В аэропорту их встретили Линда Колхаун и Дункан Крайдер.

— Приветствую вас снова на территории Империала! — с шутливой напыщенностью произнес Крайдер. — Я отбивался от репортеров, которые, узнав, что предварительное слушание назначено на завтрашнее утро, непостижимым образом учуяли ваш прилет и потребовали немедленного интервью.

— Почему бы и нет, — отозвался Мейсон.

— Вы ничего не имеете против разговора с репортерами?

— Конечно.

— Не знал… Я решил, что сначала сам должен переговорить с вами. Этот Маршалл горазд на трюки, и, надо признать, некоторые из них весьма хитроумны.

— Я в этом не сомневаюсь.

— Простите, мистер Мейсон, — прервала их обмен репликами Линда Колхаун. — Я бы хотела узнать, что случилось с Джорджем Летти.

— Разве с ним что-то случилось? — моментально парировал адвокат.

— Не знаю, но думаю, да.

— У вас нет от него никаких известий?

— Он передал кое-что на словах, но мне неизвестно, где он сейчас… Точнее, было так: он позвонил в отель в мое отсутствие и спросил, не может ли он оставить для меня сообщение. Телефонист ответил, что это возможно. Тогда он попросил передать, что некоторые обстоятельства, о которых он пока не может говорить, вынуждают его на какое-то время исчезнуть, но я не должна беспокоиться, с ним все в порядке, пусть я не сомневаюсь в его преданности, он же целиком полагается на мою.

— Понятно, — буркнул Мейсон.

— Как вы считаете, у него действительно все нормально? — спросила девушка.

— Это зависит от того, что вы подразумеваете под «нормально». Вы имеете в виду, что он здоров, ведет здоровый образ жизни, вполне благопристойный, верен вам?.. Или же то, что он находится в полной безопасности?

— В данный момент последнее.

— Судя по его сообщению, он в безопасности.

— Но где он, хотела бы я знать?

Мейсон посмотрел на девушку и сурово произнес:

— Не могу сказать, Линда. Я считаю необходимым вам напомнить, что представляю вашу тетю. Правда, делаю это по вашей же просьбе, но она моя клиентка, а раз так, то ее интересы я соблюдаю в первую очередь.

— Какое отношение это имеет к Джорджу?

— Со всей определенностью сказать не могу. Возможно, самое близкое… а может быть, и никакого.

— У меня крепнет убеждение, что вы с Дунканом от меня что-то скрываете, мистер Мейсон.

Мейсон искоса посмотрел на своего молодого коллегу, услышав, как легко и естественно Линда назвала его просто Дунканом.

— Мы на «ты» с Линдой, мистер Мейсон, — пояснил тот, поняв по-своему этот взгляд.

— Понятно.

Линда, чуть покраснев, повернулась к Дрейку.

— Вы ведете расследование по этому делу, мистер Дрейк. Может быть, у вас есть идеи о местонахождении Джорджа Летти или о том, что с ним стряслось?

Задавая вопрос, девушка внимательно смотрела на детектива, но тот только усмехнулся.

— У нашего брата всегда уйма всяких идей, мисс Колхаун, но, к сожалению, они не всегда себя оправдывают.

Делла Стрит взяла девушку под руку.

— Я уверена, Линда, что у вас нет оснований для тревоги за него.

— Простите, но я ничего не могу понять. Джордж не очень предприимчив в делах, и у него нет денег. Он и сюда-то приехал, чтобы находиться возле меня и… Конечно… короче, это на него не похоже.

— Я думаю, что полиция допрашивала его.

— А что он знает, мистер Мейсон?

— Трудно сказать наверняка, но он был в мотеле, и сам мне сказал, что стены в комнатах тонкие, как картон. Он остановился в домике на два номера, и смежный номер занимал Монтроз Девитт. Вы понимаете, что при таком положении вещей он мог кое-что слышать.

— Несомненно, — согласилась она. — Но почему тогда он мне ничего не сказал? И что общего это имеет с его исчезновением?

— Не могу сказать, — сухо ответил Мейсон.

— Вы не знаете?

— Давайте сделаем так, мисс Колхаун: отправимся в контору к Дункану. Оттуда вы сможете позвонить окружному прокурору и напрямик спросить его, знает ли он что-нибудь о Джордже или о том, почему он не может с вами связаться. Хорошо?

— Ответит ли он мне?

— Разве есть основания, чтобы он не ответил?

— Я о них не знаю.

