Делла усадила миссис Эльмор в удобное кресло, а сама устроилась на стуле напротив нее. Мейсон после минутного колебания присел на краешек кровати.

— Что вы можете рассказать о том, что с вами случилось, миссис Эльмор?

— Вы приятель Линды?

— Да, она имела со мной дело по другому поводу. Полагаю, она будет заинтересована в…

— Раз вы друг Линды, то мне нечего скрывать… Они убили Монтроза!

— Кто?

— Враги, — ответила она неопределенно.

— Чьи враги?

— Его, — сказала она и заплакала.

Делла успокаивающе погладила ее по плечу.

— Постарайтесь собраться с силами и рассказать нам все, как было, а уж потом давайте волю слезам.

— Сообщите нам факты, — мягко попросил Мейсон.

Миссис Эльмор вытерла глаза:

— Ох, мы были бы с ним так счастливы!

— Успокойтесь, прошу вас. — Делла сочувственно пожала женщине руку. — Соберитесь с мыслями и расскажите мистеру Мейсону все, что произошло.

— Это так ужасно! Ведь мы хотели просто жить своей жизнью, найти свое счастье, начать все с самого начала.

— Прошу вас, будьте добры, изложите суть случившегося, — нетерпеливо повторил адвокат, — только факты.

— Нас преследовали, — заявила миссис Эльмор, — и Монтроз очень испугался. Он сказал, что есть люди, которые хотят с ним расправиться… — Она снова заплакала.

Мейсон нахмурился.

— Миссис Эльмор, сейчас я буду задавать вам вопросы. Отвечайте на них точно и коротко. Где ваша машина?

— Там! — Она неопределенно махнула рукой.

— Где там?

— На грунтовой дороге.

— Где?

— В нескольких милях отсюда.

— Как далеко?

— Не знаю.

— Сколько времени вы ехали, прежде чем выйти из машины?

— Это случилось примерно… да, минут через двадцать после того, как мы выехали отсюда.

— Когда вы отсюда выехали?

— Не знаю, около полуночи.

— Почему?

— Понимаете, машина, которая нас преследовала, оказалась здесь на автостоянке. Монтроз ее узнал.

— Он знал того человека, который ее вел?

— Нет.

— Но она вас преследовала?

— Да.

— Вы уверены?

— Конечно. Тот человек остановился у бензоколонки, чтобы пропустить нас вперед, а потом стал догонять. Тогда Монтроз сбавил скорость и дал ему проехать мимо.

— Понятно. Итак, вы с Монтрозом сели в свою машину. Куда вы направились?

— Мы хотели спокойно потолковать, кое-что спланировать, но увидели, что за нами шпионят. Вот мы и решили поехать в какое-нибудь такое место, где нам никто не мешал бы и ничего не подслушал.

— И каков был ваш путь?

— Мы поехали по шоссе, а потом свернули на грунтовую дорогу.

— Вы знаете, в какую сторону направлялись по шоссе?

— Туда, откуда мы приехали.

— К Юме?

— В том направлении.

— Ну и что было потом?

— Мы добрались до грунтовой дороги, свернули на нее и остановились.

— Далеко вы проехали по ней?

— Не знаю. Как будто немного… Только так, чтобы съехать с шоссе.

— Назад вы пришли пешком?

— Это было потом… после… того, как мужчина заставил Монтроза… выйти из машины.

— Значит, вы остановились, сидели и разговаривали. Ну а потом что случилось?

— Та машина вплотную подъехала к нашей. Фары у нее были выключены, мы ничего не заметили, пока она чуть не врезалась в нас. Монтроз открыл дверцу и стал вылезать из машины, а тот человек уже стоял на дороге. Мы ничего не смогли разобрать, то есть рассмотреть, как он выглядит, его лицо было закрыто платком, такой тонкий белый платок свешивался с полей шляпы… Он приказал нам: «Выходите!» — и ткнул пистолетом прямо в лицо Монтрозу.

— Вы видели оружие?

— Да, да. Светила луна, и я заметила, как тускло блеснуло дуло пистолета.

— Ну и что произошло потом? И рассказывайте побыстрее, это крайне важно.

