сюда, потому что потоки времени изменились. Был момент, когда я думала о том, чтобы устранить Краса и его спутника и тем самым сохранить будущее, но вскоре стало очевидно, что все зашло слишком далеко.

Кориалстраз смотрел на нее широко раскрытыми от удивления глазами.

– Ты бы смогла убить его… меня?

– Это была его инициатива, любовь моя.

Он обдумал ее слова и увидел в них логику.

– Прости меня. Да, моя королева, я отправлюсь на его поиски.

– Спасибо тебе. Воспоминания Краса сильно пострадали во время путешествия в наше время – вероятнее всего потому, что он уже существует здесь в твоем обличии. И все же его ум по-прежнему остер, и если есть что-то, что Красу надо срочно обсудить, то мы обязаны отыскать его.

– Я отправлюсь немедленно.

Алекстраза благодарно склонила голову.

– Я должна сделать вид, что ты совершаешь этот поступок по собственной воле, Кориалстраз.

– Конечно. Я не подведу, моя королева.

Она одарила его любящим взглядом и покинула логово. Самец выждал ровно столько, чтобы она сумела уйти, и тоже ушел.

На его счастье, покинуть гору оказалось не так уж и сложно, так как большая часть драконов сидела в ожидании приказа выдвигаться. Некоторые из них имели статус, схожий с его или Тиранастразовым – статус главных супругов, которые должны быть рядом, если Аспекты нуждались в них.

Скрыться от часовых было куда сложнее. От первого – из его собственного рода – удалось ускользнуть, вспомнив об особенностях характера дракона. Хоракастраз был молодым самцом с зоркими глазами, но он имел склонность отвлекаться. Когда Кориалстраз приблизился к нему, то заметил, что скучающий страж хвостом подбрасывал в воздух огромные камни, а затем наблюдал, как они падают на землю далеко внизу. Когда молодой самец ударил снова, Кориалстраз взмыл вверх и пролетел над ним – так высоко, чтобы его красный собрат не почувствовал изменения воздушного потока.

Он проскочил незамеченными мимо всех часовых, одного за другим. Полетев к барьеру, Кориалстраз подготовился к сопротивлению. Он ударил головой в невидимую стену, чувствуя себя так, словно протискивается через нечто вязкое. Хлопая крыльями изо всех сил, дракон прорвался на другую сторону, взмывая вверх на много миль, прежде чем ему удалось вернуть надлежащий контроль над своим телом.

Взгромоздившись на приземистую гору, Кориалстраз быстро представил себе Краса. Для пущего эффекта он коснулся когтем чешуйки, которую ему передало его старшее «я». Теперь в этом жесте было куда больше смысла; он давно задавался вопросом, почему подобный обмен сумел так помочь их паре. А ведь так случилось потому, что две половины стали полноценнее. Кориалстраз по-прежнему страдал от боли и усталости, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что он испытывал до обмена.

Он как следует сконцентрировался на поисках Краса, нащупывая связь, которую могли иметь лишь те, кто был единым целым. Дракон сомневался, что его вторая половина была все еще где-то поблизости, потому как сам Кориалстраз – а это он и был – продолжил бы искать другой способ попасть внутрь. Он бы не стал прятаться. А значит, что-то вынудило Краса сбежать.

Стараясь не думать о том, что могло заставить его старшее воплощение покинуть зону вокруг барьера, красный дракон выпустил свой разум на волю. Лишь воля дракона могла охватить то пространство, которое сейчас просматривал Кориалстраз. Его разум простирался над бескрайними землями, выслеживая свое второе «я».

Увы, терпение дракона скоро лопнуло, потому что он нигде не мог его отыскать. А ведь это должно было быть весьма просто. Неужели с Красом случилось нечто ужасное? От одной этой мысли по телу Кориалстраза пробежала дрожь. Ни одно существо в мире не стремилось узнать свою конечную судьбу.

Но затем, словно внезапно возродившись, дракон ощутил знакомое присутствие. Он не мог определить точное местоположение мага, но по крайней мере знал, в каком направлении ему следует лететь.

Кориалстраз немедленно взлетел, хлопая крыльями из всех сил. Чем скорее он отыщет свое второе «я», тем скорее снова почувствует себя в безопасности.

Он полностью сосредоточился на Красе. Все, что происходило вокруг, стало расплывчатым. Каждым взмахом своих огромных крыльев дракон преодолевал целые мили, и все равно ему казалось, что он двигается слишком медленно.

Будучи одержимым своей целью, Кориалстраз не заметил, что на него напали, пока в его спину не вонзились острые когти.

С испуганным ревом самец сделал кувырок прямо в воздухе, застав нападавшего врасплох. Перед его взором предстала чудовищная морда черного дракона.

– Стой! – закричал красный. – Во имя Аспектов, я требую…

В ответ на это черный дракон распахнул пасть.

Кориалстраз прекратил хлопать крыльями. Его громадное тело рухнуло вниз, точно камень. Только это и спасло его от страшного удара расплавленной магмы. Обжигающая взрывная волна пронеслась над его головой, выжимая из глаз слезы.

