Одним быстрым движением Розмари схватила винтовку и выскочила из укрытия. Джейк бросился к коробке с гранатами, затем последовал за девушкой. Успел как раз вовремя – едва он выбрался из укрытия, как нечто огромное и змееподобное нанесло сокрушающий удар по веткам. Похожий на кобру гидралиск покрутил чудовищной головой в поисках добычи и отвел хвост для нового удара.

Без лишних раздумий Джейк швырнул в морду зерга гранату. Бросок оказался удачным: снаряд угодил прямо в разинутую глотку монстра. Мгновение спустя Рэмзи окатило градом осклизлой вонючей плоти.

Джейк услышал, как Розмари громко выругалась, а затем открыла беглый огонь. Он обернулся и увидел, как она расстреливает двух зерглингов. Те верещали, молотили конечностями, но рвались вперед до последнего вздоха. Разобравшись с этой парочкой, Розмари вгляделась в темноту меж деревьев, чтобы не пропустить новую атаку. Джейк слышал мерзкое чириканье – пока что отдаленное, но приближающееся.

Зергов прибыло слишком много.

Он посмотрел на Розмари, и его глаза округлились от ужаса, скорби и чувства вины. На мгновение их взгляды встретились, затем девушка усмехнулась и повернулась на звук приближающейся судьбы.

Джейк коснулся Замары, интересуясь, не может ли она с ловкостью фокусника достать еще одного кролика из своей протосской шляпы, но та молчала.

– Замара?

Звуки приближающейся неизбежной смерти становились всё громче, но Замара не говорила с ним. На мгновение Джейк подумал, что свое последнее слово она уже произнесла, или что-то вроде этого, как вдруг…

Знакомые чирикающие и жужжащие звуки становились все громче, напоминая приближение роя агрессивных насекомых, однако затем к этому шуму добавилось еще кое-что. Джейк не слышал подобного раньше и не мог описать. Пытаясь найти что-то схожее, сделать неизвестное известным, а значит, менее пугающим, археолог каким-то нелепым образом вернулся в мыслях в детство. Будучи ребенком, он любил летние фестивали на своей родной планете, Тарсонисе. Часто праздники заканчивались фейерверками. Мама всегда морщилась и закрывала уши, но Джейк, его младшая сестра Кирстен и отец любили тот пронзительный свист ракет, который предшествовал оглушающему взрыву. С таким же грохотом разрывались брошенные Розмари гранаты. Однако теперь к ним прибавился и свист, напомнивший о виденных в детстве фейерверках.

Теперь же он смешивался с визгами и воплями умирающих зергов. Джейк бросил на Розмари озадаченный взгляд. Она стояла рядом, держа винтовку наготове. Каждая частичка ее миниатюрного, хорошо сложенного тела была напряжена и неподвижна – за исключением груди, ходящей вверх-вниз в такт дыханию, и пульсирующей на шее жилки.

Неожиданно наступила тишина.

Джейк не мог вымолвить ни слова.

Секунды тикали одна за другой. Неожиданно появилась Замара: она будто вернулась домой в его разум после небольшой прогулки. И пришла не одна.

Более десятка голосов неожиданно заговорили в голове Рэмзи. Они перекрывали друг друга, отзывались эхом, и их чувства одновременно ласкали и атаковали его. Джейк закричал и упал на колени, сжимая голову от внезапного приступа раскалывающей боли; оставшиеся гранаты рассыпались по земле. Замара мигом возвела преграду между ним и…

– Протоссы, – выдохнул Джейк. – Здесь еще остались протоссы!

Розмари опустила винтовку. На ее прекрасном лице одновременно отразились гнев и облегчение.

– Почему Замара ничего не сказала?

Миновав пик, ужасная боль отступила. Джейк осторожно сел и взглянул на кучу мертвых зергов. Его выворачивало наизнанку, и на этот раз он не смог сдержаться. Джейк упал на четвереньки, и его вырвало. Содержимое желудка смешалось с вонючей черно-красной кровью и плотью мертвых зергов. Джейк сел, вытер рот рукой и уставился в любопытные глаза нескольких протоссов, вышедших из тени больших деревьев.

– Прекрасно. И вот так я впервые в жизни встретил живых протоссов: покрытый кровью зергов, в луже собственной рвоты.

Он почувствовал, что Замару внутри него охватило веселье.

– То, как я оказалась в твоем теле, им гораздо интереснее функций вышеупомянутого тела.

