В аэропорту Мейсон подошел к пилоту.

— Готовы к вылету?

— Да, сэр.

— Горючего достаточно?

— Хватит с избытком.

Мейсон повернулся к Дункану Крайдеру.

— Полагаю, что ваша контора имеет широкий круг знакомств в Империал-Вэлли?

— Вплоть до ее южной границы.

— И конечно, кое-кто из ваших клиентов имеет земельную собственность для продажи?

— Безусловно.

— Не знаете ли вы кого-то персонально, у кого есть земля для продажи к востоку отсюда?

— Кажется, знаю.

— Смогли бы вы указать нам эти земли с самолета?

— Можно попробовать.

— Я интересуюсь участками в здешних краях, — пояснил Мейсон. — Полагаю, что это было бы неплохое капиталовложение. Естественно, я хочу вначале познакомиться с топографией местности, проверить, где расположены песчаные гряды дюн. Как я слышал, их достаточно к востоку и северу отсюда. Вот почему до нашего возвращения в Лос-Анджелес я надумал покружить над этими местами.

— Я полечу с вами, — сказал Крайдер, — а позднее покажу вам список продаваемых участков с указанием цен на них. В данный момент я могу сообщить лишь самую общую информацию.

— Общая информация — это все, что мне требуется, — сказал Мейсон. — Как мне кажется, надо направиться к востоку отсюда, а потом пролететь над всеми дорогами, поворачивающими на север. Меня интересует именно эта часть долины. А также, как я уже говорил, мне бы хотелось получить представление о топографии местности. Если вы согласны сопровождать меня и отвечать на мои вопросы, которые могут у меня возникнуть, мы потом вас доставим обратно в аэропорт.

— Лечу с радостью, — отозвался Дункан Крайдер.

— Мы хотели бы лететь на предельно малой высоте, — предупредил Мейсон пилота, — а потом, возможно, вернемся в Лос-Анджелес, не останавливаясь для заправки.

— Хорошо, — ответил тот. — Могу вас доставить куда угодно, но, конечно, в дозволенных границах.

Они уселись по местам и пристегнули ремни. Пилот вырулил самолет на взлетную дорожку и, дав газ, взмыл над полем.

— Куда держим курс? — спросил пилот.

Мейсон повернулся к Дункану Крайдеру:

— Командуйте.

— На восток миль пятнадцать, пожалуйста, — распорядился тот, — и для ориентировки пролетите над Калексико, а потом вдоль асфальтированной дороги на Юму.

Пилот кивнул, самолет накренился, совершая поворот.

Когда они летели над мотелем, Мейсон воспользовался возможностью изучить обстановку. Он обратил внимание, что фургон типа погребального катафалка стоит возле коттеджа с номером 14.

Самолет описал круг.

— Правильно? — спросил пилот.

— Правильно, — кивнул Крайдер и указал на восток.

Несколько минут они летели над поблескивающей внизу асфальтовой лентой шоссе.

— Отсюда и дальше надо обследовать все дороги, ответвляющиеся от шоссе на север, — распорядился Мейсон.

— На каком расстоянии?

— До конца этого шоссе. Оно тянется всего на несколько миль до другого, ведущего на Эль-Сентро и Холтвилл. Мы хотим изучить отрезок между ними.

— А что вы ищете? — спросил пилот.

— Просто смотрим земельные участки, — ответил Мейсон.

Пилот спустился еще ниже, теперь они летели в тысяче футов над землей. Обследовав боковую дорогу, вернулись к шоссе и занялись осмотром другой.

Пилот со значением произнес:

— Вон то, что вы, возможно, ищете.

Мейсон, сидевший в кресле второго пилота, сказал:

— Я ничего не вижу.

Самолет набрал высоту, потом круто спустился, пролетев на бреющем полете над увязшей в песке машиной.

— Увязла в песке, — сообщил пилот, — во всяком случае, похоже на то.

— Хорошо, — распорядился Мейсон, — пролетите еще пару миль к северу и возвращаемся на аэродром. Там заполните баки горючим и будьте готовы к взлету, как только понадобится. — Он повернулся к Крайдеру: — Вы сумеете отыскать эту дорогу?

Крайдер кивнул.

— Она находится неподалеку от участка, которым владеет ваш знакомый?

— Как раз на нем, — уточнил Крайдер и подмигнул адвокату.

— Я хотел бы взглянуть на него поближе, — попросил Мейсон.

— Я отвезу вас туда.

— Это не так уж далеко, — заметил пилот, делая круг над аэродромом и идя на посадку.

Ловко подрулив к ожидавшей их на земле машине, самолет остановился.

