И снова Перри Мейсон расхаживал по номеру отеля, с трудом скрывая свое нетерпение.

На этот раз ожидание было недолгим.

Ровно через семь минут после ухода обиженной девушки в дверь кто-то осторожно постучал.

Мейсон сам открыл дверь.

На пороге стоял Пол Дрейк с непривычно небритой физиономией.

— О’кей, Перри! Тебе удалось?

Дрейк предостерегающе приложил палец к губам.

— В чем дело?

— Она все еще здесь, в отеле.

— Так ты сам работаешь?

— Пришлось. Я бы не успел прислать сюда людей. Поэтому я приехал с дежурным агентом и телефонисткой. Ее я поместил в коридор. Там она напялила на себя фартук и наколку горничной и стала болтаться по коридору, ожидая появления твоей брюнетки. Однако эта красотка вопреки всем ожиданиям поднялась на лифте, а не спустилась.

— Хм-м!

— Выше этого всего один этаж. Поэтому агент считает, что не все потеряно. Моя телефонистка побежала наверх по лестнице. Действительно, лифт опередил ее всего на пару минут. Наша девица шла по коридору. Она остановилась перед 815-м номером, вынула из кармана ключ, открыла дверь и вошла внутрь. Телефонистка на цыпочках подбежала к двери и услышала, как ключ повернулся в замке.

— Что было потом?

— Она стала прислушиваться. За дверью слышались голоса. Один женский, другой мужской. Очевидно, эта брюнетка зарегистрирована здесь в номере 815.

Телефонистка спустилась вниз ко мне — я сидел в машине — и рассказала, что произошло, спрашивая указаний. Я решил, что номер комнаты в гостинице — как раз тот адрес, который ты у меня требовал, а поскольку я не мог слишком долго оставлять свою контору без связи, мне пришлось отослать девушку назад. Сам же я направился сюда с рапортом. По дороге я остановился у конторки и выяснил, что номер 815 сдан мисс Мэдисон Керби.

— Портье тебя ни в чем не заподозрил?

— Да наплевать нц него! Это же настоящий притон. Если бы он мне что-нибудь сказал, я бы ему показал, где раки зимуют. Мне кажется, они привыкли, что частные детективы толкаются в их заведении.

— По-твоему,' он знает, что ты частный детектив?

— Нет. Он решил, что я явился заработать на ком-то. Мне пришлорь сунуть ему пару бумажек, после этого он стал сразу сговорчивым. Это тертый калач.

— Значит, она находится здесь в отеле?

— Это одновременно усложняет и упрощает дело, Перри, мы без людей…

— Так или иначе, нам нельзя упустить ее.

— Это Дикси?

— Говорит, что Дикси.

— Ну?

Мейсон покачал головой.

— Что ты имеешь в виду?

Мейсон вытащил из кармана платок.

— На платке три пятна, от губной помады, помеченные цифрами 1, 2, 3. Что ты о Них скажешь?

— Н-да, поработал же ты сегодня ночью.

— Что за идиотский каламбур! Мне важно узнать мнение о помаде. Эта одна и та же?

— Два пятна совершенно одинаковые. Одно, возможно, немного светлее. Нет, пожалуй, все три одного оттенка.

— Я того же мнения.

— Ты хочешь сказать, что миловался с тремя разными девушками?

Мейсон вытащил из кармана помаду и сказал:

— Пятно первое от помады на губах девушки, назвавшейся Дикси Дейтон. Второе — со слов, нацарапанных на нижней стороне этого стола, третье — от этой помады.

— Буквы на нижней стороне стола?

— Угу.

Мейсон подошел к столу и осторожно перевернул его ножками вверх. Дрейк посмотрел на надпись и присвистнул:

— Черт побери, как тебе удалось это отыскать, Перри?

— Элементарно, мой дорогой Ватсон. Помада лежала на полу. Золотая трубочка поблескивала под светом лампы. Лишь слепец не заметил бы ее.

— Это понятно, но чего ради ты полез под стол?

— Посмотри на помаду. Женские губы гладкие. А этой помадой проводили по чему-то твердому, так что на ней остались полосы, а сама помада нависла над тюбиком. Естественно, я начал искать, для чего использовали эту помаду.

— И ты обнаружил надпись на столе?

Мейсон кивнул.

— Одну минутку, Перри. Возможно, тут все в порядке. Ведь ты предполагал встретиться с Моррисом?

— Да.

— И — черт побери? Альбург и какая-то женщина, может быть, Дикси Дейтон, находились в этой комнате. Кто-то сюда пробрался и пригрозил им пистолетом…

— Ты заметил отпечаток оружия на покрывале? Его ясно видно.