Не то чтобы Джейка это утешило.

– Эй, Замара, скажи им, чтобы не лезли в мою голову. Скажи, что люди находят это весьма оскорбительным, – заявила Ре-Ми.

– Повторюсь, у них есть более важные вещи, о которых стоит беспокоиться. Например, необходимость покинуть это место до того, как придут новые зерги. Они хотят помочь нам. Мы должны торопиться.

На этот раз Джейк почувствовал, что Замара раздражена.

– Они хотят помочь нам, – сказал он Розмари. – Здесь еще немало зергов.

И пусть даже сейчас ситуация мало к тому располагала, Джейк ощутил некую тень восторженного изумления, когда четырехпалые руки коснулись его, помогая встать на ноги. Высокие и стройные, протоссы двигались с грацией, уже прекрасно знакомой ему благодаря «экскурсиям» в мир Темлаа.

Одна из протоссов встретилась с ним взглядом, и по языку ее тела Джейк понял, что она заинтригована: встреча ей так же любопытна и приятна, как и ему самому. Похоже, у расы, не обладающей голосом, телепатия была не единственным способом общения.

Ре-Ми нырнула в глубину теперь уже разрушенного укрытия и достала вещмешки. Она швырнула один из них ближайшему протоссу и перебросила через плечо другой.

– Надеюсь, они знают, как вытащить нас с этой планеты, – произнесла девушка.

– Это не так.

– Сейчас я ей этого не скажу.

– Мудрое решение.

Тридцать секунд спустя Джейк, Замара, Розмари и их спасители, а теперь и лучшие друзья, поспешили навстречу безопасности.

Джейк подумал, что если бы не зловещая обстановка их первого знакомства и текущая ситуация с зергами, он был бы счастлив как никогда прежде. Наконец-то встретить протоссов! Из-за связи с Замарой и воспоминаний, которыми она поделилась с ним и продолжала делиться, он чувствовал с этой расой некоторое родство. И в то же время все это было болезненным напоминанием о том, насколько они отличались от него, насколько были… чужими.

Рэмзи чувствовал их присутствие своим сознанием и впервые с момента объединения с Замарой хотел ощутить чужие мысли. Но всему свое время. Боль, которую он испытал, когда все они попытались заговорить с ним без вмешательства Замары, оказалась невыносимой. Это было даже хуже, чем попытка прочесть мысли наркоманов, которых они с Розмари встретили в Раю.

Таким образом, Замара стала переводчиком. Джейк отметил, что настолько привык к прямому телепатическому взаимодействию с ней, что нынешняя необходимость в посредничестве, пусть и реализованном со скоростью мысли, создавала ощущение тягостности.

– Возможно, я создам не такого уж и плохого Хранителя… А возможно, и нет.

Недостаток энтузиазма в тоне Замары больно ударил по самолюбию Джейка, но он задвинул это чувство подальше.

Сначала Джейк подумал, что протоссы появились здесь просто чудом, по какой-то счастливой случайности. Впрочем, через некоторое время он заметил, что среди темно-зеленых зарослей поблескивает что-то золотисто-металлическое. Джейк понял, что теперь у них есть корабль. Замара в его голове негромко рассмеялась.

– Джейкоб, протоссы не какие-нибудь божественные создания. Нас засекли задолго до того, как я оказалась достаточно близко для телепатического контакта. Но нам повезло, что они прибыли вовремя.

Розмари с одобрением покосилась на корабль.

– Мне бы тоже не хотелось искупать его в кислоте, – сказала она, понимая причину, по которой протоссы приземлились здесь, а не поближе к укрытию.

То была прекрасная конструкция, пусть даже Джейк знал – перед ними простой атмосферный корабль. Похоже, ничто не могло быть слишком простым или всего лишь функциональным: оно обязательно должно быть прекрасным. Он задумался, и уже не в первый раз, как удается инженерам-кхалаям создавать такие легкие линии изгибов.

Беззвучно открылась дверь и выдвинулась наклонная рампа. Джейк немедленно вошел внутрь. Розмари секунду колебалась, затем последовала его примеру. После того как двое терран взошли на борт, за ними поспешно последовали протоссы.

– Эй, – воскликнула Розмари, указывая на кучу из одеял, оружия и других предметов, – это же наше барахло!

