Розмари дали немного поспать, а затем все вместе приступили к вдумчивому планированию. Были нарисованы карты – в основном по памяти Замары – детальные, совершенные и точно соответствующие масштабу. Несмотря на то, что они уже проделывали подобное раньше, Розмари не могла не восхищаться. Она внимательно смотрела и слушала, и более всех – Джейка. Ей хотелось понять, на что стоит обращать внимание в поведении протоссов. Пусть она была прилежным учеником и проницательным знатоком человеческой природы, инопланетян анализировать ее не учили. Только терранов.

Джейк сильно изменился с того момента, как она впервые встретила его на «Сером тигре», и вовсе не к худшему. Тогда он не произвел на Ре-Ми впечатления, и в течение некоторого времени она относилась к нему безразлично. Но когда археолог взломал шифр и понял, как попасть в сердце храма, Розмари несколько удивилась, и ее уважение к профессору поднялось на пару пунктов. Он невероятно спокойно перенес слияние с чужеродным разумом. Розмари подумала, что у нее самой не получилось бы так легко приспособиться к подобному. Джейку, однако, не понравилось то, что Замара сделала на корабле с Маркусом, и именно тогда Розмари осознала, что может уважать и понимать как человека, так и протосса внутри него. Замара делала то, что было необходимо, и не испытывала угрызений совести. Когда же Хранитель и профессор сообща и с такой ловкостью избавились от Рендалла… что ж, ей грех жаловаться на такого напарника. На Джейка. На Замару. На них обоих. Черт, это озадачивало.

Розмари неожиданно бросило в дрожь, и все ее тело покрылось потом. Ей было холодно и неуютно даже во влажном тепле айурского вечера. Джейк-Замара внимательно слушал Ладраникса и указывал на точку на карте, нацарапанной на земле. Они сидели вплотную друг к другу, мерцающие глаза протосса пристально следили за тем, что отмечал терран.

Слава богу – или какой-то другой высшей силе, или просто ее упрямству, – что Ре-Ми достаточно четко обозначила: они никогда не должны читать ее мысли без приглашения.

Ей требовалась новая доза.

Розмари пообещала привести Джейка в оговоренное место через шесть часов. Но она не сделала бы этого. Когда Ре-Ми давала обещание, ее тело скручивало и разрывало на части от боли, которую она не могла и представить. И ложью это не было. Она пообещала доставить Джейка (а с ним вместе и Замару) таинственному Благодетелю талдаримов, и готова была подписаться под каждым словом этого обещания. Алзадар поверил ей, милосердно нанес на горящую кожу «Солнечную каплю» и позволил девушке уйти.

Согласно плану, она должна была заявить, что все чисто. Сказать Джейку, Ладраниксу и остальным, что они могут пройти в подземелья беспрепятственно.

«Ты теперь одна из нас, сестра „Солнечной капли” Розмари Даль, – заверил Алзадар, втирая бальзам в ее запястья, и она плакала от облегчения и экстаза. – Зава-тор милосерден. У него нет причин истязать того, кто помогает. Кто знает, вдруг и терран в будущем вновь окажется полезен? Приведи нам Хранителя и ее союзников, и ты в любое время сможешь получить доступ к „Солнечной капле”».

Но, вопреки удовольствию, от которого все еще вибрировали кожа и кровь, слова, что сорвались с губ Розмари до ее «спасения», были не теми, которые она пообещала сказать. Она предупредила об опасности проникновения в пещеры.

Теперь она мысленно проклинала порыв защитить Джейка и Замару. Итан не поступил бы так.

Мысль об Итане заставила ее нахмуриться. Он так долго вызывал у нее уважение и восторг. Недостаток у Итана чувства преданности забавлял ее и очаровывал, пока не ударил так, как свет поискового фонаря бьет по беглецу-заключенному. Может быть, именно поэтому она импульсивно решила не предавать Джейка. Скорее всего. Но как бы то ни было, сейчас она хотела взять свои слова обратно. Она сделала бы что угодно, если бы здесь мог чудесным образом появиться Алзадар с пригоршней «Солнечной капли».

Розмари извинилась и сообщила, что ей необходимо облегчить мочевой пузырь, но, когда она отошла, ее лишь вырвало.

