Наполовину скрытая тяжелыми шторами, Лидия Ли стояла в дальнем конце гостиной и смотрела в окно. Еле слышный шорох заставил ее вздрогнуть. Она резко обернулась: в дверях стоял Эркюль Пуаро.

– Вы испугали меня, мистер Пуаро, – сказала она.

– Прошу простить меня, мадам. Я ступаю неслышно.

– Я подумала, что это Хорбери, – сказала она.

Сыщик кивнул.

– Верно, он ступает бесшумно, как кошка или как вор.

Он помолчал, не спуская с нее глаз. Ее лицо ничего не выражало. Однако стоило ей заговорить, как на нем появилось выражение брезгливости.

– Мне он никогда не нравился. Буду рада от него избавиться.

– Думаю, с вашей стороны это будет мудрое решение, мадам.

– Что вы хотите этим сказать? – Лидия вопросительно посмотрела на Пуаро. – Вам о нем что-то известно?

– Этот человек собирает чужие секреты, а потом извлекает из них выгоду, – ответил маленький бельгиец.

– Вы думаете, ему что-то известно про убийство? – спросила Лидия.

Пуаро пожал плечами.

– У него бесшумные ноги и длинные уши. Он вполне мог что-то подслушать и взять на заметку.

– Если я правильно вас поняла, он вполне может нас шантажировать? – уточнила женщина.

– Не исключаю такой вероятности. Но я пришел сюда, чтобы сказать вам нечто другое.

– И что же именно вы пришли сказать?

– У меня состоялся разговор с мистером Альфредом Ли. Он сделал мне одно предложение, но прежде чем принять или отклонить его, я хотел обсудить его с вами. Однако я был так поражен представшей моему взору картиной – тем, как ваш джемпер контрастирует с бордовыми шторами, – что невольно залюбовался, стоя в дверях, – нехотя признался Пуаро.

– Право, мистер Пуаро, стоит ли нам тратить время на комплименты? – резко спросила Лидия.

– Прошу простить меня, мадам. Но англичанки редко разбираются в тонкостях la toilette. Платье, в котором вы были в тот первый вечер, его смелый и вместе с тем такой простой рисунок – оно было сама элегантность, утонченный вкус…

– Так зачем вы хотели видеть меня? – перебила его Лидия.

Пуаро посерьезнел.

– Видите ли, мадам, ваш супруг хочет, чтобы я серьезно занялся расследованием. Он потребовал, чтобы я остался в вашем доме и сделал все для того, чтобы докопаться до истины.

– И?.. – холодно уточнила Лидия.

– Я готов принять приглашение, но только в том случае, если оно также исходит от хозяйки дома, – медленно ответил Пуаро.

– Естественно, я поддержу приглашение моего мужа, – по-прежнему холодно отозвалась женщина.

– Да, мадам, но мне нужно нечто большее. Вы действительно хотите, чтобы я поселился у вас?

– Почему бы нет?

– Хорошо. Тогда давайте будем откровенны друг с другом. Я спрашиваю у вас вот что: вы действительно хотите знать правду?

– Естественно.

– Вы всегда так сдержанны в своих ответах? – вздохнул Пуаро.

– Да, я привыкла сдерживать свои мысли и чувства, – ответила Лидия и, прикусив, губу, на миг задумалась. – Так уж меня воспитали… Наверное, нам лучше говорить откровенно. Разумеется, я вас понимаю. Вам не позавидуешь. Мой свекор был зверски убит, и если только обвинение в краже и убийстве не будет предъявлено самому очевидному подозреваемому, Хорбери – а оно, похоже, не будет ему предъявлено, – то вывод напрашивается один: это сделал кто-то из членов семьи. Привлечь такого человека к ответственности – значит покрыть несмываемым позором всех нас. И если говорить откровенно, мне бы не хотелось, чтобы это произошло.

– То есть вы не будете против, если убийца избежит наказания? – уточнил Пуаро.

– Думаю, в этом мире на свободе безнаказанно разгуливает не один убийца.

– Тоже верно.

– Одним больше, одним меньше, какая разница…

– А как же другие члены семьи, те, что невиновны? – спросил Пуаро.

– А что с ними? – удивилась Лидия.

– Но ведь вы понимаете, что если будет так, как вы надеетесь, никто не узнает правды. Тень подозрения останется висеть над всеми…

– Об этом я как-то не подумала, – призналась Лидия.

– Никто так и не узнает, кто на самом деле этот убийца, – сказал Пуаро и мягко добавил: – Если только вы сами этого не знаете, мадам.

– Вы не имеете права так говорить! Неправда! О, если б это был кто-то посторонний, но только не член семьи! – сокрушенно воскликнула она.

– Он может быть и тем и другим, – сказал Пуаро.

– Это как понимать? – недоуменно спросила Лидия.

– Это может быть член семьи и вместе с тем посторонний человек. Неужели вы еще не поняли? Eh bien, эта идея только что посетила Эркюля Пуаро. Итак, мадам, что я должен сказать мистеру Ли?

Сыщик пристально посмотрел на Лидию. Та лишь беспомощно всплеснула руками.

– Разумеется, вы должны принять приглашение, – ответила она.