В беспокойстве Джакса о Диже после открытия демпфирующих свойств световой скульптуры была определенная доля вины. Он собирался сам поговорить с нею после Ринанна, но пока он экспериментировал со скульптурой, он не заметил, как она покинула квартиру. Только немного убедившись, что дальнейшие эксперименты гарантированы, он оставил Каджа медитировать в своей комнате и пошел к зелтронке — только чтобы узнать, что она ушла.

— Она все еще казалась расстроенной, когда уходила? — спросил он Ринанна.

— Расстроенной? — Эломин пожал костлявыми плечами. — Что-то не заметил. Ты же знаешь этих зелтронов — они обычно такие живые.

— Что беспокоило её? — Джакс чувствовал себя странно, обсуждая проблему не с самой Дижей, но ведь Ринанн ходил проведать её…

Ринанн секунду подумал, затем сказал:

— Ну, насколько я могу сказать, на неё вновь навалилась тяжесть утраты, потому что она решила, что ее покойный компаньон скрывался от неё — эмоционально говоря, вот.

— Скрывался за своими творениями.

— Точно. И, думаю, поэтому она поняла, что ее понимание отношений с Весом Волеттом дало серьёзную трещину. Она чувствовала себя… брошенной.

— Не хочу этого говорить, но, может, теперь она позволит нам с И-5 разобраться с механикой оставшихся световых скульптур.

— Если она теперь не боится, что ты тоже станешь прятаться за ними.

Джакс криво улыбнулся.

— Я закрываюсь Силой. Или, по крайней мере, я уверен, что так она это видит. Ну, будем надеяться, что она поймет, что это только к лучшему.

Ринанн просто опустил голову и пожал плечами.

Джакс повернулся и направился было к себе, и вдруг каждый волосок на его теле встал дыбом. В его комнате что-то происходило — что-то столь аномальное, что он не мог это ухватить. Однажды он услышал звук перегрузки бластера — услышал, как этот звук рос от статического гула, от которого зудели зубы, до резкого завывания, так, что казалось, что ему реально снесёт крышу. Сейчас было нечто похожее, но оно было в его мозгу, в его костях, в его крови.

Это было нарастание не звука, а Силы.

Джакс рванул к двери в свою комнату и ворвался внутрь. Каджин Саварос лежал на полу в позе эмбриона, закрыв руками голову, плотно зажмурив глаза, и качался взад-вперед, тогда как Сила внутри него вздымалась, словно вода позади дамбы.

За все свои годы обучения с мастером Пиеллом, за всё то время, что он был самостоятелен, Джакс никогда не сталкивался ни с чем подобным. Он понятия не имел, чего ожидать, понятия не имел, что делать. На противоположной стороне комнаты задрожали предметы на полке. Пока он смотрел, расческа, хроно и сборник стихов каамаси поползли к краю и упали.

Джакс снова пришёл в движение прежде, чем они коснулись пола, и выбросил Силу перед собой, ныряя к корчащемуся мальчишке. Он обернул Каджа в мягкие складки Силы, проектируя мягкое, бархатное спокойствие. Затем он схватил мальчика за плечи, крепко, но бережно. Он ощутил отдачу почти немедленно — словно удар репульсорного поля. Он отпрянул.

Бутылка депил-сливок резко раскололась, медленно потекло её вязкое содержимое.

— Кадж! — окликнул Джакс, теперь уже резче. — Кадж! Что случилось?

Мальчик высвободил вопль, который пронзил душу Джакса:

— Один… один!

Хватаясь за соломинку, Джакс сказал:

— Ты не один, Кадж. У тебя теперь есть я. У тебя есть Дижа и другие. У тебя есть Сила.

— Это… Сила творит… со мной… такое! — Слова вырывались болезненными толчками, полными такого страдания, которое ворвалось в ум Джакса, как штормовая волна и ветер. — А Дижа… Дижа ушла. Я ей не нравлюсь!

