Ощущение времени полностью пропало, я лежала и пыталась понять, что нового может выдумать аль-Зейб. Несмотря на врождённую узколобость, ИГИЛовцам была свойственна особая изобретательная жестокость, когда дело касалось пыток и даже моральных мучений. В этом смысле даже нобелевскому лауреату по физиологии человека было чему у них поучиться. Нет, я совершенно не боялась, боль и мучения для меня не существовали, но оставалась миссия - убить всех. И я просчитывала возможные осложнения, которые ждут меня на этом пути.

Наконец, дверь в каморку распахнулась, вошёл амир и схватив меня за волосы стал подниматься по ступенькам вверх. Усевшись за письменный стол в своём богато обставленном кабинете, Джаррах поставил меня прямо перед собой и, криво ухмыльнувшись, заговорил:

"Я придумал, что с тобой сделать. Братья предлагали сжечь живьём, но твоё тело нам еще пригодится, красивое, к тому-же времени и денег потрачены уйма, а я привык отбивать свои расходы. А вот твоя голова нам здесь ни к чему. Можно было бы бросить её опять в чулан навсегда, только мало ли что... Бойцы не гении мыслительного процесса, потом уборщицы ко мне ходят, да и враги есть, хотя на настоящий момент, их почти не осталось. Поэтому я решил убрать её отсюда подальше. Ну и потом, жизнь тебе не должна казаться мёдом. Короче, продал я тебя бедуинам, есть у меня знакомый кади. Бойцов человек 60, женщин не хватает. Так что с утра до вечера ты будешь сосать члены. Ну а если кого куснешь, я предупредил, что ты дикая, просто выбьют тебе все зубы, они ребята простые, будешь сосать без зубов. Я понимаю, что ночью они опять вырастут, и об этом кади тоже знает. Соответственно, вся твоя дальнейшая жизнь будет выглядеть следующим образом: с утра просыпаются бедуины, выбивают тебе зубы и, если у них не окажется других дел, дают тебе по очереди в рот. Неплохо придумано, правда? Такой жизни можно только позавидовать.

Кстати, они неплохо заплатили, даже неожиданно как-то. Впрочем, понятно - пустыня большая, людей, а тем паче баб нет, у всех бойцов хронический спермотоксикоз, так что сачковать не дадут. Сейчас мои ребята тебя накрасят, чтобы выглядела поблядовитее, да и в путь, ехать почти неделю".

"Твои бойцы хуёво меня накрасят, или они чо, заднеприводные? Умеют пользоваться косметикой?"

Амир потемнел от гнева.

"Сама хочу накраситься, у меня лучше получится, заодно и с телом попрощаюсь" - шевельнулась слабая надежда, что в процессе нанесения макияжа, удастся дополнительно сократить численность воинов ислама.

"Ну давай сама, только не думай, что ты сможешь кого-то убить, я приму меры".

Через час амир внес мою голову в гостиную, где стояло приличное по размеру трюмо. Перед ним, крепко прихваченное веревками и ремнями, сидело тело, свободными оставались только руки. Все колюще-режущие, да и просто тяжелые предметы, которые теоретически можно было бы использовать, отсутствовали, зато на расстоянии двух метров от трюмо, с разных сторон стояло двое здоровенных бородатых автоматчиков. Несмотря на зверские рожи, я увидела, что в их глазах плещется настоящий страх, теперь я это чувствовала на подсознательном уровне.

"Действуй" - сказал Джаррах, положив мою голову на столик.

Я оценила крепость пут и поняла, что дергаться бессмысленно. Амир же тем временем, проводил инструктаж:

"Так, братья, близко не приближайтесь и не отвлекайтесь, держите её на мушке. Дернется - сразу стреляйте, но только по рукам и по ногам. В тело очень нежелательно, а голову нельзя ни в коем случае зацепить. Попадёте в неё - повешу как шакалов. Всё ясно?"

Бойцы синхронно кивнули головами.

"Ну что ж, хоть накрашусь. Красота - страшная сила" - подумала я: "Вдруг ещё пригодится?"

Страха и отчаяния, которые испытывал бы человек в подобной ситуации, не было и в помине. Заодно я решила развлечь себя светским разговором со своими охранниками, всё-таки общение - незаменимый аспект в жизни любого социального существа:

"Ну как, братья, Саад уже врезал дуба?" - они не ответили, но по их рожам и так всё можно было легко прочитать.

"Мы не братья тебе, шармута" - мрачно произнёс один.

"А я вовсе и не шармута уже, а суккуб" - я мило улыбнулась обоим в зеркало: "Называется - почувствуйте разницу. Если вы, бдиры, думаете, что избавились от меня, то глубоко заблуждаетесь. Я обязательно вернусь и убью вас всех. Бегите, пока можете".

Моджахеды с испугом переглянулись и слегка отодвинулись. Но светская болтовня продолжалась недолго, вскоре вернулся амир с хурджином и бросил в него мою голову.

"И вот я здесь" - закончила рассказ Айгуль.

7. План спасения

"И что ты думаешь теперь делать?" - спросил Моххамад.