– Протоссы видели, что наш корабль подвергся атаке, – объяснила Замара. – К тому моменту, как они добрались до него, мы уже ушли. Они забрали все, что смогли…

– …а затем отправились на наши поиски, – закончил Джейк, передавая слова Замары.

– Я вижу. Надеюсь, они захватили набор инструментов – тогда я смогу попробовать починить СВИН.

– Я тоже надеюсь на это. Но давай уже выберемся отсюда, прежде чем вокруг начнут рыскать зерги.

Внутри корабля нашлось восемь отдельных кресел и изогнутая скамья для пилотов. Джейк и Розмари расположились в креслах. Свое он нашел достаточно удобным, разве что великоватым. Двое протоссов прошли к скамье пилотов, остальные заняли свободные места, мгновенно превратившись в саму неподвижность. Джейк знал, что их умы так же спокойны, как и тела. Он задумался, было ли это глубокое, истинное спокойствие следствием вышколенности тамплиеров.

– Большинство из тех, кого ты видишь здесь, – кхалаи, а не тамплиеры. Единственное «обучение», которое они прошли, это текущая ситуация на Айуре, – ответила Замара. – Задумайся о том, что ты уже знаешь о нас, Джейк. Дисциплина, позволяющая сохранять спокойствие тела и разума, а затем мгновенно переключаться на молниеносные движения и мысли, спасала нам жизни в течение многих эпох.

Двое протоссов-пилотов находились в символичном контрасте с неподвижностью остальных; они обменивались взглядами и жестами, но тем не менее скрывали свои мысли от Джейка. Розмари пристально следила, как их длинные четырехпалые руки быстро двигались над панелью управления. Они ничего не касались – похоже, хватало лишь движений.

– Интересно, могут ли терраны научиться пилотировать такие штуки? – тихо сказала Ре-Ми. – Чудесный кораблик.

Джейк слегка поморщился. Вокруг было столько чудесных открытий и, стоило признать, совершенного ужаса, но Розмари думала лишь о себе и о том, какую личную выгоду может извлечь… Он укорил себя за этот мимолетный упрек. Джейк знал Розмари на самом глубоком уровне, и на несколько мгновений буквально стал ею, так что понимал, почему она была такой, что сформировало ее. Словно старое оружие, которое так любил Валериан, она была закалена огнем всего, что ей пришлось пережить. Гнев исчез, и Джейк мог чувствовать лишь жалость, что Розмари упускает самое главное из того, что происходит вокруг.

Золотистый корабль не был оборудован иллюминаторами, за исключением единственного – напротив пилотов. Через него Джейк наблюдал за тем, как судно поднялось в воздух – сам он едва ощутил бы это. Корабль быстро летел сначала над густым зеленым куполом дождевого леса, а затем над почерневшей, выжженной мертвой землей, направляясь к такому же почерневшему, выжженному и мертвому силуэту города. По пути Замара рассказала Джейку, что произошло здесь за эти четыре короткие года.

Хранитель уважала желание Ре-Ми держать свои мысли при себе, и остальные протоссы согласились с этим, так что Джейку пришлось пересказывать ей все по старинке – при помощи устной речи.

– Когда зерги наводнили Айур четыре года назад, – сказал Джейк Розмари, – воцарился совершенный хаос. Сотни тысяч протоссов погибли, пытаясь добраться до врат искривления. Повсюду свирепствовали зерги. Ты видишь, что они сделали с планетой.

– Да, и именно поэтому, когда Замара сказала, что здесь не осталось протоссов, я поверила ей. Без обид, но я решила, что у тех, кто не сумел сбежать отсюда, шансов не осталось, – Розмари указала на отвратительный пейзаж, над которым они летели.

Джейк слегка улыбнулся – ей, Замаре, протоссам, которые спасли их шкуры.

– Ты недооцениваешь их. Они преодолевают любые трудности. Даже те, кто не обучен этому.

Девушка нахмурилась.

– Не понимаю, чему ты так радуешься, Джейк. Это замечательный маленький корабль, но если где-то здесь неподалеку не припрятан замечательный большой корабль, то мы застряли на зараженной зергами глыбе.

– Мы живы. У нас есть друзья. С нами все будет в порядке. В любом случае не все успели пройти сквозь врата искривления до того, как протоссы отключили их.

Розмари быстро взглянула на него.

– За каким чертом они решили отключить их?

– Потому что через них зерги могли попасть в единственное оставшееся у протоссов убежище.

