Жил-был рыбак по имени Абдул-Аллах, у которого была большая семья; у него было девять человек детей и их мать, и кроме сетей не было никаких средств. Он ходил ежедневно в море ловить рыбу и на вырученные деньги содержал семью. Когда же ему попадалось много, то он покупал хорошей провизии и плодов, растрачивал все до последней монеты, думая при этом, что назавтра Господь дошлет пищу. Когда жена его родила еще, то у него стало десять человек детей, и как раз в этот день он не изловил ни одной рыбы, и им нечего было есть; а жена между тем просила принести ей чего-нибудь.

– Я сейчас отправлюсь в море, – сказал он ей, – и на счастье новорожденного заброшу сети.

Он так и сделал, и, подождав немного, потянул веревки и вытащил сеть, полную песку, камешков и травы, но в ней не было ни единой рыбы. Он забросил во второй раз, но рыбы опять-таки не было. Он забросил и в третий, и в четвертый, и в пятый раз, но рыбы все-таки не было.

«Неужели, – думал он, – Господь создал новорожденного и ничего не послал для прокормления его? Может ли это быть?» Он сложил сети и с тяжелым сердцем пошел обратно, зная, что дома у него нечего есть и что жена лежит больная. Проходя мимо хлебопекарни, он увидал громадную толпу народа.

Время было сухое, следовательно, голодное, но народ все-таки покупал хлеб, а он стоял и только втягивал в себя запах горячего хлеба, и чувствовал сильный голод. Хлебопек, увидав его, подозвал к себе и сказал:

– Послушай, рыбак, тебе, верно, хочется хлеба? Ну, говори же, не стесняйся. Если у тебя нет с собой денег, то я и так дам, и подожду, пока ты будешь посчастливее.

– Да, хозяин, – отвечал рыбак, – у меня нет денег, но дай мне хлеба, чтобы накормить всю семью, а в залог я оставлю тебе сети.

– Полно, бедняга, – отвечал пекарь, – сеть твоя то же, что для купца лавка; она – твое средство существования, и если ты оставишь ее в заклад, то чем же ты будешь ловить рыбу? Говори, сколько хлеба тебе надо?

Он сказал, сколько ему нужно хлеба, и столько получил от пекаря; кроме того, получил от него денег, на которые мог купить другого продовольствия.

– Я буду терпеливо ждать возврата этих денег; а самое лучшее, если на них ты принесешь мне рыбы.

– Господь наградит тебя за это, – сказал рыбак и, взяв хлеб и деньги, весело пошел домой к жене и детям, которые плакали уже от голода.

На следующий день он опять взял сети и пошел к морю; проходя мимо пекарни, он просил Господа послать ему рыбы, чтобы ему не стыдно было показать глаза пекарю. Он забросил сети, но ничего не поймал и, проработав до вечера, пошел с пустыми руками. Подойдя к пекарне, он ускорил шаг, для того чтобы пекарь не заметил его, но тот крикнул ему:

– Эй, рыбак! Возьми хлеба и деньги, которые ты забыл.

– Мне совестно, – отвечал ему рыбак, – потому что сегодня мне совсем не попалось рыбы.

– Не стыдись! Когда-нибудь попадется, и ты расквитаешься, – сказал пекарь.

И так пекарь давал ему хлеба и денег в продолжение сорока дней. На сорок первый день рыбак сказал жене, что эта жизнь ему так надоела, что он хочет изрезать сети.

– Благодари Бога, – отвечала жена, – что нашелся такой добрый человек, который помогает тебе.

– Я очень много ему должен, – продолжал рыбак, – и боюсь, что он потребует свой долг.

– Разве он напоминал тебе о долге? – спросила жена.

– Никогда, – возразил рыбак. – Напротив того, он говорил всегда: подожди, наступит хорошее время.

– Ну, когда он будет требовать от тебя долг, ты отвечай ему: подожди, наступит хорошее время, и я отдам тебе.

Он взял сети и пошел к морю, говоря:

– О Господи! Пошли мне рыбы, чтобы я мог отдать ее пекарю.

Он потянул сеть и почувствовал, что она тяжела, так что, вытягивая ее, он страшно устал. Вытянув же ее, он увидал в ней околевшего осла, страшно раздувшегося и уже разложившегося. Он вытащил его из сети и проговорил:

– Сила и власть в руках Господа! Ведь правду же говорил я жене, что мне надо бросить ловить рыбу.

