Незадолго до окончания рабочего дня внезапно зазвонил телефон. Делла Стрит сняла трубку, выслушала звонившего, удивленно вскинула брови и, посмотрев на Мейсона, сказала:

— Подождите минутку, Герти. Сейчас узнаю.

Она повернулась к адвокату.

— В нижнем холле находится Стефен Леланд Гарланд. Он говорит, что у него нет договоренности о встрече, но он хотел бы повидаться с вами по делу, которым — как он полагает — вы уже заинтересовались.

— Старый Ловкач Гарланд, — воскликнул Мейсон. — Всегда готовый прийти на помощь и уладить щекотливые вопросы… Как вы думаете, что нужно от меня ему, Делла?

— Информация, — ответила Делла.

— Довольно странный путь он выбрал, — ответил Мейсон. — Гарланд принадлежит к такой категории людей, которые подслушивают телефонные разговоры, подкупают свидетелей, делают… Ну ладно, Делла, попроси его подняться. Посмотрим, что он хочет нам сказать.

Через пару минут Делла Стрит ввела в кабинет Мейсона высокого тощего Гарланда.

— Мистер Мейсон? — осведомился тот своим глубоким низким голосом.

— Прошу садиться! — пригласил его адвокат.

— Вы знаете, кто я и для чего сюда пришел?

Мейсон поднял брови.

— Не будем играть в кошки-мышки друг с другом, мистер Мейсон. Время работает не на нас, и я думаю, оно заставляет нас быть друг с другом совершенно искренними.

— Продолжайте, — сказал Мейсон. — Я вас слушаю.

— Уже много-много лет я работаю в кловервилльской «Спринг-компани» в качестве человека, призванного улаживать проблемы, касающиеся как деловых, так и личных отношений.

Мейсон кивнул.

— К вам обратилась женщина, которая мне очень и очень нужна. Вы ее куда-то спрятали и думаете, что я не знаю, где она находится.

— Предположим…

— Женщина находится в апартаментах Розы Ли, в номере 13. Она записалась там под именем Эллен Смит. Но на самом деле ее зовут Эллен Калверт. Я не очень хорошо обошелся с ней Лет двадцать назад. Жалею теперь об этом, раскаиваюсь, но часто человек поступает не так, как хочет, особенно если работает в крупной фирме.

— Вы работали в крупной фирме?

— В самой крупной…

— В какой именно?

— В фирме, которой руководил Эзекил Хаслетт. Это был суровый человек старой закалки, и я старался делать свою работу как можно лучше. Эзекил хотел, чтобы его фирма пользовалась самой хорошей репутацией в городе, и я делал все, чтобы поддержать эту репутацию. Если, например, у кого-то из работников фирмы возникали какие-то неприятности, — скажем, кто-то вел машину в нетрезвом состоянии, — я должен был сделать все, чтобы замять дело. И так далее. И вот однажды в беду попала девушка. Хорошо, что под рукой оказался старина Гарланд. Я дал ей тысячу долларов в качестве компенсации за оскорбленные чувства, обеспечил работу в другом городе и посадил на пароход, вручив билет…

— Именно ее вы и имели в виду в начале нашего разговора? — спросил Мейсон.

— Нет… Я вообще… подобных дел было дрвольно много, и я действовал в этих случаях по шаблону. А девушка, о которой я говорил, вначале была любовницей молодого Хаслетта. Дело у них зашло довольно далеко, и девушка забеременела.

Это было почти двадцать лет назад. Тогда это было страшным позором, но она отказалась сделать то, что, само собой разумеется, следовало сделать на ее месте.

— Чего же она хотела?

— Я и сам не знаю, чего она хотела. Тогда я считал, что она хотела женить на себе молодого Хаслетта и родить ребенка. Но теперь думаю, что она просто-напросто была страшно напугана и сама не знала, чего хочет. Как бы то ни было, я поступил точно так же, как поступал всегда в подобных случаях. Я отослал молодого Хаслетта на длительный срок в Европу, чтобы никто не знал, где его можно найти. После этого я послал девушке тысячу долларов стодолларовыми купюрами в простом неподписанном конверте. Если бы она подняла шум, я бы не сознался, что послал ей эти деньги, и она бы не смогла ничего доказать. Такой ход всегда давал положительные результаты. Вначале девушки проявляют недовольство, но потом подходят к вопросу практически и успокаиваются. Садятся в уголок и начинают пересчитывать эту тысячу долларов. На ^эту тысячу они многое могут сделать, если у них есть практическая сметка. Редко кто платит за аборт более четырехсот долларов, так что у них остается еще шестьсот чистыми. Это дает им возможность пожить несколько месяцев где-то в другом месте, а потом вернуться в отчий дом, предварительно придумав какую-либо историю. Иногда они даже успевают за это время подыскать себе нового друга и возвращаются домой, чтобы познакомить его с родителями или даже выйти замуж.

— Но в том случае вариант не сработал? — спросил Мейсон.

— Не сработал. И я даже не знаю, что случилось. Но я знаю теперь, где находится эта женщина, и хочу поговорить с ней. Вы ее припрятали, но я все равно переговорю с ней — это только вопрос времени.

— Вы уверены в этом? — спросил Мейсон.

