Кронус Алкон возился теперь с механизмами судна. На мой неопытный взгляд, их устройство было чрезвычайно сложным. Он отрегулировал ряд подвижных стержней, которые были установлены в фигурной панели, и казалось, обеспечивали привод для похожего на часы аппарата с числовой шкалой и тремя стрелками. На шкале были сотни — а возможно, и тысячи чисел.

— Это устройство, — произнёс Кронус, — обеспечивает точный контроль нашего передвижения во временно́м измерении. Сейчас я настроил машину на необходимый нам год, месяц и день.

Он помог мне закрепиться в сложном подвесном устройстве, устроился сам и повернулся к небольшой приборной панели с множеством кнопок и рычагов, которые, казалось, отличались от остального оборудования.

— Это, — пояснил он, — устройства управления, применяющиеся для атмосферных и эфирных полётов. Перед запуском машины времени я должен подняться на достаточно большую высоту и пролететь примерно пятьдесят миль к югу.

Он повернул один из рычажков. Раздался низкий, ритмичный звук; но я не ощутил ни малейшего движения, и только зарево заката, осветившего вдруг внутренности судна сквозь иллюминаторы, показало, что мы поднялись над скалами.

Через несколько минут Кронус Алкон передвинул один из рычажков и ритмичный звук прекратился.

— Энергию для космического полета, — сказал он, — обеспечивает атомный распад. Для путешествий сквозь время мне придется использовать совершенно иной вид энергии — необычную комплексную силу, получаемую в результате столкновения и отражения космических лучей, которые переносят нас в то, что за неимением лучшего названия мы именуем четвёртым измерением. Собственно говоря, мы окажемся вне пространства, и, с точки зрения нашего мира, перестанем существовать. Однако я уверяю вас, что никакой опасности здесь нет. Когда силовой механизм машины времени автоматически выключится в пятнадцатитысячном году нашей эры, вы и я словно проснёмся после глубокого сна. Ощущение падения может оказаться довольно устрашающим, но не более чем в случае приёма некоторых анестетиков. Просто поймите, что бояться нечего и пусть всё идёт своим чередом.

Он взялся за большой рычаг и сильно дёрнул его. Я почувствовал себя так, словно получил мощнейший удар тока, который разорвал на куски все мои ткани, разделил их на отдельные клетки, полностью распылив меня на молекулы. Несмотря на заверения Кронуса Алкона, мною овладел невыразимый, запутанный ужас. Я чувствовал, что разделился на миллионы отдельных сущностей, которые безумно кружились, погружаясь в темнеющую пропасть бездонного водоворота. Казалось, они исчезали одна за другой, подобно искрам, когда достигали некоей определённой глубины. Так продолжалось до тех пор, пока не исчезло всё и вокруг не осталось ничего, кроме тьмы и беспамятства…

Я пришел в себя практически точно таким же образом, как перед тем провалился в небытие, только в обратной последовательности. Сначала возникло ощущение далёких, подобных искрам, сущностей, коих становилось всё больше и больше. Все они дрейфовали ввысь, в космическую тьму из абсолютного первичного надира, а затем эти сущности постепенно слились в одно целое, и окружавшие меня внутренности машины времени вновь обрели прежние очертания. Тогда я увидел перед собой фигуру Кронуса Алкона, который раскачивался в своём подвесном устройстве. Поймав мой пристальный взгляд, он улыбнулся. Мне показалось, что я спал на протяжении долгого, очень долгого времени.

Мой компаньон нажал на кнопку, и я испытал такое чувство, будто спускаюсь на лифте. Кронусу Алкону не было необходимости объяснять мне, что мы опускаемся на землю. Менее чем через минуту в иллюминаторах уже были видны деревья и здания. Корабль слегка тряхнуло, когда мы приземлились.

— Сейчас, — сказал Кронус, — мы находимся в моём поместье в окрестностях Джармы, нынешней столицы Акамерии. Джарма построена на развалинах города Нью-Йорка, но находится в сотнях миль от побережья, так как за последние тринадцать тысяч лет здесь произошли обширные геологические изменения. Вы заметите, что климат значительно отличается от привычного вам — теперь он субтропический. Погодные условия ныне в значительной степени находятся под контролем человека, и мы даже смогли уменьшить искусственным путём области вечных льдов и снегов почти до самых полюсов.

Он отстегнул свои ремни и оказал такую же услугу мне. Затем он открыл дверь судна и показал мне жестом, чтобы я вышел первым. Снаружи меня встретило тёплое дуновение насыщенного ароматами воздуха. Я вышел на каменную платформу, напоминавшую своеобразный аэродром, примыкающую к громадному сверкающему сооружению, в котором располагалось множество различных воздушных судов незнакомых типов.

