На следующий день, когда в Редколесье Принцесса почувствовала опасность, враг уже стоял у стен столицы, и старый гном Казначей с крепостной башни видел развивающиеся над строем чужих воинов неведомые знамёна.

За несколько дней до этого неизвестную армию заметили на Северных рубежах королевства. Пограничные бароны со своими отрядами рыскали по полям, но не нашли и следа от неё. А между тем неуловимый враг продвигался всё ближе и ближе к столице, и многие сообщали, что отчётливо видели неизвестное войско. Землепашцы в панике, опасаясь встречи с врагом, перестали возить в города продукты, и горожане стали ощущать, что ещё далекая угроза уже коснулась их стола.

Но Мудрый король был болен. Таинственный недуг начал сковывать его через пару дней после отъезда Принцессы. Сначала это было лёгкое недомогание, как будто на мгновение силы оставляли его. Но постепенно мгновения стали складываться в минуты, и короля внимательно осмотрел Волшебник.

– Не стану вас утешать, мой король, – вздохнул он после осмотра, – но болезнь ваша очень тяжёлая. Если бы она была вызвана слабостью вашего организма или вы были отравлены, я легко избавил бы вас от недуга. Отвары из лечебных трав восстанавливают больные органы, а всякому яду можно найти противоядие, но вы заколдованы, мой король. На любое волшебство можно ответить волшебством, но я не знаю, кто наложил на вас заклятье. Для этого колдовства нужно немного: всего несколько капель из вашего бокала, которые несложно унести в стеклянной склянке. Достаточно растворить эти капли в воде и поместить кусочек пергамента с заклинанием, и оно начнёт высасывать ваши силы. В отличие от яда, это колдовство действует медленно и не сразу проявляет себя. Для того, чтобы спасти вас, тоже нужно немногое – знать, что за заклинание было начертано на пергаменте, но это знает только писавший. Мне нужно как-то отыскать этого волшебника, а отыскав, я смогу спасти вас. Но необходимо хранить и вашу болезнь, и цель моего отъезда в тайне. Если кто-то прибегнул к такому изворотливому колдовству, он будет вредить вам и дальше.

Единственным, кого Волшебник посвятил в тайну недуга Мудрого короля, был гном Казначей. Ему он передал и сосуд с живительным эликсиром, строго наказав растворять в день по пять капель в воде в серебряном бокале. Это не спасало Мудрого короля, но позволяло оттянуть то время, когда силы полностью оставят больного. Прощаясь с Волшебником, Мудрый король грустно улыбнулся:

– Я счастлив, что Принцесса уже далеко от столицы и не увидит меня прикованным к постели.

– Не увидит, – успокоил его Волшебник. – Ваши враги забывают, что у вас есть друзья, а если они обратились к колдовству, то и я не самый последний волшебник в этом мире. Кто знает, может быть, то, что Принцесса уже в пути, спасло и её от колдовства. Желаю вам терпения и мужества, и пожелайте мне удачи в моих поисках.

Утром Волшебника уже не было в столице. Мудрый король выпил принесённое Казначеем снадобье, и от былых недомоганий не осталось и следа. Но следующее утро опять возвратило приступы слабости. Выпитый эликсир вновь восстановил силы, но к вечеру болезнь предательски вернулась. Так изо дня в день при помощи эликсира старый гном поддерживал силы Мудрого короля. Но с каждым днём недуг длился всё дольше, отнимая у короля всё больше сил, а спасительных вестей от Волшебника всё не было. Иногда от него прилетали почтовые голуби, но они не приносили секрет спасения, а только содержали послания для капитана Прыгуна. Старый гном старался, как мог, хранить тайну недуга, но слухи о загадочной болезни Мудрого короля расползлись по столице.

Когда же в королевский замок долетели слухи о вражеском нашествии, Казначей совсем упал духом. Новые стены города были крепки и неприступны, городская стража проворна и надежна, ополчение, собранное из жителей, хорошо вооружено и готово к бою, но гном не был полководцем, а Мудрый король не покидал своих покоев. Старый рубака генерал Карун приободрял Казначея как мог, но тот был совсем раздавлен свалившимися напастями. Получив сведения от пограничных баронов о том, что вражеское войско стоит у Каменного города, на севере королевства, Карун выступил вместе со своими силами навстречу врагу. Опытный полководец сразу предположил, что быстро и незаметно может передвигаться совсем маленькая армия, и поэтому для отражения вторжения достаточно одних опытных вояк гоблинов. Но, ещё не дойдя до Каменного города на севере страны, от пограничных баронов он узнал, что противник уже движется к столице.

Собрав своих командиров в походной палатке, генерал сказал:

– Кажется мне, что кто-то водит нас за нос. Не может целая армия исчезнуть перед нашим носом и появиться за нашей спиной. Необходимо спешно возвращаться к столице, пока не случилось беды.

Все согласились, и армия гоблинов, свернув палатки, спешно повернула назад. Но она так и не успела прибыть вовремя.

***

За пару дней до отъезда Принцессы из Охотничьего замка в Редколесье в столицу прибыли Горожанин от горожан и Землепашец от землепашцев с вереницей полных продуктами повозок и потребовали безотлагательной встречи с самим Мудрым королём.

Старый гном совсем растерялся и признался королю, что не знает, что и делать. Мудрый король уже с большим трудом поднимался с постели на трясущихся от слабости руках, но разум его был ясен и твёрд.

– Я приму их в зале Большого совета, – подумав, сказал он. – Там очень удобный трон. Если меня усадить на него и стянуть ремнями, никто не усомнится в моём здоровье. Ноги скроет стол, а руки мы прикроем мантией. Что до моей головы, я сумею не опустить её ни перед кем. Нельзя, чтобы в минуту опасности в королевстве усомнились в своём короле.

