Войдя в комнату вслед за Эркюлем Пуаро, я услышал только конец фразы инспектора. И он, и главный констебль выглядели взволнованными и напряженными.

Полковник Андерсон поприветствовал нас кивком.

– Рад видеть вас, мистер Пуаро, – вежливо произнес он. Скорее всего, главный констебль догадался, что мы могли услышать фразу инспектора. – Как видите, у нас опять проблемы.

– Еще одно убийство по алфавиту?

– Да. И на этот раз чертовски дерзкое. Убийца зарезал жертву ударом ножа в спину.

– На этот раз он применил нож?

– Вот именно. Старается разнообразить свои методы, правда? Сначала удар по голове, потом удушение – и вот теперь нож. Изобретательный мерзавец, а? Вот заключение судмедэксперта, если вас это интересует.

Он протянул бумаги моему другу.

– Справочник лежал на полу, между ногами убитого, – добавил полицейский.

– А убитого уже опознали? – поинтересовался Пуаро.

– Да. И если это доставит вам удовольствие, то на этот раз A. B.C. ошибся. Убитого звали Эрлсфилд[81]. Джордж Эрлсфилд. Парикмахер по профессии.

– Любопытно, – заметил сыщик.

– Может быть, решил пропустить букву? – предположил полковник.

Мой друг в сомнении покачал головой.

– Тогда давайте пригласим следующего свидетеля? – предложил Кроум. – Ему не терпится уйти домой.

– Да, да. Давайте продолжим.

Ввели пожилого мужчину, на удивление похожего на лягушку из «Алисы в Стране чудес». Он был очень возбужден, и его голос звенел от переполнявших его эмоций.

– Ни с чем более шокирующим мне в жизни еще не приходилось сталкиваться, – провизжал он. – У меня очень слабое сердце, сэр, очень слабое сердце. Я бы вполне мог умереть от всего этого.

– Ваше имя, пожалуйста, – проговорил инспектор.

– Доунз[82]. Роджер Эммануэль Доунз.

– Кто вы по профессии?

– Я преподаю в Хайфилдской школе для мальчиков.

– А теперь, мистер Доунз, не могли бы вы рассказать нам своими словами, что же все-таки произошло?

– Могу, только очень коротко, джентльмены. По окончании сеанса я встал со своего места. Место рядом со мною было пустым, а на следующем сидел мужчина, который выглядел спящим. Я не мог пройти мимо него, направляясь к выходу из зала, так как ноги свои он вытянул прямо через весь проход. Я попросил его пропустить меня. Так как он не пошевелился, я повторил свою просьбу несколько громче. Он и на это никак не среагировал. Тогда я дотронулся до его плеча, чтобы разбудить его. Его тело съехало в кресле еще ниже, и я понял, что он или без сознания, или серьезно болен. Тогда я воскликнул: «Этот джентльмен серьезно болен! Позовите служителя». Появился служитель. Когда я отнял свою руку от плеча мужчины, то увидел, что она влажная и красная… И тут я понял, что этого человека зарезали. И в этот же самый момент служитель заметил алфавитный справочник… Уверяю вас, джентльмены, что я был просто в шоке! В тот момент со мной могло случиться все что угодно. Уже многие годы я страдаю от болезни сердца.

Полковник Андерсон смотрел на мистера Доунза с очень странным выражением лица.

– Вы можете считать себя просто счастливчиком, мистер Доунз.

– А я так и считаю. Я не почувствовал даже учащенного сердцебиения.

– Вы не совсем понимаете, что я хочу сказать, мистер Доунз. Вы говорите, что сидели через два кресла от убитого?

– Дело в том, что сначала я сидел прямо рядом с убитым, но потом пересел, чтобы оказаться перед пустым креслом.

– Вы приблизительно того же роста и комплекции, что и убитый, не так ли? И на шее у вас, как и у него, был надет шарф?

– Я что-то не очень понимаю… – Голос мистера Доунза звучал напряженно.

– Я просто пытаюсь объяснить вам, – сказал полковник Андерсон, – в чем же вам так повезло сегодня. Каким-то образом убийца, который вошел в кинотеатр вслед за вами, запутался. И выбрал не ту спину. Готов съесть свою собственную шляпу, если этот удар ножом не предназначался для вас, мистер Доунз.