Он очень огорчился и перешел на другое место, где и закинул сети. На этот раз сеть оказалась тоже тяжелой, он с трудом ее вытащил и увидал в ней человека. Он вообразил, что это один из шайтанов, запечатанных Сулейманом в кувшин, высвободившийся из разбившегося кувшина. Испугавшись, он побежал от него, крича:

– Пощади, пощади, шайтан Сулеймана!

Но человек из сетей закричал ему:

– Рыбак! Рыбак, не беги от меня, так как я такой же человек, как и ты. Высвободи меня – и получишь за меня награду.

Рыбак, услыхав это, успокоился и подошел к сети.

– Так ты не шайтан?

– Нет, я человек, верующий в Аллаха и Его пророка.

– Кто же бросил тебя в воду?

– Я из уроженцев моря и попал в твою сеть. Мы повинуемся воле Господа, и если бы не боялся наказания свыше, то разорвал бы твою сеть. Но теперь я подчинился своей судьбе, и ты можешь, если хочешь, завладеть мною. Освободи меня и заключи со мной условие, и сделайся моим товарищем. Я буду приходить сюда каждый день, и ты приноси мне корзинку с земными плодами, которые растут у вас. А я буду наполнять твою корзинку кораллами, жемчугом, изумрудами, яхонтами и другими драгоценными камнями. Согласен ли ты на такое предложение?

– Дадим друг другу клятвенное обещание.

Оба они прочли молитвы; рыбак освободил его из сетей и спросил, как его зовут.

– Зовут меня, – отвечал он, – Абдул-Аллахом Морским. Если ты подойдешь к этому месту, а меня тут не будет, ты только закричи: «А где ты, Абдул-Аллах Морской?» – и я тотчас же явлюсь. А как зовут тебя?

– Меня зовут Абдул-Аллахом, – отвечали рыбак.

– Следовательно, ты Абдул-Аллах Сухопутный, а я Абдул-Аллах Морской. Теперь подожди тут, я принесу тебе подарок.

– Слушаю и повинуюсь, – отвечал рыбак.

Абдул-Аллах Морской ушел в воду, вследствие чего Абдул-Аллах очень раскаивался, что отпустил его.

«Напрасно я это сделал, – думал он, – ведь это он только посмеялся надо мною. Ведь я мог бы показывать его в городе и получать за это деньги».

Но в то время как он горевал, что выпустил из рук свою добычу, Абдул-Аллах вернулся к нему с целой охапкой бриллиантов, жемчуга, яхонтов и изумрудов.

– На, возьми, – сказал он, – и не порицай меня, брат мной, за то, что у меня нет корзины, которую я мог бы наполнить.

Абдул-Аллах, очень довольный, принял от него драгоценные камни и, дав обещание приносить ежедневно фрукты, ушел.

Довольный рыбак прошел прямо к пекарю.

– О, брат мой, счастье повалило ко мне, – сказал он, – и я могу рассчитаться с тобой.

– Если можешь, то рассчитывайся, – отвечал булочник, – а не можешь, то получай свой хлеб.

– Вот тебе в уплату долга, – продолжал рыбак и дал ему горсть жемчуга и других камней, – а ты дай мне наличных денег, чтобы я мог купить продовольствия, пока не продам своих сокровищ.

Пекарь дал ему все свои наличные деньги, наполнил хлебами всю его корзинку и сам понес ее к нему в дом, к его жене и детям. Рыбак купил всего, что надо, и на славу угостил своего благодетеля-пекаря. Тайну свою он рассказал жене, и та сказала ему, чтобы он никому ничего об этом не говорил, а иначе все знатные люди начнут терзать его.

– Если я скрою свою тайну от всех, – отвечал он, – но от друга своего пекаря скрывать все-таки не буду.

На следующий день он встал до восхода солнца и, наполнив корзину фруктами, он отправился к морскому берегу, где, поставив ее на землю, сказал:

– Где ты, Абдул-Аллах Морской?

– Здесь, к твоим услугам, – отвечал он ему, выходя из воды.

Он взял от рыбака корзину и нырнул с нею в море, где пробыл некоторое время и затем вернулся с этой же корзиной, наполненной драгоценными каменьями.