Так и поступили. Доверенные слуги усадили короля на трон и бережно стянули его тело ремнями. А гном Казначей в это время сердито объяснял Горожанину от горожан и Землепашцу от землепашцев, что Мудрый король страшно занят, что он не спал всю ночь, обдумывая, как отразить врага. И что ему поэтому нездоровится, и глаза его болят от яркого света, а самого его знобит от ночных сквозняков. Поэтому встреча пройдёт в полутьме зала Большого совета, где их уже ждут.

Когда прибывших ввели в зал Большого совета, Мудрый король привычно сидел на своём троне. И только полутьма и меховая мантия выдавали его недуг от ночной работы.

– Усаживайтесь на свои места, господа члены Большого совета, – спокойным и уверенным голосом сказал Мудрый король. – У меня всегда найдётся время для вас.

Оба пришедших даже растерялись поначалу. Видимо, они ожидали застать Мудрого короля в более плачевном состоянии. Но, увидев его восседающим на троне, осторожно присели на свои места за столом.

– Мой король, – осторожно начал Горожанин от горожан, – мы рады, что вопреки подлым слухам о вашем драгоценном здоровье, вы, как и прежде, полны сил. Даже представить трудно, на какие только уловки не пускаются наши враги, что простую простуду объявляют сковавшим вас тяжёлым недугом. Но мы принесли вам тяжёлую весть – враг всего в одном дне пути от столицы. Мы сами с господином Землепашцем от землепашцев видели их реющие знамена, и сразу поспешили предупредить вас. Теперь, когда вас все оставили, мы рады, что можем доказать службой свою верность. Мы не воины, но мы привезли с собой повозки, гружённые всевозможными продуктами и добрым пивом для славных орков, хранителей городских стен и башен. И это несмотря на то, что их командир скверно обошелся со мною. Но в минуту опасности для моего короля и столицы я забываю всё.

– Оно всё так и есть, – повторил и Землепашец от землепашцев, – и знамёна я своими глазами видел, и еды для орков мы привезли.

Король выслушал всё невозмутимо и ответил:

– Я рад, что в минуты опасности забываются распри, и рад, что вы в этот час прибыли на спасение столицы. Но почему вы решили, что меня кто-то оставил?

– Так вот и Барона от баронов нет, и генерала Каруна, и Эльф от эльфов, говорят, сбежал в Зелёный лес, и даже господин Волшебник пропал, – неуверенно начал перечислять Землепашец от землепашцев, и было видно, что старается он говорить с чьих-то чужих слов. – Опять же и героя нашего Прыгуна не видно.

Король на это только улыбнулся:

– Так каждый хорош на своем месте. Барон от баронов уже спешит сюда со своими всадниками, а генерал Карун и того ближе. Враг оказывается в ловушке. Если он подойдёт к нашей столице, то захватить её ему не позволят орки, славные хранители городских стен и башен. А в спину врагу ударят гоблины генерала Каруна. Вы славные, добрые члены Большого королевского совета, но вы не знаете правил большой войны. А уж господин Волшебник всегда исчезает куда-то, но и появляется всегда в нужный момент.

– А как же гоблин Прыгун, капитан вашей стражи? Где он? – забеспокоился Горожанин от горожан.

– А где наш славный капитан Прыгун, я сказать не могу, поскольку и сам не знаю. Он в пути, и путь его долог. Но в путь он отправлен по моему приказу, и приказ этот тайный.

Такой ответ несколько смутил Горожанина от горожан, и он заговорил о другом.

– Вы мудро заметили, мой король, что мы – люди мирные и в делах войны не сведущие, – заискивающе начал он. – Но, как люди мирные, мы можем выехать вашими послами прямо к врагу и узнать, с какой целью напал он на наше королевство.

– Оставьте вы это, господин Горожанин от горожан! – замахал руками возмущенно Землепашец от землепашцев. – Ну какой из меня королевский посол?

– И верно, никакой, – вздохнул Горожанин от горожан. – Видно, придётся мне ехать одному. Дозвольте мне тотчас отправиться королевским послом и узнать все условия врага. А там, что бы со мной ни случилось, но никто не скажет, что я скверно служил моему королю.

Король подумал немного и ответил:

– Зная вас, господин Горожанин от горожан, не удивился бы я, если бы вы и без моего разрешения отправились к врагу. А потому смело отправляйтесь и привезите нам требования врага. На том и окончим наш совет.

Землепашец от землепашцев приподнялся было в кресле, но Горожанин от горожан сидел. И старый гном готов был поклясться, что и в полутьме разглядел на его лице злорадную улыбку.

– Мы ждём, когда встанет Мудрый король, – смиренно заявил Горожанин от горожан, – и не смеем встать прежде него.

Но Мудрый король оставался спокоен и твёрд и строго ответил:

– Это для вас Большой совет закончился, а для меня он ещё продолжается, и я должен встретиться ещё со многими и решить много дел. А потому не держите обиды на своего короля, погружённого в дела королевства. Когда беда пройдёт стороной и Большой совет соберётся в полном составе, тогда во всей полноте мы будем соблюдать ритуал.

Горожанин от горожан и Землепашец от землепашцев встали и поклонились Мудрому королю, и тот проводил их лёгким кивком головы. Когда двери зала совета закрылись за ними, Мудрый король тяжело уронил голову и тихо подозвал верного старого гнома.

– Как я рад, что Принцесса не видит, что отец её превратился в тряпичную куклу, – печально усмехнулся он.

– Мой король, – успокаивал его Казначей, – помните пророчество, а значит, вы ещё поправитесь.

