Тиранда ощутила нежное прикосновение руки к своей щеке. Она пошевелилась и увидела склонившуюся фигуру, в которой тут же узнала улыбающегося Малфуриона. Он был точно таким, каким Тиранда его запомнила. Высокий и широкоплечий, Малфурион выделялся среди ночных эльфов, но в то же время, в отличие от Бролла Медвежьей Шкуры, совсем не походил на закаленного в битвах воина. Столетиями он упорно трудился на благо всех друидов и Азерота, и это, конечно же, сказалось на его внешности – печать усталости лежала на лице Малфуриона, отражалась во взгляде. Голову первого друида все так же венчали длинные, величественные рога – символ близости к природе и миру, который он так сильно любил.

Сердце верховной жрицы забилось чаще. Она приподнялась и заключила возлюбленного в крепкие объятия.

– Малфурион… – прошептала Тиранда, и ее голос в это мгновение звенел, как в юности, много тысячелетий назад. – О, Малфурион… Хвала Элуне, наконец-то я тебя нашла!

– Я так по тебе скучал, – ответил Малфурион, обняв Тиранду не менее крепко, но тут же помрачнел. – Не стоит тебе здесь оставаться, прошу, уходи. Я не ожидал, что именно ты найдешь меня первой…

– Уходить? – переспросила верховная жрица, поднявшись. Судя по выражению лица, она никак не могла поверить в только что услышанное. – Я тебя не оставлю, только не сейчас!

Верховный друид огляделся по сторонам, как будто чего-то опасаясь. Тиранда проследила направление его взгляда, но не увидела ничего особенного, только прекрасные и безграничные просторы Изумрудного Сна. Природа здесь была так же красива и девственна, как некогда описывал Малфурион.

Тиранда покачала головой:

– Все это как-то неправильно. С нами что-то не так!

– Это всего лишь образы в твоем сознании, – ответил верховный друид, не скрывая возрастающей тревоги. – Я хотел, чтобы ты меня увидела, чтобы знала, это действительно я!

– Малфурион…

– Послушай! Очень скоро Кошмар возьмет верх. Прошу, уходи. Он изначально подозревал, что все так сложится, и только поэтому тебя пропустил. Я должен был догадаться, что это тоже часть его плана! Не стоило мне с тобой разговаривать, ведь теперь он, боюсь, узнает всю правду!

– Кто? О ком ты говоришь?

– Послушай! – воскликнул Малфурион, скривившись. – Раз у Владыки Кошмара есть планы на твой счет, лучше тебе покинуть это место как можно быстрее! Вот почему он позволил тебе зайти так далеко…

– Я много раз оказывалась на пороге смерти, пытаясь тебя отыскать! – едва ли не со злостью ответила верховная жрица, не ожидавшая такого поворота событий. – Никто не вел меня…

– Он любит играть со своими жертвами, даже с теми, в ком нуждается! Он проникнет в твои сны, пустит корни… – Малфурион осекся, а потом горько рассмеялся. – Корни. Нет, корни пускает вовсе не он! Он… – верховный друид резко развернулся, взглянул на что-то, чего Тиранда не увидела, а потом прорычал: – Тиранда, уходи! Только в этом случае все сложится удачно. Если тебя здесь не будет, его хитрость не удастся, а моя, напротив, сработает!

– Что еще за хитрость? Что…

– Я чувствую его присутствие! – пробормотал Малфурион, повернувшись обратно. – Он догадывается, но пока не знает наверняка! Делиться подробностями, даже с тобой, я не рискну. Твой разум уязвим для его атаки. А теперь уходи! Это твой единственный шанс!

Произнеся это, Малфурион исчез. Тиранда попыталась было снова восстановить связь, но не сумела.

И все же даже сейчас она никак не могла избавиться от ощущения, что возлюбленный где-то рядом. Тиранда огляделась по сторонам. Чудовищный туман сгущался, подбираясь все ближе. На самой его границе копошились черные насекомые, которые, казалось, с нетерпением ждали возможности заполонить тот клочок земли, где стояла верховная жрица.

Она почти отказалась от попыток связаться с Малфурионом, но вдруг, сама не зная, зачем, опустила взгляд и увидела всего в паре сантиметров от своей ноги крохотный корень. Он был похож на множество других корней, тут и там пробивавшихся из земли, и все же чем-то от них отличался. Какая-то невидимая сила притягивала Тиранду к нему, вынуждая прикоснуться.