Вытерев рот тыльной стороной ладони, девушка на мгновение поддалась дрожи, а затем попыталась сосредоточиться.

Предполагалось, что Розмари встретится с Алзадаром этой ночью. Предполагалось, что она придет не одна. Ей нужно было придумать что-то, позволившее бы получить у Алзадара отсрочку, и молиться, чтобы история оказалась достаточно правдоподобной и тот дал бы ей новую дозу.

Рабство… Она раб этого наркотика, точно такой же, как и те рабы в притоне на Рае. Точно так же, как она была рабом стимов, терка, боога, шмали и всего остального, что когда-либо вкалывала, глотала, курила или нюхала за те долгие четыре года, что зависела от наркотиков. Что бы Итан ни сделал с ней в их последнюю встречу, по крайней мере, он помог ей избавиться от этой привычки.

И вот теперь все рухнуло.

Розмари глубоко вздохнула, сплюнула и вернулась к собранию.

* * *

Она пришла к назначенному месту встречи с Алзадаром, предварительно проверив, нет ли поблизости зергов. И на одно мгновение, одновременно мучительное и благословенное, ей подумалось, что протосс или забыл о встрече, или пойман. Легкое мысленное касание тут же разрушило ее чаяния, и, обернувшись, она увидела, что бывший тамплиер стоит в лучах ночного светила. Сияние озаряло высокую и внушительную фигуру протосса, чьи глаза сверкали так же ярко, как сама луна. Под его ногами сгустилась зловещая тень.

«Ты опоздала», – сказал протосс.

Розмари выпрямилась, насколько смогла.

– Видишь ли, уйти было не так просто.

«Они поверили тебе?»

Розмари решила схитрить. Пусть она и не так натренировала свой разум, как когда-то Итан, но самоконтроля ей было не занимать. Она заговорила медленно, следя за тем, чтобы мысли не опережали слов.

– Нет. Я рассказала им ту историю, на которой мы сошлись, но они не поверили. Джейк в особенности не доверяет мне после того, как я хотела сдать его Валериану. Я предупреждала тебя об этом.

Мерцающие глаза сузились.

«Продолжай».

– Мне потребуется некоторое время, чтобы убедить их. Между тем, если ты дашь мне немного «Солнечной капли», тебе не придется рисковать, встречаясь со мной. Мы увидимся снова через несколько дней. К тому моменту я…

Плечи протосса вздрогнули, и Розмари ощутила, как ее разум заполняет чужой смех, сухой и пугающий.

«Маленькая глупая девочка, – сказал Алзадар. – Ты думаешь, эти преграды остановят меня, обученного тамплиера? Это была смелая попытка, даже превосходная для того, кто не является протоссом. Но тщетная».

Розмари тяжело сглотнула и сжала кулаки. Боже, ей просто необходима эта дрянь. И он знал это.

«Если ты предашь нас, – спокойно сказал протосс, – ты не получишь ее, а нехватка вещества тебя убьет».

– Я избавлялась и от более сильных наркотиков.

«Нет, не избавлялась. Твои стимуляторы, как ты называешь их, жалки по сравнению с „Солнечной каплей”».

– Если это так плохо, почему же вы сами не избавитесь от нее? – с яростным вызовом спросила Розмари.

«Зачем бы нам это? Это дар Зава-тора. Прекращение приема, как бы болезненно ни было, не может навредить нам. А экстаз… что ж. Ты знаешь».

Алзадар закрыл глаза и запрокинул голову в жесте, который Розмари начинала распознавать как улыбку.

«Что я должен сделать с тобой, Розмари Даль? – задумался он. – На самом деле, у меня нет желания убивать тебя, но Зава-тор должен быть удовлетворен. Я не могу вернуться к нему и сказать, что подвел. Так что мы будем делать?»

– Дай мне еще один шанс, – попросила Розмари.

Она попыталась солгать. Она попыталась поступить правильно и была поймана за руку. Что, в конце концов, значили для нее Джейкоб Джефферсон Рэмзи и Замара? Все, что они сделали, – превратили ее в беглеца. И, наконец, Алзадар мог бы дать ей достаточно «Солнечной капли», чтобы до конца своей жизни она ни малейшего значения не придавала тому, что застряла здесь.

Девушку скрутило спазмом боли, но еще мучительнее была жажда наслаждения.