"Не ты, а мы, сам же взялся помогать. Пока не верну своё тело, ты будешь за него, а план действий примерно ясен. Надо назад, грохнуть амира со всей компашкой и отправляться за колдуном. Я всё-таки надеюсь вернуть голову на место, хотя и не особенно сильно. В любом случае, завалить его необходимо, мало ли что он ещё придумает".

"Наях бар!" - испуганно ответил Моххамад, сильно побледнев при этом: "Ты хоть понимаешь, что моё тело по ночам не восстанавливается, а дом ибн Коппелиуса даже самые отмороженные воины Аллаха, полные беспредельщики, которые не боятся ни своей крови, ни чужой, обходят за несколько километров. Однажды пятеро братьев, накурившись гашиша, решили его ограбить, да даже скорее, просто попросить денег на священный джихад, но очень настойчиво. Все знали, что он самый богатый человек в нашем государстве. Больше никто их не видел. Только семьи получили по посылке, которые непонятно как, с утра оказались на пороге их домов. Знаешь, что там было? В каждой по полуметровой зелёной ящерице с очень грустными человеческими глазами".

"Да... весёлый парень ваш Адволлакад и не лишён чувства юмора. Но сие ничего не меняет. Теперь я примерно понимаю, как это работает. По пуле в плечевые суставы, на голову мешок, и ни хрена он нам не сделает. Ночью руки восстановятся, но он уже будет спелёнут как младенец. Откажется помогать - буду пытать лично, как сторона заинтересованная. Ну а выдержит и не сломается - пуля в голову с близкого расстояния, тело сожжём".

"Ну и как ты мыслишь всё провернуть? Прошло два дня, через пять кади позвонит амиру и скажет, что мы не дошли, и нас начнут искать не только моджахеты, но и бедуины, они вообще пиздец, живут только по шариату, грохнут без разговоров".

"Значит у нас пять дней, если не ковырять в носу всё это время, его вполне хватит. Бедуинов искать в пустыне теперь незачем, соответственно, верблюд нам больше не нужен, а это скотина в здешних местах имеет неплохую цену, купим тачку и вернёмся уже по дороге, несколько часов и мы на месте. Да и вообще, у тебя весь верблюд мешками обвешан - посмотри, что там, амир парень явно не бедный".

Моххамад стал рыться в больших мешках и хурджинах, внимательно разглядывая их содержимое.

" Ну тут жрачка, подарки кади, всякая хуйня, вот шёлка целый моток, куда бля столько? А... вот и деньги, не так много, правда. А эти коричневые пачки в скотче вообще непонятно что".

"Это кокс или героин" - кинула Айгуль быстрый взгляд на пачки: "Не знаю, сколько это стоит здесь, но в Москве за такое количество можно получить несколько лямов баксов или дырку в голове и безымянную могилу в лесу. Второе намного вероятнее. Закопай в песок, спалимся, в этом бизнесе все друг друга знают, как и пути движения товара. Попытаемся толкнуть, тут-же грохнут или доложат аль-Зейбу и нас сразу начнут искать. Так. Берем деньги, шёлк, жрачку. Остальное поглубже закопай, чтобы никто не нашёл и нас не смогли отследить. В моём хурджине проковыряй дырку на уровне глаз и аккуратно положи голову, чтобы я могла всё видеть. Нам нужно в ближайший крупный город, где есть большой рынок - там мы сможем всё купить и при этом не будем бросаться в глаза. Пушку держи наготове, всё, погнали".

"Да тут в любом городишке толкучка есть со всем необходимым, хоть "Калаш", хоть "РПГ-7".

"Выберем населенный пункт побольше, в маленьких все друг друга знают. Калаш с РПГ нам тоже без надобности, необходим хороший импортный пистолет с глушителем, потом надо продать верблюда, шёлк и купить машину, так что погнали в ближайший административный центр, два - три часа погоды не сделают".

Через три часа верблюд мелонхолично подходил к довольно крупному городу, пригороды кишели людьми, тарахтели мопеды и мотороллеры, сновал лёгкий и более тяжелый коммерческий транспорт, в общем, наблюдалась деловая активность.

"Стой, Моххамад" - раздалось из мешка.

Юноша остановился и взял хурджин в руки.

"Сделаем так: повесишь его на плечо поближе, тогда мы сможем общаться, не привлекая особого внимания, а чтобы вообще ни у кого вопросов не возникало, положи смартфон в нагрудную рубашку, а наушник засунь в ухо - типо общаешься по телефону с помощью Hands Free, тогда никто не подумает, что ты ебанутый и говоришь сам с собой. Сначала надо двинуть верблюда, тут я полностью полагаюсь на тебя - не в курсе стоимости подобных транспортных средств, к тому же в Халифате. Сделать это желательно быстро, так что цену не ломи, но старайся особо не продешевить - это может вызвать ненужные подозрения".

Моххамад кивнул и остановился у лавки торговца овощами, который изнывал от жары. Переговорив с ним несколько минут, он вновь взгромоздился на верблюда и погнал его в сторону. Рынок под открытым небом занимал немало пространства, там блеяли козы, кричали ишаки и величественно возвышались Корабли Пустыни.