Несмотря на то, что сердце свидетеля с честью выдержало все предыдущие проверки, этого было слишком много даже для него. Задохнувшись, он опустился в кресло. Лицо его побагровело.

– Воды, – сдавленным голосом попросил он, – воды…

Ему принесли стакан с водой, и пока он пил, его лицо постепенно принимало свой нормальный вид.

– Для меня? – переспросил он. – Но почему для меня?..

– Все указывает именно на это, – пояснил Кроум. – Это единственное логическое объяснение происшедшего.

– Вы что, хотите сказать, что этот мерзавец, этот враг рода человеческого, этот жаждущий крови псих следовал за мной в ожидании удобного случая?

– К сожалению, все было именно так.

– Но, ради всего святого, почему именно я? – потребовал взбешенный школьный учитель.

Инспектор Кроум с трудом подавил желание сказать: «А почему бы и нет?»

– Боюсь, что действия ненормального невозможно объяснить с точки зрения общечеловеческой логики, – сказал он вместо этого.

– Благодарю тебя, Господи, – всхлипнул мистер Доунз и встал. Внезапно он превратился в очень старого, сильно ошарашенного мужчину. – Если я вам больше не нужен, джентльмены, то я, пожалуй, пойду домой. Что-то я не очень хорошо себя чувствую.

– Конечно, конечно, мистер Доунз. Я велю констеблю проводить вас до дому, чтобы убедиться, что всё в порядке.

– Нет, нет. Спасибо, но этого не нужно.

– Напрасно вы так считаете, – угрюмо сказал главный констебль и взглянул на инспектора, незаметно задав ему немой вопрос.

Тот, так же незаметно, утвердительно кивнул.

Мистер Доунз удалился на трясущихся ногах.

– Не хватало еще, чтобы он свалился где-нибудь по дороге, – заметил полковник, – А то еще один труп появится, а?

– Да, сэр. Ваш инспектор Райс обо всем позаботился. За его домом будут следить.

– Вы что, думаете, – спросил Пуаро, – что когда A. B.C. поймет свою ошибку, то он повторит попытку?

– Такую возможность нельзя полностью исключить, – кивнул Андерсон. – Этот A. B.C. выглядит очень методичным парнем. Уверен, что он расстроится, когда узнает, что все пошло не так, как он задумал.

Маленький бельгиец задумчиво кивнул.

– Хотелось бы все-таки получить описание этого убийцы, – раздраженно произнес полковник Андерсон. – А то мы продолжаем блуждать в потемках, как и раньше.

– Скоро все изменится, – заметил Пуаро.

– Вы так думаете?.. Что ж, возможно, вы и правы. Черт побери, неужели никто в кинотеатре не смог разглядеть его как следует?

– Запаситесь терпением, – посоветовал сыщик.

– Вы выглядите очень уверенным, месье Пуаро. У вас что, есть причины для подобного оптимизма?

– Да, полковник Андерсон. До сего момента преступник не совершил ни одной ошибки. Значит, он совершит ее в ближайшем будущем.

– Вы только это и повторяете все время, – фыркнул полковник, но его прервали.

– Пришел мистер Болл из «Черного лебедя» с молодой женщиной, сэр. Он говорит, что у него есть информация, которая нам поможет.

– Так пригласите же, пригласите их. Сейчас для нас важно абсолютно все.

Мистер Болл из «Черного лебедя» был крупным мужчиной, который медленно двигался и еще медленнее соображал. От него исходил стойкий запах пива. Вместе с ним пришла пухленькая девушка, круглые глаза которой выдавали крайнюю степень возбуждения.

– Надеюсь, что не помешал вам, – произнес мистер Болл медленным низким голосом. – Но эта вот служанка, Мэри, считает, что должна вам кое-что рассказать.

Мэри нерешительно хихикнула.

– Итак, милая девочка, – сказал Андерсон, – о чем же вы хотите нам рассказать? Как вас зовут?

– Мэри, сэр. Мэри Строуд.