«Да, – удовлетворенно сказал Алзадар. Розмари знала, что треклятый протосс прочел ее мысли. – Время еще есть».

Он открыл рюкзак, который висел у него за спиной, и достал маленькую склянку. Сердце Розмари подскочило. И когда Алзадар вытащил пробку, а в воздухе распространился знакомый запах, глаза девушки наполнились слезами.

Протосс протянул ей мазь. Но когда Розмари жадно потянулась за ней, он с усмешкой убрал руку, жестоко дразня ее.

«Повтори, что ты сделаешь».

В этот момент Розмари ненавидела его. И еще больше ненавидела себя.

– Я приведу его, я обещаю, – умоляющие нотки в собственном голосе вызвали у нее отвращение.

«Скажи мне, как».

Розмари не могла отвести взгляда от маленькой склянки с бальзамом, но, сделав усилие, она заставила себя посмотреть протоссу в глаза. Ее мысли были полны жестокости и ненависти, но Алзадар выглядел абсолютно невозмутимым. Под этим ледяным взглядом вся ее горящая ярость словно зашипела и испарилась.

– Джейка будет достаточно легко увести одного. Я приведу его сюда. Ты сможешь забрать его, и пусть твой чертов Зава-тор делает с ним и Замарой все, что угодно. Мне все равно. Только возьми меня с собой и дай дозу «Солнечной капли».

Алзадар удовлетворенно кивнул. На этот раз он не убрал протянутую руку. Розмари схватила маленькую банку, щедро зачерпнула пальцем столь желанной дряни, размазала по шее и выдохнула от облегчения.

* * *

Когда Розмари вернулась, ее уже ждали. Она изо всех сил старалась выглядеть спокойной.

– Я пропустила собрание? – спросила девушка с легкомысленной интонацией, а затем наконец добралась до меха с водой и принялась жадно глотать. Она подумала, могут ли протоссы уловить сладкий запах «Солнечной капли». Алзадар заверил ее, что аромат становится неразличимым для чувств протоссов сразу же после нанесения мази, но девушка не была в этом так уверена. Если хоть один из них предпримет пусть даже малейшую попытку прочесть ее мысли, все раскроется.

– Нет, – сказал Джейк. – Не совсем. Мы собирались отправиться на разведку и собрать немного еды, а тебя не было поблизости. Я… начал волноваться.

Розмари улыбнулась.

– Не беспокойся, я лучше тебя понимаю, что не стоит уходить слишком далеко. Просто иногда… Хочется немного уединения. Чтобы подумать о разном.

Розмари ощутила на себе испытующий взгляд Ладраникса.

«О чем?»

Розмари пожала плечами.

– Когда проведешь три дня, скрываясь от врагов, то начинаешь думать о разных вещах. По крайней мере, так у людей. Насчет протоссов я не знаю.

Ладраникс кивнул:

«Да… Мы тоже так делаем. Мы о многом думали».

Розмари перевела взгляд на Джейка. Она намеренно смотрела на него достаточно долго, чтобы тот почувствовал это, а затем быстро отвела взгляд, стоило их глазам встретиться. Его зрачки расширились, и даже в тусклом свете было заметно, что щеки потемнели. Все оказалось слишком просто.

– Замара передумала, – сказал Джейк. – Прежде она полагала, что сначала мы должны достать кристалл из подземелья, а затем выяснить, что можно сделать для починки врат искривления. Теперь же она считает нужным изменить порядок действий.

Что? Они были так близки к тому, чтобы сбежать отсюда?

– Я думала, эта штука из пещер нужна Замаре как раз, чтобы открыть врата! – вырвалось у Розмари.

Джейк почувствовал себя неловко.

– Она не совсем ясно говорила об этом, даже со мной. Как бы то ни было, чтобы достичь любой цели, сначала нам нужно победить Сотворенных, – он улыбнулся девушке. – Но благодаря тебе мы знаем, куда идем.

Розмари выдавила улыбку и заставила себя выглядеть обрадованной.

– Ага. Хорошо, что я со своими уникальными талантами оказалась в чем-то полезной.

«Талдаримы стремились скрыть свое присутствие, – сказал Ладраникс. – Если, как я опасаюсь, они готовились встретить нас с оружием, то вся затея пошла бы прахом. Теперь же врасплох нас не застанут».