Но, потянувшись к корню, Тиранда ощутила присутствие Элуны и замерла. Мать-Луна ясно дала понять, что этот корень каким-то образом связан с Малфурионом!

Тиранда вновь услышала его голос, вспомнила, как отчаянно он умолял ее уйти. И все же, несмотря на убежденность, с которой говорил Малфурион, верховная жрица не готова была сбежать. В чем ее возлюбленный ошибался, так это в стремлении взвалить на свои плечи все тяготы мира и убежденности в том, что только он должен рисковать жизнью. Тиранда подозревала, что всему виной Война Древних, которая унесла множество жизней. Малфурион до сих пор считал, что должен был каким-то образом спасти погибших.

Тиранда потеряла глефу, но теперь это не имело никакого значения. Она вновь отправилась в путь. Крепости по-прежнему нигде не было видно, все вокруг укутывал опостылевший туман, в котором то и дело мелькали на грани видимости какие-то фигуры.

Тиранда вспомнила предостережение Малфуриона.

«Неужели он прав и какая-то сила действительно направляет меня?» – подумала она.

Даже если так, теперь верховная жрица обо всем знала, и это давало некоторое преимущество. Предупреждая ее об опасности, Малфурион явно осторожничал и делал все, чтобы его похититель, этот таинственный Владыка Кошмара, ничего не заподозрил.

Тиранда отбросила все сомнения. Сейчас важно лишь отыскать Малфуриона!

Пейзаж никак не менялся. Из-за света Элуны, который Тиранда постоянно поддерживала, насекомые разбегались в разные стороны, ища укрытие в тумане. Все остальные враги тоже держались на расстоянии. Решив, что все под контролем, верховная жрица продолжила искать хоть какие-то зацепки. Ее возлюбленный совсем рядом, доказательством тому служил тот крохотный корень.

Тиранда мимолетно улыбнулась, восхитившись хитроумию Малфуриона. Даже будучи бесплотным духом, он сумел подчинить своим целям и вырастить древо.

Тот корень! Тиранда пригляделась и заметила, что он был изогнут под определенным углом, как будто указывая направление. Убедившись в правильности своих вычислений, Тиранда пристально вгляделась в туман.

Там, в кошмарном мороке, она наконец-то различила знакомые очертания. Да, это могло быть всего лишь очередное дерево, одно из десяти тысяч, но Тиранда почему-то была уверена, что именно его и искала. Оно приведет ее к Малфуриону.

С такого расстояния дерево казалось не более, чем тенью, но зато какой! Оно возвышалось над Тирандой даже отсюда, издалека. Его ветви, жуткие, скелетообразные, с определенного ракурса напоминали огромные руки, но листьев на них, похоже, не было.

Тень дрожала, покачивалась. Тиранда никак не могла разглядеть само дерево, но знала, что оно где-то рядом. Вопреки ожиданиям его вид совсем не пугал, а напротив, вселял надежду. Тиранда сделала шаг вперед…

И кто-то бросился на нее справа.

Ночная эльфийка резко развернулась, чтобы защититься, и тут же содрогнулась от невероятно сильного удара.

В нее врезалось чье-то мощное тело, отбросив назад. Тиранда упала на спину, раздавив несколько насекомых, ползавших по земле. Остальные вредители поспешили убраться подальше от источника света Элуны.

Не успела верховная жрица подняться, как к ее горлу прижалось смертоносное лезвие топора, который она узнала с первого взгляда, даже спустя десять тысяч лет.

– Ночная эльфийка! – прогрохотала орчиха, державшая в руках топор Броксигара, подарок полубога Кенария. – Ты его возлюбленная…

Последняя фраза прозвучала не как вопрос, а как утверждение. Орчиха, обнаружив, кто перед ней, могла бы нанести новый удар, но почему-то медлила, и это одновременно радовало и беспокоило Тиранду. С одной стороны, существовала вероятность вразумить неожиданную противницу, а с другой, возникал вопрос, почему верховная жрица вообще все еще жива.

– Меня зовут Тиранда…

Лезвие только сильнее впилось в кожу.

– Плевать мне, как тебя зовут! Ты его знаешь, а он знает тебя! И придет за тобой!

– Малфурион тебе не враг…

– Нет! Он враг всего живого, который собирается разрушить Азерот! – воскликнула орчиха. Ее глаза горели ненавистью к верховному друиду. – Кровь моего сородича на его руках. Я отомщу за Броксигара! Я, Тура, отрублю голову предателю, а может, и тебе тоже!

