В комнате заседаний, на Даунинг-стрит, 10, собрались члены кабинета министров. Сидевший во главе стола мистер Седрик Лэйзенби, премьер-министр, смотрел на своих коллег без всякого удовольствия. Как ни странно, мрачное выражение лица приносило ему определенное облегчение. Лэйзенби уже начинало казаться, что только в приватной обстановке заседаний кабинета министров он может расслабиться и стать самим собой, перестав являть миру вымученный оптимизм мудрого и довольного собой государственного деятеля, который столь надежно служил ему во время всевозможных политических кризисов.

Он смотрел на Гордона Четуайнда, сидевшего с хмурым видом, на сэра Джорджа Пэкхэма, как всегда о чем-то размышлявшего с печатью озабоченности на лице, на по-военному невозмутимого полковника Монро, на маршала Кенвуда, поджавшего губы и не пытавшегося скрыть откровенную неприязнь и глубокое недоверие к политикам. В комнате также присутствовал адмирал Блант, крупный мужчина весьма грозной внешности, нетерпеливо барабанивший по столу пальцами в ожидании своего часа.

– Следует признать, ситуация складывается чрезвычайно тревожная, – нарушил тишину маршал авиации. – В течение недели было угнано четыре самолета. Пассажиров высадили в Милане, а самолеты переправили куда-то в Африку. У них там имеются свои пилоты. Чернокожие.

– «Власть черных»[27], – задумчиво произнес полковник Монро.

– А может быть, «Власть красных»? – предположил Лэйзенби. – Мне кажется, вам известно, что все наши трудности могут иметь источником русскую коммунистическую идеологию. Если можно было бы связаться с русскими – я подумываю о визите на высшем уровне…

– Сидите на месте, премьер-министр, – бесцеремонно оборвал его адмирал Блант. – Хватит уже валять дурака по поводу русских. Сейчас им не до нас. У них нет проблем с собственными студентами, и сейчас их заботит лишь одно – что намереваются предпринять в ближайшем будущем китайцы.

– Я все же думаю, что личные контакты…

– Оставайтесь здесь и занимайтесь делами своей страны, – вновь перебил его адмирал Блант.

– Не лучше ли нам ознакомиться с отчетом о последних событиях? – спросил Гордон Четуайнд, глядя на полковника Монро.

– Вам нужны факты? Хорошо. Они довольно неприглядны. Полагаю, вы хотите знать не столько подробности происходящего у нас дома, сколько общую ситуацию в мире?

– Совершенно верно.

– Итак, во Франции маршал все еще находится в больнице. Два пулевых ранения в руку. В политических кругах полный разброд. Значительная часть территории страны захвачена теми, кого они называют войсками Молодежной Власти.

– Вы хотите сказать, у них имеется оружие? – спросил Гордон Четуайнд с выражением ужаса на лице.

– Более чем достаточно, – ответил полковник. – Я не знаю, где они его взяли. На этот счет существуют определенные мнения. Крупная партия была поставлена из Швеции в Западную Африку.

– Какое отношение это имеет к делу? – спросил мистер Лэйзенби. – Разве это имеет значение? Пусть они в Западной Африке имеют оружия столько, сколько им нужно. Быстрее перестреляют друг друга.

– Судя по сообщениям нашей разведки, здесь есть один весьма любопытный момент. В их распоряжении есть список оружия, отправленного в Западную Африку. Интересно, что все это оружие поступило к месту назначения, было принято и, возможно, даже оплачено, но не прошло и пяти дней, как его вывезли за пределы Западной Африки в неизвестном направлении.

– И что вы об этом думаете?

– Я думаю, что это оружие изначально не предназначалось для Западной Африки, – ответил Монро. – Оно было оплачено и доставлено куда-то в другое место. Вполне возможно, оружие из Западной Африки перевезли на Ближний Восток. А может быть, в Грецию, Турцию или страны Персидского залива. Кроме того, в Египет поступили самолеты, которые потом были переправлены в Индию, а оттуда в Россию.

– Я думал, они поступили из России.

– А из России их доставили в Прагу. Это какое-то безумие.

– Я не понимаю… – в смятении произнес сэр Джордж.