Вместе со всеми Розмари отправилась на разведку, помогла заново наполнить меха водой и найти еду, чтобы поберечь сухие пайки. Она выглядела серьезной, когда должна была, улыбалась, когда от нее этого ждали, и все время следовала своему новому плану.

Когда наступил день, Розмари заснула рядом с Джейком – ближе, чем обычно. А с приходом ночи, прежде чем ее успели занять планированием, разведкой и всеми прочими действиями, которые в конечном итоге ни к чему бы не привели, подошла к нему и тихо спросила:

– Прогуляешься со мной?

– Гм… да, конечно.

Они немного отошли от лагеря.

– Все хорошо? – спросил он, когда приноровился к ее шагу.

– В целом да, – сказала Розмари после некоторого колебания. – Мне… нужно поговорить с тобой. Отойдем подальше, чтобы другие нас не услышали.

Она хотела бы покраснеть, но пришлось довольствоваться быстро отведенным взглядом.

– Они не будут читать твои мысли, – сказал Джейк, все еще не понимая, что происходит.

– Они прочитают твои, – парировала Розмари и на мгновение усмехнулась. Улыбка исчезла так же быстро, как появилась, и девушка повторила:

– Пожалуйста. Я знаю, у нас еще много всяких дел, но…

Розмари позволила своему голосу оборваться. Она не смотрела на Джейка, но была совершенно уверена, что тот нервно сглотнул. Затем, разумеется, откашлялся.

– Позволь мне предупредить Ладраникса, – сказал он.

– Хорошо, – согласилась она.

Это не навредит ее плану. К тому моменту, как Ладраникс и остальные поймут, что произошло, будет слишком поздно что-то предпринимать. Джейк уже будет в плену или убит, а Розмари – пребывать на такой вершине блаженства, какую только может представить, и это позволит ей забыть обо всем, что она совершила.

Джейк поспешно ушел, а затем вернулся, улыбаясь.

– Веди, – сказал он.

Они уже неплохо знали местность вокруг поселения и даже за пределами городских руин. Парочка дважды проверила территорию на наличие зергов, и Джейк не без удовольствия последовал за Розмари, хотя и был совершенно озадачен. Он не пытался вызвать ее на разговор, и она подумала, что ему тоже сейчас приятнее помолчать. Они подходили все ближе. Розмари замедлила шаг. Место встречи было совсем недалеко – в полукилометре или около того. Она хотела, чтобы Джейк ничего не заподозрил, так что ей пришлось задержаться.

На мгновение они остановились здесь, под бледным лунным светом. «Давай, – подумала Розмари. – Скажи то, что нужно сказать, и замани обещанием».

– Джейк?

Розмари подошла ближе и посмотрела ему прямо в глаза. Время от времени она жалела, что не была повыше ростом, учитывая род ее занятий, но миниатюрность всегда выручала, если требовалось притвориться беззащитной.

Джейк отпрянул. Вся его поза и выражение лица говорили о нерешительности.

– Розмари… Что происходит? Что не так? Зачем тебе потребовалось уводить меня так далеко от лагеря, чтобы поговорить?

Девушка рассмеялась, и теперь ей не пришлось стараться побороть дрожь в голосе. Легкий дискомфорт начинал превращаться в боль.

– Я… Ну, я хочу сказать тебе одну вещь… Протоссам, может быть, и нравится делиться всем через Кхалу, но это – только для нас с тобой.

– Разумеется, – сказал Джейк.

Он протянул руку, словно хотел ободряюще коснуться ее плеча, но замер. Розмари проследила взглядом за его рукой, а затем коснулась ее. Их пальцы сплелись. Он не протестовал, но выглядел совершенно смущенным.

– Розмари?

– Я всегда ненавидела это имя, – сказала она, и это было правдой. – Вот почему я назвала себя Ре-Ми.

Джейк усмехнулся, слегка расслабившись.

– Когда я впервые прочел твои мысли и узнал настоящее имя, мне в голову пришло только одно – какое же оно неподходящее для… ну, для предателя и убийцы.

Это было не то направление, в котором ей хотелось подтолкнуть мысли Джейка. Девушка стиснула его пальцы, переключая внимание.