Неподалёку располагалось ещё одно здание, отличающееся лёгкой, изящной архитектурой, с множеством открытых галерей и высоких фантастических башенок, подобных башне Эйфеля. Вокруг этого здания были видны обширные сады. Широкие поля, засаженные овощными культурами, которые я не мог опознать, окружали нас со всех сторон. В некотором отдалении стояли несколько длинных, одноэтажных строений.

— Мой дом, — произнёс Кронус. — Я надеюсь, что здесь всё хорошо. Я оставил поместье под присмотром двух моих кузенов, Альтуса и Орона. Кроме того здесь есть Трог, марсианский надсмотрщик, и живущие в бараках венерианские рабы, которые заняты на сельскохозяйственных работах. Все необходимые нам технические и обслуживающие работы выполняют именно такие рабы, которых привезли на Землю много поколений назад, но теперь они, похоже, становятся весьма серьёзной проблемой. Надеюсь, за время моего отсутствия здесь не произошло никаких неприятностей.

Я заметил, что Кронус достал из внутреннего кармана туники маленький жезл, отдалённо напоминающий ручной фонарик, на одном конце которого имелся шарик из красного стекла или кристалла. Он взял это устройство в руку.

— Электронный излучатель, — пояснил он. — Испускаемый им поток частиц парализует, не убивая, на расстоянии до пятидесяти ярдов. Иногда нам приходится пользоваться таким оружием, когда рабы ведут себя слишком строптиво. Венериане — низкие, коварные типы, с которыми приходится обращаться очень осторожно.

Мы направились к дому, нижние этажи которого были наполовину скрыты высокими деревьями и густым кустарником. Не было видно ни малейших признаков жизни, пока мы шли по извилистой тропинке, бегущей мимо фонтанов из цветного мрамора, пальм, рододендронов и причудливых растений и цветов неземного вида, которые наверняка озадачили бы ботаников моего времени. Кронус сказал мне, что некоторые из этих растений были привезены с Венеры. Горячий, влажный воздух был насыщен запахами, которые я нашёл довольно гнетущими, в то время как Кронус вдыхал их с явным наслаждением.

Миновав резкий поворот тропинки, мы вышли на открытую лужайку перед самым домом. Здесь перед нами развернулась неожиданная и ужасающая сцена. Двое мужчин, одетых так же, как Кронус, и огромное существо с бочкообразной грудью, веретеноподобными ногами и уродливой гидроцефальной лягушечьей головой, сражались с ордой звероподобных существ, в сравнении с которыми даже неандерталец показался бы образцом классической красоты.

Там были десятки этих существ, причём многие из них были вооружены дубинками и камнями, которые они швыряли в троих обороняющихся. Их чёрно-коричневые тела были покрыты пятнами и отдельными пучками жёстких пурпурных волос. Примерно половину нападавших отличало наличие украшений в виде толстых, раздвоенных хвостов. Как мне довелось узнать позже, это были самки, тогда как самцы в силу каких-то неясных эволюционных причин в данном отношении выглядели совершенно непримечательными.

— Рабы! — закричал Кронус, бросаясь вперёд и наводя на них свой излучатель. Следуя за ним, я увидел, как один из двух мужчин упал, сражённый брошенным в него большим камнем. Около дюжины рабов лежали без чувств на лужайке; и я смог разглядеть, что люди, на которых напали отвратительные существа, также были вооружены излучателями.

Наше появление осталось незамеченным, и Кронус беспощадно использовал своё оружие на близкой дистанции, поражая рабов одного за другим. Обернувшись и, видимо, признав своего хозяина, оставшиеся рабы угрюмо начали расходиться. Их разгром довершил могучий гигант с массивным торсом, швырнув им вслед своими подобными катапультам руками бо́льшую часть их оружия и снаряжения, которое они побросали при виде Кронуса.

— Боюсь, что Альтус серьёзно ранен, — сказал Кронус, когда мы присоединились к небольшой группе на лужайке. Другой человек, которого Кронус представил мне как своего кузена Орона, склонился над упавшей фигурой, исследуя рану, скрытую прекрасными чёрными волосами пострадавшего, из-под которых обильно текла кровь. Орон, учтиво кивнувший мне головой в знак приветствия, тоже был покрыт порезами и синяками от брошенных в него предметов.

Мы представились друг другу на английском. Кронус и Орон тут же заговорили на языке, которого я не мог понять. Судя по всему, Кронус давал объяснения относительно меня. Орон бросил в мою сторону быстрый, любопытствующий взгляд. Гигант прекратил швырять камни и дубинки вслед убегающим венерианцам, и тоже присоединился к нам.