Посмотрев туда, куда указывал палец адвоката, Дрейк продолжал:

— Будь я проклят, если это не так… Тогда все увязывается. Они здесь сидели. Им было необходимо оставить тебе хотя бы пару слов. Но как же это было сделать?

Тогда девушка с необычайным хладнокровием открывает свою сумочку и достает оттуда помаду. Потом она вертит ее в руках. В этом не было ничего особенного, никто даже не взглянул в ее сторону, когда она царапала снизу эти значки. Она боялась, что вы не догадаетесь заглянуть под стол, поэтому она как бы невзначай уронила помаду на пол, зная, как вы сообразительны, маэстро. После этого их обоих вывели из этой комнаты.

— Логично, — без всякого энтузиазма сказал Мейсон.

— Черт возьми, не могу понять, почему ты так спокоен и бесстрастен? Давай-ка разработаем эту линию. Взять хотя бы записку… Как ты считаешь, не вызвать ли нам полицию?

— Да-, пожалуй.

— Нет, Перри, ты совершенно невозможный тип. То тебе из-за какоц-то ерунды необходимо поднять меня с постели в, три часа ночи, а потом тебе попадается в руки такая улика — и ты медлишь, как черепаха. Эти люди в опасности. Их жизнь и смерть зависят от того, насколько быстро, мы сумеем расшифровать это послание и прийти им на помощь.

— Возможно.

— Что тебе не нравится?

— Это самое послание, «записка», как ты выразился. Предполагается, что она была нацарапана тайком какой-то женщиной на внутренней стороне стола, которая вертела в руках помаду, а когда на нее не обращали внимания — писала «записку»». Не правда ли?

— Во всяком случае, я себе представляю это именно так.

Мейсон вынул из кармана блокнот, положил его к себе на колейи и сказал:

— Предположим, это верхушка стола. А теперь возьми карандаш и напиши вот тут слово «помогите».

— Хорошо, но что это доказывает?

— Прекрасно. А теперь переверни этот блокнот. Пусть он превратится в изнанку стола. Ага, можно для достоверности прижать блокнот к столу. Напиши-ка еще раз это слово снизу.

— Могу написать целое стихотворение. Вот только не пойму, зачем такая бессмысленная трата времени?

Когда «помогите» было написано, Мейсон положил блокнот перед Полом. '

— Будь я Проклят! — воскликнул пораженный Дрейк. — А я и не подумал об этом! Давай-ка я попробую еще раз, Перри.

После второй попытки" детектив покачал головой:

— Знаёшь, это мне в новинку. Если подумать, то иначе быть не может. Просто я не задумывался над этим вопросом.

— Каждый раз, когда ты что-то пишешь на внутренней поверхности стола, ты непременно напишешь шиворот-навыворот. Если прочитать эту писанину в зеркале, все будет в порядке, а так получается ерунда.

Отсюда можно сделать вывод, что это послание было написано человеком, которому не требовалось скрывать свои действия. Стол перевернули и написали на нем обычным образом всю строчку.

Дрейк кивнул.

— Так что здесь можно ожидать ловушку.

— В каком смысле?

Игнорируя вопрос, Мейсон продолжал рассуждать вслух:

— Если предположить, что это подделка, то надо решить другое: зачем же эта строчка была написана? Возможны два ответа — ловушка и послание для отвода глаз.

— Что значит «для отвода глаз»?

— Мы знаем, что Моррис Альбург был в этой комнате. Во всяком случае, он так сказал.

— Это был его голос?

— Голос я узнал. Он был страшно возбужден. Я не вижу у него оснований лгать относительно своего местопребывания.

— Что же с ним потом произошло?

— Затем кто-то наставил на него пистолет, и Моррис оставил «записку». Можно предположить, что писал не он, а девушка собственной помадой.

— Но ведь ты только что говорил, что этого не могло быть…

Мейсон кивком заставил его замолчать.

— Каким-то образом люди, уведшие отсюда Морриса, узнали, что он оставил для меня послание. Возможно, у них не было времени отыскать его. И тогда они оставили вот эту подделку для отвода глаз. Так что да-вай-ка посмотрим еще раз на этот стол.

Они вдвоем внимательно осмотрели нижние доски.

— Не похоже, чтобы здесь имелось другое послание, — сказал Дрейк.

— Очевидно, нет. Давай поищем р других местах. Возможно, послание было где-то еще, они его не отыскали и подсунули мне эту фальшивку, чтобы я прекратил поиски. Люди, уведшие Морриса, наверняка спешили.

— Не увлекаешься ли ты, Перри?

— Знаешь, Пол, меня уже ничто не удивит. Но для лк>-бого поступка имеется причина. На нижней стороне стола имеется надпись. И не зря, для этого имеется какая-то причина. Й я хочу ее узнать. Принимайся за поиски, Пол.