Пассажиры вылезли из него и пошли к автомобилю. Когда они были на порядочном расстоянии от пилота, Мейсон сказал Крайдеру:

— Садитесь-ка вы за руль, вы же знакомы Q этими местами… Кстати, та дорога вам хорошо знакома?

— Да, я знаю ее. Частично она покрыта спрессованным песком, а частично — обычным, сыпучим.

— Что за спрессованный песок? — заинтересовался адвокат.

— Здесь часто дуют ветры, временами очень сильные. Они сдувают с поверхности почвы все, что оказывается им под силу. Остается только основа из плотно утрамбованного песка. Когда ветры одного направления стихают, ветры другого начинают наносить песчинки на расчистившиеся места. По этой причине здесь рядом соседствуют сыпучие барханы и участки твердой, как гравий, почвы с небольшими скальными обнажениями. Эти породы, отполированные ветром и прокаленные солнцем, блестят, словно темный мрамор.

— На такой почве трудно обнаружить следы машины?

— Если они совершенно свежие, то…

— Я имел в виду не это, — сказал Мейсон, — но мы посмотрим. Нам надо туда попасть как можно скорее, время дорого.

Крайдер кивнул, прибавляя скорость.

— Я не уверен в этичности ваших действий, — сказал он через некоторое время, — но тут уж я умываю руки.

— Что вы имеете в виду под этичностью?

— Насколько я понимаю, мы едем отыскивать вещественные доказательства?

— Доказательства чего?

— Не знаю.

— Я тоже. Мы просто проверяем кое-какие факты.

— Но позднее эти факты превратятся в улики.

— Именно об этом я все время думаю, — откликнулся Мейсон. — Если эти факты будут доказывать, что наша клиентка находится и была в эмоционально-неуравновешенном состоянии, мы попытаемся отложить обнаружение этих фактов на более поздний срок.

— Ну а если они нам будут благоприятны, позвольте так выразиться?

— Если мы будем знать, что они относятся к делу и подтверждают рассказ миссис Эльмор, тогда мы сами обратим на них внимание полиции.

— Вы полагаете, что они могут оказаться таковыми?

— Боюсь, они окажутся чрезвычайно важными, но неблагоприятными для нашей клиентки… И тут опять возникает вопрос профессиональной этики: адвокат обязан защищать своего клиента. Это первое и основное правило юрисдикции. Люди, формулирующие ее каноны, считали само собой разумеющимся, что адвокат будет защищать клиента, поэтому они закрепили правила его профессионального поведения, дабы адвокат не заходил слишком далеко… И все же первейшая обязанность адвоката — быть лояльным к клиенту и всячески отстаивать его интересы. Нервная система нашей клиентки в данный момент не в порядке. Миссис Эльмор рассказала мне историю, которую я не могу повторить властям, потому что в какой-то мере то, что было ею сказано, является профессиональной тайной… Но если я не имею права сообщить эти сведения, я не могу выдать клиентку и своими действиями тоже.

— Что вы имеете в виду?

— Если бы властям стало известно, что мы сели в машину и поехали сюда, они бы могли, естественно, предположить, что для этого имелась какая-то причина и что наша клиентка рассказала нам нечто такое, что принудило нас предпринять такие действия.

— Ясно, — протянул Крайдер.

— Поэтому-то я не видел необходимости ставить полицию в известность о нашей поездке сюда в поисках машины.

— Я начинаю понимать что к чему. Например, причину вашего интереса к приобретению участка в этих краях и равнодушия к увиденной внизу машине…

— Мне кажется, нашему пилоту можно полностью доверять, но чего ради подвергать его испытанию?

— Теперь понятно, почему вам так не терпится поскорее отправить его назад в Лос-Анджелес.

Мейсон усмехнулся.

— Если его не будет в этих местах и он ничего не услышит об убийстве, он не будет болтать.

— Согласен.

Они молча ехали вперед, пока Крайдер не свернул налево.

— Это та дорога? — уточнил Мейсон и, когда Крайдер кивнул, попросил: — Поедем помедленнее, чтобы не проглядеть следы колес.

— Движение здесь редкое, сюда наведываются только охотники. Эта дорога огибает некоторые из блуждающих песчаных барханов, о которых я вам рассказывал. По какой-то неизвестной мне причине ветры здесь образуют завихрения. И когда ветер, несущий песок, теряет скорость, он теряет и свою ношу, отчего и возникают кочующие дюны.

— Ага, вот и ваш спрессованный песок, можно подумать, что грунт покрыт бетоном!