Та вот из-за чего это — из-за Дижи? Неужели она давала мальчику такой эмоциональный стимул через феромоны, что её отсутствие вызывало такое?

— Ты очень нравишься Диже, Кадж. И она скоро вернется.

Растущее напряжение на миг остановилось — вопль чувств Джакса стих до простого рева. Затем мальчик покачал головой, вцепившись руками в волосы.

— Недостаточно скоро. Не… достаточно… скоро. — Его глаза распахнулись, и он потянулся, чтобы вцепиться Джаксу в воротник.

— Останови это, пожалуйста, останови это! Он жжет меня!

— Что тебя жжет?

— Гнев.

— На кого ты сердишься? — отчаянно спросил Джакс. — Что тебя рассердило?

— Они отослали меня… послали меня сюда. — Он покачал головой. — Я не хотел приезжать. Если бы я остался, то, возможно, со мной бы этого не случилось.

— Ты сердишься на своих родителей за то, что они отослали тебя?

— Нет… не на них. На него.

— На кого? Скажи мне.

— На Императора. Он забрал всё. Ферму, мою жизнь, моих родителей, мой мир. Всё. Всё!

И тут Джакс ощутил это — огромную зияющую дыру потерь и одиночества, что таились под гневом. Он тоже потерял своих родителей, но не так. Если он рос под крылышком у джедаев, то Каджин был просто предоставлен сам себе, один, сокрушённый мощью, которую не понимал.

Джедай обхватил мальчика руками и крепко держал его, подстроившись под его ритм раскачивания, как будто они были в лодке на воде.

— Не один, — сказал ему Джакс. — Ты не один. И если ты действительно хочешь бороться с Императором, не позволяй гневу завладеть тобой. Не позволяй ему побеждать.

— Но я не могу сдержать его.

— Тогда позволь ему уйти, Кадж. Не уступай ему. Пусть он уступит тебе.

Мальчик сжал зубы и заколотил пятками по полу.

— Я не знаю, как!

— Конечно, знаешь. Знаешь. Скажи это, Кадж: нет эмоций; есть покой.

— Покой, — прошептал Кадж.

— Нет невежества; есть знание. — Джакс видел, что губы мальчика двинулись вместе с его. — Нет страсти…

— Есть спокойствие, — прошептал Кадж, затем повторил: — есть спокойствие.

— Нет смерти; есть Великая сила.

Они закончили кодекс в унисон; напряженное тело Каджа, наконец, чуть расслабилось в руках Джакса, раскаленный добела гнев остывал. Из глаз мальчика катились слезы и падали на медитационную циновку. Мгновение спустя он рыдал, и нити гнева, наконец, ослабились и отпустили его.

Джакс почувствовал, что по спине катится струйка пота, и понял, что весь в холодном поту. Он услышал приглушенный шум, поднял голову и увидел в дверном проеме Ринанна с размятым в кашу домрай-фруктом в одной руке и мокрым пятном спереди на одежде.

— С ним такое часто будет? — спросил он. — Если так, предлагаю хранить фрукты под замком.

Джакс безрадостно улыбнулся. Если с Каджем постоянно будет происходить подобное, то фрукты будут их наименьшей заботой.

* * *

— Я так и знал, что найду тебя здесь.

Отойдя на два шага от кафе, Ден поднял голову и увидел И-5, спокойно разглядывавшего его.

— И зачем ты искал меня? — спросил Ден.

— Я немного… беспокоился из-за твоего недавнего внезапного исчезновения. Как будто вы с Ринанном что-то не поделили, — сказал И-5.

— Не говори мне, что ты тоже подслушивал!

Фоторецепторы дроида сверкнули.

— А кто-то подслушивал вашу беседу с Ринанном?

Ден пожал плечами.

— Честно сказать, я не уверен. Но похоже, Дижа в курсе того, о чём мы говорили, а она не станет ни подтверждать, ни отрицать.

— А.