— Этот человек приказал мне оставаться на месте, а они с Монтрозом пошли назад. Внезапно Монти попытался отнять у него пистолет. Тогда негодяй ударил его дубинкой, Монти упал, а тот все бил его и бил! Это было ужасно!..

— Спокойней! — остановил ее Мейсон. — Не впадайте в истерику. Что случилось дальше? Держите себя в руках… сейчас важны только факты.

— Человек оставил Монти лежать на обочине. Тот был мертв. Я не сомневаюсь — так бить тяжелым предметом, я ясно слышала звуки ударов.

— Дальше. Человек вернулся к машине. Что потом?

— Он влез в машину, всю ее обыскал, проверил отделение для перчаток. Потом вырвал у меня сумочку и велел ехать на машине прямо вперед.

— То есть дальше от шоссе?

— Да.

— Вы ехали по грунтовой дороге?

— Да.

— Человек сидел позади вас?

— Нет, он перешел в свою машину и ехал следом.

— Фары у него были зажжены?

— Нет.

— Платок оставался на лице?

— Да.

— И что последовало за тем?

— Я ехала, пока он не засигналил и не включил фары. Тогда я остановилась, и он, не вылезая из машины, сказал: «Ну, сестренка, поезжай вперед как можно дальше».

— Потом?

— Он развернулся и уехал.

— А что сделали вы?

— То, что мне было велено. Я включила мотор и пустила машину по дороге под уклон на одних тормозах, я только и думала, как бы поскорее скрыться от этого убийцы.

— Продолжайте.

— Неожиданно дорога исчезла, все было засыпано песком. Наверно, я потеряла голову от страха и принялась метаться из стороны в сторону. В результате колеса увязли в песке и мотор вскоре заглох.

— Затем?

— Я сделала несколько бесплодных попыток выручить машину, но у меня ничего не получилось. Колеса увязали в песке все глубже и глубже…

— Что вы тогда сделали?

— Какое-то время я просидела в отупении, потом пешком отправилась сюда.

— Так и проделали пешком весь путь?

— Да.

— Теперь послушайте внимательно, это крайне важно… На обратном пути вы вспомнили, где вас остановил тот тип?

— Нет, я просто шагала вперед вдоль дороги. Все надеялась увидеть Монти на обочине… его труп… но человек, очевидно, увез тело с собой.

— Вы не слышали выстрелов?

— Нет.

— А что произошло с вами?

— Я упорно шла вперед, хотя в кровь стерла ноги и чувствовала смертельную усталость. В конце концов я сбилась с пути. Видимо, сошла с дороги и блуждала неизвестно где, пока не выбралась на шоссе. Позже какой-то мужчина остановил машину и подвез меня.

— Давайте-ка взглянем на ваши ноги.

Она показала одну ногу.

— Чулки я сняла, они порвались и еще больше натирали пальцы, — объяснила она. — Шла в одних туфлях.

Мейсон снял туфли и взглянул на ссадины и царапины, сплошь покрывавшие ноги женщины.

— Так вы сами видели, как этот тип избивал Монт-роза Девитта?

— Господи, да! Я видела и слышала. Ох, это было так ужасно! Он колотил его дубинкой даже после того, как Монти упал и не шевелился, он пинал его ногами и…

— Но никаких выстрелов?

— Нет, выстрелов я не слышала.

— Я хотел бы, чтобы вы тут посидели, миссис Эль-мор, и отдохнули. Мне и моей секретарше нужно позвонить.

— Я… я приму ванну, — проговорила она, поднимаясь с кресла.

Женщина сделала шаг и упала бы, если бы ее не подхватил Мейсон.

— Ох, мои ноги! — простонала она. — Бедные ноги!

Она все же доковыляла до ванной и закрыла за собой дверь.

Мейсон повернулся к Делле.

— Делла, она врет!

— Откуда вы знаете?

— Я видел покойника. На лице у него ни единого пятнышка, и ничто не указывает, что его забили насмерть. Но если она расскажет эту историю полиции… Нет, мы не можем этого допустить.

— Но как ее остановить?