– Похоже, существует некая центральная организация, которая распределяет поставки. К местам назначения эти поставки осуществляются по самым неожиданным маршрутам. Самолеты, оружие и взрывчатые вещества – самых современных моделей и марок – поступают в распоряжение командиров партизанских соединений, находящихся под эгидой Молодежной Власти, закоренелых анархистов, которые вряд ли платят за все это деньги.

– Судя по вашим словам, мы стоим на пороге войны в мировом масштабе?

Седрик Лэйзенби был откровенно шокирован.

Сидевший в средине стола и до сих пор молчавший человек с мягкими чертами и азиатским типом лица поднял голову. На его губах играла хитрая монгольская улыбка.

– Приходится признать это. Наши наблюдения свидетельствуют о том, что…

– Вам придется прекратить ваши наблюдения, – перебил его Лэйзенби. – ООН должна подавить этот мятеж с помощью оружия.

Выражение лица человека оставалось невозмутимым.

– Это противоречит нашим принципам.

– Сегодня боевые действия ведутся во многих уголках мира, – сказал полковник, повысив голос. – Уже не одно десятилетие борются за независимость народы Юго-Восточной Азии. Неспокойно в Южной Америке – на Кубе, в Перу, в Гватемале и так далее. Что касается Соединенных Штатов, вам известно, что Вашингтон практически сожжен дотла, Запад захвачен вооруженными силами Молодежной Власти, в Чикаго введено военное положение. Слышали, что произошло с Сэмом Кортманом? Застрелен прошлым вечером на ступеньках американского посольства в Лондоне.

– Он должен был присутствовать здесь сегодня, – сказал Лэйзенби. – Собирался поделиться с нами своим видением ситуации.

– Не думаю, что это нам очень помогло бы, – заметил полковник Монро. – Хороший парень, но вряд ли он знал что-то, чего не знаем мы.

– Но кто стоит за всем этим? – с раздражением произнес Лэйзенби. – Конечно, это могут быть русские…

Вероятно, он все еще представлял, как летит в Москву. Полковник Монро покачал головой.

– Весьма сомнительно, – сказал он.

– Личное обаяние… – Лицо премьер-министра засветилось надеждой. – Совершенно новая сфера влияния. Китайцы?..

– Нет, не китайцы, – сказал полковник Монро. – Как вам, должно быть, известно, в последнее время наблюдается возрождение неофашизма в Германии.

– Неужели вы думаете, что немцы могли…

– Я не утверждаю, будто они непременно стоят за этим, но думаю, что такое возможно. Однажды они уже совершили нечто подобное. Разработали подробные планы, несколько лет тщательно готовились, а потом последовала команда «Вперед!». Они прекрасные стратеги. Штабная работа у них на высоте. Я восхищаюсь ими и ничего не могу с собой поделать.

– Но сегодня Германия представляется такой мирной и хорошо управляемой страной…

– Да, разумеется. Но Южная Америка буквально кишит немцами, молодыми неофашистами. Они создали там мощную Молодежную Федерацию, называют себя суперарийцами и используют нацистскую символику – свастику, традиционное приветствие и прочее. Их предводителя называют Юным Вотаном или Юным Зигфридом.

Раздался стук в дверь, и на пороге появился секретарь.

– Здесь профессор Экстейн, сэр.

– Его обязательно нужно пригласить. Если кто-то и способен рассказать нам о последних разработках в области вооружений, так это он. Возможно, у нас появится нечто, что поможет нам в скором времени положить конец всей этой бессмыслице.

Мистер Лэйзенби путешествовал по всему миру, выступая в роли миротворца, и обладал неистощимым запасом оптимизма, который, впрочем, оправдывался довольно редко.

– Секретное оружие нам совсем не помешало бы, – живо откликнулся маршал авиации.

Профессор Экстейн, которого многие считали одним из ведущих британских ученых, выглядел довольно невзрачно. Это был маленький человек со старомодными бакенбардами и астматическими кашлем. Его манеры создавали впечатление, будто он хочет извиниться за сам факт своего существования. Представившись, ученый стал покашливать, сморкаться и нервно потирать руки. Многие из присутствующих знали профессора и приветствовали его кивками. Он сел на указанный ему стул, нерешительно огляделся, затем поднес руку ко рту и принялся грызть ногти.