У Дена в голове вертелся незаданный вопрос: «А что вообще она станет подтверждать или отрицать?»

И-5 направился к бесформенному центру растянутого рынка, и Ден пошел в ногу.

— Куда мы идем? — спросил он.

— Послать сообщение другу. — Иными словами, сотруднику «Бича».

— Да? И кому?

— Тому, кто много знает о подземной «магнитке».

Подземная «магнитка» была спасательным маршрутом, которым «Бич» уже некоторое время переправлял опасных существ к кораблям в нескольких близлежащих космопортах, где они могли тайно покинуть планету. Странно, но главное её достоинство заключалось в том, что она была достаточно общественной, чтобы быть частной. Вы просто таяли в толпе, и если вам были знакомы туннели, которые и составляли значительную её часть, то вы могли спокойно исчезнуть и вновь появиться где-нибудь в другом месте системы, так, что можно было обойти даже наблюдение.

Тайной была серия побочных туннелей и шахт техобслуживания, давно забытых и заброшенных, само существование которых было стерто из технических отчетов города-планеты. Покойный сотрудник «Бича» высокого уровня удостоверился в этих поправках и заплатил за это собственной жизнью. Поскольку в Имперском Бюро безопасности подумали, что он здесь с какой-то другой целью — на что он и рассчитывал — они просто решили, что остановили убийцу и саботажника прежде, чем он успел совершить свое гнусное дело, и воспользовались его гибелью, чтобы выслужиться перед Императором — ах, эти злобные такие-сякие так и лезут следом, точно сумасшедшие. Они что, никогда не научатся?

— Планы путешествия нашей клиентки тогруты? — спросил Ден.

— Да. В это время года Орто прекрасен.

Ден покосился на дроида.

— Некоторая часть Орто прекрасна в любое время года.

И-5 издал раздраженный щелчок.

— Не тупи.

— Отстань. Просто не ожидал от тебя такой неточности. Почему Орто?

— Из-за музыки. Наш друг чувствует, что универсальный талант ортоланов в сочинении очень эмоциональной музыки пойдет на пользу рассматриваемой молодой особе.

Ден подумал о Каджине Саваросе и почувствовал, как вина, словно маленькая птичка, впилась крошечными острыми когтями в его совесть. Он сказал:

— Слушай, мне нужно кое о чём тебя спросить.

— Насчет Тудена Сала. — Дроид посмотрел сверху вниз на салластанина. — Я знаю, как ты относишься к этому… предприятию. Но подумай лучше об оплате в случае моего успеха.

— Прекрасно, а ты подумай об оплате в случае твоего провала. И о том, почему ты хочешь это сделать.

— Полагаю, это и так совершенно ясно.

— Нет. Дело ведь не в опасности.

— Тогда почему, ты думаешь, я хочу это сделать?

— Ради мести.

Дроид буквально застыл, с радостью отметил Ден. Его фоторецепторы ярко сверкнули от удивления.

— Нет.

И всё. Просто «нет». Дроид развернулся на пятках и продолжил идти.

Ден помчался догонять.

— Это было похоже на опровержение.

— Это была правда.

— Ты уверен?

И-5 продолжал идти; Ден ускорил шаг, чтобы не отстать.

— Что бы ты ни думал насчет моих способностей, — сказал дроид, — я не способен лгать. Кто подсунул тебе в голову эту идею?

— Я что теперь, не способен сам думать своей головой?

И-5 изобразил надменное сопение.

— Ладно, это Дижа… через Ринанна, полагаю, — сказал Ден.

И-5 замедлил шаг.

— Интересно. Выходит, они думают, что я готовлю месть… этому человеку… потому что он убил моего партнера — моего друга?

— Если кратко, то да.

— И им не пришло в голову, что в то время, как наша нынешняя работа так бесит и так дорого обходится рассматриваемой личности, этот новый план поразит самую сущность и устранит его навсегда?

— Приходило. Но я предполагаю, дело вот в чём: почему именно ты должен сделать это?