Даже несмотря на открытую угрозу, верховная жрица не могла стерпеть клевету.

– Малфурион не может уничтожить Азерот! Он один из защитников нашего мира! – ожесточенно возразила Тиранда. – Мы считали Брокса своим другом. Он умер, спасая наши жизни, и мы чтим его память!

Орчиха яростно зарычала, а потом вдруг убрала топор.

Тиранда заметила, что на ее лице промелькнуло выражение замешательства. Тура явно пренебрегала сном, и это давало о себе знать. Не стоило исключать и то, что орчиха, возможно, наконец-то обо всем догадалась: ее вынудили охотиться на Малфуриона обманом.

– Встать! – приказала Тура, вновь направив на Тиранду топор.

Ночная эльфийка подчинилась. В таком положении у нее будет больше шансов одолеть Туру. Впрочем, Тиранда сразу поняла, что перед ней не просто опытная воительница, но и невинная жертва Владыки Кошмара.

– Я-то думала, он у меня в руках, – пробормотала Тура, обращаясь скорее к самой себе. – Увидела его, подошла, а этого труса и след простыл, – она взглянула на Тиранду. – Все это друидские трюки. Твой дружок пытается меня одурачить! – крепкая орчиха угрожающе взмахнула топором. – Ты отведешь меня к нему!

Теперь Тиранда твердо стояла на ногах.

– Для чего? Чтобы ты убила Малфуриона? Нет!

– Тогда я разрублю тебя пополам!

– Разве Брокс поступил бы так? – возразила Тиранда. – Разве стал убивать безоружного из-за простого отказа?

Тура смерила Тиранду взглядом, а потом повторила:

– Отведи меня к нему. Живо!

– Я отказываюсь…

Она осеклась, заметив, что орчиха смотрит куда-то в сторону. Тиранда ничего не слышала, но доверяла инстинктам искусной воительницы.

Орчиха снова что-то проворчала, огляделась по сторонам, а потом, заметив что-то, довольно ухмыльнулась.

– Дерево! Опять это дерево!

Тиранда проследила направление ее взгляда и вновь увидела огромную тень. Она по-прежнему не могла различить само дерево, но понимала: оно где-то рядом.

– Он там! – радостно пробормотала Тура. – Так было в видении…

Верховная жрица не могла рисковать и, воспользовавшись тем, что орчиха отвлеклась, напала. Тиранда решила не использовать магию Элуны, ведь свет только привлек бы внимание столь опытной противницы. Полагаться можно было лишь на свои боевые навыки.

Выпрямив пальцы, Тиранда нацелилась на уязвимое горло.

Но Тура неожиданно развернулась и, двигаясь с еще большим проворством, ударила эльфийку тупым концом рукояти топора по голове. Тиранда за мгновение до удара, нацеленного в висок, поняла, что ее перехитрили.

Однако врожденные рефлексы, отточенные столетиями тренировок и многочисленными битвами, сработали безотказно, и удар прошел по касательной. Тура перехватила топор и приготовилась к следующей атаке, но Тиранда пригнулась и пнула ее.

Умелый удар пришелся орчихе в колено. Не удержав равновесие, та упала на землю, и выпустила из рук топор. Верховная жрица тут же бросилась вперед, собираясь подхватить его.

«Тиранда!» – раздался голос в ее голове.

– Малфурион? – жрица не была уверена, но, похоже, это действительно был он. – Малфурион…

Тиранда отвлеклась и не заметила, что Тура вновь приготовилась к нападению. Мощный удар кулаком в горло, и верховная жрица, задыхаясь, упала на колени.

Пытаясь сделать вдох, она думала только о том, что сейчас умрет, а все из-за этого странного голоса! Нужно было как можно скорее восстановить дыхание и спастись.

Однако смертельного удара так и не последовало. Наконец придя в себя, Тиранда подняла взгляд…

Туры нигде не было!

Тиранда с трудом поднялась на ноги, увидела огромную тень и сразу поняла, куда направилась орчиха. Она пошла следом, не переставая удивляться тому, что Тура решила ее не убивать.

Но если прежде туман рассеивался, не в силах противостоять свету Матери-Луны, то теперь он только обступал ночную эльфийку со всех сторон, как будто пытаясь ей помешать. Тиранда сосредоточилась и попробовала успокоиться. Серебристый свет засиял ярче, и туман отступил, пусть и незначительно.