Попади туда зерги в приличном количестве – и протоссам пришел бы конец. Целиком и полностью. Не только их родному миру и не только тем, кому не повезло остаться тут, – Джейк показал на протоссов, которые сидели вокруг них неподвижные, словно статуи. – Они понимают это. И любой из них, вообще любой, с радостью отдаст жизнь во имя спасения собственной расы.

Эти слова были настолько искренни, насколько это вообще возможно, но Джейк знал, как скудно они отражают любовь протоссов к родному миру и своему народу. На их фоне любые проявления патриотизма терранов выглядели пустяковыми и никчемными.

Некстати вернулась головная боль.

– Замара, этот перевод мыслей в речь и обратно становится утомительным. Если я сумею убедить Розмари, что мы можем общаться лишь одним способом, сможем ли мы позволить протоссам говорить с нами?

Она засомневалась.

– Ну же, я вовсе не так плох.

– Хорошо.

Обрадовавшись, Джейк переключил внимание на Розмари.

– Было бы проще и правильнее узнать все напрямую от них. Протоссы общаются телепатически, у них и ртов-то нет. Они знают, что делают, и они… хорошие. Они не будут пытаться читать твои мысли. Ты позволишь им поговорить с тобой?

Девушка смотрела прямо перед собой на приближающийся разрушенный город, который весь состоял из искореженного металла, расплавленного стекла и почерневших кристаллов. Ее изящные губы слегка сжались.

– Джейк, это… странно.

В ее голосе не было нарочитой уверенности или высокомерия. Она говорила с ним спокойно и честно. Он был удивлен, но знал, что не стоит озвучивать это.

– Мне это не нравится. Ты же понимаешь. Тебе поначалу тоже не особо понравилось.

– Ты права. Впрочем, я привык. Это очень эффективный способ общения.

Розмари до сих пор не смотрела на него. Джейк позволил ей обдумать все в тишине.

– Хорошо, – в конце концов, согласилась она. Джейк ощутил чье-то присутствие в своем разуме, разбавляющее его мысли, подобно теплому меду.

«Спасибо тебе. Теперь мы сможем лучше понимать друг друга».

Он увидел, как Розмари рядом с ним вздрогнула, будто ужаленная. Она слегка нахмурилась, совершенно беззащитно и естественно, но затем на ее лице, к большому сожалению Джейка, вновь появилась привычная маска. Он повернулся и увидел, что один из протоссов, облаченный в поблекшие золотистые доспехи, смотрит прямо на него. Джейк улыбнулся.

Протосс наклонил голову.

«Меня зовут Ладраникс. Я руковожу одной из выживших групп. Есть и другая, но о ней мы поговорим позже. Прежде всего я хотел бы рассказать о том, что случилось в эти мрачные дни. Ужас, страх… Все было так неожиданно. А затем, когда врата искривления отключили, бежать стало некуда. Мы остались здесь – мы и зерги на руинах некогда прекрасного мира».

Словно старая выцветшая фотография, перед глазами Джейка возникла картина того, каким Айур был раньше. Прекрасные здания, устремленные в небо; изящные корабли, перевозящие жителей от одного чудесного города к другому. Изумительные городские пейзажи казались воздушными, пронизанными светом, органично сочетаясь с водоемами и другими элементами ландшафта. Изменение естественной среды осуществлялось лишь по мере необходимости. От увиденного сердце Джейка сжалось. Затем видение исчезло, словно Ладраникс задернул занавес. Казалось, он сожалел о том, какое сильное воздействие эта картина оказала на Джейка.

– Я слышал, что могут сотворить зерги… Черт, я только что сам видел это. Как получилось, что вы вообще выжили и сейчас говорите с нами? – спросил Рэмзи.

«Врата искривления отключили, чтобы через них не прошли многочисленные стаи зергов. Многие бесстрашные протоссы добровольно остались защищать врата. С ними был и один из твоего народа, Джейкоб Джефферсон Рэмзи».

Джейк ошеломленно взглянул на Розмари. Та тоже выглядела удивленной.

– Его имя Джеймс Рейнор.

И вновь перед глазами Джейка предстало изображение, на этот раз террана с бритой головой, уже поросшей ежиком волос, с коротко подстриженными бородой и усами. Его глаза, некогда смеющиеся, теперь отражали тяжесть всего, что он пережил. Человек стоял с протоссами плечом к плечу, определенно как желанный и принятый друг, глубоко озабоченный их судьбой.