— Это тот случай, когда нужен человек, хорошо ориентирующийся в обстановке, знающий тут все ходы и выходы. Здесь живет адвокат, с которым я когда-то работал. Его зовут Дункан Крайдер. Свяжись с ним по телефону и попроси немедленно приехать сюда. Пусть бросает все.

— А если его нет на месте?

— В этом случае мы погибли, потому что я не знаю другого адвоката, которому бы мог полностью довериться. Крайдер — надежный компаньон.

Мейсон подошел к окошку, раздвинул занавески и выглянул наружу. Перед номером 14 уже стояло несколько машин и собралось с десяток ротозеев.

Когда Делла вернулась, миссис Эльмор еще не выходила из ванной.

— Дозвонилась?

— Да, шеф, и он уже едет. Он мне что-то хотел объяснить, но я сказала, что времени нет ни минуты и что вы в нем нуждаетесь. Дорога каждая минута.

— Умница, а теперь… — Он замолчал, потому что открылась дверь ванной и появилась миссис Эльмор… Вид у нее был еще более измученный и усталый, чем до купания. Она, сильно прихрамывая, двинулась к креслу.

Делла поспешила ей на помощь.

— Вы не хотите прилечь? — спросила она.

— Да, — простонала миссис Эльмор, — вчера вечером я приняла несколько пилюль… Я думала, что, может быть, сумею уснуть… Ох, как я хочу все это позабыть! Может быть, у вас найдется что-нибудь успокоительное?

Делла довела ее до кровати, уложила и сказала:

— Лежите спокойно, а я намочу полотенце холодной водой и положу его вам на глаза.

Миссис Эльмор благодарно улыбнулась.

— Но сначала мне нужно заявить в полицию.

— Это успеется, — вмешался Мейсон. — Делла о вас позаботится.

Он поспешно вышел из комнаты и заперся в телефонной будке, заказав срочный разговор с Линдой. Когда та ответила, Мейсон сказал:

— Линда, это Мейсон. Я хочу, чтобы вы внимательно выслушали меня и…

— Мистер Мейсон, что случилось? Что-то с тетей Лоррейн или же с…

— Замолчите! — рявкнул Мейсон. — Слушайте, что вам говорят. Монтроз умер, на долю вашей тетушки выпало немалое испытание, по ее словам, его забили насмерть на ее глазах. Она совершенно в расстроенных чувствах и близка к истерике. Некоторые ее показания вызывают сомнения, а точнее, история, рассказанная ею, просто… Одним словом, неубедительна.

— Тетя Лоррейн не станет лгать! — заявила Линда.

— Вы уверены?

— Ну, в известной мере, конечно.

— Она не солгала бы, даже если бы ее принуждали к этому?

— Только, возможно… если она любит этого человека.

— В ее истории есть что-то, в чем я не могу пока разобраться. Вы не станете возражать, если я буду представлять вашу тетю? Ей нужен защитник… И прямо сейчас.

— Конечно же это очень хорошо. Я с самого начала хотела, чтобы вы это сделали, чтобы вы…

— Одну минуту, подождите. Подумайте как следует. Если я представляю миссис Эльмор, значит, я не представляю ни вас, ни Джорджа Летти.

— Важнее, чтобы вы представляли тетю. Что касается Джорджа, то он-то какое имеет к этому отношение?

— Не знаю. Возможно, Джорджу что-то известно. А может, и нет. Если я буду представлять вашу тетю, она будет моей клиенткой. Ну так хотите вы этого или нет?

— Да, пожалуйста, мистер Мейсон.

— Хорошо, не уходите далеко от телефона, я буду вам по необходимости звонить.

— Может, мне приехать к вам?

— Пожалуй, да. Летите самолетом, если у вас нет никого, кто бы довез вас сюда машиной.

Стоявший возле будки человек нетерпеливо постучал по стеклу.

— Эй, дорогой, когда вы кончите? Я репортер, мне нужно срочно передать сообщение в газету.

— Договорились, — завершил разговор Мейсон. — Я позвоню вам позднее.

И он вышел из кабины, куда бросился репортер и принялся торопливо набирать номер.

