— Боже, я совсем забыла.

— Что?

— Я не купила твоей матери подарок. Даже открытку.

Клео была слишком занята преображением в женщину, с которой Байрон мог бы встречаться. И пусть она действительно выглядела великолепно, это не оправдывало проявленного эгоизма.

— Не переживай. Я купил и открытку, и подарок. Скажу, что это от нас.

— Спасибо. Что ты ей купил?

— Книгу.

— И все?

— Еще я заказал очень дорогой букет. Слушай, ей сложно подобрать подарок. Маме не нравится, когда другие люди покупают ей одежду, предметы искусства или вообще что-либо для дома. Мужья и любовники могут покупать женщинам украшения, сыновья — нет. По крайней мере, это я услышал, когда, будучи неловким подростком, купил ей ожерелье. Но, может быть, оно просто было недостаточно дорогим. В прошлом году я подарил ей вполне милую статуэтку — подлинник, позволю себе добавить, — и сейчас она стоит на полке туалета в домике у бассейна.

— У нее есть домик у бассейна?

— Да. И бассейн.

— Но ведь она живет прямо у пляжа.

— Бассейн используется скорее для декора, чем по прямому назначению, изредка в нем купается Лара. Да и вряд ли кто из гостей сегодня будет плавать — женщины побоятся за прически, а мужчин больше интересует вино.

Не слишком-то приятные гости, судя по описанию. Хотя Клео и сама не стала бы рисковать прической — она стоила ей небольшое состояние.

— Что за книгу ты купил?

— Последний триллер Даниэля Сильвы. Мама любит этого писателя.

— А если она успела ее купить?

— Навряд ли. Она предпочитает брать книги в местной библиотеке, чтобы не чувствовать себя обязанной дочитывать. В каких-то вещах она достаточно экстравагантна, но в других бережлива. Возможно, это из-за ее прошлого — до встречи с отцом она была достаточно бедна.

— Ты хочешь сказать, она вышла за него из-за денег? Поэтому их брак развалился? О, прости. Это было грубо с моей стороны и вообще не мое дело.

— Не извиняйся, все в порядке. Думаю, сперва они были влюблены друг в друга, но мой отец трудоголик, и его практически не бывало дома. Со временем они просто разошлись. О, мы наконец приехали.

Он свернул на улочку, плотно заставленную машинами в самых неожиданных местах.

— Боже! Как ты припаркуешься?

— Не переживай, все улажено. — Он с улыбкой показал ей красный пульт и нажал на какую-то кнопку.

Огромная гаражная дверь справа от них начала подниматься, открывая два парковочных места, одно из которых было занято маленьким белым хетчбэком.

— Это машина Глории, нашей домохозяйки. Мама и Лара держат машины в другом гараже, а это место для особых гостей. То есть для меня. — Он озорно улыбнулся и вышел из машины.

Клео сидела, не в силах пошевелиться от обуревавшего ее волнения. Может, внешне она и была похожа на возможную пассию Байрона, но в душе продолжала чувствовать свое несоответствие этой роли. И еще больше — его планам на остаток ночи. С какой бы силой она ни хотела Байрона, Клео не была уверена, что сможет его удовлетворить.

Ей все еще было сложно поверить, что он захотел ее уже в первую встречу. Впрочем, зачем ему врать? Причин для такого подлого обмана не было. Клео встречала жестоких мужчин, и Байрон явно не из этого теста. Зато он был искусным любовником, в чьей кровати побывало множество очень красивых и уверенных в себе женщин, умеющих порадовать мужчину. В отличие от Клео. Мартин говорил, что, обнажившись, она становится слишком застенчивой и чопорной. Никакой естественности, страсти. С Байроном будет по-другому — в его присутствии Клео начинала чувствовать свою сексуальность.

Байрон помог ей выйти из машины, и Клео попыталась выкинуть все эти мысли из головы. Сейчас нужно было думать о вечеринке и встрече с его матерью… О нет, об этом тоже лучше не думать. Этой встречи Клео совсем не ждала.

И зря — все оказалось совсем не так страшно, как она думала. Клео представляла себе Розалинду Мэддокс разряженной матроной с перетянутым пластикой лицом, но нет. Да, вечером ей можно было дать на десять лет меньше, но никаких следов уколов и других вмешательств. Разговаривала она не свысока, да и разряженной ее назвать было никак нельзя. Шелковый брючный костюм лимонного цвета как нельзя лучше подходил к ее светлым волосам. Но больше всего Клео удивила теплота и благожелательность, с которой ее встретили. Вот где Байрон научился своим обольстительным манерам.

— Как мило, мне нравятся открытки с приятными словами. Но я не ждала ничего большего, Байрон, цветов было вполне достаточно. — Она развернула подарок и явно обрадовалась: — О, спасибо! Гораздо лучше, чем твой прошлогодний выбор, дорогой.

— Угу.

Они сидели в большой гостиной с видом на выложенную плиткой террасу, за которой виднелся бассейн и светящийся огоньками тропический сад.

— Как давно вы вместе?

— Не слишком.

— А как вы познакомились?

— Клео работает личным ассистентом Скотта Макаллистера. Макаллистер — магнат в области горнодобывающей промышленности, а я думаю инвестировать в его компанию.

— Правда? Не похоже на тебя.

— Зачем жить, если не расширять время от времени собственные границы?