— У меня самые большие шансы на успех просто из-за того, кто я и что я.

— Правда? Я думаю, что они считают, что, возможно, у Джакса больше шансов на успех из-за того, кто он и что он, и ещё кое из-за чего, что у него есть. И это что-то содержит огромный потенциал дополнительной мощи, благодаря тебе.

Дроид остановился и уставился — по-другому и не скажешь — на него.

— Ты о чём?

— Об этом твоём травяном коктейле.

— Что они говорили?

— Не столько говорили, сколько спрашивали. — Ден огляделся, затем шагнул ближе к дроиду. — Они интересовались, где она, и, кажется, пришли к выводу, что ты отдал её мне.

— Они говорили, почему они интересуются ею?

— Думаю, что в основном всё сводилось к страху, что, когда случится катастрофа, у Джакса не окажется… этого вещества.

— Они думают, что я не отдал бы ему её? Почему?

Мысль, что трещала в голове Дена, вдруг наполнила его ледяным ужасом.

— По той же самой причине, почему ты так охотно решился на мученичество — потому что ты боишься того, что может сделать Джакс, если ему взбредёт в голову отомстить, да ещё с ботой. Ты боишься, что он может принять её и оказаться поглощенным тьмой. А так он может сколько угодно думать о мести, но воплотишь её в жизнь ты.

Наступила долгая напряженная пауза, во время которой звуки, цвета и запахи базара, казалось, доходили до Дена сквозь толстые подушки. Во всей вселенной он видел только этого дроида — это мерцающее металлическое существо — разумное существо, готовое пожертвовать собой в последнем, смертельном акте защиты.

И-5 положил руку на плечо Дена… и оттащил его с главного прохода в темный, грязный угол позади киоска, где воняло машинной смазкой и пылью.

— Эй! — пискнул Ден. — Что, во имя хаоса, ты…

Металлическая рука зажала ему рот.

— Инквизиторы, — прошипел дроид. Он выпустил рот Дена и позволил ему развернуться внутри их дыры-убежища.

У Дена напряглась кожа на затылке, его подбородки задрожали. Это действительно были инквизиторы — трое, движущиеся вместе, как один. Трое.

— Я никогда не видел, чтобы они вот так ходили, — пробормотал И-5.

— Это успокаивает, — отозвался Ден.

Пока они наблюдали, инквизиторы остановились поговорить с продавцом оружия в переулке напротив. Со стороны казалось, что в киоске продаются портативные влагоуловители и дистилляторы, но каждый, кто часто бывал здесь, знал, что это было только прикрытие. Инквизиторы расположились, чтобы как следует допросить явно перепуганного хозяина-салластанина, когда один из них внезапно поднял голову в капюшоне и, повернувшись, оглядел улицу.

Ден почувствовал, что его окатила волна холода. Он благодарил каждое салластанское божество, какое знал, за то, что он не чувствителен к Силе.

Затем настырный инквизитор повернулся и что-то сказал своим товарищам, и внезапно все трое встревожились. Они стремительно ушли, словно плывя над выщербленным дюракритом базара, и исчезли в шахте ближайшего лифта на углу.

Ден дрожал. Ну и жуть.

И-5 шагнул было в направлении киоска салластанина, но Ден остановил его.

— Если они расспрашивали того парня, то если еще и дроид начнёт задавать вопросы, он вообще с ума сойдёт. Пойду я.

И-5 согласно кивнул, и Ден нырнул в толпу, пробиваясь сквозь поток более высоких существ, и подошёл к киоску с оружием, слегка шаркая ногами и ломая руки.

— Я видел инквизиторов, леквана, — сказал он хозяину, используя салластанское слово, которое примерно переводилось на общегалактический, как «брат по пещере.» Хозяин все еще казался немного ошеломленным. — Они говорили тебе, кто это сделал? — спросил Ден. — Они схватили его?