Мейсон вернулся к себе, тихонько приоткрыл дверь и увидел, что Делла сидит на краешке кровати, придерживая влажное полотенце на лбу миссис Эльмор. Заметив Мейсона, она предостерегающе приложила палец к губам. Мейсон осторожно подошел к окну и посмотрел на площадку для стоянки машин и на людей, сбившихся группами.

Раздался стук в дверь. Миссис Эльмор попыталась подняться на кровати.

— Лежите спокойно, все хорошо! Вам нечего беспокоиться, — остановила ее Делла.

Мейсон подошел к двери и спросил:

— Кто там?

Ответил мужской голос:

— Дункан Крайдер, мистер Мейсон.

Адвокат отворил дверь с приветливой улыбкой, но она тут же исчезла с его лица. Стоявший на пороге молодой человек оказался почти одного роста с адвокатом, у него были темные волнистые волосы, стального цвета глаза смотрели спокойно и уверенно, лицо с правильными чертами освещала располагающая улыбка.

— Вы не тот человек, за которым я посылал, — резко произнес Мейсон.

— Я пытался объяснить вашей секретарше, что мой отец сейчас лежит в больнице. Я его заменяю, насколько могу, но ваша секретарша не дала мне рта открыть, велела быстрее приезжать и повесила трубку.

— Понятно, — задумчиво протянул Мейсон, — очень огорчен болезнью вашего отца. Надеюсь, что он скоро поправится. Вы что же, партнеры?

— Верно, «Крайдер и Крайдер».

Мейсон повернулся к Делле.

— Твой номер открыт?

Девушка кивнула.

— Мы поговорим там, — решил адвокат, не спуская оценивающего взгляда с молодого человека.

— Очень сожалею, что так получилось, — заговорил Дункан Крайдер, как только за ними захлопнулась дверь. — Как я понимаю, у вас какое-то срочное дело, но у меня не было ни малейшей возможности устранить недоразумение по телефону, вот я и решил приехать и объяснить все лично.

— Как давно вы практикуете?

— Около двух лет, мистер Мейсон. Мой отец много рассказывал о вас, так что у меня сложилось впечатление, что мы с вами хорошо знакомы. Мы по прессе с восхищением следим за вашими успехами.

— Что ж, садитесь поудобнее и поговорим откровенно. Вам предстоит узнать кое-что о юридической практике, не показанной в учебниках.

— Вы хотите, чтобы я работал вместе с вами?

Мейсон молча кивнул.

— Что за дело?

Достав из кармана банкнот, Мейсон протянул ему.

— Это задаток, позднее, разумеется, будут и другие деньги. Затрудняюсь сказать, сколько мы получим, но важно то, что теперь мы партнеры.

Дункан Крайдер с самым серьезным видом взял поданный доллар, аккуратно положил его в бумажник и сказал:

— Я весь внимание.

— В номере 14 обнаружен труп, есть подозрение, что человек был убит, но точно я не знаю. Знаю только следующее: Лоррейн Эльмор, наша клиентка, находится на грани нервного срыва, хотя сейчас нам удалось ее немного успокоить. Она уверена, что была свидетельницей убийства.

— В мотеле? — спросил Крайдер.

— Нет. Дело в том, что описанная ею история выглядит странно, я бы сказал неправдоподобно. Когда показания миссис Эльмор начинаешь сравнивать с имеющимися фактами, получается полное несоответствие. Я не хочу, чтобы наша клиентка рассказывала эту историю полиции. Но, с другой стороны, если она совсем ничего не расскажет, будет еще хуже. Поэтому остается единственный выход.

Крайдер долгим взглядом посмотрел Мейсону в глаза и спросил:

— Нужен хороший врач?

— Молодой человек, у вас удивительно острый юридический ум. По всей вероятности, вы унаследовали талант своего отца, как говорится, вы сколок старой глыбы… — Затем Мейсон продолжил: — Мне необходим местный адвокат по двум соображениям: во-первых, он может раздобыть хорошего врача, а во-вторых, связаться с коронером, газетными репортерами и здешними жителями, чтобы вытянуть на свет Божий все факты до того, как наша клиентка успеет открыть рот.