– Здесь присутствуют главы спецслужб, – сказал сэр Джордж Пэкхэм. – Для нас очень важно услышать ваше мнение по поводу того, что можно сделать в сложившейся ситуации.

– О! – воскликнул профессор Экстейн. – Сделать? Да-да, именно сделать.

В комнате повисла тишина.

– Анархия быстро распространяется по миру, – нарушил молчание сэр Джордж.

– Похоже на то. По крайней мере, так пишут в газетах. Вообще-то я не особенно верю этому. Журналисты склонны к преувеличениям и часто грешат неточностью в своих заявлениях.

– Насколько я понимаю, профессор, недавно вы сделали ряд важных открытий? – ободряюще произнес Седрик Лэйзенби.

– Да, действительно, – оживился профессор. – Мы разработали чрезвычайно ядовитое химическое и весьма эффективное биологическое оружие, которым можно заражать атмосферу и источники воды. С его помощью можно уничтожить половину населения Англии в течение трех дней. – Он потер руки. – Вам это нужно?

Мистера Лэйзенби передернуло.

– Нет-нет, господь с вами! Конечно нет.

– Вот именно. Дело вовсе не в недостатке летального оружия, а в его избытке. У нас слишком много оружия, и оно слишком смертоносно. Вопрос заключается в том, как выжить людям. Включая тех, кто наверху. Ну, к примеру, нас. – Он издал короткий смешок.

– Но это не то, что нам нужно, – настойчиво произнес мистер Лэйзенби.

– Дело не в том, что вы хотите, а в том, что мы имеем. А имеем мы страшное смертоносное оружие. Если вы хотите стереть с лица земли всех, кому нет тридцати, – это, пожалуй, могло бы у вас получиться. Но имейте в виду: вместе с ними вы уничтожите очень многих людей старшего возраста. Видите ли, очень трудно отделить одних от других. Лично я против этого. У нас много хороших молодых ученых. Да, они озлоблены, но чрезвычайно талантливы.

– Что творится в мире? – неожиданно вмешался в разговор Кенвуд.

– В том-то и беда. Мы не знаем. Вообще-то мы знаем очень многое. Мы побывали на Луне, сделали крупные открытия в биологии, научились пересаживать сердце и печень, а скоро начнем пересаживать и мозг. Но мы не знаем, кто делает это. А ведь кто-то это делает. Кто-то, скрывающийся за кулисами и обладающий большим могуществом. Мафиозные синдикаты, организации наркоторговцев и все такое прочее. Мощные силы, управляемые неким закулисным гением. Раньше подобные группировки действовали в пределах отдельных стран, иногда на европейском уровне. Но очень скоро эта зараза распространится по всему миру – в Южное полушарие, вплоть до Антарктики.

Казалось, он был доволен собой.

– Люди злой воли…

– Ну что же, можно выразиться и так. Злая воля ради злой воли, либо злая воля ради денег или власти. Трудно понять смысл происходящего. Эти безумцы сами не ведают, что творят и ради чего. Они хотят насилия – и с удовольствием совершают его. Им не нравится мир, в котором они живут, им не нравится наша склонность к материализму, им не нравятся способы, с помощью которых мы зарабатываем деньги, – и вообще не нравится наш образ жизни. Их возмущают нищета и несправедливость, и они хотят, чтобы мир стал лучше. Возможно, вы могли бы сделать мир лучше, если б поразмыслили над этим достаточно продолжительное время. Но проблема заключается в том, что если вы настаиваете на своем праве брать что-то первым, то должны вернуть на это место что-то другое. Природа не терпит пустоты – старая, но очень мудрая поговорка. Это как пересадка сердца. Вы извлекаете из груди пациента вышедшее из строя сердце, но должны поместить на его место другое, которое нормально функционирует. И вам нужно сначала подготовить действующее сердце, прежде чем извлекать вышедшее из строя. Все это совершенно очевидно, но, я полагаю, меня все равно никто не будет слушать. И, в конце концов, это не мой предмет.