«Благодаря полученным от Рейнора знаниям мы смогли узнать в вашем корабле терранское судно. А потом решили, что вы можете стать нам друзьями. Именно поэтому, когда наши наблюдатели засекли его, мы пришли вам на помощь».

– Ну что ж, – сказала Розмари, слегка усмехнувшись, – если я когда-нибудь встречу этого вашего друга Рейнора, то пожму ему руку и поблагодарю за то, что он стал таким хорошим послом.

Джейк разделял это чувство.

«Мы полагали, что всем нам подписан смертный приговор, – продолжил Ладраникс. – Мы были готовы пасть под нашествием зергов и погибнуть с гордостью. И, не поймите меня неправильно, так и произошло со многими и многими из нас. Зерги находились под прекрасным управлением и несли лишь смерть. Но вершитель Тассадар спас наш народ, уничтожив Сверхразум, что контролировал зергов. Это стоило ему жизни. Да, зерги все равно остались кровожадными тварями, однако, лишенные управления и цели, они обрушились друг на друга с той же яростью, с какой истребляли нас. Это позволило нам выиграть какое-то время».

Джейк вспомнил их нападение и не смог побороть дрожь отвращения, когда новые картины возникли перед его глазами.

– Но… Не сказал бы, что сейчас они действовали бесцельно.

Ладраникс кивнул.

«Да. Спустя какое-то время после того, как врата закрылись, что-то изменилось. Несмотря на то, что зерги атаковали уже не так интенсивно и целенаправленно, как под контролем Сверхразума, они более не вели себя бездумно. Что-то где-то изменилось. Определенно, они до сих пор опасны. И все еще обладают разумом».

Джейку представился хищник, играющий с добычей. Кошка и мышка, подумал он, и передал это изображение.

Ладраникс ответил ему подтверждением.

«Да. Когда-то основной их задачей было истребление протоссов – всех до единого. Теперь они просто бродят здесь. Они лишь инструменты – все еще функциональные, но уже заброшенные. За прошедшие годы мы сумели убить множество зергов на нашей территории, и, насколько можем судить, замена не прибывает. Это дает нам надежду. Однако зерги все еще нападают, когда видят нас. И мы знали, что они отправятся прямиком к вашему кораблю, чтобы определить, представляете ли вы какую-либо угрозу».

– Думаете, они будут преследовать нас?

Джейк вдруг ощутил озноб, несмотря на удушающую жару этого места.

«Вряд ли. Ваш корабль разрушен, и второй раз они наткнулись на вас по чистой случайности. Мы полагаем, что вы станете частью нашей группы и будете представлять для них не большую и не меньшую угрозу, чем мы сами. Оружие, которое мы достали из вашего корабля, нам пригодится».

Теперь они летели над обломками величественных шпилей и башен. Перед мысленным взглядом Джейка пробегали картины того, каким все это было раньше, и накладывались на то, что он видел перед собой в действительности. Маленький золотистый корабль, словно светлячок, виртуозно маневрировал среди руин, пока не долетел до обугленной прогалины. Похоже, когда-то здесь взорвалась бомба, но сейчас территория была, по крайней мере, расчищена. На севере Джейк заметил какие-то развалины. Он не смог распознать в них что-то знакомое, но тем не менее руины показались ему интересными. Корабль легко приземлился, и в тот самый миг, когда он коснулся земли, протоссы встали – движением столь синхронным, будто поставленным хореографом. Дверь открылась, и наружу выдвинулась изящная наклонная рампа. Ее изысканность резко контрастировала с открывшимся руинным пейзажем.

«Пожалуйста, идите первыми. Вас уже ожидают».

Джейк и Розмари кивнули. Девушка спустилась первой – легкой отточенной походкой, высоко подняв голову. Джейк последовал за ней.

Ему в голову тут же пришло сравнение с лагерем беженцев: десятки, а то и сотни протоссов все, как один, повернулись, чтобы рассмотреть его. Огромные сияющие глаза осматривали Джейка с ног до головы, проникая взглядом едва ли не в самую душу. Но прежде всего археолога поразила тишина. Ни детского плача, ни всхлипываний или смеха, ни шепота или разговоров… ничего из того, что можно ожидать от такого большого скопления людей в одном месте. Однако протоссы людьми не были. Джейк знал, что, если бы Замара не служила буфером, в его разум хлынули бы мысли, превосходящие любые человеческие звуки в мельчайших деталях – в богатстве, глубине, сложности и взаимной связи.