– Велите положить меня в постель, мой милый Казначей, – продолжал Мудрый король. – А сами проследите за этим Горожанином от горожан. Думаю, не стоит упускать его и на минуту.

Слуги осторожно стали освобождать Мудрого короля от ремней, а гном поспешил за ушедшими.

На некогда пустынном дворе королевского замка, где раньше, скучая, прохаживались гоблины в серебряных плащах, теперь толпились во множестве состоятельные горожане. Спускавшегося по длинной лестнице Горожанина от горожан встретили они приветственными криками. Тот остановился, высоко поднял руку, призывая успокоиться, и громко возвестил:

– Мои славные горожане! Я отправляюсь прямо в лагерь врага, потому что готов на всё ради вас! И потому, что все остальные оставили нас в трудный час. Гномы попрятались в пещерах, эльфы укрылись в лесах, ушли и не вернулись гоблины, и даже Волшебник покинул нас. Настал час, когда мы можем сказать решающее слово. Я знаю, есть такие края, где горожане живут сами по себе, без вынужденного соседства с другими, без баронов и королей. Я верю, что и мы будем скоро жить так же! Ждите моего возвращения!!!

Собравшиеся радостно зашумели, а Горожанин от горожан, прихрамывая, спустился с лестницы. Ему подали белого коня и помогли взобраться в седло. Он взял пику с привязанным белым полотнищем и под радостные крики поскакал к воротам города. А в провожающей толпе тут же забегали мальчишки, продавая пергаментные листки с заранее переписанными словами Горожанина от горожан.

Старый гном слышал его слова и спросил стоящего рядом капитана городского ополчения, что он думает о сказанном.

– Конечно, всё, что он сказал, может, кого-то и впечатлило, – ответил тот. – Но мы-то с вами были на Снежной равнине три года назад. Тогда эльфы не пустили оборотней через свои леса, а гномы закрыли горные перевалы, и пришлось армии оборотней биться с нами на равнине. Но не будь там непробиваемых головорезов гоблинов, порезали бы волколаки к утру всю нашу армию, как стадо овец. Не нравится мне что-то вся эта задумка Горожанина от горожан.

– И мне совсем не нравится, – тяжело вздохнул Казначей. – Скользкий он какой-то, не ухватишь его никак. Будьте начеку этой ночью и сообщайте мне о всём, что покажется опасным и подозрительным.

Гном отправился навестить Мудрого короля и, убедившись, что тот уже спит, отправился в свою комнатку, до потолка заставленную счётными книгами. Но самому Казначею спать уже не пришлось. Капитан страшными ударами едва не выбил его запертую дверь.

– Беда, господин Казначей! – кричал он. – Стража городских стен и башен отравлена. Все орки на службе короля и ополченцы, пившие с ними пиво. Все спят беспробудно, видимо, враг подмешал в пиво смертельный маковый отвар. Я уже приказал схватить Землепашца от землепашцев. Но он клянётся, что доставил лишь продукты, а пиво вёз Горожанин от горожан. Да и не думаю, что таким коварным планом предатель поделился с таким недотёпой, как Землепашец.

Гном не нашёл что и сказать в ответ. Он обречённо обхватил голову руками и молча смотрел на капитана.

– Я буду ждать вас у лестницы, – тихо сказал капитан и вышел.

Казначей неспешно встал, сел за стол и достал большую хрустальную линзу на серебряной подставке. Он обещал Волшебнику, что в минуту полного отчаяния отправит птичьей почтой письмо далёкому неизвестному Мастеру зверей для капитана Прыгуна. Написав письмо, он аккуратно достал клетку с пометкой Волшебника для Мастера, вынул голубя и обмотал его лапку пергаментом с вестями. Гном аккуратно открыл окно и выпустил птицу. От вида улетающего в темноту вестника на глазах старика выступили слёзы. Ему было очень тяжело и тоскливо при воспоминании о маленькой Принцессе и славном молодом гоблине. Казначей вытер слёзы, поправил очки и уверенным шагом отправился к капитану городского ополчения.

***

Ранним утром бодрствующий всю ночь старый гном Казначей с крепостной башни видел развивающиеся над строем чужих воинов неведомые знамёна. Нельзя было понять, чья армия подошла к столице и что собирается делать враг. Многочисленные воины просто стояли неподвижно, ожидая чего-то. Неожиданно стена вражеских щитов расступилась, и Горожанин от горожан неспешно выехал на белом коне. В руках он по-прежнему держал пику с белым полотнищем. Подъехав к городским воротам, он громко крикнул стоящему на башне Казначею:

– Приказываю во избежание кровопролития распахнуть ворота столицы и впустить нового наместника королевства. Никто не пострадает, а враг немедленно уйдёт, если вы примете моё начальство над столицей. Я обязуюсь взять под опеку больного короля, сохранить всем имущество и удалить армию врага до последнего воина. Соберите всех горожан. Как и обещал, я принёс всем мир и благополучие.

Гном Казначей молчал, молчал и капитан городского ополчения. Но оба понимали, в какой растерянности находятся защитники стен и башен, заменившие отравленных орков.

– Распахните ворота! Мы должны сберечь и город и жителей! – настойчиво прокричал Горожанин от горожан. – Если вы не впустите меня, враг пойдёт на приступ, и кровь каждого неопытного воина ляжет на вас.

Гном молчал, а капитан городского ополчения процедил сквозь зубы:

– Он всё придумал заранее. Когда он привёз в город отравленное пиво, он знал, что оставит стены без надёжной защиты.

– Отворите ворота, – тихо скомандовал старый гном. – Он знает, что я не полководец и не могу губить неопытные молодые жизни защитников столицы. Он выиграл.