— Кого?… О! Убийцу, хочешь сказать. Нет, они только спросили меня, не видел ли я кого-то. — Он наморщил лоб, словно не мог вспомнить, кого. Возможно, ему стерли этот фрагмент памяти.

— Правда? У них есть описание?

— Я… Полагаю, что есть. Человеческий мальчик, кажется, сказали они. — Он покачал головой и пожал плечами. — Да их тысячи на этом рынке.

— Да. Не меньше.

Ден развернулся так, чтобы перекрыть проход. Оказавшись вне поля зрения салластанина, он чуть повернул голову и обнаружил, что И-5 шагает примерно в метре от него.

— Ничего, — сказал он дроиду. — Если они и спрашивали его о чём-то, кроме человеческого мальчика, он не помнит.

— Давай спустимся на один уровень, — предложил И-5. Он привел Дена к лифту мерно в двух кварталах — к счастью, подальше от инквизиторского трио.

Спустившись, они немного поблуждали, прежде, чем войти в боковой переулок и направиться на кухню «Стола Императора» — благотворительного учреждения, чьё безупречное выполнение общественной работы не привлекало внимания имперцев. ИББ едва заботило, кто кормит крыс, пока они подавали соответствующую документацию, которую, очевидно, делал Тай Ксон Йиммон.

И-5 взял на себя инициативу, представившись повару-гунгану.

— У меня есть деловое предложение для твоего хозяина, которое будет ему выгодно, — сказал он невыразительным, как у стандартного дроида, голосом.

— Откудова? — спросил гунган, следя за Деном.

— Определенный поставщик осветительных товаров. Он говорит мне, что у твоего хозяина есть темный коридор, который он хочет осветить.

— Ах, да. — Гунган закивал так рьяно, что его уши взлетели, а глаза-стебельки подпрыгнули. — Да, моя босс такое очень надо. Проход длинный и очень темный. Ваша получили предложение?

И-5 достал кристалл данных, по-видимому, из ниоткуда и вручил его гунгану.

— Когда ваша делать работу?

— Через два дня в семь часов, — ответил И-5, затем издал три щелчка, каждый немного тише, чем предыдущий.

Гунган расплылся в любезной улыбке и склонил голову набок.

— Ваша дать это на посмотреть, а? Моя берет это для босс.

— И еще одно, — сказал И-5, прежде чем повар успел сунуть кристалл в карман и удалиться. — Скажи сакианцу, что я встречусь с ним завтра на закате. Он знает место.

Гунган кивнул головой, отчего его длинные уши затанцевали на плечах.

— Никакая проблема. Моя скажет ему это. — Когда повар-гунган отправился передавать кристалл и сообщение — которое заключалось в том, что «работа» будет на самом деле сделана в 4 часа, на три часа раньше, чем установлено, — Ден поглядел на И-5 с заползающим в сердце страхом.

— Ты решил, что насчет плана?

— Нет. Но я дал себе крайний срок. Я решу к тому времени, когда завтра увижу свой контакт.

— Не надо, И-5. Опасность… просто слишком велика. Всё это слишком велико.

И-5 повернулся к нему, фоторецепторы ярко сверкали в тусклом интерьере задних коридоров дома милосердия.

— Со всем должным уважением, Ден, — и я серьёзно — я считаю, что нахожусь в лучшем положении, чем ты, чтобы взвешивать опасность. Мой процессор фактически уже вычислил все возможные сценарии и переменные, которые повлечёт мое согласие. Я просто жду мнения большинства команды, прежде чем принять свое решение.

— И?

— Я обещаю тебе, что не возьмусь за это дело, если Джакс и остальные почувствуют, что это неправильно.

Неправильно. Не нецелесообразно. Не нелогично. Не глупо опасно. Не смертельно.

Неправильно.

Ден покачал головой и последовал за И-5 назад по улице. Если дроиды начали философствовать о морали и этике, может, пора исследовать импланты киборгов и лоботомию.