— Ну что ж, поехали. — Мейсон бросил на Крайдера мимолетный взгляд. — Вы с ним сможете поговорить по одному телефону, а мы с Дунканом будем слушать по другому, параллельному, и выясним, известно ли что-нибудь окружному прокурору о Джордже.

— Коль скоро вы попадете в мою контору, — предупредил Крайдер, — вам не избежать встречи с репортерами.

— Ничего, мы решим эту проблему, когда столкнемся с ней, — улыбнулся Мейсон. — В настоящий момент меня больше всего интересует ответ Болдвина Маршалла на вопрос Линды Колхаун.

Они поехали в контору Крайдера, где Линда действительно позвонила Маршаллу в прокуратуру. Перри Мейсон и Дункан Крайдер слушали их беседу по параллельному телефону.

— Это Линда Колхаун, мистер Маршалл, — представилась девушка, как только тот подошел к телефону.

— О, слушаю вас, мисс Колхаун…

В голосе прокурора сердечность причудливо переплелась с холодной осторожностью.

— Я пытаюсь узнать, что случилось с Джорджем Лет-ти, — продолжала девушка, — и решила, что вы можете мне помочь.

— Что вас заставляет думать, что с ним что-то случилось?

— Я не имею о нем никаких вестей.

— Совсем?

— Всего лишь короткое сообщение через администратора отеля, чтобы я о нем не беспокоилась и что он верит в мою преданность.

— Значит, он просит вас не волноваться?

— Да.

— А вы волнуетесь?

— Конечно.

— По-видимому, он неспроста передал вам это сообщение.

— Я уверена, что неспроста.

— Он, как мне кажется, проявил редкую чуткость и внимательность, заботясь о вашем спокойствии.

— Вы так считаете?

— Несомненно. И тем не менее вы не хотите прислушаться к его словам?

— Но я тревожусь, не зная, где он.

— Боюсь, что не смогу вам помочь.

— Ну что ж, разрешите прямо спросить вас, знаете ли вы, где он находится?

После минутного колебания последовал ответ:

— Нет, мисс Колхаун, буду с вами откровенен: я не знаю этого.

— Но вы полагаете, что с ним все в порядке? — настаивала Линда.

— Я считаю, коль он не велел вам волноваться, то и оснований для волнения у вас нет. Лично я верил бы в него и его честность и дружбу независимо от того, что про него могут сказать некоторые люди… Теперь разрешите задать вам вопрос, мисс Колхаун. Вы позвонили по своей инициативе?

— Ну конечно.

— Я имею в виду, вам не посоветовали это сделать?

Линда растерянно молчала.

— Не ваш ли поверенный, Перри Мейсон, сказал, что именно у меня вы должны спросить, где находится Летти?

— Почему же… я волновалась и…

— Да, — прервал ее Маршалл, — я убедился, что за вашей спиной все же стоит Мейсон. А теперь я хочу задать вам еще один вопрос: может быть, он слушает нас по параллельному телефону?

Линда Колхаун тихонько ахнула.

— К вашим услугам, — произнес Мейсон. — Доброе утро, Маршалл.

— Я так и думал, что вы явились вдохновителем этого звонка, — произнес прокурор. — Если бы у меня к вам были вопросы, Мейсон, я бы задал их как подобает мужчине лично, а не стал бы прятаться за женскую юбку.

— Я не собираюсь прятаться за женскую юбку, — ответил Мейсон, — но я должен знать, что вы заявляете из первых уст, и не хочу, чтобы мисс Колхаун с вами разговаривала, если меня при этом нет.

— Ну, теперь вы узнали, о чем говорилось?

— Я слышал весьма отчетливо, как вы заявили, что вам неизвестно, где Джордж Летти.

— Я говорил мисс Колхаун и повторяю: я не знаю, где находится Джордж Летти! — рявкнул Маршалл и швырнул трубку на рычаг.

— Вот теперь я действительно обеспокоена! — прошептала Линда.

— Очень сожалею, но ничем помочь не могу, — покачал головой Мейсон, — и вам придется примириться с таким положением вещей.

— Но каково положение вещей?

— Это нам еще придется выяснить. Я убежден, что Летти не угрожает физическая расправа… в этом я не сомневаюсь.

Секретарь Крайдера предупредила:

— В приемной находятся два репортера, говорят, им необходимо побеседовать с мистером Мейсоном.

— Пусть войдут? — спросил адвокат.