Поняв, что большего ждать не стоит, верховная жрица продолжила двигаться вперед, не сводя глаз с тени. Вблизи она казалась еще более огромной, хоть самого древа по-прежнему видно не было.

Впрочем, теперь Тиранда смогла различить кое-что еще – второе, меньшее по размеру древо. Оно представляло собою столь чудовищное зрелище, что верховная жрица оступилась. Она ощутила отвращение и грусть, предположив, что несчастное растение испытывает кошмарные муки.

Туры нигде не было видно, и Тиранда стала опасаться, что выбрала не тот путь. Она развернулась было влево, но потом почему-то передумала и снова взглянула на искривленное древо. Его вид пугал, но гораздо меньше, чем огромная тень, источник которой различить по-прежнему не удавалось.

Вдруг послышался чей-то шепот. Тиранда развернулась, но ничего не заметила. Шепот, тем временем, повторился, на этот раз с противоположной стороны. И еще раз, даже до того, как ночная эльфийка успела повернуться.

Туман внезапно наполнился шепотами, которые трудно было с чем-то спутать. Тиранда не могла разобрать ни слова, но ощущала в каждом голосе мольбу! Кто-то нуждался в помощи, умолял о спасении.

Несмотря на зловещий туман вокруг, эти мольбы были искренними.

Тиранда, движимая присущим ей состраданием, вновь отвернулась от искореженного древа и протянула руку к призрачным фигурам в тумане. Впервые они не стали отдаляться, но двинулись ей навстречу.

В этот же момент что-то схватило Тиранду за ногу. Решив, что это очередная ловушка, она тут же вознесла молитву Элуне, а затем сотворила из лунного света копье. Конечно, подобные заклинания требовали много сил, но Тиранда была уверена, что иного выбора нет.

Копье обрушилось на невидимого врага, пронзив его не хуже стали.

То, что сперва показалось Тиранде щупальцем, мгновенно ослабило хватку и теперь, пронзенное сверкающим копьем, извивалось на земле.

Тогда-то верховная жрица и поняла, что это не щупальце, а корень, и тут же осознала весь ужас своего поступка.

Она немедленно прервала заклинание, убрав копье, и встала на колени, собираясь исцелить корень. Тиранда хоть и не обладала силой друидов, все же верила, что Элуна сжалится над своей верной жрицей и позволит исправить зло, причиненное по чистой случайности.

Прикоснувшись к корню, Тиранда снова почувствовала присутствие Малфуриона. Оно ощущалось так остро, словно на этот раз он явился не в видении, а действительно был рядом.

Тиранда удивленно распахнула глаза, посмотрела на искривленное древо и побледнела.

– Малфурион…

Бролл, превратившийся в огромную кошку, бежал по мрачным землям Кошмара, и чей-то бесконечный шепот сводил его с ума. К сожалению, в нынешнем облике его слух лишь обострился, и шепчущим это было только на пользу.

Впрочем, кошачье обоняние не подводило – Бролл чувствовал запах Тиранды, и знал, что на этот раз Кошмару его не обмануть. Он почти добрался до цели!

Кошачьи лапы облепил отвратительный сок, вытекавший из внутренностей раздавленных насекомых. Он обжигал, словно кислота, но друид все равно не сбавлял ход. С каждым шагом он уничтожал все больше и больше тварей, жалея лишь о том, что, стоит отойти подальше, и их место займут новые.

Еще был туман, который постоянно грозил поглотить его, но Броллу хватало одного взмаха лапой, сопровождаемого вспышкой фиолетового пламени, чтобы отогнать и туман, и тех, кто в нем скрывался, на безопасное расстояние.

Вдруг какой-то грохот сотряс все вокруг. Бролл потерял равновесие, даже несмотря на кошачьи рефлексы, но потом все же пришел в себя, поднялся на все четыре лапы и вонзил когти в землю.

Впереди возникла огромная тень, а за ней еще одна, еще и еще.

Даже сквозь плотный туман друид разглядел их и понял – это драконы. Изумрудные драконы. Значит, подданные Изеры по-прежнему защищают Сон! Бролл насчитал десять драконов и понадеялся, что на самом деле их гораздо больше.

Они почти исчезли вдали, но вдруг один отделился от группы и спикировал прямо навстречу друиду. Тот заметил, что это самка.

– Почему ты здесь один, ночной эльф? Да еще и в физическом теле!

