Краменин сидел в своем роскошном номере в «Кларидже» и, пришептывая что-то, диктовал своему секретарю на русском языке.

Неожиданно зазвонил стоявший у локтя секретаря телефон. Тот снял трубку, поговорил пару минут, а потом обратился к своему хозяину:

– Вас спрашивают внизу.

– Кто?

– Он назвался мистером Джулиусом П. Хершайммером.

– Хершайммер, – задумчиво повторил Краменин. – Где-то я уже слышал это имя.

– Его отец был одним из стальных королей Америки, – пояснил секретарь, в чьи обязанности входило знать все на свете. – Этот молодой человек, должно быть, мультимиллионер.

Глаза его собеседника уважительно сузились.

– Тогда вам лучше спуститься вниз, Иван, и выяснить, что ему надо.

Секретарь повиновался, и дверь за ним бесшумно закрылась. Через несколько минут он вернулся.

– Он отказывается говорить, что ему нужно. Говорит, что это совершенно частный и личный вопрос и что он должен вас увидеть.

– Мультимиллионер, – пробормотал Краменин. – Пригласите его сюда, мой дорогой Иван.

Секретарь еще раз вышел из комнаты и вернулся уже в сопровождении Джулиуса.

– Месье Краменин? – резко спросил пришедший.

Русский поклонился, изучая его своими бесцветными злобными глазками.

– Приятно познакомиться, – сказал американец. – У меня есть одно очень важное дело, которое я хотел бы обсудить с вами, но только наедине. – Он пристально взглянул на второго мужчину.

– Это мой секретарь, месье Грибер, и у меня нет от него секретов.

– Может быть, и так, но у меня они есть, – сухо возразил Джулиус. – Поэтому буду вам признателен, если вы велите ему потеряться.

– Иван, – мягко сказал русский, – не соблаговолите ли вы перейти в соседнюю комнату?

– Соседняя комната не пойдет, – прервал его Джулиус. – Знаю я эти роскошные номера. Я хочу, чтобы в номере никого не было, кроме нас двоих. Пошлите его в магазин, пусть купит мне пакетик арахиса.

Хотя ему и не очень понравилась небрежная и грубоватая манера американца вести беседу, Краменин сгорал от любопытства.

– А сколько времени займет обсуждение вашего дела?

– Это как пойдет – может быть, и всю ночь.

– Очень хорошо. Иван, сегодня вечером вы мне больше не понадобитесь. Сходите в театр, отдохните.

– Благодарю вас, ваше превосходительство! – Секретарь с поклоном удалился.

Джулиус, стоя около двери, наблюдал, как тот уходит. Наконец, со вздохом удовлетворения, он закрыл ее и вернулся на свое место в центре комнаты.

– А теперь, мистер Хершайммер, может быть, вы соблаговолите перейти к делу?

– Я не заставлю вас ждать, – произнес, растягивая слова, Джулиус. И тут его манеры внезапно изменились. – Руки вверх, или я стреляю!

Несколько секунд Краменин тупо смотрел на большой пистолет в руках американца, а потом, с почти комической поспешностью, воздел руки над головой. Именно в этот момент Джулиус смог полностью оценить его: человек, с которым он имеет дело, по своей сути жалкий трус, так что никаких проблем не будет.

– Это возмутительно! – В высоком голосе русского слышались истерические нотки. – Просто возмутительно! Вы что, собираетесь меня убить?

– Нет, если вы не будете кричать. И не пробуйте подобраться к звонку… Вот так-то лучше.

– Что вам надо? Прошу вас, держите себя в руках. Не забывайте, что моя жизнь имеет колоссальную ценность для моей страны. Меня могли оклеветать…

– Думаю, что человек, который проделает в вас сквозную дырку, – заметил Джулиус, – окажет человечеству большую услугу. Но не надо волноваться. На этот раз я не собираюсь вас убивать – если вы будете себя правильно вести.

Русский извивался под прямым, угрожающим взглядом американца. Языком он провел по своим высохшим губам.

– Что вам надо? Деньги?

– Нет. Мне нужна Джейн Финн.

– Джейн Финн? Я… я никогда о ней не слышал.

