Взявши за руки супругов, повела их к трону мать,
Возвела на трон их царский, — их приветствовала знать.
Сердце сделалось твердыней, обративши горе вспять,
И никто не смеет плакать, вместо горя — благодать.
Мать-царица нарядилась, и не траур тот наряд,
Дидебулов разодела, платье их ласкает взгляд,
Драгоценными дарами одарен и стар и млад,
Молвит: «Счастье возродилось, не оглянемся назад!».
Тариэль с своей супругой украшают отчий трон,
И во всем соцветны оба: и невеста, и патрон.
И кого ж воспеть их счастье удостоит небосклон?
Кто ж из смертных им подобный от Адама порожден?
Тариэль с своей женою обрели желанный брег.
Семь престолов им досталось, много радостей и нег.
В жизни сладостной страданья позабудутся навек.
Не отведав горя, счастья не вкушает человек.
Тариэль с Нестан на троне — ярче солнечного дня.
Возвели его на царство, медью трубною звеня,
От хранилищ ключ вручили, окружили, как родня,
«Вот наш царь» — кричали с чувством, преисполненным огня.
И на два воссели трона Автандил и с ним Придон,
Все пред ними совершают славословье и поклон.
Кто подобный им средь смертных небесами сотворен?
Рассказать о всем, что было, просят их со всех сторон.
Пир, веселье; угощенье разносили толпы слуг.
Свадьбу справили богато, как привык дворцовый круг.
Утопают в подношеньях и супруга и супруг,
Одарили неимущих, сгинул бедности недуг.
Мать-царица приказала: «Сирот звать сюда и вдов!
«Всех равно обогатите, кто ни явится на зов».
Что она им раздарила, — описать нехватит слов.
«Помолитесь, чтоб им долго жить средь царственных трудов!»
Тариэль сказал: «Царица, я сказать одно бы мог.
«Ты прости царя Рамаза, ублажи коварный рок!
«Видел я, как был он жалок, в страхе чувствуя клинок.
«Покаяние и слезы возмещает грешным бог».
Говорит она: «Прощаю!» Тотчас выполнен приказ:
Для поклона пред царями был приведен царь Рамаз.
Собирались запевалы, песня хора раздалась.
Сколько горя было прежде, столько радостей сейчас.
И прекрасные для взора злато, камни, жемчуга
То вздымались, словно горы, то потоком шли в луга,
Всякий волен брать без спроса, что возьмет его рука,
И задача чтить разряды мандатуру не легка.
Автандила и Придона войску молвит славный царь:
«Не стесняйтесь брать, что надо, гости мне — небесный дар!»
Дал по мулу, в переметных сумках жемчуг и янтарь.
Чтобы счесть его подарки, нужен здесь особый дар.
Дар Придону с Автандилом превзошел доступный счет,
Оттого язык немеет и для слов замкнулся рот,
Драгоценностей царицы не скрывал подвалов свод,
На спасителей обоих взор царицы ласку льет.
Все спасителями чтили Автандила и Придона,
Восклицая: «Принесли вы нам даянье небосклона!»
Их желанья исполняли, в каждом видели патрона,
День-деньской в дарбаз ходили для приветствий и поклона.
Тариэль великодушно шлет Рамазу подношенье,
Приказав: «Заплатишь златом ты за клятвопреступленье!»
До земли Рамаз склонился, обретая утешенье,
Не хвалясь войной, убрался, помолясь за отпущенье.
Приказал владыка индов сердцем преданной Асмат:
«Ни родитель, ни питомец дел твоих не сотворят.
«Часть седьмую царства индов дам тебе — страну и град.
«В сладкой службе на престоле будет жизнь полна услад.
«По душе возьми супруга, нужен царству верный страж.
«Пусть он верно нам послужит и душой пребудет наш».
К их ногам Асмат припала: ?С вами я крепка, как кряж,
«Что же слаще службы знала? Мне без вас итти куда ж!»
«Государь, дерзну я молвить, но не гневайся тогда:
«Не уйду от вас, хоть землю всю отдай мне навсегда!
«Мне лучей хватило б ваших, раз минула вас беда,
«Я питомицу не брошу, не уйду я никуда».
«Хватит вянуть в прежнем горе! — приказал он ей повторно. —
«Помню, как в своем несчастья ты рыдала непритворно.
«Ты моим советам следуй и исполни все покорно.
«Во главе могучей рати зло добром смени проворно».
Подчинилась и сказала: «Время горя коротко».
Умный витязь быстро найден, все усвоил он легко,
Он повел Асмат к престолу, поклонившись глубоко,
И на трон его возводят, и взнесен он высоко.
Три могучих побратима сокращали дни гостии,
Развлекались и подарок получали не один!
Что за жемчуг! Что за кони! Никаких бы тут кручин!
Но на лике Автандила след тоски по Тинатин.
Тариэль заметил: витязь все тоскует по жене.
«Знаю, — молвит, — втихомолку ты упрек бросаешь мне,
«От седьмой твое страданье уж к восьмой плывет волне,
«Вновь судил мне мир разлуку и тоску наедине».
И Придон тут попрощался: «Надо ехать мне домой,
«Протопчу твои владенья, чтобы вновь побыть с тобой,
«Все исполню, что прикажешь, как послушник молодой,
«За тобой мне так же бегать, как оленю за водой».
И фирман Придону выдал индов царственный глава:
«Уезжай, но возвращайся, дружбы памятуй права!
«Автандил, с тобой в разлуке проживу я жизнь едва.
«Что же делать! Ты так рвешься: ожидает солнце льва».
В дар Ростану посылает он прекраснейший кафтан,
И не ложки, а сосуды — замечательный чекан!
«Добрый путь! Мои подарки пусть оценит сам Ростан».
Автандил в ответ: «В разлуке не снесу сердечных ран».
Тинатин Нестан послала кабачу с покровом к ней.
Лишь Нестан к лицу то платье и пристойно только ей.
Также камень драгоценный — что найдешь его ценней?
Освещал он ночь, как солнце, путь с ним всюду был ясней.
Автандил простился с другом, побратимов верен нраву.
При разлуке этой пламя жгло обоих, как атаву.
Инды горькими слезами лес облили и дубраву.
Автандил сказал: «Дал выпить мне коварный мир отраву».
Два героя едут, тешась нежной речью, а не лестью,
И, в пути расставшись, каждый к своему спешит поместью,
Цели жизненной достигнуть удалось обоим с честью.
Автандил — в стране арабов. Повезло в делах и тестю.
Все арабы повстречаться с украшеньем царства вышли.
Автандил узрел светило, стон сердечный стал неслышным.
С Тинатин воссел на троне. Все сияло счастьем пышным.
Вознесен венец державный до небес решеньем вышним.
И живой стеной сомкнулись трех царей три пары плеч,
Часто виделись друг с другом, рады счастью новых встреч.
И врагов и непокорных поражал их дружный меч,
Брали царства и богатства пожинали с общих сеч.
Милость ровно рассыпалась, точно снега полоса,
Вдовы, сироты богаты, смолкли нищих голоса.
Мать сосут ягнята дружно, для злодеев власть — гроза,
И паслись в их царствах мирно волк и рядом с ним коза.