Ворота едва начали открываться, но радостная победоносная улыбка уже осветила лицо Горожанина из горожан. Он продолжал улыбаться даже тогда, когда большая чёрная стрела старого орка пронзила его горло. Главный Страж королевских башен не дотрагивался до пива со дня рокового спора с капитаном Прыгуном.

Враг неподвижно простоял под стенами до самой темноты. Таинственные воины не двинулись вперёд даже тогда, когда сражённый Горожанин от горожан безжизненно рухнул на землю. Защитники столицы смотрели на многочисленные ряды противника без страха и растерянности, а в полном недоумении до того времени, пока ночная тьма не скрыла неизвестную армию.

Утром в рассеивающемся тумане вместо вражеских рядов ополченцы, дежурившие на башне, увидели только одинокую, знакомую всем фигуру в нелепой шляпе и старом, потрёпанном плаще со старым вороном на плече.

***

Страшное заклинание было написано Волшебником на лоскуте пергамента, который был тут же им сожжён, а пепел высыпан в бокал с недопитой Мудрым королем водой. Старательно взболтав своё странное лекарство, Волшебник приподнял больного и заставил сделать несколько глотков. После этого Король вновь откинулся на подушку, но его глаза радостно блеснули.

– Дорогой друг мой, – улыбнулся он Волшебнику, – дайте мне вашу руку.

Волшебник аккуратно передал кубок с лекарством королевскому Казначею, протянул Мудрому королю руку и по крепости рукопожатия убедился в силе своего эликсира. Старый гном даже не скрывал радостных слёз, сбегавших на его окладистую бороду. Король жадно выпил всё до капли и попытался подняться, ощущая забытый уже прилив сил, но Волшебник остановил его:

– Вам нужен сон, чтобы силы вернулись к вам в полном покое. Обещаю вам чудесное пробуждение.

Под внимательным взглядом Волшебника Мудрый король откинулся на постель и закрыл глаза. Когда Казначей и Волшебник убедились, что выздоравливающий крепко спит, они осторожно вышли из спальни.

Старый гном вытирал набежавшие слёзы и не скрывал переполнявшего счастья от встречи с возвратившимся Волшебником, который сразу легко и просто объяснил и исправил всё окружавшее Казначея в эти дни. На месте неизвестной армии подоспевший Волшебник нашёл большой крепкий фургон, застланный соломой и переполненный сидящими на цепях троллями.

– Я поначалу боялся, что Горожанин от горожан пошёл на союз с северными горными троллями, – объяснял Волшебник другу. – Но он оказался для этого слишком жадным и использовал бедных луговых троллей. Они – мирный народец, но тоже большие мастера устраивать иллюзии, необходимые им на охоте и в обороне от врагов. Не знаю, каким обманом заманил их этот негодяй, но он знал как использовать их в своих злых целях. Незаметно переезжая в фургоне по стране, он то заставлял их создавать наваждения, то снова прятал. Так воображаемая вражеская армия то появлялась, то исчезала и озадачила этим даже генерала Каруна. Горожанин от горожан ни с кем не делился своим простым планом, как не собирался делиться ни с кем властью, которую мечтал получить. Нужно отдать должное его находчивости и фантазии. И своих врагов, и своих друзей, он всех обвёл вокруг пальца.

– Всех, кроме старого орка, – уточнил с улыбкой Казначей.

– Верно, – согласился и Волшебник. – Хотя думаю, что именно история ухода орков из своих земель из-за нашествия горных троллей и натолкнула его на идею использовать мирных бедолаг – луговых троллей. Орки подали ему идею и поплатились за неё своими жизнями. Но стрела старого орка остановила Горожанина от горожан, когда он решил, что уже победил. И это спасло всех. Даже находись я рядом с вами на крепостной башне, я не смог бы причинить предателю вреда. Такова была моя высокая плата за выздоровление Мудрого короля.

– Как же так? – удивился старый гном.

– Дорогой мой господин Казначей, у нас будет ещё много времени для долгих рассказов, – ответил другу Волшебник, – но сейчас ответьте, посылали ли вы весточку Мастеру зверей? Сейчас это самое важное.

Гном рассказал, что сделал это только сегодняшней ночью, узнав о предательстве Горожанина от горожан, и в письме кратко написал о случившихся событиях.

– Мне нужно спешить, – заторопился Волшебник. – Как жаль, что у нас нет ещё одного голубя, знающего дорогу туда, чтобы послать им весточку. А мой верный ворон уже слишком стар для дальней дороги.

– Но вы же Волшебник, – удивился старый гном, – неужели вы не можете заколдовать другого голубя?

Волшебник только улыбнулся и сказал:

– Вы слишком большого мнения о разуме голубей, дорогой господин Казначей. Голубь прекрасен в полете, но договориться с ним куда труднее, чем с беркутами и воронами. Я дружу с птицами, но я не могу изменить природу каждой из них. Мы не можем сейчас передать славному капитану Прыгуну весть о том, что король в безопасности, но теперь я верю, что всё будет хорошо.

В это время вдали затрубили рога, и друзья решили, что вернулась армия гоблинов во главе с генералом Каруном. Но, выглянув в окно, они увидели несущихся к городским воротам всадников. Впереди в невероятно длинном плаще скакал сам Барон от баронов. А усталая армия гоблинов подошла к столице только поздним вечером, и генерал Карун узнал всё о случившемся.

***

В Большом зале совета, по настоянию Мудрого короля, собрались гном Казначей, Волшебник, Барон от баронов и генерал Карун. Король вошёл в зал сам, делая ещё не твердые шаги, но не от слабости, а от долгого пребывания в постели. Волшебник рассказал всем о колдовстве, едва не сразившем Мудрого короля, раскрыл тайну появляющейся и исчезающей армии и перевёл разговор на другую тему.