– Проклятый лгун! Вы прекрасно понимаете, о чем я!

– Говорю же вам, я никогда не слышал об этой девушке.

– А я говорю вам, – парировал Джулиус, – что Малыш Вилли просто разрывается от желания принять участие в нашем разговоре!

– Вы не посмеете… – Русский заметно упал духом.

– Именно что посмею, приятель!

– Ну хорошо, предположим я знаю, о ком вы говорите. – Что-то в голосе американца убедило Краменина. – И что из этого?

– Вы скажете мне прямо сейчас, где ее можно найти.

– Не скажу, – покачал головой Краменин.

– Почему?

– Потому. Вы требуете невозможного.

– Неужели боитесь? Кого? Мистера Брауна?.. Ага, угадал! Так, значит, такой человек действительно существует? А я в этом сомневался… Простое упоминание его имени пугает вас до потери пульса!

– Я видел его, – медленно произнес русский. – Лично говорил с ним, а узнал об этом только позже. Он был человеком из народа. Сейчас я его не узнал бы. Кто он? Я не знаю. Но знаю одно – этого человека надо бояться.

– Я ему ничего не скажу, – пообещал Джулиус.

– Он сам все узнает, а его месть не заставит себя долго ждать. Даже я – Краменин! – не буду исключением.

– Значит, вы не сделаете того, о чем я вас прошу?

– Вы просите о невозможном.

– Ну что же, вас можно только пожалеть, – голос американца звучал вполне жизнерадостно. – А вот мир только выиграет. – Джулиус поднял пистолет.

– Стойте! – взвизгнул русский. – Вы же не собираетесь застрелить меня?

– Конечно, собираюсь. Я всегда считал, что революционеры дешево ценят жизнь; правда, оказалось, что к их собственной жизни это не относится. Я даю вам шанс спасти свою грязную душонку, но вы от него отказываетесь…

– Они меня убьют!

– Ну, – сказал американец приятным голосом, – тут уж вам решать. Но я вам вот что скажу: Малыш Вилли точно не промахнется, так что на вашем месте я бы рискнул с мистером Брауном!

– Вас повесят, если вы меня застрелите, – неуверенно произнес Краменин.

– Нет, приятель, здесь вы глубоко ошибаетесь. Вы забыли про доллары. Толпа адвокатов займется своим прямым делом и привлечет к нему какого-нибудь высоколобого докторишку, который в конце концов докажет, что с головой у меня не всё в порядке. Несколько месяцев я проведу в тихом санатории, а потом мое здоровье резко поправится, и доктора объявят меня совершенно нормальным, и для малыша Джулиуса наступят счастливые времена. Думаю, что могу позволить себе несколько месяцев отдыха в награду за то, что избавлю мир от такого типа, как вы. Так что не надейтесь, что меня повесят!

Русский ему сразу поверил. Будучи сам коррумпированным до последней степени, он безоговорочно верил во власть денег. Краменин читал о судебных процессах в Америке, которые проходили точно по описанному Джулиусом сценарию. Этот шустрый молодой америкашка, со своим тягучим голосом, держал его за горло.

– Я считаю до пяти, – продолжил Джулиус. – И думаю, что, когда скажу «четыре», вам уже не надо будет беспокоиться ни о каком мистере Брауне. Может быть, он и пришлет цветы вам на могилу, но запаха их вы уже не почувствуете… Готовы? Начинаю: раз… два… три… четыре…

Визг русского прервал его:

– Не стреляйте! Я все сделаю!

Джулиус опустил оружие.

– Думаю, что вы правильно поступили. Где девушка?

– В Гейтхаусе, Кент. Усадьба называется Астли Прайорс.

– Она что, содержится там в качестве пленницы?

– Ей не разрешают покидать дом, хотя это и безопасно. Дурочка потеряла память, черт бы ее побрал!

– Думаю, что это сильно расстроило вас и ваших друзей… А что насчет второй девушки, той, что вы похитили с неделю назад?

– Она тоже там, – угрюмо ответил русский.

– Отлично, – сказал Джулиус. – Все складывается на удивление удачно. Отличная ночь для автомобильной прогулки, не правда ли?