– Ну что ж, Мэри, давайте…

Девушка круглыми глазами посмотрела на своего хозяина.

– Обязанность Мэри – разносить по комнатам горячую воду, – пришел ей на помощь мистер Болл. – Сейчас у нас живет человек пять постояльцев. Некоторые приехали на скачки, а другие – по иным делам.

– Понятно, понятно, – нетерпеливо произнес Андерсон.

– Продолжай, детка, – сказал мистер Болл, – расскажи все, что знаешь. Тебе нечего бояться.

Мэри тяжело вздохнула и задыхающимся голосом приступила к своему рассказу.

– Я постучала в дверь, и мне никто не ответил, иначе бы я ни за что не вошла, если бы только джентльмен не сказал «Войдите», а поскольку он ничего не сказал, то я и вошла, а он стоял там и мыл руки.

Она замолчала и глубоко вздохнула.

– Продолжайте, дитя мое, – попросил ее Андерсон.

Мэри взглянула на своего хозяина и, как бы найдя поддержку в его медленном кивке, продолжила:

– «Вот ваша горячая вода, сэр, – сказала я, – и я к вам постучала». А он сказал: «А я уже вымылся холодной». Ну, а я посмотрела в раковину, а там, храни меня Господи, все было красным.

– Красным? – резко переспросил полковник.

– Девочка сказала мне, что мужчина снял пиджак, – вмешался Болл, – и держал его рукав над раковиной, и рукав был весь мокрый, ведь так все было, детка?

– Да, сэр, именно так, сэр. И еще его лицо, сэр, – продолжила девушка, – оно было какое-то странное. Ну просто очень странное, сэр. Я тогда здорово перепугалась.

– А когда это все произошло? – задал вопрос полковник Андерсон.

– Насколько я помню, около четверти шестого.

– То есть три часа назад! – рявкнул главный констебль. – А почему вы сразу же не явились к нам?

– Да я ничего такого и не подумал, – сказал мистер Болл. – Ну, то есть пока не услышал об этом новом убийстве. Ну вот, а потом уже эта девчонка закричала, что в раковине была кровь, а я спросил ее, что она имеет в виду, и тут она мне все рассказала. Мне это не понравилось, и я пошел сам посмотреть. В комнате никого не было. Я поспрошал вокруг, и один из ребят во дворе сказал, что видел, как какой-то парень прокрался через двор, и по описанию это был тот же самый, что и в комнате. Поэтому я сказал жене, что Мэри лучше пойти в полицию. Но ей это не понравилось, я имею в виду Мэри, ну, и мне пришлось пойти вместе с ней.

Инспектор Кроум протянул ему лист бумаги.

– Опишите этого человека, – велел он. – И побыстрее, у нас не так много времени.

– Он был среднего роста, – сказала Мэри, – сутулый и в очках.

– А во что он был одет?

– В темный костюм и мягкую фетровую шляпу. И одежда была довольно поношенная.

Больше она ничего не смогла добавить.

Инспектор Кроум не стал настаивать. Скоро заработали все телефонные линии, но ни главный констебль, ни инспектор не проявляли по этому поводу особого оптимизма.

Кроум обратил внимание на то, что когда мужчина крался по двору, в руках у него не было ни чемодана, ни сумки.

– Это может быть наш шанс, – сказал он.

Двое полицейских были направлены в «Черный лебедь». Вместе с ними отправились мистер Болл, раздувшийся от гордости и осознания собственной важности, и чуть не плачущая Мэри.

Сержант вернулся спустя минут десять.

– Я принес регистрационный журнал, сэр, – доложил он. – Вот его подпись.

Все мы сгрудились вокруг журнала. Подчерк был мелкий и неровный – прочитать написанное было не так легко.

– А. Б. Киз? Или, может быть, Кэш?[83] – сказал полковник.

– A. B.C., – со значением подчеркнул Кроум.

– А что насчет багажа? – поинтересовался Андерсон.

– Один достаточно большой чемодан, сэр, полный небольших картонных коробок.

– Коробок? И что же в них?

– Чулки, сэр. Шелковые чулки.

– Поздравляю вас, сэр, – Кроум повернулся к моему другу. – Ваша догадка оказалась верна.