Абдул-Аллах Сухопутный поставил ее себе на голову и отправился к своему другу пекарю, который сообщил ему, что испек сорок сладких пирожков и послал их к нему в дом, а сейчас пошлет булок. Рыбак дал ему три горсти драгоценных камней и пошел домой, где, выбрав лучшие камни, пошел с ними на рынок к лучшему ювелиру и спросил его, не купит ли он камней.

– А еще у тебя есть такие камни? – спросил у него ювелир, осмотрев те, что он принес.

– У меня их целая корзина, – отвечал рыбак.

Ювелир спросил, где он живет, и затем приказал своей прислуге схватить его.

– Это вор, укравший вещи у султанши, – прибавил он.

Ювелир приказала бить его; завязав ему назад руки, и все купцы закричали, что вор пойман, что он-то и украл пропавшие вещи. Абдул-Аллах ни слова не говорил в свое оправдание, и его привели связанного к султану.

– Государь, – сказал ювелир, – когда у супруги твоей пропало ожерелье, ты дал мне об этом знать и приказал нам схватить вора; вот привожу тебе его. И вот драгоценные камни, взятые нами у него.

Султан приказала евнухам взять камни, показать их султанше и спросить, ее ли это камни, которые у нее пропали. Евнух тотчас же отправился к султанше; она пришла в восторг от камней и послала сказать султану, что ожерелье она нашла и что камни эти ей не принадлежат, но что они гораздо лучше тех, что у нее, и что если этот несправедливо обвиненный человек хочет продать их, то она просит султана купить их для нее.

Когда евнух вернулся и передал султану ответ, то султан очень рассердился на ювелира.

– Государь, – возразил ему старый ювелир, – мы знали, что это бедный рыбак, и, увидев у него подобные вещи, конечно, предположили, что он украл их.

– Ах вы, негодяи эдакие! Зачем же вы не спросили у него, откуда она их достал, а опозорили его! Убирайтесь отсюда! – крикнул султана.

Ювелир и купцы в страхе вышли из дворца.

– Ну, человек, – сказал рыбаку султан, – с тобой поступили несправедливо, но скажи ты мне всю правду, откуда у тебя взялись такие камни? Я хотя и царь, но у меня таких камней нет.

– О государь, – отвечал рыбак, – у меня целая корзина таких камней, и вот откуда они.

И рыбак рассказал, как он заключил союз с Абдул-Аллахом Морским и как получил от него корзину камней.

– Ну, счастье твое, – сказал ему султан, – но богатство требует известной обстановки, и я постараюсь обставить тебя так, чтобы тебя не обирали. Но ведь я могу умереть, а новый султан может пожелать завладеть твоими сокровищами, а потому, чтобы обеспечить тебя, я советую тебе жениться на моей дочери, стать моим визирем и потом принять мое царство после меня.

Султан приказал своим людям свести Абдул-Аллаха в баню и одеть его в царское платье, что и было тотчас же сделано. Затем царь назначил его визирем. Кроме того, царь послал царедворцев и придворных женщин к нему в дом, для того чтобы они одели по-царски его жену и детей и на носилках принесли бы ее вместе с младенцем во дворец. Старших детей царь встретил с почетом, обнял их и посадил подле себя. У рыбака было девять сыновей, а у султана совсем не было мальчиков, была только одна дочь по имени Умс-Эс-Сауд. Царица ласково и почетно обошлась с женою Абдул-Аллаха и назначила ее к себе визиршей. Царь отдал приказание заключить свадебное ycловие между своей дочерью и Абдул-Аллахом и назначил ей в приданое все имевшиеся в казначействе драгоценные камни. По случаю свадьбы весь город был убран, и начались празднества.

На другой день после свадьбы царь, сидя у окна, увидал, что зять его, визирь Абдул-Аллах нес на голове корзину с фруктами.

– Что это ты несешь и куда, сын мой? – спросил он у него.

– Я несу фрукты к Абдул-Аллаху Морскому, – отвечал он.

– Да время ли теперь идти к нему? – продолжал султан.

– Я боюсь оказаться перед ним обманщиком, боюсь, чтобы он не сказал мне, что мои личные дела помешали мне прийти к нему.

– Это правда. Иди к своему товарищу.

Абдул-Аллах пошел по городу, и народ, видя его, говорил:

– А ведь это зять султана. Он идет променять плоды на драгоценные камни.