— Еще как уверен! — ответил Гарланд. — Хаслетг погиб в море. И если у него есть наследник, он получит наследство. Если наследника у него не окажется, все наследство перейдет к его сводным братьям. Эти-то братья и ищут ее след, пытаясь выяснить, что же было на самом деле. Я работник фирмы, и могу работать и на братьев, и на наследника. Для меня нет разницы — на кого я работаю. Я просто выполняю свои обязанности. Но, разумеется, я хочу знать, каково же действительное положение вещей, чтобы довести это дело до определенного конца.

— Что же вы конкретно хотите от меня? — спросил Мейсон.

— В это дело втянуто много людей, — ответил Гарланд. — И у всех этих людей — разные цели. Сводные братья, представленные адвокатом Дунканом Ловеттом, хотят доказать, что внебрачного ребенка вообще не было. В этом случае они унаследуют состояние Хаслетта, и мне придется три года работать на братьев, прежде чем я смогу уйти на пенсию. Поэтому вы должны понять, мистер Мейсон, что я не хочу делать ничего, что могло бы пойти вразрез с желаниями этих наследников. С другой стороны, давайте предположим, что внебрачный ребенок все-таки существует. И тогда этому ребенку должно, согласно завещанию, перейти все состояние. Этому ребенку сейчас уже лет девятнадцать, и он может стать хозяином фирмы. Поэтому я нахожусь в затруднительном положении.

— И поэтому вы пришли ко мне? — спросил Мейсон.

— Да, — ответил Гарланд.

— Вы знаете, что я связан профессиональной этикой и не могу делиться с вами сведениями?

— Да, я знаю, что вы не можете дать мне информацию, но я знаю и то, что вы не вчера родились на свет, а поскольку фактами располагаете только вы…

В этот момент резко зазвонил телефон, номер которого был известен только Полу Дрейку и Делле Стрит.

Делла вопросительно подняла брови и посмотрела на Мейсона. Адвокат кивнул и сказал:

— Я сам сниму трубку, Делла.

Подойдя к телефону, он снял трубку и спросил:

— В чем дело, Пол?

— У моей сотрудницы неприятности, — ответил Дрейк.

— Конкретнее.

— Адвокат по имени Ловетт и какая-то женщина обманом проникли в квартиру, где она остановилась.

— Черт'побери! выругался Мейсон. — Я же категорически приказал ей никого к себе не пускать.

— Они очень умно все обставили, — продолжил Дрейк. — Женщина постучала, моя сотрудница приоткрыла дверь на цепочке. Женщина стояла перед дверью, а позади нее — мужчина с ящичком в руке, в котором якобы находились рабочие инструменты. Женщина сказала, что ее квартира находится непосредственно под квартирой моей сотрудницы и что у нее начинает протекать потолок. Причину, видимо, нужно искать в ванной. Они якобы должны все проверить и ненадолго перекрыть воду. Моя сотрудница должна была бы проверить это все по. телефону у администрации, но попалась на удочку, открыла дверь и разрешила им войти. Мужчина внес в квартиру ящичек и опустил его на пол. В нем лежали портфель и газеты. Он вынул портфель и сказал: «Ну, а теперь, моя дорогая, вы мне должны ответить на несколько вопросов. Если вы ответите на них искренно, все будет хорошо. Если же вы солжете, у вас будут серьезные неприятности».

— И дальше?

— Моя сотрудница отказалась отвечать и попросила их покинуть ее квартиру. Но они до сих пор сидят там. Вот она и интересуется, что делать — вызвать полицию или еще что-нибудь?

— Позвони ей и скажи, чтобы она ждала моего приезда, — ответил Мейсон. — Мы там будем через двадцать минут. Она может сказать этим людям, что за нее будет отвечать адвокат Мейсон. Возможно, это их напугает и они уберутся подобру-поздорову. Если же нет, то мы решим все на месте.

Мейсон повесил трубку и обратился к Делле.

— Захвати блокнот, Делла, и поедем!

После этого адвокат взглянул на Гарланда.

— Вот видите, Гарланд! — сказал он. — Вы знаете апартаменты Розы Ли. Там живет женщина по имени

Эллен Смит, и какие-то люди вломились без разрешения в ее квартиру.

— Это, наверное, Дункан Ловетт, — ответил Гарланд. — Он умен и настойчив.

— Хорошо, — кивнул адвокат. — Если хотите, поедемте вместе. Мне все равно нужен свидетель.

— Не забывайте, что я — заинтересованное лицо.

— Да, да, вы — заинтересованное лицо, но вы не будете лжесвидетельствовать перед судом и не будете искажать факты. Мне кажется, вы — честный человек.

— Ладно, мистер Мейсон, поскольку мы уже раскрыли карты, хочу вам сказать, что постараюсь быть честным, но я хитер и буду верен людям, интересы которых представляю.

Мейсон усмехнулся.

— Я тоже достаточно хитер… Поехали!

— Джармен Дейтон уже следит за апартаментами, — предупредил Гарланд.

— Вот и отлично! Захватим и его. Нам нужен кворум. Чем больше народу, тем веселее. Вы можете ехать в моей машине. Я тороплюсь.

Гарланд поднялся.

— Поехали! — сказал он.