– Какой прогулки? – с подозрением переспросил Краменин.

– До Гейтхауса, конечно. Надеюсь, вам нравится ездить на автомобиле.

– Что вы этим хотите сказать? Я отказываюсь ехать с вами!

– Не сердитесь. Понимаете, я не такой идиот, чтобы оставить вас здесь. Вы ведь тут же позвоните вашим дружкам по телефону… Ага! – Американец заметил, как сник русский. – Вы же именно на это рассчитывали? Нет, сэр, вы отправитесь со мной. Это у вас там спальня? Идите туда, а мы с Малышом Вилли последуем за вами. А теперь наденьте теплое пальто… вот так. На меху? И вы еще называете себя социалистом! Вот теперь мы готовы. Сейчас спустимся вниз и пройдем через холл туда, где стоит моя машина. И не забудьте, что я пристально слежу за вами. Я хорошо стреляю через одежду. Одно слово или даже один взгляд в сторону этих ливрейных лакеев – и на «серном заводе»[58] появится новый рабочий!

Вместе они спустились по лестнице и подошли к ожидавшей Джулиуса машине. Русский трясся от ярости. Они были окружены гостиничными сотрудниками, и он уже был готов закричать, но передумал. Американец показался ему человеком слова.

Когда они подошли к машине, Джулиус с облегчением выдохнул – опасная зона осталась позади.

– Садитесь, – приказал он и заметил, что русский оглядывается по сторонам. – Не надейтесь, водитель вам не поможет. Он моряк. Когда началась революция, он на своей субмарине был в России. Ваши люди убили его брата… Джордж!

– Да, сэр? – шофер повернул голову.

– Этот человек – русский большевик. Мы не хотим его убивать, но бог знает, что может произойти… Вы меня поняли?

– Абсолютно, сэр.

– Нам нужно в Гейтхаус в Кенте. Вы знаете дорогу?

– Да, сэр. Это займет часа полтора езды.

– Попробуйте доехать за час. Я тороплюсь.

– Я постараюсь, сэр. – Машина резко влилась в поток транспорта.

Джулиус удобно устроился рядом со своей жертвой. Руку он продолжал держать в кармане пальто, однако его манеры были безукоризненны.

– Однажды я пристрелил одного в Аризоне… – беззаботно начал американец.

В конце поездки, которая заняла около часа, Краменин был скорее мертв, чем жив. Вслед за рассказом о трупе в Аризоне последовали истории о стычке во Фриско[59] и перестрелке в Рокиз[60]. Хотя рассказы Джулиуса и не отличались большой точностью, они, без сомнения, были полны очень колоритных деталей.

Притормаживая, шофер сообщил, что они подъезжают к Гейтхаусу. Джулиус велел русскому показывать направление. Он планировал подъехать прямо к дому, где Краменин должен был вызвать двух девушек. Джулиус заранее объяснил русскому, что Малыш Вилли не потерпит неудачи. К этому времени Краменин уже давно превратился в мягкую глину в руках американца. Невероятная скорость, с которой они передвигались, совсем деморализовала его. При каждом повороте он прощался с жизнью.

Машина заехала на подъездную аллею и остановилась перед входом. Шофер обернулся в ожидании дальнейших указаний.

– Прежде всего развернитесь, Джордж. Потом позвоните в звонок и возвращайтесь на свое место. Не выключайте двигатель и будьте готовы тронуться по моему сигналу.

– Очень хорошо, сэр.

Дворецкий открыл входную дверь. Краменин почувствовал, как дуло пистолета уперлось ему в ребра.

– Давайте, – прошипел Джулиус. – И без шуточек.

Русский кивнул. Губы его побелели, и голос звучал не очень твердо.

– Это я, Краменин! Немедленно приведите девушек! Нельзя терять ни минуты!

По ступенькам спустился Виттингтон. Увидев русского, он удивленно вскрикнул:

– Вы?.. Что случилось? Вы же знаете план…

Краменин прервал его словами, которые вызвали совершенно не нужную панику.

– Нас предали! Планы пришлось поменять. Надо спасать свою шкуру. Девушку! И немедленно! Это наш единственный шанс!