Те же, кто не знал его, спрашивали у него, почем он продает плоды, и он за это не сердился, а ласково отвечал всеми. Придя на берег, он отдал своему товарищу плоды и получил взамен камни. Так ходил он ежедневно; проходя однажды мимо хлебопекарни, он увидал, что она заперта. Она была заперта и на другой день; а на третий день Абдул-Аллах обратился к соседу с таким вопросом:

– Скажи мне, пожалуйста, где твой сосед-пекарь? Не случилось ли с ним чего-нибудь?

– О господин мой, он нездоров и не выходит из дому.

Он спросил соседа, где жил пекарь, и тотчас же отправился к нему, обнял его и спросил:

– Ну, что с тобой? Я, проходя мимо твоей пекарни, увидал, что дверь заперта, и от соседа узнал, что ты болен.

– Господь наградит тебя за твою доброту. Но я вовсе не болен, а мне сказали, что тебя схватили и обвинили как вора. Я этого испугался и, закрыв пекарню, сам спрятался, – отвечал пекарь.

– Это ты не ошибся, – сказал Абдул-Аллах и рассказал пекарю все, что с ним случилось, и прибавил: – царь отдал за меня свою дочь и сделал меня своим визирем. Возьми теперь все, что у меня в корзине, и не бойся.

После этого он пошел обратно во дворец; султан, увидав у него пустую корзину, сказал ему:

– Что это, сын мой, ты, верно, не видал сегодня своего товарища?

– Нет, я видел его, – отвечал Абдул-Аллах, – но то, что получил от него, я отдал пекарю, которому многим обязан.

– Как зовут этого пекаря? – спросил султан.

– Его зовут Абдул-Аллахом Пекарем, меня зовут Абдул-Аллахом Сухопутным, а моего товарища зовут Абдул-Аллахом Морским.

– И меня тоже зовут Абдул-Аллахом, – сказал султан. – Перед Богом все люди – братья. Пошли за своим другом пекарем, пусть он явится ко мне, и я назначу его визирем с левой стороны.

Оба визиря прожили, служа султану, целый год, и бывший рыбак ежедневно приносил по целой корзине драгоценных камней.

Однажды он по своему обыкновению принес к морю фрукты, получил за них драгоценные камни и, сидя на берегу, беседовал со своим другом Абдул-Аллахом Морским; в разговоре они коснулись могил.

– Говоришь, – сказал Абдул-Аллах Морской, – что пророк погребен у вас на земле? Ты знаешь, где находится его могила?

– Знаю.

– И вы посещаете ее?

– Посещаем; только я не был у гроба его, потому что сначала был слишком беден, а теперь я не имею права уйти от тебя.

– Да что ты! – отвечал ему на это Морской. – Если ты не побываешь на гробе пророка, то кто же заступится за тебя на том свете? И неужели из-за благ земных ты не посетил гроба пророка?

– Для того чтобы посетить гроб пророка, мне надо было получить от тебя позволение, и мне хотелось бы отправиться туда в нынешнем же году.

– Охотно даю тебе это позволение, и когда ты будешь на могиле, то поклонись и от меня, – отвечал морской человек, – и снеси ему от меня приношение. Идем со мною в море, я дам тебе это приношение.

– Ты, брат мой, – отвечал ему бывший рыбак, – родился в море, вода – твоя стихия; но мы, люди земли, переносить ее не можем; и если я окунусь в воду, то тотчас же захлебнусь.

– Не бойся ничего, – сказал Абдул-Аллах Морской, – я сейчас же дам тебе такое натиранье, вследствие которого вода не причинит тебе никакого вреда.

– Если это так, то принеси мне натиранье, и я попробую пойти с тобой.

Абдул-Аллах ушел в море, вернулся очень скоро и принес с собой мазь вроде сала, желтого цвета и приятного запаха.

– Что это такое? – спросил Абдул-Аллах Сухопутный.

– Это жир громадной рыбы дендана, нашего злейшего врага. Эта рыба так велика, что свободно может проглотить и верблюда, и слона.

– Что же ест это ужасное животное, брат мой? – спросил Абдул-Аллах Сухопутный.

– Морских животных, – отвечал Морской. – Сильный уничтожает слабого.

– Право, я боюсь идти с тобой в море, чтобы такое животное не встретило меня и не проглотило.