— А чем это не естественный бетон!.. Видите — всюду гладкие плоские камни? Как они блестят на солнце, верно?

Машина мчалась вдоль дороги, но потом забуксовала, попав на участок, засыпанный песком, пройдя его, снова набрала скорость на гальке, отражавшей солнечные лучи.

— Впереди машина, — предупредил Крайдер. — Массачусетский номер.

— Думаю, нам следует остановиться здесь, — решил Мейсон. — Хотя нет, подождите… Поезжайте вперед до тех пор, пока сумеете не увязнуть.

— Я сумею проехать очень даже далеко, — засмеялся Крайдер, — потому что я вырос в этих краях и знаю, как надо действовать. Если начнешь сражаться с песком, то обязательно застрянешь. Тут нужно снизить скорость и стараться не рыхлить песок. Но если и это не поможет… тогда выпускают немного воздуха из камер и…

— Понятно… Давайте остановимся и проделаем это, я не хочу оставлять следов.

— Хорошо… Выпустить немного воздуха не помешает, и вы поразитесь, как все сразу изменится.

Они остановились, Крайдер спичкой нажал на ниппели, выпустив часть воздуха из камер.

— Только нам придется ехать очень медленно до ближайшей станции обслуживания, — предупредил он.

— Ничего, это не страшно.

— Вы хотите взять машину на буксир?.. Мы могли бы это сделать.

— Но у нас нет каната.

— Если поискать, то наверняка здесь найдется старая колючая проволока… скрученная в несколько рядов, она образует великолепный трос.

— Не думаю, что нам следует трогать автомобиль, — покачал головой Мейсон, — но нет оснований останавливаться, пока мы не наткнемся на эту помеху на нашем пути…

Крайдер подъехал к застрявшей машине футов на пять-шесть.

— Могу сказать, как это произошло, — заметил он. — Водитель прибавил скорости, его стало заносить то вправо, то влево, он дал задний ход и, взбив песок, закопал колеса и сел на диффер.

Мейсон кивнул.

— Сейчас мы с вами, Крайдер, выйдем, а Пол и Делла пусть остаются на местах. Не надо оставлять следов больше, чем необходимо.

— Ба! Вокруг машины множество следов, будто здесь ходили толпы, к тому же кто-то влезал в нее с левой стороны и даже не потрудился захлопнуть дверцу. А если она открыта, автоматически включается свет. Теперь аккумулятор со временем сядет… Как считаете, дверцу следует закрыть?

— Не надо, лучше все оставим так, как есть.

Они приблизились к машине, заглянули внутрь.

— Смотрите, нет ли следов или чего-нибудь еще? — спросил Крайдер.

— Чего-нибудь ёще.

Обернув руку носовым платком, Мейсон открыл заднюю дверцу, заглянул внутрь и неожиданно выпрямился.

— Что такое? — спросил Крайдер.

— На сиденье водителя лежит зеленая облатка, по внешнему виду напоминающая барбитурат — снотворное.

— Иногда употребляемое в качестве так называемой сыворотки правды, — добавил Крайдер.

— Тогда ее вводят внутримышечно, чтобы можно было контролировать дозировку… Интересно!

— Полагаю, нам следует забрать облатку с собой и уточнить, что это такое, — сказал Крайдер.

— Мы оставим таблетку, где она лежит, а вот ключи от зажигания нам понадобятся, чтобы отпереть багажник.

Мейсон потянулся, вытащил ключи, торчавшие в замке зажигания, нашел ключ от багажника и, отперев его, заглянул внутрь.

— Ничего, — пробормотал Крайдер. — Скажите, а что вы там ожидали найти?

— Ничего, я просто смотрю и думаю. — Мейсон закрыл багажник, вставил ключ зажигания в отверстие, кивнул Крайдеру, и они вернулись к своей машине.

— Все? — спросил Крайдер.

— Все.

— Нашли что-нибудь? — поинтересовался Дрейк.

— При таком поспешном осмотре мы не сумели обнаружить ничего существенного, — отозвался Мейсон, — вот только на водительском сиденье справа лежит зеленая облатка, ее могли выронить из дамской сумочки.

— И это все, что вы обнаружили?

— Все.

— Похоже, ты почувствовал облегчение? — заметил Дрейк.

— В подобной ситуации никогда не предугадаешь, что найдешь в машине.

— Ты имеешь в виду еще один труп?

— Я имею в виду, что никогда не знаешь, что сможешь-найти.

Крайдер умело развернул машину, сделав широкую подковообразную петлю по рыхлому песку и выбрав как раз такую скорость, чтобы колеса в нем не забуксовали. В глубоком молчании они выехали на асфальтированное шоссе. На ближайшей станции обслуживания подкачали камеры, а пока этим занимались, Мейсон — подошел к телефону-автомату и позвонил шерифу.