Бролл не узнал драконицу, но это не слишком его удивило. Приняв свой истинный облик, он кратко пересказал все произошедшее.

– Значит, Эраникус вернулся в Изумрудный Сон! – удивленно выдохнула драконица. – Это…

Вдруг она взглянула в том направлении, куда улетели остальные гиганты из рода изумрудных драконов, и насторожилась, как будто что-то услышав. Драконица широко распахнула глаза, зарычала и обратилась к друиду:

– Ночной эльф, забирайся ко мне на спину! Я заберу тебя с собой.

– Но мои друзья…

– Забирайся! Я все объясню, как только мы взлетим.

Она не сказала, будут ли они в безопасности, поднявшись в небеса. Бролл и сам в это не верил. Где-то поблизости наверняка таились поддавшиеся порче гиганты вроде Летона. Кроме того, истинные возможности Кошмара по-прежнему оставались загадкой. Вполне вероятно, что в небе теперь еще опаснее, чем на земле.

Впрочем, в компании зеленого дракона у ночного эльфа было чуть больше шансов благополучно добраться до места.

Как только драконица взлетела, Бролл сразу же понял, что порча, вызванная Кошмаром, распространилась еще дальше. Теперь он не мог различить ничего, кроме окутанных туманом холмов.

Хотя, если присмотреться… Всюду, даже вдалеке, мелькали яркие вспышки магической энергии, напоминавшие всполохи молнии во время грозы. А после снова послышался страшный грохот, столь мощный, что даже зеленая драконица на мгновение потеряла равновесие.

– Что происходит? – крикнул Бролл.

Драконица повернула голову и окинула его взглядом (ее глаза при этом, разумеется, были закрыты).

– Разве ты не слышал его зов? Ты, его собрат, тот, кто искал его все это время и ищет сейчас. Слушай же!

– Его… – начал Бролл, но тут же осекся и в самом деле различил чей-то зов. Его источником был тот, кого Бролл одновременно не ожидал и надеялся услышать.

Малфурион!

Без слов он призывал каждого защитника, сражающегося с Кошмаром, быть осторожным. Что-то должно было случиться, что-то очень важное.

Малфурион предупреждал об опасности, потому что не хотел, чтобы из-за него кто-то пострадал или даже умер. И в то же время верховный друид, где бы он теперь ни был, прекрасно понимал, что речь идет не только о его судьбе. То, что случится, затронет абсолютно все.

– Но как такое возможно? – удивился Бролл. – И как нам поступить?

– А разве ты не видишь? – спросила драконица, сильнее взмахнув крыльями. – Разве не чувствуешь, что что-то не так? Посмотри вперед, загляни вглубь.

Бролл подчинился и в густом тумане с трудом различил тень, обретающую очертания древа.

Древа чудовищного, противного самой природе.

– Там, внизу, мой шан’до! – прорычал ночной эльф.

– А вместе с ним – источник Кошмара, – мрачно добавила драконица.

С такого расстояния весь Кошмар казался необъятной серо-зеленой массой, которая пульсировала, словно живое существо. Фигуры, двигавшиеся внутри нее, вызывали смутное беспокойство. Бролл не мог понять, кто это, хоть очертания и выглядели знакомыми. Интересно, почему они скрываются? Что же случится, если (и когда) они выйдут на свет? Друид содрогнулся.

Внутри Кошмара то и дело возникали мощные вспышки магии. Их цвет колебался от изумрудного до тошнотворного зеленого, кроваво-алого и не только. Друид чувствовал, что изумрудные вспышки исходят от защитников Сна, а остальные… остальные, вероятно, испускает само зло. Во всем этом были задействованы некие невообразимые силы, и Бролл понимал: то, что он видит сверху, – всего лишь отголосок могущественной магии. Однако черно-изумрудная дымка Кошмара никуда не исчезла. Более того, в том месте, куда направлялась драконица, она казалась лишь темнее.

«Какая темень… И все же тень прекрасно видно даже здесь, – подумал ночной эльф. – Но где же древо, которое ее отбрасывает?»

– Хороший вопрос, – откликнулась драконица так, словно Бролл размышлял вслух, и обеспокоенно добавила: – Остается надеяться, что скоро мы узнаем ответ!

Друид дернулся, почувствовав кое-что еще. Теперь шепот долетал до самых небес, и в нем ясно различались нотки нетерпения, даже голода.

– Что-то не так! Лучше бы нам…

Но драконица тоже это почувствовала и резко накренилась, пытаясь избежать опасности.