Боль терзала Кориалстраза в том месте, где когти противника разорвали чешую. Хотя красный дракон был чуть крупнее черного, его вынужденная слабость уравнивала шансы каждого из них.

– Оставь меня в покое! – снова закричал Кориалстраза, взывая к голосу разума второго дракона. – Нам нет нужды сражаться!

– Ты не сможешь помешать! – проревел в ответ черный, глядя на него широко раскрытыми, почти безумными глазами.

Супруг Алекстразы понятия не имел, что имеет в виду его противник, но страх, что с Красом что-то случилось, усилился.

Черное чудовище рухнуло на Кориалстраза сверху, заставляя красного, в свою очередь, опуститься еще ниже. Кориалстраз намеренно позволил второму дракону сделать это, надеясь, что сумеет вырваться из-под лап своего противника в последний момент.

Но, едва приблизившись к горной вершине, он обнаружил, что его держат за дурака.

Внезапно противник Кориалстраза ослабил хватку. Как только он это сделал, из-за ближайшей вершины выскочил еще один черный дракон. Он врезался в красного, заставляя их обоих потерять контроль над полетом. Острые пики скал, торчащие снизу, быстро приближались к рухнувшей паре драконов.

– Ты убьешь нас обоих! – крикнул Кориалстраз.

– Во славу моего господина!

Порывистый ветер отбросил назад черные крылья дракона, и только тогда супруг Алекстразы заметил, что одно из них сломано и разодрано. Этот дракон больше не мог полноценно летать; он намеревался пожертвовать собой, прихватив на тот свет и своего врага.

Кориалстраз, однако, умирать не собирался. Взмахнув крыльями из всех сил, он сделал то, что было не под силу второму дракону, – использовал кожистые поверхности, чтобы направить свое падение. И внезапно вместо красного дракона внизу оказался зловещий черный.

Раненый гигант взревел, пытаясь перевернуться обратно. Еще один рев, раздавшийся сверху, предупредил Кориалстраза, что второй его враг понял, что происходит.

Втянув все четыре лапы, но не ослабляя хватку, красный дракон подсчитывал оставшиеся до падения секунды. Он рассматривал суровый пейзаж, раскинувшийся вокруг, и его внимание было сосредоточено на невысоких острых холмах, пролегающих между горами.

И вот когда они с черным драконом приблизились к ним, Кориалстраз распрямил лапы, толкая своего противника вниз, в то время как сам сильно захлопал крыльями, стараясь поднять свое собственное не слишком легкое тело как можно выше.

Раненый черный гигант столкнулся с землей, издав полный боли вой, эхом разнесшийся по всей округе. Удар раздробил его кости, и на мгновение он затрепетал, словно лист на ветру. Все поблизости было забрызгано драконьей кровью.

С губ поверженного гиганта сорвался последний вздох… и его голова упала набок, а язык безжизненно свесился из пасти.

Второй нападавший настиг Кориалстраза в тот момент, когда он изо всех сил старался не присоединиться к мертвому дракону. В спину красного снова вонзились когти, заставляя его вскрикнуть. Напряжение битвы не прошло для Кориалстраза бесследно – его дыхание стало рваным, и ему требовалось все больше усилий, чтобы удерживаться в воздухе. Ни он, ни Алекстраза не ожидали такого предательства от рода Нелтариона.

– Ты должен умереть! – дико взревел черный, будто Кориалстраз обязан был смириться с этим.

Красному дракону удалось уклониться от острых когтей, но противник сильно теснил его. Черный гигант был не так быстр, но им двигало маниакальное желание угодить Хранителю Земли. Как и собрат, он, казалось, был готов пожертвовать собой ради дела своего господина.

Но в чем крылась причина такого поведения? Зачем так яростно препятствовать тому, чтобы один-единственный дракон не оставался вместе со всеми? Почему страх перед этим заставил Нелтариона отдать приказ умереть, но помешать беглецу?

Какова бы ни была причина, у Кориалстраза не было времени размышлять над этим вопросом. Яростный столп расплавленной лавы ударил его прямо в грудь. Красный дракон бешено завертелся, теряя концентрацию.

В грудь впились когти. От зловонного дыхания противника Кориалстраза затошнило.

– Попался! – взревело обезумевшее существо. Темный гигант вдохнул, намереваясь нанести удар, который с такого близкого расстояния точно убьет его противника.

В отчаянии Кориалстраз выбросил вперед голову. Его огромные челюсти плотно сомкнулись на шее черного дракона, сжимая ее так сильно, что перекрыли проход воздуха.

Противник яростно затрясся, поскольку сила, которую он пытался высвободить, никак не могла найти выход. В гневе он вцепился в Кориалстраза, оставляя шрамы на морде и теле красного дракона.

А потом черного гиганта буквально разорвало изнутри.

Выпустив из пасти шею противника, Кориалстраз забился в агонии, когда обжигающая кровь из растерзанного трупа облила его тело. Это было слишком. Силы оставили красного самца, и он вместе со своим мертвым противником рухнул вниз.

Теряя сознание, Кориалстраз мог только гадать, как его смерть отразится на его будущем «я».