– Все эти события совсем отвлекли нас от исполнения пророчества, – сказал Волшебник. – Мы должны помочь как можно быстрее доставить короля и Принцессу в родные края Прозорливой королевы. Но как нам сделать это, если наш король еще не оправился после колдовства?

– Дело не в моей болезни, – вздохнул Мудрый король. – За те дни, когда я был прикован колдовством к постели, я понял, что король не может просто покинуть страну, в которой едва не взяли верх коварство и измена. Необходимо восстановить мир и процветание, а мой отъезд только поднимет и без того не утихающую волну слухов. Но в одном господин Волшебник прав: Принцесса непременно должна вернуться в земли её матушки, нашей Прозорливой королевы.

– Если всё идет так, как мы предполагали, – продолжил Волшебник, – то Принцесса находится в полной безопасности в тихом и незаметном месте, под охраной славных гоблинов капитана Прыгуна. Мне необходимо немедленно отправиться к ней и провести маленькую госпожу по землям, лежащим за Скалистыми горами и не принадлежащиму державе Мудрого короля, до самой Большой реки, широкой, как море. Я бывал в этих землях и хорошо их знаю.

– Ни Прыгуну, ни его гоблинам нельзя пересекать Скалистые горы, – перебил Волшебника генерал Карун. – И тем более спускаться к землям рядом с Большой рекой. Ни гномам, ни людям, ни эльфам не опасны эти земли, но только не гоблинам. Страшная каменная напасть превратила земли от Кемфрида до Большой реки в кладбище гоблинов. Что может помнить о том времени славный мальчик Прыгун, если такие, как он, тогда едва появились на свет? А я старик и повидал немало, спасая остатки своего народа. Гоблин может погибнуть в бою, но смерть от этой каменной напасти – нелепая и страшная смерть. А потому, если наш король не может поехать с вами, то поеду я. Я не могу отдать камню своих мальчиков.

– Не лучше ли вам написать им? – посоветовал Волшебник.

– Они настоящие бойцы, – отмахнулся генерал, – они могут только выполнить приказ. А приказ им может отдать либо наш король, либо я, но не кусок пергамента, что бы в нем ни было написано. Я поеду с вами и верну их, чего бы это ни стоило.

– Что хотите со мной делаете, господин Волшебник, – заявил гном Казначей, – но и я еду с вами.

– Милый господин Казначей, одумайтесь, – удивился Волшебник. – Ваше место возле нашего короля.

– Напрасно вы думаете, милый господин Волшебник, что недумающего гнома кто-то назначил бы королевским Казначеем. И в Скалистых горах всякий гном знает, откуда я родом и где жил, прежде чем попал в столицу, – улыбнулся старый гном. – Да и спустившись в долину, в чужие земли, поверьте, всегда пригодится тот, кто сумеет и купить дёшево, и продать дорого.

Волшебник никак такого поворота не ожидал и растерялся.

– Один я без труда нагоню процессию Принцессы, – объяснял он, – но как я смогу быстро передвигаться со старым гномом или ветераном-гоблином? По мне лучше такой спутник, как Барон от баронов.

Старый вояка был очень польщён таким выбором. Но, с минуту поразмыслив, ответил:

– Наш король сейчас нуждается в хорошем, крепком плече. Может быть, я и не так мудр, как господин Казначей, и не так выдержан, как славный генерал Карун, но я не оставлю короля одного. Может быть, я не столь быстр, как стрела орка, но распознать притаившегося зверя сумею. Никто из вас не желает вновь увидеть сотканного из приключений и удач славного капитана Прыгуна больше, чем я. Но я остаюсь, потому что и он на моём месте поступил бы так же. Проводите нашу добрую Принцессу и возвращайтесь. И я клянусь; к тому времени наш король с беркутом на перчатке будет скакать первым среди охотников.

– Я высоко ценю не только вашу храбрость, господин Барон от баронов, – проговорил Мудрый король, – но и ваше дружеское участие. Но мы должны решить, как лучше и быстрее проводить Принцессу туда, где ей не будет угрожать опасность.

– Трудная задача, – признался Волшебник.

– Почему бы нам не воспользоваться фургоном Горожанина от горожан? – хитро прищурившись, предложил старый гном. – Это очень крепкая, добротная крытая повозка, созданная гномами. Хитрый обманщик обещал закупать у гномов-мастеров такие повозки для перевозки муки, но оплатил постройку только одной, для своих делишек. Четвёрка лошадей может быстро везти этот фургон по дороге, и никто из встречных не узнает, кто будет сидеть в нём, даже если это будет старый гном или знаменитый генерал.

Волшебник очень обрадовался такой идее.

– Верно, господин Казначей, – поддержал он. – Процессия Принцессы и её охраны путешествовала не быстрее, чем шагал простой гоблин. При проезде посёлков и даже небольших городков Принцесса вынуждена была останавливаться для встречи с подданными. А в каждом большом городе приходилось ей останавливаться на пару дней. Если мы немедленно отправимся следом за ними, нигде не останавливаясь, то сможем быстро нагнать их.

– Как бы вы ни спешили, – усомнился Барон от баронов, – но лошадям нужно время для отдыха.

– Верно, – согласился генерал Карун. – Поэтому поступим как на войне, когда подданные несут неудобства, но помогают воинам. Король даст нам заверенный подписями и печатями приказ Градопровителям всюду забирать у нас уставших лошадей и давать нам взамен новых, готовых к дороге. Так мы сможем передвигаться ещё быстрее.