— Вы не знаете, этот телефон соединен с другими?

— Он соединен с коммутатором в конторе, и разговор может услышать оператор на пульте. Снаружи есть телефонная будка.

Крайдер кивнул, пошел к двери, но вернулся обратно.

— Они стоят в три ряда перед будкой.

— О, звоните отсюда, — решился Мейсон, — но только будьте осторожны в разговоре.

Крайдер поднял трубку и сказал:

— Город, прошу вас… Ох, понятно, вы сами должны вызвать абонента, но я, к сожалению, не помню его номера телефона, и у меня под рукой, увы, нет телефонной книги… Но это доктор Кэттл… Будьте добры, соедините меня с ним! — Через полминуты Крайдер опять заговорил: — Это Дункан Крайдер-младший. Я нахожусь в мотеле «Палм-Корт» в номере 7. Это ближе к улице, если вы повернете на место стоянки с правой стороны… Я хотел бы, чтобы вы приехали сюда немедленно, да, немедленно! Разумеется, срочный случай, но не хирургический, я вас жду так скоро, как только вы сможете управиться. — Он положил трубку. — Доктор Кэттл сейчас приедет. Между прочим, он часто производит вскрытие по просьбе коронера.

— Понятно, — отозвался Мейсон. — Вы, очевидно, с ним на дружеской ноге?

— Да, мы весьма близки. Он папин клиент и в то же время лечащий врач.

— Ваш тоже? — подмигнул Мейсон.

Крайдер усмехнулся.

— Пока я в этом не нуждаюсь.

— Умерший — некий Монтроз Девитт, — продолжил свой рассказ Мейсон, — а нашу клиентку зовут Лоррейн Эльмор. Она вдова из Массачусетса. Все данные говорят за то, что Девитт был мошенником того сорта, которые наживаются на женщинах. Возможно, даже на счету у него и более серьезные преступления.

— Убийство жертв?

Мейсон кивнул.

— И что с ним случилось? — спросил Крайдер.

— Он мертв. Его нашли на полу номера, где он находится сейчас. У нашей клиентки соседний номер — 16-й. Имеются данные, что обе комнаты были подвергнуты поспешному обыску, причем тот, кто этим занимался, сумел больше внимания уделить номеру 14. Чемодан открыт, и некоторые вещи из него вынуты, но признаков беспорядка не наблюдается… Однако в номере 16, который занимала Лоррейн Эльмор, обыск явно производился в большой спешке и одежда разбросана по всей комнате. Не исключено, что у нее была с собой крупная сумма денег…

Я заинтересовался делом потому, что племянница миссис Эльмор, мисс Линда Колхаун, обратилась ко мне с просьбой предотвратить возможное убийство ее тетушки…

— И вступление в брак? — полувопросительно добавил Крайдер.

Мейсон улыбнулся.

— Крайдер, во мне растет уверенность, что мы с вами найдем общий язык и прекрасно сработаемся… Итак, дальше. У Линды Колхаун есть приятель, некто Джордж Летти, который тоже находится в этом мотеле примерно часов с одиннадцати вечера вчерашнего дня. По странной случайности он снял комнату, смежную с номером 14, и он сам мне сказал, что стены в домиках очень тонкие — слышимость просто потрясающая… При желании каждое слово разобрать можно… На этой стороне идут нечетные номера, на противоположной — четные, так что Летти слышал разговор за стеной либо в номере 14, либо в номере 10.

— И что же он услышал?

— Он не сказал и не намерен говорить. То, что я узнал, вырвалось у него нечаянно. Полагаю, теперь из него и слова не вытянешь!

— Он может знать что-либо, касающееся убийства?

— Разумеется.

— Что он собой представляет?

— Официально он изучает право… Хотя, похоже, большую часть времени проводит перед зеркалом, любуясь своим отражением и пытаясь быть похожим на героев последних телефильмов. Линда Колхаун, его приятельница, работает и, по-видимому, имеет неплохое жалованье. Из него она платит за учебу Джорджа Летти. Теперь о том, что, по-моему, характеризует его личность. Летти мне сказал, что у него есть небольшая сумма денег, сэкономленная из «пособия», — это его собственные слова, — Линда об этих деньгах ничего не знает, и он их считает чуть ли не собственным заработком.