В глазах Розалинды Клео читала немой вопрос. Она явно не походила на обычный выбор Байрона. Впрочем, на самом деле она и не была его выбором. Их отношения закончатся постелью, и Клео это вполне устраивало. Это было все, чего она хотела, не правда ли?

— Вынуждена оставить вас и присоединиться к другим гостям, дорогие. Почему бы вам не поступить так же? Здесь много интересных людей.

— А где Лара и Джаспер?

— Лара сказала, что не выдержит общения с моими гостями, и ушла ночевать к подруге. Ну, а где Лара, там и Джаспер. Угости свою милую девушку шампанским, вряд ли вы где попробуете лучше.

— Ну еще бы. — Байрон дождался ухода Розалинды.

— Откуда сарказм? Мне понравилась твоя мама, она милая.

— А ты понравилась ей. Но ее очарование объясняется тем, что мысленно она уже планирует нашу свадьбу.

— Что за чушь!

— Она очень хочет увидеть меня женатым.

— Но не на мне же!

— Почему?

— Я не похожа на твой обычный выбор, и она это заметила.

— А может, ты лучше.

Клео тронул его комплимент, хотя и не хотелось этого признавать. Она даже представила себя в роли миссис Байрон Мэддокс, но лишь на долю секунды. На похоронах Мартина она поклялась не принадлежать другому мужчине и не хотела нарушить клятву. Да и вообще, Байрон никогда не сделает предложение кому-то вроде нее.

— Не будем увлекаться, Байрон. Моя роль здесь — защитить тебя от потенциальных невест. А на помощь Грейс я согласилась, потому что пришло время сделать что-то с моей внешностью. Для себя, а не для тебя или твоей матери. Так что, пожалуйста, не нужно думать, что между нами что-то серьезное. Это нечестно ни по отношению к ней, ни по отношению ко мне. Да, я хочу оказаться с тобой в постели, и меня саму шокирует это признание. Но этим все и заканчивается.

Неожиданно для себя Байрон разозлился, а ведь она просто говорила, как обстоят дела с ее точки зрения.

Он же видел ситуацию иначе. С каждой проведенной вместе с Клео минутой его желание усиливалось, и дело было не только в сексе. Да, он хотел лечь с ней в постель, но его не удовлетворит простая интрижка. Впрочем, звучало так, будто она и этого не слишком хочет.

— Ты хочешь сказать, что тебе нужна только одна ночь со мной? Ты это имеешь в виду? — Он с трудом сдерживал ярость. Кровь закипела в венах, руки сжимались в кулаки.

— Нет. Не думаю, что одной ночи будет достаточно.

— Мне — так точно.

Байрон буравил Клео взглядом до тех пор, пока сквозь броню беспристрастности не начало проступать смятение.

Он бы в тот же момент покинул праздник, если бы к ним не подошли жадные до общения с новыми лицами соседи Розалинды — достаточно пожилые, чтобы Байрон не захотел обижать их резким уходом. Он представил им Клео, которая моментально притихла и предоставила ему быть очаровательным и остроумным собеседником. Привычная роль, но сейчас Байрону хотелось совсем другого. Его переполняли сексуальные фантазии, в которых она соглашалась на все, даже на то, чтобы стать его девушкой. Или тайной возлюбленной. Да как она вообще смеет отказывать ему? Решать, когда достаточно, а когда нет? Это его прерогатива.

Никогда раньше Байрон не был столь безжалостным в своей погоне за женщиной. Но, в конце концов, это ее вина! Или слишком молодого для болезни и смерти мужа. Почему Клео больше не влюблялась? Неужели считала, что одним желанием быть с кем-то другим уже предает мужа? Поэтому она хотела ограничиться кратковременным сексом?

Нет, Байрона это не устраивало. Он хотел другого. Внутренний критик предостерегал его от того, чтобы оставить Клео с разбитым сердцем. Но Байрон мысленно послал этот голос ко всем чертям.

— Я слышал, ваш отец продает дом здесь, в Сиднее.

— Да, это так.

— Что ж, сейчас удачный момент для продажи имущества. Но не для горнодобывающей промышленности, маленькая мисс. — Сосед переключился на Клео.

Байрон взял с подноса два бокала с шампанским и сунул один из них в руки Клео.

— Простите, но мне нужно поговорить с матерью. Был рад снова вас увидеть.

Мать была занята беседой с презираемым им политиком и звездой реалити-шоу, просиявшей при виде Байрона, — неужели ее пригласили в качестве следующей невесты? Идеальная улыбка, идеальное тело. Байрон немедленно развернулся и затащил Клео на кухню, где Глория помогала официантам.

— Приветствую, Байрон. С кем это ты, не представишь?

Байрон познакомил их и шепнул Глории, что хочет сбежать.

— Мама не сразу заметит, что я ушел. — Он сунул в рот несколько симпатичных с виду закусок. — А когда это произойдет, ты не могла бы сказать, что у Клео разыгралась мигрень и я повез ее домой? Скажи, что я бы попрощался лично, но побоялся быть съеденным акулой, с которой она все время говорила.

— Здесь таких несколько.

— Не хочешь съесть что-нибудь, милая?

Байрон улыбнулся и приобнял Клео, по телу которой тут же пробежала легкая дрожь. Она отрицательно покачала головой. Ее волнение передавалось Байрону, но этого было недостаточно, чтобы достучаться до его сознания и заставить отказаться от своего решения.

— Хорошо, тогда допивай и поедем.