– А когда мы окажемся за пределами королевства, – продолжил гном Казначей, – Мы просто можем продавать старых лошадей и покупать новых. Мы с вами уже думали, что за пределами королевства Принцессе будет лучше путешествовать, не оглашая свой титул. Иначе нам придётся дать ей в сопровождение два или три отряда конных всадников, а в каждом городке в её честь будут устраивать шумные встречи. Такое внимание отнимет у нас много времени и совсем утомит молодую госпожу. А вы, господин Волшебник, говорили, что суета и волнение причинят вред не только ей, но и всем вокруг. Если же мы будем путешествовать в этом закрытом фургоне, мы сможем сохранить и тайну, и покой Принцессы.

Волшебник просиял от такого простого решения. Но, боясь позабыть, повмл разговор о другом.

– Славный Барон от баронов, я поместил луговых троллей, пленённых Горожанином от горожан, под присмотр капитана городского ополчения, – сказал Волшебник. – Завтра с восходом солнца мы спешно двинемся в путь, и я прошу вас передать этих бедолаг баронам с севера, чтобы они выпустили их в поле, не причиняя вреда. Они и без того натерпелись.

– А я лично пойду и осмотрю фургон до последнего гвоздика и дощечки, – заявил гном Казначей.

– Мне тоже необходимо пойти и отдать приказания своим командирам, – сказал генерал Карун.

Мудрый король осмотрел сидящих и улыбнулся.

– Я рад, что могу подняться сам, без помощи, и объявить, что наш совет окончен, – подытожил он, вставая с трона.

Все разом поднялись, проводили радостными взглядами медленно уходящего Мудрого короля.

***

А наутро они уже стояли перед большим крепким фургоном, запряжённым четвёркой лошадей. Слуги заносили внутрь корзины и бочонки со съестными припасами и небольшие сундучки с замысловатыми замками, набитые монетами. Дорога предполагалась дальняя, а гном Казначей, как никто, понимал волшебную силу золота в чужих странах.

Мудрый король, прощаясь с уезжающими друзьями, старался не говорить о том, как скоро и он сможет последовать за ними и сможет ли сделать это вообще. Но Волшебник успокаивал его:

– Мой король, не нам судить, как верно исполняются пророчества. Главную его часть мы выполним во что было-то ни стало. Мы проводим нашу Принцессу и выполним обещание, данное вами родителям Прозорливой королевы, и уберёжем маленькую госпожу от бед. Кто знает, что бы произошло, если бы она оставалась рядом с вами, но несложно догадаться, что бы случилось в королевстве, будь вы все это время вдали от столицы.

– Мой добрый господин Волшебник, – вздохнул Мудрый король, – я и сам говорю себе все эти слова, но то, что принимает разум, не принимает сердце. Как король, я должен сейчас быть именно здесь, но часть меня всегда будет следовать за вами. Пусть моя дочь помнит это и простит своего отца.

– Наберитесь терпения, мой король, – ответил Волшебник, – Принцесса вернётся, когда придёт срок её возвращения. А до того часа наберитесь терпения.

Барон от баронов в это же время прощался с генералом Каруном.

– Следите, чтобы никто не обижал моих гоблинов, – строго наказывал генерал.

– А вы возвращайтесь быстрее, – весело отвечал Барон. – Хотя назад вам не придётся уютно ехать в большом крытом фургоне, а долго шагать с вашими серебряными плащами под солнцем по пыльным дорогам. Но одно я вам скажу наверняка: славного капитана Прыгуна среди вас не будет. Он отправится провожать Принцессу, даже если все смертельные болезни будут ждать его в долине за Скалистыми горами. И если он и впрямь окаменеет, то я сам отправлюсь за его каменными останками и привезу их сюда, чего бы мне это ни стоило, и поставлю во дворе перед замковой лестницей. И всякий, кто держал или собирается держать в руках меч, будет смотреть с восторгом и почитанием на каменную фигуру этого гоблина.

– И вас совсем очаровал этот славный паренёк, – улыбнулся генерал Карун. – Вот вам моя рука, что я приведу его, и вы будете угощать нас бочонком доброго старого вина из королевского погреба, оставленного вам господином Казначеем.

– А вот вам моя рука, что гоблины вернутся без Прыгуна и останутся без королевского вина, – протянул свою руку Барон от баронов.

Но рукопожатие двух старых вояк прервал Волшебник, уже поднявшийся на облучок повозки и взявший в руки вожжи. Генерал легко, но аккуратно подхватил старого гнома и подсадил его в открытую дверь фургона, потом и сам не без труда втиснулся следом.

Казавшийся неповоротливым большой фургон тронулся с места и неожиданно быстро покатил по дороге. Следом поскакали пять всадников из отряда Барона от баронов, чтобы проводить путников до ближайшего города.

***

Как и предполагали старый гном и Волшебник, дорога в фургоне заняла у друзей втрое меньше времени, чем потребовалось карете Принцессы с охраной из шагающих гоблинов. Как ни упрашивали столь знатных путников всюду остаться хотя бы на день, они ссылались на строгий приказ Мудрого короля, меняли лошадей, сами сменяли друг друга на облучке и следовали дальше. Только миновав большой шумный город Грандис, Волшебник отправил старого ворона с посланием к капитану Прыгуну.

Уже подъезжая к сосновому бору, Волшебник удивлённо заметил кружащегося в высоте рогатого дракона. Он подозвал сидящих в глубине фургона спутников, и они проводили удивлёнными взглядами странное волшебное создание, медленно опускающееся за кроны деревьев. Вскоре показался и дом Мастера зверей с высыпавшими во двор встречать гостей хозяевами и гвардейцами. Восторгу гоблинов не было предела, когда среди приехавших увидели они своего старого генерала. Волшебник радостно обнимался с Мастером зверей и кланялся прекрасной эльфийке. И только один гном сидел на облучке фургона, с недоумением глядя на странного большого трёхголового волка, бегающего среди серебряных плащей, на которого гвардейцы не обращали никакого внимания.