— Понятно, — протянул Крайдер и через минуту спросил: — Он с баками, наверно?

Мейсон показал чуть повыше подбородка:

— Вот до сих пор.

— В чем показания нашей клиентки расходятся с реальными фактами? — спросил Крайдер.

— Во многом. Она настаивает, что Девитта забили насмерть на ее глазах в пустынном месте. Ее автомобиль и до сих пор находится там, и один только Бог знает, какие в нем остались улики. С минуты на минуту сюда должен прибыть очень опытный детектив на арендованном самолете. Описание места, где миссис Эль-мор оставила машину, дано ею довольно неопределенно, потому что она не знает окрестностей. Но я подумал, что после того, как врач окажет ей помощь, можно будет немного полетать и…

Раздался стук в дверь. Мейсон открыл ее. На пороге стоял невысокий, худощавый, но весьма энергичный человек с проницательными глазами и бесстрастным выражением лица.

— Крайдер здесь? — спросил он.

— Вы доктор Кэттл? — отозвался Мейсон.

— Точно.

— Я Перри Мейсон.

Крайдер, поднявшись навстречу, приветливо поздоровался с вошедшим:

— Приветствую вас, доктор! Входите же!

Доктор с любопытством спросил:

— Значит, вы и есть тот самый знаменитый Мейсон?

Мейсон поклонился.

— Я вижу, благодаря прессе меня здесь неплохо знают.

— Да, без прессы скучно жить! — засмеялся Кэттл, но тут же серьезно спросил: — Так зачем я вам понадобился?

Крайдер обратился к прославленному адвокату:

— Вы не возражаете, мистер Мейсон?

— Нет, конечно, выкладывайте.

— В соседнем номере находится наша клиентка, — сказал Крайдер, — которая нуждается в медицинской помощи… Я опишу симптомы ее заболевания.

Кэттл покачал головой.

— Лучше я поставлю диагноз сам.

Но Крайдер повторил:

— Я сейчас опишу симптомы болезни…

— Говорить она может?

— Да.

— В таком случае все симптомы я сам увижу.

Но и в третий раз прозвучала та же фраза:

— Я опишу симптомы заболевания.

Неожиданно доктор Кэттл ухмыльнулся:

— По-моему, у меня что-то сегодня неважно соображает голова. Разумеется, сообщите мне симптомы ее недуга.

— Эта женщина могла быть, но могла и не быть свидетельницей убийства. Так или иначе, но ей сильно досталось и в моральном, и в физическом отношении. Ей лет под сорок. Она потрясена случившимся, и нервы ее на пределе… Разумеется, позднее ей необходимо будет рассказать свою историю полиции, но в данный момент, во всяком случае, такова моя точка зрения, впрочем, я не специалист, ей этого делать не следует.

— Почему? — резко спросил доктор Кэттл.

— Потому что она на грани истерики, и в таком состоянии ее показания могут противоречить некоторым объективным данным… Поэтому было бы несправедливо по отношению к свидетельнице допрашивать ее в подобной ситуации.

— Я посмотрю ее, — сказал врач, — но, основываясь на вашем описании симптомов, у нее острый приступ истерии, поэтому ей необходим полный покой. Я намерен дать ей сильное наркотическое средство, перевезти в больницу и, поместив в отдельную палату, в течение суток не допускать к ней ни единого посетителя. Но даже по истечении этого срока, когда полностью прекратится действие снотворного, я посмотрю, возможно ли подвергать ее эмоциональному напряжению, неизбежному при даче показаний.

Мейсон заметил:

— Кажется, доктор, вам пора осмотреть пациентку.

— Совершенно верно.

— Вы перевезете ее на санитарной машине?

Доктор Кэттл покачал головой.

— Санитарная машина привлекает внимание. Нет, я отвезу ее в больницу на своей машине, если наша пострадавшая может ходить, конечно.

— Полагаю, что может, — сказал Мейсон, — хотя это ей и будет очень трудно и больно.