– Да, но, Джейк… Ты знаешь – я больше не тот человек. Ну, почти – нельзя ведь полностью измениться в одночасье. Но… Столько всего случилось. Похоже, что с тех пор, как я была той женщиной, прошла уже целая жизнь.

И снова это было правдой. Женщина по прозвищу Ре-Ми прекрасно себя контролировала.

В то время она была свободна от пагубного пристрастия и знала свою роль и свое место во Вселенной. Но та, кто сейчас стояла перед Джейком Рэмзи и держала его за руку, была совершенно другим существом. Ее тело дрожало, а внутренности скручивало от жажды наркотика.

– Я знаю, что ты имеешь в виду. Так многое случилось, верно? Но все было хорошо. Я… Я узнал тебя. Когда мы были в Кхале… Я коснулся тебя, – мягко произнес Джейк.

Превосходно.

– Ты касаешься меня сейчас.

Джейк кивнул. В лунном свете он был похож на растерянного мальчишку. Еще несколько штрихов, и он будет принадлежать ей. Он будет…

…убит. Или подвергнут пыткам. Им нужна Замара, и добираться до нее придется через Джейка. У Розмари появилась непрошеная, нежеланная мысль: она снова вспомнила, как была до такой степени глубоко связана со многими другими, что они могли коснуться ее и узнать все самое сокровенное.

Свободной рукой Джейк убрал с ее лица челку.

– Я не скажу, что глубоко заблуждался насчет тебя, потому что мы оба знаем, что это не так. Но… Черт, я уверен, что узнал далеко не все.

Внутри Розмари что-то оборвалось.

– Я не могу этого сделать.

Джейк моргнул.

– Что?

– Я не могу сделать это. Я не могу. Не тебя, не сейчас. Черт побери, пойдем, просто…

Розмари отпустила его пальцы, резко развернулась и побежала той дорогой, которой они пришли. Спустя мгновение он последовал за ней и схватил ее за руку.

– Розмари, что это, что…

– Отпусти меня! Мы должны вернуться!

С отработанной легкостью она вывернулась и вновь помчалась вперед, словно часть ее действительно верила, что она может убежать от своего выбора, от своей нужды, от чарующей песни сирены «Солнечной капли», когда боль усилится.

Джейк снова схватил ее за руку – смущенный, встревоженный и злой.

– Черт возьми, что происходит?!

Розмари обернулась и набросилась на него. Неистовость ее атаки говорила о том, как сильно нехватка наркотика навредила ей.

– Ты не понимаешь? Я собиралась отдать тебя им!

– Ты…

Розмари видела это выражение лица десятки раз у тех, кого предавала, и никогда прежде это не волновало ее. Но увидев его снова – на лице Джейка, девушка почувствовала себя опустошенной.

– Они поймали меня, – призналась она и, к своему стыду, заметила, что ее голос дрожит от боли. – Они подсадили меня на наркотик, который намазывали на мое тело… – Розмари с силой обхватила себя за плечи, пытаясь побороть дрожь. – Им нужна Замара. Они сказали, что дадут мне больше этой штуки, если я… Но я не смогла сделать такое с тобой. Я не смогла. Я…

Руки Джейка сомкнулись вокруг нее, и это объятие ошеломило Розмари, заставило застыть. Той частью мозга, которая не заходилась криком в агонии, она отметила, что его руки удивительно сильные и уверенные.

– Впусти меня, пожалуйста, – прошептал Джейк ей на ухо.

Она кивнула, не произнеся ни слова.

– Помоги мне, Джейк. Я не хочу больше быть такой.

– Я помогу тебе, Розмари. Я обещаю. Тебе не придется проходить через это в одиночку.

Она почувствовала, как он… они… пронеслись по ее мыслям, обнажая все ее заговоры, ее боль, ее стыд, каждую недобрую мысль, каждую эгоистичную прихоть, каждую секунду, когда она лежала уязвимой и беззащитной перед талдаримами и их проклятой «Солнечной каплей» под их благоговейный шепот о своем Благодетеле. Пришла новая волна боли, и ее колени подкосились.

Глаза девушки закатились. Джейк подхватил падающее тело. Розмари смутно ощутила, как он взял ее на руки, как голова упала ему на плечо, а затем опустилась милосердная тьма.