– Дозвольте, господин гном, я помогу вам спуститься, – предложил ему подошедший человек с длинной челкой седых волос, судя по одежде, всадник из отряда какого-то пограничного барона. – И о лошадках не беспокойтесь, и о своей славной повозке. По всему видно, работа добрых мастеров.

Он помог гному спуститься и очень удивился, что перед маленьким стариком с почтением склонился подбежавший капитан Прыгун.

– Господин Казначей, как же давно мы не виделись, и уж не думал никак увидеть вас здесь, – радовался молодой гоблин. – Озадачили вы меня своими письмами. Я чуть волком не выл от бессилия вам помочь и вдруг получаю письмо от господина Волшебника, а следом и вас вижу.

– А уж я-то как рад видеть, славный наш капитан, – отвечал, обнимая склонившегося гоблина, гном. – Столько выпало напастей на седую мою бороду, что я о таком раньше и думать не мог. Одно меня успокаивало, что, пока славный наш герой рядом с Принцессой, молодая госпожа в полной безопасности.

– Да как сказать, господин Казначей, – признался Прыгун. – В пути такое случалось, что и самого господина Волшебника бы озадачило. Одно вам сразу скажу, что маленькая наша госпожа теперь вовсе не та девочка, которая ещё недавно смотрела, как великаны в городскую стену камни кладут. Иной раз мне кажется, что сейчас она и эти камни голосом бы сами катиться заставила, такая иной раз сила в ней просыпается.

Но тут Прыгун вспомнил, что старый гном устал от дальней дороги, и, поддерживая, повёл его в дом, куда всех зазывал на обед серебряный колокольчик.

После обеда добрая Нянюшка позволила приехавшим лишь на минуту взглянуть на мирно спящую девочку, и гостей отвели в комнату хозяев отдохнуть. Но и у гостей, и у хозяев было столько вопросов друг к другу, что беседа затянулась до самого ужина, а после ужина – за полночь.

Гном Казначей и генерал Карун подробно рассказали о болезни Мудрого короля и что за тем последовало. И все удивились, почему Горожанин от горожан прибегнул к такому колдовству, и как Волшебнику удалось отыскать секрет заклинания.

– Всего этого не произошло бы, отправься Мудрый король вместе с Принцессой в путешествие. Тогда Горожанин от горожан легко захватил бы от его имени власть в столице. Но Мудрый король остался, и коварный негодяй поступил по-иному. А почему он прибегнул к колдовству, как раз не удивительно, – объяснил Волшебник. – Горожанин от горожан не прибегнул к яду, которым он отравил стражу столицы, потому что понимал: без Мудрого короля королевство опять погрузится в распри и войны. Даже слабый и больной Мудрый король оставался для всех единственным правителем. Поэтому Горожанин от горожан желал быть наместником и опекуном короля и вернувшейся Принцессы. Мне необходимо было найти того, кто сочинил это колдовское заклятье, и, узнав его, спасти короля.

– Но как же вы смогли найти этого колдуна? – разом спросили Прыгун, Мастер зверей и прекрасная эльфийка.

– В этом мне помог сам Горожанин от горожан, – улыбнулся Волшебник.

– Как так? – удивились все.

– Кроме этого Горожанина, никому не было выгоды околдовать короля, – объяснил Волшебник. – Но найти кого-то, знакомого с сильным и простым колдовством, совсем не так просто. Да и начни он поиски колдунов, это бы вызвало подозрение, а Горожанин был вовсе не так прост. Поэтому я обратился к его истории. И знаете что любопытно? Он оказался подкидышем. Его когда-то младенцем подложили в корзинке под двери старого Горожанина от горожан.

– И вы стали искать ту, что тайно время от времени помогала ему под видом постороннего человека, – догадался Мастер зверей.

– Верно, – кивнул Волшебник. – Не скажу, что я нашел её легко и сразу, но редкая тайна укроется от птиц и зверей. Мы сумели отыскать её к югу от королевства, и я помог властям города, на болотах возле которого она скрывалась, схватить её. Увы, но не один Мудрый король пострадал от ее колдовства. Эта Болотная ведьма и рассказала мне своё заклинание.

– Как же она его вам выдала? – спросили Волшебника удивлённые слушатели.

– Я просто пообещал, что в ближайшую же ночь превращу её сына в крысу и скормлю филину, – ответил Волшебник.

– Горожанин от горожан и был её сыном, – объяснил остальным собравшимся Мастер зверей.

– Да, поэтому она и согласилась выдать свой страшный секрет, – подтвердил слова Мастера Волшебник. – Но поэтому мне пришлось дать ей слово волшебника, что не причиню никакого вреда её сыну. Поэтому я и признался господину Казначею, что даже если бы стоял рядом с ним в роковой час на башне, не смог бы сразить предателя из страха утерять волшебную власть и спасти Мудрого короля. Но стрела старого орка оказалась для Горожанина от горожан неожиданней и страшнее любого волшебства. Но мы должны решить, как поступить завтра, когда срок сна Принцессы закончится и нам нужно будет продолжить путь.

И тут генерал Карун, до этого времени особого участия в разговоре не принимавший, рассказал подробно, почему капитану Прыгуну и его гвардейцам нельзя переходить Скалистые горы и спускаться в долину. Молодой гоблин выслушал старого генерала и заявил, что, конечно, отдаст приказ остальным немедленно следовать в столицу и вернуться к своей службе королевских стражей, но сам он продолжит путь.

– Я дал Мудрому королю слово, что доставлю его дочь в земли её матери, Прозорливой королевы, – спокойно объяснил Прыгун, – но я не давал ему слово оставить её на половине дороги.

