Кто прав и к цели твердо идет, того

Ни гнев народа, правду забывшего,

Ни взор грозящего тирана

Ввек не откинут с пути, ни ветер,

Властитель грозный бурного Адрия,

Ни Громовержец дланью могучей, — нет.

Пускай весь мир, распавшись, рухнет —

Чуждого страха сразят обломки.

И Геркулес и Поллукс таким путем

10 Достигли оба звездных твердынь небес:

Меж них возлегши, будет Август

Нектар пурпурными пить устами.

Таким путем, о Вакх, и тебя везли

Твои тигрицы, чуждому им ярму

Подставив шеи; так и Ромул[154]

Орка избегнул на конях Марса,

Когда Юнона радость рекла богам,[155]

Совет державшим: «Трою державную

Повергнул в прах судья преступный

20 Вместе с женой, из-за моря плывшей, —

Град, обреченный мной и Минервою

С тех пор, как не дал Лаомедонт богам

Награды должной, — обреченный

Вместе с народом, с вождем лукавым.

Уже не блещет ныне бесславный гость

Лаконки блудной; клятвопреступный род

Приама, Гектором могучий,

Греков уже не разит отважных.

Войне, раздором нашим затянутой,

30 Конец положен. Гнев мой и ненависть

Сложив, я милую для Марса

Внука, который рожден мне жрицей

В дому троянском; в светлый чертог ему

Вступить дозволю; нектара сок вкушать

И приобщить его отныне

К сонмам блаженных богов дозволю.

И лишь бы между Римом и Троею

Шумело море — пусть беглецы царят

Счастливые в краю желанном!

40 Лишь бы Приама, Париса пепел

Стада топтали, звери без страха там

Щенят скрывали б, — пусть Капитолия

Не меркнет блеск, и пусть победный

Рим покоряет парфян законам!

Вселяя страх, он пусть простирает власть

До граней дальних, где отделяется

Водой от Африки Европа,

Вздувшись, где Нил орошает пашни.

Пусть презирает злато, которому

50 В земле остаться лучше не вырытым,

Чем громоздиться на потребу

Людям, громящим и божьи храмы.

И где бы мира грань ни стояла, пусть

Ее оружьем тронет, стремясь достичь

Краев, где солнца зной ярится,

Стран, где туманы и ливни вечно.

Но лишь один воинственным римлянам

Завет кладу я: предков не в меру чтя

И веря счастью, не пытайтесь

60 Дедовской Трои восставить стены!

Коль встанет Троя в пору недобрую, —

Судьба вернется с гибелью горькой вновь:

Юпитера сестра-супруга,

Двину сама я полки победно.

Пусть трижды встанут медных ограды стен,

Творимых Фебом, — трижды разрушат их

Мои ахейцы; трижды жены

Пленные мужа, детей оплачут».

Шутливой лире это совсем нейдет!

70 Куда ты, Муза? Брось же упорно так

Рассказывать бессмертных речи

И унижать величавость малым.