Покинутые поневоле, они постарались соорудить максимально комфортные убежища – странный сплав того, что смогли взять у природы, и того, что оставалось в городе. Блестящие металлические опоры поддерживали крыши, сооруженные из веток и листьев. Еще одно маленькое атмосферное судно было замаскировано щитами из ветвей деревьев. Даже в суровой необходимости присутствовала красота. Двери из разноцветной древесины получились у выживших не только функциональными, но и симпатичными. Что-то было украшено рисунками, что-то резьбой.

Внимание быстро переключилось с новичков на то, что спасатели принесли с собой. Протоссы, выручившие Джейка, Замару и Ре-Ми, разложили на неровной черной поверхности все, что забрали с погибшего звездного челнока. Их собратья с надеждой устремились вперед. Четырехпалыми руками они разбирали оружие, постельное белье, инструменты, содержимое драгоценной аптечки.

– Они все забирают! – выпалила Розмари и шагнула вперед.

– Они спасли наши жизни, – напомнил ей Джейк. – Оружие в их руках пойдет всем только на пользу. А медикаменты могут понадобиться другим больше, чем нам.

В его голове снова пульсировала боль.

– Ну, не все, – добавил он, – оральными лекарствами они воспользоваться не смогут.

– Джейк, послушай: я счастлива, что мы не попали в зерговские желудки, поверь. Но у нас не археологическая экспедиция. Мы должны найти способ выбраться с планеты.

Ре-Ми не смотрела на протоссов. Она смотрела на развалины, которые когда-то были процветающим городом. Она искала что угодно, способное дать надежду выбраться отсюда.

– Она права, – мысленно передал Замаре Джейк.

– Возможно, способ есть. Но сначала я должна поговорить с остальными.

– Замара работает над этим, – сообщил Джейк.

– Хорошо.

Розмари выглядела раздраженной, и он полагал, что понимает, почему. Она всегда умела действовать в знакомой ей обстановке, но сейчас их окружали лишь инопланетяне, которых они впервые увидели несколько минут назад. Техника, в которой Ре-Ми хорошо разбиралась и которой отлично умела пользоваться, превратилась в лужу ядовитой слизи, и ее саму едва не постигла та же участь. Они застряли в странном месте, где могли полагаться лишь на милосердие вышеупомянутых инопланетян. И ей оставалось только наблюдать за тем, как ее любимое оружие тщательно изучается и распределяется между другими.

– Все хорошо, Розмари, – мягко сказал Джейк, ощущая себя непривычно в роли ее защитника. – Я знаю, что ты нервничаешь и чувствуешь тут себя чужой. Но все могло быть и хуже.

Девушка посмотрела на него холодными синими глазами.

– Снова читаешь мои мысли, профессор? Я думала, мы обсудили это.

Когда-то эти слова могли больно ударить. Но сейчас он сопереживал ей.

– Нет. Читаю по твоему лицу.

Розмари слегка смутилась, затем Джейк заметил раздражение, а потом она отвернулась.

«Мы понимаем, что людям нужно питаться растительной и животной пищей, – сказал Ладраникс. – Мы обходимся без этого, так что на данный момент нам нечего предложить вам. Но у нас есть чистая вода для стерилизации инструментов, и скоро мы сможем обеспечить вас всем, что требуется. Замара чувствовала… что такое разделять с тобой еду, Джейкоб. Мы сделаем все возможное, чтобы получить подобную пищу».

– Мы взяли с собой сухие пайки, – передал Джейк Ладраниксу, глядя в его сияющие голубые глаза. – Нам не хотелось бы доставлять вам больше неудобств, чем уже пришлось.

Командир протоссов полуприкрыл глаза и запрокинул голову в жесте, который, как Джейк знал, означает смех. Он знал это еще до того, как его окутала теплая радость Ладраникса, которая заставила уголки его собственных губ приподняться в человеческой версии улыбки.

«Вы принесли нам оружие и медикаменты. Несколько фруктов с деревьев и мясо животных – ничто по сравнению с этим. Ты, Розмари Даль и Замара – желанные гости здесь, Джейкоб Джефферсон Рэмзи. Более чем желанные».

И Джейка охватило странное, но вполне реальное ощущение того, что в некотором смысле он вернулся домой.