Виттингтон заколебался, но только на секунду.

– Это его приказ?

– Ну конечно! Разве бы я иначе приехал сюда? Торопитесь! Времени совсем нет! И вторую идиотку тоже приведите.

Виттингтон повернулся и бросился в дом. В ожидании минута бежала за минутой. А потом на ступеньках появились две фигуры, поспешно закутанные в пальто, и быстро уселись в машину. Та, что поменьше, попыталась сопротивляться, и Виттингтон довольно бесцеремонно подтолкнул ее. Джулиус наклонился вперед, и в этот момент свет, падавший из дверей, осветил его лицо. Мужчина, стоявший за Виттингтоном, удивленно вскрикнул. С инкогнито было покончено.

– Вперед, Джордж, – закричал американец.

Шофер переключил скорость, и машина рванулась с места.

Мужчина на ступеньках грязно выругался и засунул руку в карман. Ступени осветила вспышка, и раздался грохот выстрела. Пуля пролетела в одном дюйме от той девушки, которая была повыше.

– Пригнись, Джейн, – закричал Джулиус. – На пол! – Он резко толкнул ее вперед, а потом, приподнявшись, прицелился и выстрелил в ответ.

– Попали? – с любопытством поинтересовалась Таппенс.

– Конечно, – ответил американец. – Правда, не убил. Таких скунсов так просто не убить… С вами все в порядке, Таппенс?

– Конечно. А где Томми? И кто это такой? – Девушка указала на дрожащего Краменина.

– Томми на пути в Аргентину. Мне кажется, он решил, что с вами все кончено… Осторожнее, ворота, Джордж!.. Вот так. Думаю, они сообразят, что к чему, минут через пять. После этого воспользуются телефоном, чтобы расставить впереди ловушки, так что мы поехали кружным путем. Вы спросили, кто это, Таппенс? Позвольте представить вам месье Краменина. Мне удалось убедить его прокатиться со мною – ради его же собственного здоровья.

Русский ничего не сказал – он все еще не мог прийти в себя от ужаса.

– А почему они нас отпустили? – подозрительно поинтересовалась Таппенс.

– Думаю, что месье Краменин был так убедителен в своей просьбе, что они не смогли ему отказать.

Это было последней каплей. Русский взорвался:

– Будьте вы прокляты! Теперь они знают, что я их предал. Мне и часу нельзя оставаться в этой стране!

– Это верно, – подчеркнул Джулиус. – Мой вам совет – немедленно отправляйтесь в Россию.

– Тогда высадите меня! – закричал Краменин. – Я все сделал так, как вы сказали. Зачем еще вы меня держите?

– Да уж конечно, не ради удовольствия побыть в вашей компании. Думаю, что, если хотите, вы можете выйти. Я просто подумал, что вы пожелаете вернуться в Лондон вместе с нами.

– Вам еще надо туда добраться, – огрызнулся русский. – Высадите меня немедленно.

– Конечно. Джордж, притормозите. Назад этот джентльмен с нами не поедет. Если я когда-нибудь посещу Россию, месье Краменин, то надеюсь, вы окажете мне достойный прием и…

Но прежде чем Джулиус закончил свой спич и прежде чем машина полностью остановилась, русский выскочил из нее и растворился в ночи.

– Слишком торопился с нами расстаться, – заметил Джулиус, когда автомобиль вновь набрал скорость. – Даже не подумал вежливо попрощаться с леди… Послушай, Джейн, ты уже можешь сесть.

Впервые девушка подала голос.

– Как вам удалось его «убедить»? – спросила она.

Джулиус похлопал по своему пистолету:

– Благодарите Малыша Вилли!

– Великолепно, – воскликнула девушка. Она раскраснелась и с восторгом смотрела на Джулиуса.

– Мы с Аннет не знали, что с нами будет, – заметила Таппенс, – когда старик Виттингтон в спешке вывел нас из дома. Нас вели как ягнят на заклание.

– Аннет, – повторил американец. – Стало быть, так вы ее зовете? – Казалось, он старается привыкнуть к новой реальности.

– Да, это ее имя, – ответила Таппенс, широко открыв глаза.