При словах «Контора шерифа!» Мейсон заговорил:

— Я адвокат из Лос-Анджелеса. Интересуясь земельными участками в долине, совершал полет над этими местами в зафрахтованном самолете, чтобы ознакомиться с топографией местности, и заметил автомашину, вроде бы увязшую в песке и брошенную владельцами. Автомобиль находится на дороге, ответвляющейся от шоссе Холтвилл — Юма. Поворот — милях в пятнадцати от Калексико. Я бы советовал вам проверить… В машине, по-видимому, никого нет, никто не подавал сигналов бедствия, поэтому мы не обратили на нее особого внимания. Но позднее, когда производился осмотр будущей собственности, я находился поблизости от того места. Мы подъехали к машине. На ней массачусетский номерной знак. Она в самом деле застряла в песке, и владельцы ее бросили. Я подумал, что вам об этом следует знать.

— Благодарю вас, мы возьмем это на заметку.

Мейсон повесил трубку, подошел к Дункану Крайдеру и сказал:

— Я оставляю дело на вас. С вами будет Пол Дрейк, на которого вы можете целиком положиться. Я сообщил о находке машины шерифу. Не забывайте, что мы осматривали земельные участки, которые намерен продать один из ваших клиентов.

— Не забуду… Что еще?

— Больше ничего.

— Возвращаетесь в аэропорт?

Мейсон кивнул и, подумав, сказал:

— Вам надо дать, немного денег на расходы. — И, вытащив бумажник, он достал два стодолларовых банкнота.

— Спасибо, — поблагодарил Крайдер и добавил: — У вас есть номер моего телефона. Держите меня в курсе дел.

— А вы в свою очередь сообщайте, как будут разворачиваться события, — распорядился Мейсон. — Вскоре появится Линда Колхаун и станет наводить справки о тетушке. Линда очень дружна с Джорджем Летти и все, что ей известно, тут же ему сообщает. Ну а то, что знает Летхи, незамедлительно будет знать весь белый свет.

— Пол, — обратился адвокат к Дрейку, — тебе остается эта машина из проката. Побудь в Калексико, поддерживай там тесную связь с Крайдером. Ну и держи ухо востро! В первую очередь постарайся узнать, что тут думают об убийстве Девитта, и обязательно займись Хаулендом Брентом. Если он поведет себя подозрительно, то… ты мне позвони. Установи за ним слежку, но чтобы он не заметил.

— Как вести себя, если меня запросят официально? — спросил Дрейк.

Мейсон улыбнулся.

— Вы обо всем докладывайте мне, а я сотрудничаю с властями, как всегда.

— Ну как ты с ними сотрудничаешь, мне известно, — проворчал детектив.

— Ты меня удивляешь, Пол! Разве мы не сотрудничаем с властями? Мы же им сообщили о находке!

— Но ты забыл, почему ты нашел машину?

— Как так? Я сказал, что интересуюсь земельными участками в долине, хочу вложить в них часть своих денег. Это же великолепное помещение капитала! Не уверен, что и вправду не возьму в аренду какой-нибудь участок недели на две.

— Ясно, — пробормотал Пол.

— Ну и конечно, я упомянул, что на машине массачусетский номер, этот факт привлечет к себе внимание…

— Ну хватит, — проворчал Пол.

Когда они вернулись в аэропорт, Мейсон повернулся к Крайдеру и подал ему руку.

— Желаю удачи, звоните мне, как только произойдут какие-либо изменения, а Пол будет поддерживать связь с вами и со мной.

— Я, кажется, понимаю, чего вы хотите, мистер Мейсон.

— Не сомневаюсь в этом, — слегка улыбнулся Мейсон. — Вам, по-моему, так же ясно, и чего я не хочу.

— Конечно. Правда, это немного сложнее, но общее представление я получил. Мне ясно, что вы человек страшно занятой и у вас просто не было времени 'познакомить меня со всеми подробностями… Нашим властям не повезло, что вы так спешите в Лос-Анджелес, что даже не смогли выбрать пару часов и рассказать мне обо всех деталях.

— Вот именно, придется вам пустить в ход собственное рассуждение.

— Постараюсь.

Мейсон взял Деллу под руку и поднялся в самолет.

— Я полагаю, — сказала Делла, — этот молодой человек недолго засидится в таком глухом месте.

Мейсон подтвердил:

— Да… про него можно сказать: он мыслит, как опытный юрист.