Непрерывно шагая взад-вперед по своему кабинету, Перри Мейсон время от времени бросал кое-какие замечания:

— И все же во всем этом деле полно странностей и неувязок. Посмотрите, что получается: кто-то стреляет через окно в Эдгара Феррела, убивает его первой же пулей, потом удаляется от дома, разряжает оружие — видимо, палит в воздух, — вынимает из барабана гильзы и выбрасывает пистолет в русло ручья. Бессмыслица!

— Почему? — отозвался Дрейк. — Ведь он же убил Феррела.

— А откуда убийце это знать?

— Он хорошенько прицелился, выстрелил в голову, увидел, как тот упал.

— Нет, Пол, не то. Нужно быть исключительно метким стрелком, чтобы, стреляя с улицы через окно, быть абсолютно уверенным, что сразил противника насмерть, попав ему в голову. А потом надо было еще войти в дом, подняться наверх и потушить лампу, выйти из дома и уехать. Нет, убийца бы так не сделал.

— Но почему?

— Потому что, выстрелив в Эдгара Феррела, он, входя в дом, должен был держать пистолет наготове на тот случай, если Феррел вдруг еще жив и может оказать сопротивление.

— А почему ты думаешь, что было иначе?

— Да потому, что, согласно свидетельским показаниям, вся обойма была расстреляна в течение нескольких секунд после первого выстрела.

— Но если стрелял действительно мастер, то и одним выстрелом… — начал Дрейк.

— И этим мастером мог быть только Джон Эддисон. Так? — спросил Мейсон.

— Да, — смутясь, ответил Дрейк. — Чертовщина какая-то…

— А может быть, он и в самом деле виновен?

Несколько секунд Мейсон молча продолжал вышагивать от стены к стене. Наконец остановился и твердо сказал:

— Мы с самого начала совершили грубейшую, непростительную ошибку.

— Какую же, шеф? — удивилась Делла Стрит.

— Мы стали смотреть на дело с точки зрения обвинения. Обвинение пытается воссоздать весь ход преступления, и мы идем по тому же пути. Вот в чем суть, Делла. Дайте-ка еще разок взглянуть на те фотографии, которые были представлены суду.

Делла Стрит достала фотографии и протянула Мейсону.

— А теперь, Делла, сходите в мою библиотеку и принесите мне «Расследование убийств» Снайдера Ле Мойна, «Судебную медицину» и «Токсикологию» Гонзалеса, Ванса и Хелперна и «Современную методику расследования преступлений» Зодермана и О’ Коннела.

Через минуту эти книги лежали на столе Мейсона, и он начал молча листать их, время от времени барабаня пальцем по крышке стола.

— Я так и думал, — наконец сказал Мейсон после долгих минут молчания.

— Что? — спросил Дрейк.

— Да то пулевое отверстие в стекле, именно с него и надо было начинать. То есть с самого начала, а не с того места, которое нам подсовывают полиция и прокуратура.

— То есть? — не понял Дрейк.

— С чего мы взяли, что стреляли оттуда, где нашли следы автомобиля, и что именно этот выстрел оборвал жизнь Эдгара Феррела?

— Как это с чего? — удивился Дрейк. — Все на это указывает. Если от уровня головы убитого через отверстие в стекле провести прямую, то она безошибочно упрется в то место, где стоял стрелявший.

— Правильно, Пол. Именно так и считает полиция. Но это еще не доказательство.

— Почему же нет?

— А вот почему. Вот здесь у Зодермана и О’ Коннела на странице двести семнадцать дана диаграмма образования пулевого отверстия в стекле с указанием направления полета пули. Помнишь, я спросил тогда на суде, помечено ли, какая из сторон стекла была наружная, какая внутренняя. Мне ответили, что таких пометок не сделано, но это и не важно. А это важно. Это может иметь решающее значение.

Вот по этой фотографии, сделанной из комнаты, можно легко узнать, какая же сторона „стекла была наружной, а какая внутренней. Это можно установить и по трещинам на стекле — если стороны поменять местами, поменяется и направление трещины. Понятно?

Дрейк молча кивнул.

— Ну, а теперь, — продолжал Мейсон, — сравни рисунок трещин и все фотографии отверстий с диаграммой, приведенной Зодерманом и О’ Коннелом. Из сравнения ясно видно, что пуля, оставившая дырку в стекле, летела из комнаты. Выстрел был сделан в комнате, пуля пробила стекло и упала где-то вблизи автомобиля.

Дрейк поднялся из кресла и подошел к Мейсону:

— Дай-ка взглянуть. После внимательного изучения снимков и диаграммы Дрейк протяжно свистнул.

Делла Стрит, также склонившаяся над столом Мейсона, сказала:

— Все ясно как божий день. Стрелять могли лишь изнутри. Вы полностью доказали это, шеф.

Мейсон взглянул на своих друзей, медленно поднялся из-за стола и вновь зашагал от стены к стене.

— Итак, мы установили, что стекло было прострелено со стороны комнаты, но если мы теперь предположим, что это стрелял Феррел, то вновь получается абракадабра.

— Почему же абракадабра? — спросил Дрейк. — Феррел находился в комнате, выглянул в окно и увидел, что рядом с автомобилем стоит человек, которого он смертельно боится. И он выстрелил в него.

— Нет, Пол, нет. Посмотри, обвинение утверждает, что Феррел стоял в освещенной комнате, держа в руках лампу, его было отлично видно, и поэтому убийца мог видеть, что делается в доме, но из дома не было видно, что делается на улице. И Феррелу, чтобы видеть, что происходит за окном и выстрелить, необходимо было погасить лампу.

— Что ж, — сказал Дрейк, — выходит что он сам погасил лампу.

— И что же дальше?

— Дальше он увидел человека за окном и выстрелил в него.

— А потом этот человек вошел в дом и убил Эдгара Феррела из пистолета самого Феррела, а через несколько секунд вслед за этим расстрелял всю обойму. Так получается?

— Не знаю, — смутился Дрейк.

— Но ответ должен быть, я должен найти его до того, как завтра начнется заседание суда, — сказал Мейсон.