– Полная ерунда, – воскликнул Джулиус. – Это она может так думать, потому что потеряла память, бедняжка. Но ее единственно правильное имя – Джейн Финн.

– Что?! – воскликнула Таппенс.

Но в этот момент ее прервала пуля, с шумом врезавшаяся в обшивку автомобиля как раз над ее головой.

– Пригнитесь! – закричал американец. – Это засада. Ребята очень быстро сориентировались… Немного быстрее, Джордж.

Машина буквально рванулась вперед. Раздались еще три выстрела, но, к счастью, ни одна пуля не попала в цель. Джулиус перегнулся через спинку заднего сиденья.

– Стрелять не в кого, – мрачно доложил он. – Но мне кажется, что скоро нас ждет еще один пикничок… Черт!

Он поднес руку к щеке.

– Вы ранены? – быстро спросила Аннет.

– Просто царапина.

Девушка резко выпрямилась.

– Выпустите меня. Немедленно выпустите меня! Остановите машину. Они охотятся за мной. Им нужна только я. Вам ни к чему рисковать жизнью ради меня. Выпустите меня… – Она пыталась открыть замок двери. Ее иностранный акцент исчез как по волшебству.

Джулиус схватил ее за руки и посмотрел ей в глаза.

– Сядь, детка, – мягко сказал он. – Мне кажется, что с твоей памятью все в порядке. Ты все это время водила их за нос, да?

Девушка посмотрела на него, кивнула – и вдруг расплакалась. Джулиус погладил ее по плечу.

– Ну тише, тише… Не надо волноваться. Мы не позволим тебе уйти.

Сквозь слезы девушка неясно произнесла:

– Вы из дома. Я слышу это по вашему акценту. Я хочу домой.

– Конечно, я из дома. Я твой кузен, Джулиус Хершайммер. И в Европу я приехал, чтобы найти тебя. Ну, ты и задала мне задачку…

Машина притормозила.

– Здесь развилка, сэр. Я не уверен, по какой дороге ехать, сэр, – сказал Джордж через плечо.

Машина почти остановилась, как вдруг из-за спинки заднего сиденья появилась фигура, которая головой вперед перевалилась через него и оказалась между ними.

– Прошу прощения, – сказал Томми, высвобождаясь.

В ответ он услышал целый хор удивленных восклицаний.

– Я сидел в кустах возле аллеи, – ответил он на них на все сразу. – А потом уцепился сзади. Но не мог залезть на той скорости, с какой вы ехали. Сил не хватало. А теперь, девушки, быстро из машины!

– Из машины?

– Именно. Здесь рядом станция. Поезд через три минуты. Если поторопитесь, то успеете.

– Какого дьявола? О чем вы? – требовательно спросил Джулиус. – Вы что, думаете, что собьете их с толку, если бросите машину?

– А мы с вами не собираемся бросать машину. Только девушки.

– Вы сошли с ума, Бересфорд. Вы совершенно сумасшедший! Вы не можете отпустить девушек одних. Если вы это сделаете, то всему конец.

Томми повернулся к Таппенс:

– Немедленно вылезай. Забирай ее с собой и делай, что тебе говорят. С вами ничего не слу-чится – вы в безопасности. Сядьте на поезд до Лондона. Там прямым ходом отправляйтесь к сэру Джеймсу Пилю Эджертону. Мистер Картер живет за городом, так что у него вы будете в безопасности.

– Пошли вы к черту! – воскликнул Джулиус. – Вы сошли с ума… Джейн, сиди, где сидишь!

Неожиданным резким движением Томми выхватил пистолет из рук американца и направил его ему в голову.

– Теперь вы понимаете, что я не шучу? Выходите, обе, и делайте что вам сказано, иначе я стреляю.

Таппенс выпрыгнула и вытащила за собой сопротивляющуюся Джейн.

– Пошли, всё в порядке. Если Томми в чем-то уверен, то так оно и есть. Быстрее, а то опоздаем на поезд. – Девушки бросились бежать.

Джулиус дал волю своей ярости:

– Какого черта…

Томми прервал его:

– Остыньте! Я хочу с вами поговорить, мистер Джулиус Хершайммер.