Они обшарили все закоулки, но безрезультатно. Наконец Дрейк сказал:

— Предположим, что это ловушка. Что тогда?

— Ловушка для нас, почему бы и нет? С целью, на пример, заставить напрасно потратить время. Поскольку я не верю в подлинность этой надписи, я не хочу тратить на нее время. с

— Но ведь что-то она значит, Перри?

— Конечно. Возможно, книгу. Возьмем слова «262 V 3». Скорее всего это значит — том третий, страница 262.

— Верно, тогда «15 слева»⁴ будет: строчка 15 в левой колонке.

— Очевидно. Значит, в книге несколько томов, не меньше трех. Страницы поделены на колонки. Это может быть, например, телефонный справочник. Но ведь он не разделен на тома.

—. Почему? Этот как раз разделен.

Дрейк схватил третий том справочника с необыкновенной поспешностью, перелистал страницы и громко прочитал:

— «Герберт Сидней Грэйтон. 1024, Колинд-авеню».

— Это тебе что-нибудь говорит? — спросил Мейсон.

— Черт побери, да, Перри! Я слышал это имя. Обожди минуточку…

Он вытащил из кармана записную книжку, полистал и воскликнул:

— Конечно же! Это один из приятелей Джорджа Фэйетта, который был арестован за букмекерство, дело которого заглохло самым таинственным образом… Боже мой, Перри, поехали скорее и…

Мейсон покачал головой.

— Ты не хочешь воспользоваться этой ниточкой?

— Пока нет. Закончим поиски.

На этот раз Мейсон перевернул все стулья, залез под кровать, потом сказал:

— Послушай, Пол, загляни за зеркало над умывальником.

Мейсон отряхивал колени после экскурсии под кровать, когда раздалсд крик Пола:

— Здесь что-то есть!

Мейсон быстро подбежал к детективу, и они вместе перевернули зеркало стеклом к стене. Помадой на раме зеркала было написано: 5N20862. '

— Это похоже на номер автомашины, — сказал Мейсон.

— Что-то я ничего не понимаю, — пожаловался Дрейк.

— Почему? Моррис Альбург и какая-то женщина находились в этом номере. Кто-то зашел к ним, или они должны были быстро уйти отсюда раньше времени. Они хотели мне оставить записку. И девушка это ловко проделала, использовав помаду. Сначала вновь пришедшие не заметили этой надписи, но перед самым уходом они догадались о ее трюке. И тогда была написана вторая записка на внутренней стороне стола.

— Ты считаешь записку на зеркале настоящей?

Мейсон кивнул.

— А на столе — ловушкой?

Новый кивок.

— Действительно, очень похоже на номер автомобиля, — задумчиво проговорил Дрейк.

— Сколько тебе понадобится времени, чтобы выяснить, что это за машина?

— Сейчас позвоню. Обычно на подобные вопросы отвечают через несколько минут.

— Одну минуточку, Пол. Только не отсюда.

— Нет?

— Нет. На коммутаторе дежурит этот «тертый калач», как ты сам его охарактеризовал. На мой взгляд, он крайне заинтересован во всем происходящем. Если он подслушает твой разговор о машине, он сразу догадается, куда мы собираемся поехать. А ведь девицу из 815-го номера никто не сторожит… Скажи, через сколько времени ты сумеешь приставить к ней надежный «хвост»?

— Довольно скоро.

— Знаешь, Пол, мне думается, что это дело полиции. Нам оно не по зубам.

— Собираешься звонить в полицию?

— Не сейчас. Сначала нам надо кое-что обдумать. Прежде всего, вопрос о номере машины на зеркале. Кто мог его написать?

— Настоящая Дикси Дейтон, чтобы мы знали, куда их везут.

— Ты думаешь, что она могла знать номер машины, которая стояла около подъезда?

— Нет, вроде бы не могла.

— И потом, как их отсюда вывели? Ведь внизу дежурил человек.

— Значит, мы чего-то не знаем, Перри.

Вдруг Мейсон щелкнул пальцами.

— Что?

— Послушай, а не номер ли это машины потенциального похитителя, который стрелял в Дикси и пробил пулей дверцу?

— Может быть, — нахмурился Дрейк.

— У нас два послания. Одно подлинное, оставленное сообщницей Морриса Альбурга, а второе — подложное. Оно прямо указывает на Джорджа Фэйетта. Что бы это значило?

— Знаешь, Перри, почему бы нам не навестить этого самого Герберта Сиднея Грэйтона? Хуже от этого не будет.

— Боюсь, что будет.

— Почему?