— Почему?

— Она долго шла по песку без дороги.

— Понятно.

Мейсон направился в свой номер, доктор Кэттл последовал за ним, предусмотрительно оглядевшись по сторонам.

Мейсон отворил дверь своей комнаты со словами:

— Это мой секретарь Делла Стрит — доктор Кэттл… Ну, миссис Эльмор, я пригласил к вам врача, который посмотрит, не сможет ли он вам помочь. Покажите ему свои ноги, необходимо исключить малейшую опасность инфекции. — Потом он обратился к Делле: — Я думаю, Делла, лучше оставить доктора одного с его пациенткой.

Кэттл, доставая из саквояжа шприц, спросил:

— Вы сильно нервничаете, миссис Эльмор?

Лоррейн стянула прохладную повязку с пылающего лба и попыталась сесть.

— Спокойнее, спокойнее, — остановил доктор. — Я понимаю, что вы пережили сильное потрясение.

Лоррейн Эльмор кивнула, хотела что-то сказать, но только бурно разрыдалась.

Доктор Кэттл достал пузырек и энергично взболтал его. Запах спирта распространился по комнате.

— Давайте-ка вашу левую руку, миссис Эльмор.

Мейсон вмешался:

— Последний вопрос, миссис Эльмор, до того как доктор Кэттл сделает вам успокоительный укол: у вас с собой была крупная сумма денег?

Она вздрогнула.

— Господи, я же совсем забыла! У нас с Монти было много денег наличными.

— Где же они?

— Мы… спрятали деньги под сиденье мягкого кресла в его номере. Решили, что разумнее их оставить там.

— Вы об этом договорились? — быстро спросил Мейсон.

— Да, мы подумали, что так будет надежнее. Мало ли что… ох!

— Вот и все, — сказал доктор Кэттл, извлекая иглу.

— Будьте добры, позаботьтесь о деньгах, — обратилась миссис Эльмор к Мейсону.

— Не беспокойтесь, мы все сделаем.

Кэттл показал всем глазами на дверь.

— Очень сожалею, — обратился Дункан к Делле Стрит, когда они вышли из номера, — что вы не дали мне возможности объяснить по телефону, что мой отец находится в больнице и все дела пока веду я.

— Это моя вина, — призналась Делла, — но вы же понимаете — мы спешили, и я просто не имела времени на объяснения. Мистер Мейсон распорядился раздобыть Дункана Крайдера, вы сказали, что вы и есть Дункан Крайдер. Мне только это и было нужно. Я слышала ваше «но»… однако мне было совсем не до него.

— Что ни делается, все к лучшему — так гласит старинная пословица, — вмешался адвокат. — Нам с вами сейчас предстоит одно важное дело.

— Поиекать деньги миссис Эльмор, — догадался Крайдер.

Мейсон кивнул.

Крайдер посмотрел на толпу, окружившую номера, которые занимали Девитт и миссис Эльмор.

— Я бы вам предложил подождать здесь, — сказал он. — Ваши фотографии часто появляются в газетах. Вас могут узнать, и тогда не оберешься разговоров… Давайте-ка я этим займусь. Я Хорошо знаком с коронером, да и шефа полиции знаю достаточно. Конечно, я могу только посмотреть, унести мне оттуда ничего не удастся.

— Решено!

Мейсон и Делла Стрит остановились в дверях номера, который занимала Делла, и стали наблюдать за тем, как Дункан Крайдер, поминутно с кем-то здороваясь, пробирался сквозь толпу. Вот он остановился поговорить с одним из представителей закона, после чего его тут же пропустили внутрь оцепления и он вошел в 14-й номер, словно в свой собственный дом.

Он пробыл там минут пять-шесть, затем вышел энергичным шагом человека, занятого важными делами. На этот раз он больше не задерживался для разговоров, а прямиком направился к Мейсону и Делле.

— Нашли? — спросил его Мейсон.

— Ничего не нашел.

— Вы сумели посмотреть под сиденьем большого мягкого кресла?

Крайдер кивнул.

— Есть ли признаки того, что сиденье снимали?

Крайдер покачал головой.