Моххамад проехал мимо и остановился чуть в стороне.

"А неплохой у нас верблюд" - раздался шёпот Айгуль из хурджина: "Здоровый такой, упитанный, по сравнению с подавляющим большинством".

"Зари Джаррах понторез, он гавна не держит, благо бабки есть. Смотри, там левее ещё автомобильный рынок, можем сразу прикупить тачку".

"Надеюсь, Моххамад, ты в них разбираешься. Пара штук нам по-любому нужна на пушку, всё не трать и машину бери максимально незаметную, на которых всё ездят".

"Не боись, звезда моих очей, сделаем всё, как надо".

Тут-же подошли несколько бородатых граждан в тюрбанах и стали придирчиво осматривать презрительно глядящее на них животное. Начался торг. Моххамад несколько раз отрицательно качал головой и отворачивался к настырным покупателям спиной, но те воздевали ладони к небу, как будто призывая в свидетели самого Аллаха, и торг возобнавлялся с новой силой. Наконец, обе заинтересованные стороны ударили по рукам, и один из владельцев тюрбана достал из потайного кармана на поясе пачку баксов. Юноша внимательно просмотрел каждую купюру на свет, поцарапал ногтями, послюнил, в общем, по всем признакам долары были настоящими.

"Фух, как заебали эти барыги" - обратился Моххамад к Айгуль, вытирая вспотевший лоб: "Полторашка, нормальная цена, за двушку такого не продать, не хотелось терять еще несколько часов из-за лишних трёхсот баксов. Ладно, посмотрим тачку".

Юноша неспешно прохаживался по рынку, разглядывая выставленные на продажу автомобили. Главенствовали пикапы, что было вполне объяснимо, учитывая привычку местного населения устанавливать в кузов ДШК или, на худой конец, ПК. Особой любовью у аборигенов пользовались пикапы и джипы "Toyota", как впрочем, в любой горячей точке мира. Цены на них были явно завышены, отчего Моххамад явственно морщился. Тут его внимание привлёк пожилой бородатый мужик, который со слезами на глазах гладил по боку свою ухоженную вишнёвую красавицу. Пикап выглядел очень неплохо и юноша тут-же сделал стойку.

"Как вас зовут, уважаемый?"

"Хусаин" - ответил бородатый мужик.

"Сколько хочешь, уважаемый Хусаин за свою ласточку?"

"Дорого хочу, вообще продавать не хочу" - Хусаин чуть не плакал.

"А зачем продаёшь?"

"Уезжаю я, дочка зовёт в Швецию, она давно уехала - замуж вышла, детей родила, внуков хочу няньчить".

"Так сколько?"

"Две тысячи хочу" - ответил бородатый.

"Ну это ты загнул, NP-300 уже пять лет как не выпускается".

"Последняя партия - на документы, смотри, пробег всего 140 000 км., для этой машины ничто. Сам обслуживал, масло менял, ухаживал как за ребёнком. Ни разу не ломалась!"

"Верю, там просто ломаться нечему, давай торговаться, Хусаин".

В результате пикап был приобретен за 1700$, и довольная парочка отправилась на вещевой рынок уже на колёсах.

Поставив свой Nissan под деревья,чтобы потом не садиться в раскалённый жарким солнцем салон, Моххамад с хурджином ввинтился прямо в пёструю галдящую толпу на огромном вещевом рынке.

"Сначала шёлк надо толкнуть" - зашептала из мешка Айгуль:" Тут всё как с верблюдом - не дорого, не дешёво и максимально быстро, у тебя пока хорошо получается".

И юноша повернул в сторону рядов, где торговали тканями.

"Не думал, что такая хрень может столько стоить" - Моххамад пересчитал бабки и сунул их в карман: "У нас ещё штука, теперь хватит на всё и еще останется".

"Не спугни удачу раньше времени - она капризная дама, пошли в оружейные ряды".

Площадь, отведённая под торговлю оружием оказалась огромной - понятно, сознание определяет бытие, как говорили идеалисты. Такому обилию и свободе позовидовали бы не только абсолютно бесправные жители России, но и какой-нибудь почётный член НСА, родом из Техаса. Цены также очень радовали, ещё бы - не надо платить всяким таможням, разрешительным органам, полиции, Росгвардии и другим паразитам, присосавшимся к теме. Для приобретения оружия или боеприпасов нужен был лишь один типовой документ - зелёная бумажка с рожей одного из президентов США, не одна естественно, что ситуации в целом не меняло. Никакого запрета на тип, автоматическую стрельбу и ёмкость магазина, как и калибр. Связками у прилавков стояли знаменитые "РПГ-7", "Мухи" и даже "Аглени". В отдалении, где народ кучковался уже не столь густо, похоже, по причине цен и эксклюзивности, виднелось даже несколько "Хашимов", лежала парочка "Игл", "Стингеров" и, завершающим штрихом техногенного натюрморта, являлся дорогущий FMG-148 "Javellin".