Крайдер кивнул, секретарь распахнула дверь приемной, вошли репортеры, и один из них заговорил:

— Мистер Мейсон, я хочу спросить вас прямо. Разговаривали ли вы сейчас по телефону с мистером Маршаллом?

— Да, я с ним разговаривал.

— Могу ли я полюбопытствовать, что побудило вас к этому?

— Мисс Линда Колхаун обеспокоена отсутствием ее нареченного, Джорджа Летти. Она подумала, что, возможно, Болдвину Маршаллу известно, где он находится. Она позвонила ему и спросила об этом, а я слушал по параллельному телефону.

— В таком случае вы не разговаривали с Маршаллом, а только слушали его беседу с мисс Линдой Колхаун?

— Нет, потом я говорил с ним.

— Вы не против сообщить нам суть этого разговора?

Видя, что Мейсон медлит с ответом, другой репортер спросил:

— Предлагали ли вы признать миссис Лоррейн Эль-мор виновной в непреднамеренном убийстве, если окружной прокурор уменьшит меру наказания?

— Господи, нет, откуда вы это взяли?

— Ходят такие слухи.

— Внушаемые, возможно, окружным прокурором? — поинтересовался Мейсон.

— Я не знаю их источника, но такие разговоры ведутся повсюду. Их слышал не только я, но и множество других людей.

— Для вашего сведения, — заговорил Мейсон, отчеканивая слова, а его глаза приобрели свинцовый оттенок, — в нашем разговрре не было даже намека на подобные вещи, и у меня вообще не возникало и мысли о таком абсурдном предложении… Могу также добавить, что я лично говорил с Маршаллом после того, как мисс Кол-хаун закончила с ним беседовать. Могу подтвердить, что Болдвин Маршалл заверил мисс Колхаун, что он ничего не знает о местопребывании Джорджа Летти.

— Почему история с Летти имеет такое значение?

— В данный момент я не готов обсуждать эту тему.

— Почему?

— Не располагаю необходимой информацией.

— Разрешите мне вас спросить еще вот о чем. Предварительное слушание дела назначено на завтра на десять часов утра. Намерены ли вы просить отсрочки?

— Трудно загадывать наперед, — с улыбкой ответил Мейсон, — но, как вы можете видеть, мистер Дункан Крайдер — здесь, я — тоже. И благодаря усилиям окружного прокурора Маршалла и шерифа миссис Лоррейн Эльмор может быть вызвана в суд.

— Означает ли это, что вы готовы приступить к предварительному слушанию?

— Очень может быть, но только сначала я бы хотел поговорить с Джорджем Летти.

— Почему? Он свидетель?

— Только не защиты.

— Тогда свидетель обвинения?

— Не могу сказать про обвинение.

Другой репортер спросил:

— Сэр, Болдвин Маршалл вам определенно сказал, что не знает о местонахождении Летти?

— Конечно.

— Но почему Летти исчез?

— Не могу сказать, я не знаю.

Вмешался первый репортер:

— Идут упорные разговоры, что вы либо предложите предъявить своей подзащитной обвинение в менее тяжком преступлении, либо согласитесь с передачей дела в суд присяжных.

— Откуда идут такие слухи? — сердито спросил адвокат.

— Частично из конторы Болдвина Маршалла. Он заявил совершенно определенно, что не согласится принять предложение обвинить миссис Лоррейн Эльмор всего лишь в непреднамеренном убийстве и таким образом смягчить вину.

— Говорил ли он, что такие переговоры уже велись?

— Он просто сказал, что не намерен рассматривать такое предложение.

— А вы спросите у него лично, делал ли ему такое предложение кто-либо, представляющий интересы миссис Эльмор, и, если он ответит утвердительно, сообщите ему, что в таком случае Перри Мейсон собирается объявить его лжецом.

Репортеры, жадные на скандалы, принялись лихорадочно строчить в своих блокнотах.

— Если же, — продолжал Мейсон, сверкая глазами, — мистер Болдвин Маршалл и дальше намерен делать вид, будто защита молит о прощении или смягчении вины обвиняемой, добиваясь вердикта «непреднамеренное убийство», то я совершенно официально заявляю, что это не так!

— Одну минуту! — прервал его репортер. — Фактически прокурор Маршалл заявил только, что не станет рассматривать такое предложение, но не упоминал, что оно сделано…

— Хорошо, передайте ему, что мы не согласны рассматривать иного предложения, кроме как признать невиновность миссис Эльмор. Мы желаем ее полного оправдания.