— Это невозможно определить. Ничего не стоит снять сиденье с кресла и аккуратно положить его на то же место. Однако одно обстоятельство может оказаться важным.

— Какое же?

— Небольшое количество мелочи завалилось между спинкой кресла и сиденьем, куда деньги могли упасть из бокового кармана брюк человека, сидевшего в кресле закинув ногу на ногу. При такой позе мелочь легко могла выскользнуть. Или же ее туда мог сунуть человек, чтобы дело выглядело таким образом, что до сиденья никто не дотрагивался… Я не пришел к определенному выводу…

— Крайдер, — торопливо прервал его Мейсон. — Видите человека в дурацкой шляпе с маленькими полями, больше похожей на яблочный пудинг, чем на головной убор приличного джентльмена?.. Это Хауленд Брент из Бостона, управляющий делами миссис Эль-мор. Он, вероятно, занимал один из номеров. Узнайте, когда он сюда приехал и под каким именем зарегистрировался… Великий Боже, только его здесь не хватало!

— Иду… Будьте добры, отойдите подальше, мистер Мейсон, я боюсь, что вы привлечете к себе внимание.

Крайдер зашагал к конторе мотеля. Там он пробыл недолго, но выяснил все, что требовалось. Вернувшись, сообщил:

— Имя правильное: Хауленд Брент из Бостона, штат Массачусетс. Очевидно, прибыл на наемной машине, потому что номер у него калифорнийский. Зарегистрировался незадолго до вас, вчера ночью. У него номер 11, рядом с вашим.

Мейсон промолчал, напряженно размышляя.

— Вы начинаете привлекать внимание, — предупредил Крайдер. — Понимаете, вы чем-то выделяетесь среди остальных постояльцев, да и мисс Стрит — весьма привлекательная женщина. Я заметил немало заинтересованных взглядов местных ценителей женской красоты.

— Я их тоже заметила, — засмеялась Делла, — хотя и притворилась, что ничего не вижу.

— Думаю, вы правы, нам лучше отсюда уйти, — согласился Мейсон. — Тем более что миссис Эльмор, несомненно, находится в надежных руках… Никакого заявления она не сможет сделать минимум сутки, раз доктор Кэттл нам обещал. Ну а все, что она ему скажет, как известно, является профессиональной тайной и не может быть никому передано. Понимаю, что нам лучше удалиться, — повторил Мейсон, — хотя я жду Пола Дрейка.

— Кто это? — спросил Крайдер.

— Детектив, с которым я работаю по этому делу. Он должен здесь быть с минуты на'минуту.

— Не тревожьтесь. Ближайшие двадцать четыре часа нам нечего опасаться. Но что вы намерены предпринять потом?

— Хотел бы я знать!

— А пока я бы посоветовал вам сесть в машину, выехать на улицу и там ожидать нашего человека.

— Обождите минутку, — сказал;а Делла, — сюда заворачивает такси.

— Это Пол. В таком случае, Делла, бери нашу наемную машину, мистер Крайдер может ехать с тобой, а я сяду в такси к Полу.

Мейсон поспешил по боковой дорожке, видя, что такси замедляет ход и собирается завернуть во двор мотеля, и успел остановить Пола Дрейка, полезшего в карман за деньгами.

— Эй, Пол, не отпускай машину, я еду с тобой!

Детектив распахнул дверцу, адвокат юркнул в салон и сказал водителю:

— Назад в аэропорт, если можно.

Шофер, разворачивая машину, спросил:

— Что тут случилось? Двор полон народу.

— Драка или что-то в этом роде, — равнодушно ответил Мейсон, — а возможно, кто-то врезался в стоящую машину. Как быстро вы сможете нас довезти до аэропорта?

— Очень быстро… эй, смотрите, вон та машина следует за нашей.

— Правильно, так и должно быть. Эти люди едут вместе с нами.

— Понятно.

Дрейк вопросительно поднял брови, но адвокат остановил его взглядом.

— Самолет готов к вылету, Пол?

— Горючее залито, можно лететь.

— Прекрасно, нам предстоит трудный день.

— Да, уж я вижу.