— Время работает не на нас. Кто-то хочет послать нас на поиски ветра в поле… Это естественно. Но вот почему эти поиски приводят к Джорджу Фэйетту, хотелось бы мне знать! Не следует ли сделать отсюда вывод, что Джордж Фэйетт им больше не нужен? Решили ли они им пожертвовать? Но если так… Черт побери, совершеннейшая бессмыслица!

— Как же они могут им пожертвовать? Он не станет держать язык за зубами и выдаст их всех с головой!

— Да, если только он сможет говорить. Пол, давай лучше узнаем, что творится в 815 номере…

Внезапно дверь в комнату распахнулась. На пороге появились лейтенант Трэгг и еще один офицер, которого Мейсон не знал.

Лейтенант спросил:

— Что вы знаете про номер 815?

— Пол, нас удостоили своим визитом почетные гости. Что привело вас сюда, лейтенант?

— Мой долг. Так что про номер 815?

— Мы говорили о том, что пора немного поспать, но надо позвонить вниз, чтобы нас разбудили в восемь пятнадцать.

Лицо Трэгга потемнело:

— Мейсон, если вы будете продолжать в том же духе, вы очутитесь в таком месте, где не нужно будет просить вас разбудить. Вас будут поднимать в половине седьмого… Вы знакомы с сержантом Джеффри?

Мейсон «казал:

— Мне казалось, что я знаком с большей частью сотрудников отдела по расследованию убийств.

— Сержант Джеффри возглавляет отдел по борьбе с пороками, — пояснил лейтенант. — Боб Клермонт служил под его началом, когда его убили, а данное дело связано со смертью Клермонта. Мейсон, вы ввязались в скверную историю. Какого черта вы искали в 815 номере? Отвечайте без утайки, потому что на этот раз дело не шуточное.

— Если честно, то я хотел, чтобы Пол Дрейк приставил наблюдателя к жильцу номера 815, потому что мне надо было получить о нем дополнительные сведения.

— Что вы здесь делаете?

— Приехал для встречи с клиентом.

— Послушайте, Мейсон, я не намерен играть с вами в прятки. Мы знаем все о…

— Я бы этого не стал делать, лейтенант, — вмешался сержант Джеффри, — пусть он ответит на ваши вопросы.

Трэгг досадливо махнул рукой и 'сказал:

— Я слишком высокого о вас мнения, адвокат, чтобы строить вам всякие ловушки. Этот отель — форменный притон. Обычно все, что здесь происходит, не привлекает внимания, но обитатель номера 813 слышал в соседней комнате ссорящиеся голоса и нечто похожее на приглушенный выстрел. Он вызвал полицию.

— Давно? — спросил Мейсон.

— Не очень. Мы только что прибыли. Радиофицированная машина подъехала сюда через две минуты после получения телефонного звонка. Они нашли дверь открытой, на кровати лежал труп. Вызвали наш отдел. Случилось так, что мы с сержантом Джеффри заработались над другим делом, так что смогли приехать сюда только что. Убитый — коренастый человек со смуглой кожей и исключительно густыми бровями, которые почти сходятся на переносице. Водительское удостоверение выдано на имя Герберта Сиднея Грэйтона, проживающего в доме 1024 по Колинд-авеню. Мои ребята занялись обычным делом, я же сам принялся обрабатывать дежурного клерка — он один из парней с так называемой фотографической памятью на лица. Я спросил у него, не происходило ли чего-нибудь необычного в отеле, и он ответил, что здесь Перри Мейсон, который как будто пошел в номер 721, что позднее к нему присоединился частный детектив, а потом зарегистрировалась женщина, которую он принял за агента. Теперь вы мне скажете, что здесь творится?

Мейсон посмотрел на Пола Дрейка и усмехнулся.

— Н,аши расследования убедили нас, что Сидней Грэй-тон — союзник, так называемый дружок Джорджа Фэйет-та, возможно, имеет какое-то отношение к попытке похитить и убить Дикси Дейтон. Помимо этого, я ничего не могу вам сообщить.

— Помимо этого, — угрюмо сказал Трэгг, — вы и не должны. Если вам хочется неприятностей, я так и буду действовать. Спуститесь в холл и ждите, когда я найду время вас допросить.

— Вы намерены задержать нас в качестве свидетелей? — удивился Мейсон.

Сержант Джеффри, широкоплечий верзила, задиристо шагнул вперед.

— Не в качестве свидетелей, а как лиц, подозреваемых в убийстве Герберта Сиднея Грэйтона! А теперь живо проваливайте отсюдаК

Мейсон отвесил насмешливый поклон:

— Не перегибайте палку, сержант, это всегда бывает чревато неприятными последствиями.