– Газ? – предположил полковник Монро.

Лицо профессора Экстейна просветлело.

– О! У нас имеются газы всех типов. Имейте в виду, некоторые из них сравнительно безвредные. Средства умеренного сдерживания, назовем их так. – Он расплылся в самодовольной улыбке.

– Ядерное оружие? – спросил мистер Лэйзенби.

– Не говорите глупости! Вы что, хотите заразить радиацией всю Англию или, хуже того, весь континент?

– Стало быть, вы не сможете помочь нам, – сокрушенно произнес полковник Монро.

– Не смогу – пока вы не будете располагать большей информацией обо всем этом, – сказал профессор Экстейн. – Мне очень жаль, но я должен донести до вашего сознания, что то, над чем мы в настоящее время работаем, представляет опасность. Реальную опасность.

Он окинул их взглядом, в котором сквозила тревога. Так смотрит взрослый человек на детей, в руках у которых оказался коробок со спичками.

– Мы благодарим вас, профессор Экстейн, – довольно холодно произнес мистер Лэйзенби.

Профессор, поняв, что в его услугах более не нуждаются, широко улыбнулся и поспешно удалился.

Премьер-министр едва дождался, когда за ним закроется дверь, чтобы дать волю своим чувствам.

– Все эти ученые похожи друг на друга, – сказал он с раздражением. – От них никакого толку. Никогда не скажут ничего дельного. Только и могут, что расщеплять атом, – а потом говорят нам, чтобы мы не совались в это дело!

– Как будто мы никогда не совались, – возразил адмирал Блант со свойственной ему прямолинейностью. – Нам нужно что-нибудь попроще, вроде гербицида избирательного действия…

Он вдруг замолчал.

– Какого черта…

– В чем дело, адмирал? – вежливо поинтересовался премьер-министр.

– Нет, ничего… Просто мне это что-то напомнило. А что именно, не могу вспомнить…

Премьер-министр вздохнул.

– Кто-нибудь еще из ученых-экспертов на очереди? – спросил Гордон Четуайнд, с надеждой взглянув на наручные часы.

– В приемной наверняка сидит старик Пайкэвей, – сказал Лэйзенби. – Он собирался показать нам какой-то снимок… рисунок… карту… или что-то в этом роде.

– А о чем идет речь?

– Понятия не имею. Похоже, очередные мыльные пузыри, – произнес с рассеянным видом Лэйзенби.

– Мыльные пузыри? Почему?

– Не знаю. Зачем мы будем гадать? Давайте возьмем и посмотрим, что у него там.

– Хоршэм тоже здесь…

– У него могут быть для нас новости.

Тяжело ступая, в комнату вошел Пайкэвей со свернутым в рулон листом бумаги в руке. За ним следовал Хоршэм. Они вдвоем развернули лист на столе – так, чтобы все присутствующие могли его видеть.

– Масштаб не вполне соблюден, но общую идею рисунок передает, – сказал полковник Пайкэвей.

– Что это означает?

– Мыльные пузыри? – пробормотал сэр Джордж.

Неожиданно в голову ему пришла мысль.

– Это газ? Новый газ?

– Дайте необходимые пояснения, Хоршэм, – сказал Пайкэвей. – Общая идея вам известна.

– Я знаю только то, что мне рассказали. Это приблизительная схема осуществления контроля над миром.

– И кто же осуществляет этот контроль?

– Группы, которые владеют ресурсами, обеспечивающими могущество, или контролируют их.

– А что это за буквы?

– Каждая буква обозначает человека или кодовое название той или иной группы. Эти пересекающиеся круги в настоящее время покрывают весь земной шар. Круг, помеченный буквой «А», означает вооружение[28]. Некая группа контролирует вооружения. Все его виды – взрывчатые вещества, стрелковое оружие, военную технику. Во всем мире оружие производится в соответствии с планами и поставляется в отсталые, недостаточно развитые, а также в воюющие страны. Но оно не остается там, куда поставляется, а почти сразу направляется в другие места – повстанцам в Южную Америку, боевикам «Власти черных» в США, в разные европейские страны. «D» означает наркотики[29] – сеть поставщиков из разных источников. Все типы наркотиков, от сравнительно безвредных до совершенно убийственных. Базы торговцев наркотиками, по всей видимости, расположены в Леванте[30], откуда товар доставляется к пунктам назначения через Турцию, Пакистан, Индию и Среднюю Азию.