— Это Трог, марсианский надсмотрщик, — сказал мне Кронус. — Как и все представители его расы, он чрезвычайно умён. Это древние существа, наследники незапамятной цивилизации, которая развивалась совершенно иным путём, нежели наша, но это вовсе не является причиной для того, чтобы считать её в чём-то уступающей нашей. Мы, на Земле научились у них очень многому, несмотря на то, что они очень замкнутые и скрытные.

Красновато-жёлтое тело марсианина покрывала лишь чёрная набедренная повязка. Его приземистая, жабоподобная фигура под большой, выпуклой, узловатой головой, выглядела совершенно невероятно, и меня пронзило холодом ощущение непреодолимой эволюционной пропасти, когда я взглянул в его ледяные зелёные глаза.

В его пристальном взгляде ощущалась высокая культура, мудрость, сила, но в таких необычайных формах, которые не смог бы правильно постичь ни один человек. Он говорил резким, гортанным голосом, очевидно пользуясь языком людей, но в этих словах было сложно признать какую-то связь с теми, которыми пользовались Кронус и Орон, из-за необычного продления гласных и согласных звуков.

Неся всё ещё не пришедшего в сознание Альтуса, Орон, Кронус, Трог и я вошли в ближайший дом. И архитектура и материал этого здания выглядели прекраснее всего, что мне когда-либо доводилось видеть. Строение изобиловало множеством причудливых мавританских арок и лёгких декоративных колонн. Материал, весьма напоминающий полупрозрачный оникс, на самом деле, как рассказал Кронус, являлся синтетическим веществом, созданным с помощью атомной трансмутации.

Внутри имелось множество диванов, покрытых неизвестными роскошными тканями с превосходными узорами. Комнаты были большими, с высокими сводчатыми потолками. Часто они были разделены лишь рядами колонн или свисающими гобеленами. Внутреннее убранство комнат отличалось исключительной красотой, демонстрируя обилие светлых изогнутых линий, гармонично соответствовавших здешним архитектурным решениям. Некоторая часть мебели и обстановки похоже, была изготовлена из драгоценных металлов и удивительно эффектных материалов, которым я не мог подобрать названия. Там было множество картин и статуй, в большинстве своём самого причудливого и фантастического характера, свидетельствовавших о высочайшем техническом мастерстве художников. Я узнал, что некоторые из картин представляли собой воспроизведение с натуры различных сцен на чужих планетах.

Мы уложили Альтуса на диван. Он действительно был довольно серьёзно ранен, дыхание его было медленным и слабым. По всей вероятности, он получил сотрясение мозга.

Кронус принёс некий механизм в форме колбы, заканчивавшейся полым конусом, который, как он мне объяснил, представлял собой генератор силы, известной под названием оск — сверхэлектрической энергии, используемой при лечении ран, а также всевозможных заболеваний. Её высочайшая мощь обеспечивала восстановление нормальных процессов в организме, вне зависимости от причины расстройства здоровья.

Когда генератор настроили и привели в действие, я увидел исходящий из его полого конца поток зелёного излучения, направленный на голову раненого человека. Пульс Альтуса стал сильнее, раненый зашевелился, но всё ещё не очнулся. Когда Кронус через несколько минут выключил зелёный луч, он предложил мне осмотреть рану; и я обнаружил, что она уже начала заживать.

— Альтус будет полностью здоров через два или три дня, — сказал Кронус. — Настоящая проблема, — продолжил он, — кроется в венерианцах. И не только для меня одного, но и для всех остальных. Ужасной ошибкой было привезти их на Землю: они не только свирепы и трудновоспитуемы, но к тому же ещё и ужасающе быстро размножаются, отличаясь чрезвычайной плодовитостью, в то время как число представителей человеческой расы непрерывно сокращается. Уже сейчас их в пять раз больше нас; и несмотря на всё наше превосходство в знаниях и оружии, я считаю, что именно они представляют для нас самую серьёзную опасность. Всё, что им нужно — это всего лишь немного способностей к самоорганизации.

Глава III

Чёрная Гниль

Наступил вечер. Трог удалился в своё жилище, располагавшееся в некотором отдалении от дома, к своей супруге-марсианке. Ужин, состоявший в основном из восхитительных плодов и овощей, большинство которых были мне в новинку, подавал Орон. Я узнал, что один из овощей представлял собой некую разновидность трюфеля, импортированного с Венеры. После того, как мы поели, нам подали в глубоких тонких хрустальных бокалах крепкое спиртное, деликатный ароматный ликер из плодов, которые отдалённо напоминали одновременно персик и ананас.

После этого Кронус заговорил. Речь его оказалась довольно продолжительной. Он сказал мне, что уже изложил Орону все подробности о своём путешествии во времени и обо мне.