– Не бойся, – отвечал Морской, – если это животное увидит тебя, то испугается и уйдет. Оно страшно боится детей Адама, и если бы оно съело сына Адама, то тотчас же бы умерло, так как жир человека действует на него как страшнейший яд. Мы добываем его жир, только когда в море утонет какой-нибудь человек, и дендан, не разобрав хорошенько, съедает его и тут же на месте умирает сам. Даже от одного голоса сына Адама все эти животные замирают в страхе и не могут тронуться с места.

– Ну, в таком случае идем с Богом, – сказал зять султана и, вырыв на берегу ямку, снял свою одежду и спрятал ее в эту ямку. После этого он натерся мазью и, войдя в море, нырнул, и увидал, что вода не причиняет ему никакого вреда. Он ходил взад и вперед, поднимался и опускался, и вода, как свод, тянулась над ним. Он шел вслед за Абдулом-Аллахом и проходил мимо различных животных вроде буйволов, быков, собак и даже людей. Но все при виде человека бежали от него.

– Почему это, брат мой, – спросил Абдул-Аллах, – все при виде меня бегуг?

– Бегут от страха перед тобою.

Когда они шли, сын Адама любовался на все морские чудеса, и, наконец, дошли до высокой горы. Проходя у подножия, они вдруг услыхали страшный крик и увидали какую-то громадную массу, спускавшуюся на них.

– Что это такое, брат мой? – спросил Абдул-Аллах у своего товарища.

– Это дендан, – отвечал Морской, – он плывет на меня. Пожалуйста, крикни на него, пока он еще не достиг до меня, а иначе он разорвет меня.

Абдул-Аллах Сухопутный громко крикнул, и зверь упал замертво.

– Слава Тебе, Господи! – вскричал он. – Я не ударил его ни мечом, ни ножом. Но каким это образом такое громадное животное могло умереть от моего крика?

– Не удивляйся, брат мой. Тысяча и две тысячи этих животных не вынесли бы крика сына Адама.

Они прошли в город и увидали, что все обитатели города были девицы; мужчин же между ними не было.

– Что это за город? – спросил Сухопутный. – И что это за девицы?

– Это все морские девицы, изгнанные царем в этот город. Ни одна из этих девиц не может выйти из этого города, так как ее тотчас же разорвут морские звери. В других же городах живут и мужчины, и женщины.

Сухопутный с любопытством осматривал этих женщин и видел, что у них очень красивые лица, вся верхняя часть тела людская, а хвост рыбы. Осмотрев этот город, друзья пошли дальше и пришли в другой город, наполненный и мужчинами, и женщинами, точно так же с рыбьими хвостами, но в этом городе ничего не продавалось и не покупалось.

– А как тут устраиваются браки, брат мой? – спросил Сухопутный.

– Здесь женятся не все, потому что не все мы одной и той же религии: между нами есть и мусульмане, и христиане, и евреи, и разные другие секты; а женятся преимущественно мусульмане. Человек, желающий жениться, должен принести в виде приданого известное количество рыбы, смотря по условию между ним и отцом жены. И когда рыбу эту жених доставит, то родня жениха и невесты собирается и устраивает пир. После этого заключается брак.

Морской повел его еще в город и еще, пока они не обошли восьмьдесят городов.

– Неужели у вас в море имеются еще города? – спросил Сухопутный.

– Если бы я в продолжение тысячи лет водил тебя по морю, – отвечал Морской, – то и тогда не показал бы тебе и двадцатой части морских чудес. Теперь я показал тебе только нашу страну, и ничего больше.

С меня и этого довольно. Мне надоела рыбная пища в продолжение восьми дней, проведенных мною в твоей стране. Но ведь твоего города я еще не видал.

– Мы теперь отошли от него довольно далеко. Она находится неподалеку от того берега, на который я выхожу.

Они повернули с ним назад, и когда вернулись, то Морской указал ему на сравнительно маленький городок, где подвел его к пещере.

– В этой пещере я и живу; здесь, в городе, все живут по пещерам. Если кому-нибудь хочется выстроить себе дом, то он обращается к царю; царь посылает с ним целую стаю рыб, которые и выдалбливают камень, избранный тем, кто желает устроиться. У нас здесь нет никакой торговли, питаемся мы одной только рыбой. Но входи же ко мне! – прибавил он.

Они вошли, и Морской призвал к себе дочь. Она была красива, с черными глазами, длинными волосами, полною грудью, тонкой талией, но тоже с рыбьим хвостом. Увидав человека с земли, она спросила у отца:

– Что это за бесхвостое существо привел ты сюда?