Оба репортера захохотали.

— Можно полностью привести ваши слова?

— К ним я еще добавлю, что мистер Крайдер придерживается того же мнения. Не забудьте, что он тоже выступает адвокатом в этом деле!

— Не забудем и завтра непременно будем освещать ход судебного заседания, — заверили его репортеры, а фотограф сделал уже десятый снимок знаменитого адвоката.

— Мы завтра тоже прольем на кое-что свет! — пообещал адвокат.

Когда представители прессы удалились, Пол Дрейк поманил Мейсона в личный кабинет Крайдера.

— Окружной прокурор бессовестно лжет! — сердито заявил детектив.

— Это ты про Летти?

— Про Летти. Он сейчас находится в Мексике, в отеле зарегистрировался под именем Джорджа Л. Карсона и примерно час назад звонил в кабинет Болдвина Маршалла и имел с ним долгий разговор.

— Что он еще делал?

— Шиковал. Вчера вечером парень здорово нализался. На обед ел жареную оленину, черепаховое филе, пил шампанское. Ему еще подали заказанные им две куропатки на вертеле, но он смог одолеть только одну. Однако шампанское вылакал до конца и еле добрался до отеля. Предполагается, что он завтра появится на слушании дела, но не раньше того, как его вызовет окружной прокурор. По всем признакам нам предстоит увидеть поставленную мистером Маршаллом сцену: «Не ждали». По-видимому, Летти располагает данными, которые должны произвести впечатление разорвавшейся бомбы.

— А ведь Маршалл — фрукт, Пол!

— Еще какой!.. Ты собираешься на суде разоблачить его и обвинить во лжи?

Мейсон приподнял брови:

— А о чем он лгал?

— Но ведь он же прямо сказал, что не имеет представления, где Летти!

— Он заверил Линду, что не может ей сказать, где находится Летти, он этого не знает.

— Ну и что?

— Линде не хватило сообразительности спросить его, где он был полчаса, час назад или на протяжении утра. Она просто спросила его, где сейчас Летти, и он ответил: «Нет, мисс Колхаун, я буду с вами откровенен: я не знаю этого».

— Почему же ты сам не прижал его к ногтю?.. Если он прибегает к такого рода словесным уверткам, спросил бы его, где Летти был утром.

— Если бы я так поступил, то упустил бы его с крючка.

— В каком смысле?

— Сейчас он на крючке, — весело сказал Мейсон, — потому что сам себя перехитрил.

— Как это?

— Я собираюсь поднять этот вопрос завтра в суде. Начну с того, что окружной прокурор совершенно официально ответил мне, что не знает о местопребывании Джорджа Летти. Маршалл, разумеется, станет возражать, что такого не говорил. Просто не знал, где был Летти в тот момент, когда говорил по телефону с Линдой.

— Ну?

— Ну и прокурор будет вынужден дать подробное объяснение на эту тему и предстанет в весьма неприглядном свете — типичным стряпчим по темным делишкам, мошенником и обманщиком. Вряд ли газетным репортерам или судье подобные трюки придутся по душе. Но если бы я спросил его о нахождении Джорджа Летти сейчас или накануне, он послал бы меня к черту и бросил трубку. И уж после этого — надумай я только поднять этот вопрос в суде — все сочтут, что это я не изложил полностью наш разговор. Нет, завтра я намереваюсь предстать возмущенным и оскорбленным и, возможно, немного сбитым с толку быстро разворачивающимися событиями… Так пусть Маршалл тешит себя предстоящим триумфом.

— Ну и кем же ты будешь: оскорбленным великомучеником или разъяренным правдолюбцем?

— Пока еще не знаю. Это зависит от того, как выгоднее клиентке, — улыбнулся Мейсон.

— А вот мне кажется, что тебе нужно разъяриться, — заявил Дрейк.

— Мы еще об этом подумаем, Пол.

— Разве ты в самом деле не выйдешь из себя, Перри?

— Адвокат всегда может «выйти из себя», если ему за это платит клиент. Но после того как ты не раз метал гром и молнии за деньги, совсем не хочется делать это бесплатно.

Дрейк захохотал.

— Вы, адвокаты…

— Вы, детективы… Смотри, чтобы твои люди ни на минуту не спускали глаз с Летти!

— Э, дорогой, такой почетный эскорт не у всякого премьера найдется! — махнул рукой, продолжая хохотать, Дрейк…