– Они зарабатывают на этом деньги?

– Огромные суммы. Но это нечто большее, нежели просто ассоциация наркодилеров. Их деятельность носит более зловещий характер. Они превращают наиболее слабовольных из молодых людей в рабов, которые не могут жить и работать на своих хозяев без наркотиков.

Кенвуд присвистнул:

– Довольно мрачная картина, не правда ли? И вы не знаете, кто эти наркодилеры?

– Нам известны лишь некоторые из них. И только мелкая сошка. Истинных контролеров мы пока не знаем. С баз в Леванте наркотики перевозятся в шинах автомобилей, в цементе, в бетоне, в различных механизмах и промышленных изделиях, распространяясь по всему миру подобно обычным товарам. «F» означает финансы[31]. Деньги! В центре всего этого располагается финансовая паутина. На эту тему вам лучше поговорить с мистером Робинсоном. Деньги поступают главным образом из Америки, но имеется также штаб-квартира в Баварии. Благодаря добыче золота и алмазов огромные ресурсы сосредоточены в Южной Африке. Основные финансовые потоки направляются в Южную Америку. Одним из контролеров денег, если так можно выразиться, является очень могущественная и талантливая женщина. Она уже в весьма преклонном возрасте, но еще активна и полна сил. Зовут ее Шарлотта Крупп. Ее отец был крупным германским промышленником. Сама она, будучи финансовым гением, успешно играла на Уолл-стрит. Благодаря инвестициям во всех уголках света скопила гигантское состояние. Владеет транспортными компаниями и промышленными концернами. Живет в большом замке в Баварии, откуда рассылает деньги по всему миру. «S» означает науку[32] – последние достижения в сфере разработок химического и биологического оружия. Многие молодые ученые прониклись идеями анархии. Большинство из них съехались в секретные научные центры на территории Соединенных Штатов.

– Неужели столь образованные люди могли стать анархистами?

– Молодым людям свойствен радикализм. В молодости многим хочется создать новый мир, а для этого сначала нужно разрушить старый – точно так же, как прежде чем приступать к строительству нового дома, вы предварительно сносите старый. Но если не иметь ясного представления, куда вы идете, куда вас манят или даже толкают, каким будет этот новый мир и где окажутся его созидатели… Некоторые из них превращены в рабов, другие ослеплены ненавистью, воля третьих подавлена насилием, четвертые – да поможет им Бог – все еще находятся под влиянием идеалистических идей, подобно жителям Франции времен Великой французской революции, которые верили, будто уничтожение существующего порядка принесет людям мир и благоденствие.

– А что же мы делаем в сложившейся ситуации? – спросил адмирал Блант. – Что нам следует делать?

– Что мы делаем? Все возможное. Уверяю вас, мы, здесь присутствующие, делаем все, что в наших силах. В каждой стране есть люди, работающие на нас. У нас имеются агенты, собирающие информацию.

– Это крайне необходимо, – сказал полковник Пайкэвей. – В первую очередь мы должны знать, кто есть кто, кто с нами и кто против нас. И только после этого нужно думать о том, какие действия можно предпринять.

– Этой схеме мы присвоили название Кольцо. Записи на этом листе содержат все сведения о лидерах Кольца, имеющиеся в нашем распоряжении на сегодняшний день. Эти сведения иногда сводятся лишь к именам, под которыми эти люди известны. Некоторых из них мы лишь подозреваем в осуществлении интересующей нас деятельности.

КОЛЬЦО

F – Большая Шарлотта – Бавария

A – Эрик Олафсон – Швеция, промышленник, вооружение

D – некий Деметриос – Смирна, наркотики

S – Доктор Сароленский – Колорадо, США, физик и химик, только подозрения

J – Женщина. Фигурирует под именем Хуанита. Представляет опасность. Сведения о настоящем имени отсутствуют.