Шепоты, между тем, превратились в крики. Голоса слились в целый хор, вопя так громко, что Броллу пришлось закрыть уши. Однако он по-прежнему не мог различить ни слова. Друид обнаружил, что не может сдержать дрожь, и даже драконица, казалось, летела с большим трудом.

Впереди разверзлась огромная черная пропасть.

Друид моргнул, и понял, что на самом деле это омерзительная, бездонная утроба.

Из ее глубин доносились еще более громкие вопли. Слов Бролл различить не мог, но чувствовал ужас кричавших. Ужас, который Владыка Кошмара использовал как оружие, чтобы сразить и Бролла, и помогавшую ему драконицу.

Друид заметил, что его союзница больше даже не пыталась двигаться вперед и лишь отчаянно била крыльями в попытке отлететь подальше. Но даже несмотря на это, они по-прежнему неслись навстречу чудовищной утробе.

– Это все… сила страха. Страх тех, кто кричит, затягивает нас внутрь! Хаос, зло – вот что лишает рассудка этих несчастных и питает Кошмар! – прорычала драконица. – Какая страшная сила! Кажется, будто я сражаюсь сразу с тысячами врагов. Я могу только держаться на некотором расстоянии, и больше ничего!

– Магия…

– Если я хотя бы попытаюсь сосредоточиться на заклинании, нас сразу же затянет внутрь.

Однако Бролл не предлагал драконице использовать магию. Он видел, что, сражаясь с притяжением, та прилагает все свои усилия. Именно на это и рассчитывал враг!

Но у Бролла появилась идея, столь неожиданная, что он даже удивился. Кто знает, сработает ли это, но попробовать стоило.

Пока драконица отчаянно сражалась с силой притяжения вопящей утробы, друид начал творить необычное заклинание. Оно было направлено на исцеление и называлось Спокойствием.

Бролл сосредоточился, пытаясь вспомнить то, чему его учил шан’до. В какой-то момент он даже услышал голос Малфуриона, давший ценный совет:

– Секрет прост: чтобы прочесть Спокойствие, обратись к безмятежной, сокровенной сути природы Азерота. К Изумрудному Сну.

Их почти затянуло внутрь разверстой утробы. Бролл понял, что больше нельзя ждать, пора выпустить магию. Оставалось лишь надеяться, что это сработает. Он потянулся всем своим существом к той частице Изумрудного Сна, которая оказалась не затронута порчей, и прочел заклинание.

Освобожденная энергия казалась совсем незначительной по сравнению с ужасным злом и пронизывающим страхом. Бролл даже не надеялся, что ему удастся уничтожить кошмарную утробу, и хотел лишь выиграть немного времени для драконицы.

– Готовься! – предупредил он свою союзницу.

Успех зависел от того, правильно ли Бролл определил источник криков. Судя по тому, что он видел, враг черпал силу из множества невинных жертв, которые поддались усталости и уснули. Кошмар проникал в их страхи, насылая чудовищные видения. Именно страхи и были целью Бролла.

Заклинание коснулось измученных рабов Кошмара – тех призрачных теней, что располагались ближе всего.

На краткое мгновение внушающая ужас хватка сил зла ослабла.

Драконица с оглушительным рыком освободилась и бросилась прочь от разверзшейся бездны. Бролл, пытаясь удержаться, покрепче обхватил ее за шею. Его могучая союзница снова и снова взмахивала крыльями, и в какой-то момент черная утроба превратилась в крохотное пятно на небе.

Эффект от заклинания наступил быстро, но стремительно рассеялся. Несчастные жертвы вновь впали в исступление, и оглушительный крик возобновился. Чудовищная бездна стала увеличиваться, и вновь начала затягивать дракониху в свои глубины.

Но в этот момент между ней и порождением Кошмара скользнула еще одна огромная зеленая драконица. Она широко раскинула великолепные крылья, источая удивительное сияние, которое напомнило о том, каким этот мир был до того, как его поглотила порча.

– Поди прочь! – крикнула драконица порождению Кошмара. – Прочь!

Вдали появились другие зеленые драконы. Их силы, хоть и были велики, меркли перед невообразимым могуществом огромной драконицы.

Чудовищная утроба отступила, а крики, хоть и не смолкли до конца, перестали быть такими оглушительными.

Итак, на зов Малфуриона ответила сама Изера, владычица Изумрудного Сна.