– Это, дочь моя, мой товарищ с земли, приносивший мне дары, – отвечал отец, – подойди сюда и поздоровайся с ним.

Она подошла и красноречиво поздоровалась с ним.

– Теперь, – продолжал отец, – принеси нам чего-нибудь поесть, чтобы отпраздновать приход гостя.

Она принесла две рыбы, каждую величиною с барашка.

Абдул-Аллах стал есть, несмотря на отвращение, потому что был слишком голоден. Вскоре появилась и жена Морского. Она была очень красива и привела с собой двух детей, каждый из которых держал в руке по рыбе и откусывал от нее, как бы человек кусал огурец.

– Что это за бесхвостое существо? – спросила она.

Дети тотчас же подбежали посмотреть, точно ли у него нет хвоста.

– В самом деле у него нет хвоста! – закричали они и захохотали.

– Разве ты, брат мой, – отвечал Сухопутный, – привел меня сюда для того, чтобы я служил предметом насмешек для твоих детей и жены?

– Прости великодушно, брат мой, – отвечал Морской, – но ведь между нами нет таких людей, и если кто-нибудь родится без хвоста… то царь берет его к себе для потехи. Не сердись: ведь женщины и дети невежественны.

Они прикрикнули на своих домашних, и те умолкли.

В эту минуту в пещеру вошли десять здоровых морских людей и обратились к хозяину:

– До царя дошло известие, – сказали они, – что у тебя есть бесхвостое существо, а потому царь требует его к себе.

– Да, только это сын Адама, который пришел ко мне в гости, – отвечал Абдул-Аллах.

– Мы ничего не знаем, но только без него к царю не вернемся, – сказали пришедшие люди.

Морской стали уговаривать бывшего рыбака, что бояться ему нечего, но что ему надо пойти с ним к царю.

– Если это необходимо, то пойдем, – отвечал Сухопутный.

Царь, увидав его, захохотал.

– Здравствуй, бесхвостый человек! – сказал они.

Все царедворцы тоже захохотали, а Абдул-Аллах Морской, подойдя к царю, стал ему объяснять, что товарищ его не может жить с ними, и потому ему следует дать позволение вернуться на землю.

– Раз он не может жить с нами, – отвечал царь, – то после нашего угощения ты можешь водворить его на землю. Подайте кушать! – распорядился он.

На стол была подана всевозможная рыба, а Абдул-Аллах, боясь ослушаться, ел ее. После обеда царь спросил его, что он пожелал бы получить от него. Абдул-Аллах отвечал, что желал бы получить драгоценных камней.

– Сведи его в дом драгоценностей, и пусть они выберет сам, какие он хочет и сколько хочет.

Его свели в сокровищницу, и он взял оттуда, сколько хотел. Потом Абдул-Аллах Морской дал ему мешок и сказал, что это приношение на гроб пророка. Он взял мешок, не зная, что в этом мешке, и отправился на землю в сопровождении своего друга и товарища. На возвратном пути они прошли мимо пирующих морских людей, и Абдул-Аллах пожелал узнать, не свадьба ли празднуется.

– Свадьбы у нас не празднуются, – отвечал Морской, – но тут, вероятно, кто-нибудь умер.

– Неужели у вас радуются, когда кто-нибудь умрет?

– Да. А у вас разве не радуются?

Нет, у нас плачут и горюют.

– После этого я прерываю с тобой всякие сношения.

– Это почему? – спросил рыбак.

– Разве вы, земные люди, не Божий народ?

– Ну, да, мы Божий народ.

– Так как же вы не радуетесь, отходя к Господу, а напротив того, плачете? После этого я не хочу иметь с тобой никакого дела.

Морской, не простившись с ним, ушел обратно в море, взяв от него данный им мешок для гроба пророка. Абдул-Аллах Сухопутный отрыл свое платье и, одевшись, взял драгоценные камни и пошел к царю, который очень обрадовался, увидав его.

– Ну, как поживаешь, зять мой, – сказал он ему, – и где ты был так долго?

Абдул-Аллах рассказал ему всю историю и какие видел он чудеса в море. Он долго еще продолжал ходить на берег моря и призывать своего друга и товарища, но тот не откликался и не выходил к нему. После этого Абдул-Аллах отказался от надежды видеть его и жил со своими тестем и со своей семьей счастливо и хорошо до тех пор, пока разлучница смерть не посетила их.