– Но ты же погибнешь, мой мальчик, – вразумлял его генерал, – погибнешь от страшного недуга без чести и без славы. Просто обратишься в камень – и всё.

– Лучше быть камнем, – обречённо но уверенно ответил Прыгун, – чем прожить остаток жизни с камнем на душе от невыполненного долга. Я остаюсь и буду сопровождать Принцессу. А если меня сломит этот страшный недуг, я, и каменея, буду спокоен и рад, что сопровождал маленькую госпожу, сколько смог, не покривив честью воина.

***

Принцесса проснулась от яркого солнечного света, пробивавшего кружевные шторы на большом окне гостевой комнаты и падающего на её подушку и на дремлющую в кресле Нянюшку. Она сладко потянулась, рассматривая уютную знакомую комнату, в предвкушении вкусного чудесного завтрака, который готовит на кухне прекрасная хозяйка дома со старым эльфом. Девочка осторожно спустилась с постели, накинув поверх длинной рубашки тёплый нежный шерстяной плащ, надела туфельки и тихонько прокралась к двери. Каково же было её удивление, когда, открыв её, она увидела Волшебника в его странной шляпе и старом плаще, со своим старым вороном на плече.

– Доброе утро, маленькая госпожа, – сказал Волшебник, сняв шляпу в церемониальном поклоне, и из неё тут же вылетела с весёлым щебетом маленькая пёстрая птичка.

Проснулась, охая, Нянюшка, а возле Принцессы уже стояли старый гном Казначей, Мастер зверей со своей красавицей женой и капитан Прыгун. А снизу доносился рокочущий голос старого генерала Каруна. И каждый готов был поклясться, что видел, как всегда сосредоточенное лицо девочки озарила внезапно прекрасная открытая улыбка.

Долгий и спокойный сон и в самом деле пошёл на пользу Принцессе. Хотя ей и казалось, что она проспала только одну ночь, наполненную многими снами, но она прекрасно себя чувствовала и приходила в восторг от всего, что видела и слышала. Её радовало, что дальнейший путь она провёдет с Волшебником и Казначеем в быстром фургоне, как самая простая девочка. Что не надо будет подолгу задерживаться в каждом городе, соблюдая долгие и скучные королевские церемонии, а можно под стук колёс слушать удивительные и невероятные истории Волшебника. Что, хотя славных и добрых гоблинов генерал Карун уводит назад в столицу, для защиты её отца, но милый капитан Прыгун по-прежнему будет рядом. А веселый гоблин Говорун обучил её маленького тролльчонка с ленточкой на шее легко создавать ожившее подобие любого диковинного существа из мастерской Мастера зверей. И что хотя лошадку Снежинку и нельзя взять в дальнюю дорогу, но она будет под надёжным присмотром в доме Мастера, и Вик будет постоянно её навещать.

Волшебник торопил с отъездом, и уже после обеда было решено ехать, чтобы затемно быть в Зелёном лесу и навестить короля эльфов. Как ни хотели хозяева расставаться с такими удивительными гостями, но уже были запряжены отдохнувшие за ночь лошади, и загружены продукты в дорогу, и душистый запах таинственных пряностей прекрасной эльфийки наполнил фургон. Мест в фургоне было много, и в нём легко разместились все вещи Принцессы из её кареты. Перед отъездом к старому гному подошёл высокий седой всадник и, попросив прощения, что не обратился вчера по незнанию, как следует, к самому королевскому Казначею, потребовал, чтобы его взяли с собой как кучера.

– Мой барон обязан Принцессе больше, чем своей жизнью, поэтому приказал мне проводить её до самого конца её пути. Я хорошо умею ладить с лошадьми и с любой поломкой справлюсь без труда. А потому хочу и дальше оставаться с Принцессой и господином капитаном.

– Сделайте нам честь, – согласился старый гном. – По всему видно, вы лихой наездник и опытный воин и будете очень полезны в нашем путешествии по чужим землям.

Прыгун тепло попрощался с каждым своим гвардейцем, оставив за старшего Буруна. Прощаясь, Мастер зверей попросил Прыгуна не забывать подаренную старую книгу, и они тепло обнялись. Гоблины в серебряных плащах выстроились в стройную шеренгу, с болью провожая своего славного капитана на верную гибель. Генерал Карун не выдержал и, когда Прыгун уже собирался запрыгнуть в фургон, подошёл и с отчаянием сказал:

– Славный мой мальчик, одумайся, если недуг всё ещё свирепствует, ты уже не вернёшься.

Прыгун по-сыновьи неуверенно обнял старика и ответил:

– А если болезнь ушла, то я вернусь.

И тут произошло то, что поразило всех. Старый гоблин опустился перед Прыгуном на одно колено и торжественно сказал:

– Славный капитан Прыгун, я преклоняюсь перед твоим подвигом. Но если ты вернёшься, я вторично при всех гоблинах преклоню перед тобой свои старые кости.

Прыгун совсем растерялся, он с подскочившим Буруном помог старику встать, снял свою шапочку, помахал всем и ловко вспрыгнул в дверь. Фургон легко тронулся с места и скоро скрылся между большими стволами сосен.

Мастер зверей с женой подошли к старому генералу с вопросами, но тот продолжал смотреть вслед исчезающему фургону и молчал. Только к ужину Карун постучал в комнатку хозяев и неуклюже извинился за свое молчание.

– Мы, гоблины, грубый старый народ. Мы не гномы, не эльфы и не люди, – оправдывался старый генерал. – Но даже у нас есть свои пророчества.

– И вы считаете, что славный капитан Прыгун сегодня стал частью одного из них? – спросила прекрасная эльфийка.

– Не знаю, что вам и сказать, – вздохнул старик. – Возможно, это всего только глупая сказка для маленьких гоблинов, но