Зураб редко признавался, что чего-то он не понимает. Специалист экстра-класса обязан все просчитывать на семь ходов вперед. Он не имеет права упустить какой-то момент, не угадать, не подстраховаться. Профи должен работать на опережение, упущенная инициатива – сбой, провал и гибель.

Но тут…

Появление во дворе живой-здоровой девки-сыщицы вначале удивило. И поначалу даже не слишком, а лишь заставило задуматься: «Детку пожалели и оставили в живых?.. Бывает, бывает… Но вот надолго ли?»

В том, что Евдокия Землероева приговорена, Зураб ничуть не сомневался. Вопрос лишь в сроках исполнения и мерах.

Хотя… по расчетам киллера, ретивую девицу должны были прихлопнуть довольно быстро, пожалуй, в течение суток. Но вот поди же ты: идет живая и здоровая. Правда, в какой-то идиотской ушанке и дешевом пуховичке.

А это странно. Сыщица переоделась, причем изображает девушку без средств, а в этот дом она проникла довольно-таки приодетой. Без дорогих мехов, но все-таки с претензией. По дому шныряла в хороших джинсах и приличном свитерке.

Зураб отошел от окна, под которым прошла девушка с тяжелыми пакетами в руках. Сел за компьютер и отправил повторное сообщение приятелю по переписке. Приятель тот работал в одном из информационных центров ГУВД, Зураба принимал за журналиста, специализирующегося на криминальных новостях. В глаза его не видел. Киллер нашел паренька в «Одноклассниках», подцепил на интересе и предложил сотрудничество. Хорошо платил за информацию.

Еще вчера вечером киллер отправил приятелю просьбу сообщать обо всех происшествиях, прошедших по полицейским сводкам. (Иногда, собирая по крупицам самую незначительную и разрозненную информацию, можно сделать интересный вывод. Особенно если ты человек в теме.)

Увидев Евдокию, Зураб отправил понукающее сообщение: «Напоминаю, что сижу без дела. Начальство рвет и мечет. Что-нибудь интересненькое наклевывается? Выручай, дружище, за мной не заржавеет!»

Закончив с сочинительством, киллер вернулся к окну и крепко задумался. Если говорить по существу, то, выходя вчера на связь с информатором, Зураб рассчитывал уже сегодня получить известие о трагическом происшествии с работницей детективного агентства Евдокией Землероевой.

Но она почему-то все еще жива. И более того: девушка ведет себя странно – полностью сменила имидж, подходя к дому, явно проверялась.

«У конкурентов что-то не сложилось? – задумчиво покусывая спичку, задал себе вопрос киллер. – Детка оказалась им не по зубам?»

О том, что у него появились лихие конкуренты, Зураб понял еще года три назад: прошел ряд громких заказных убийств с отличным исполнением. Несколько своевременных смертей тоже навевали мысль о противоестественности-преднамеренности. И это лыко укладывалось в строку: появились, появились крутые ребятишки, причем работают группой и очень профессионально.

Но ревности или недовольства догадка первоначально не вызвала. Работы для всех хватит. Нынче не лихие девяностые, «стрелки» со стрельбой уже не в моде, а решать проблемы как-то надо, и спрос на профессионалов, работающих без сбоя, только возрастал. Нанятые через третьи руки гопники и наркоманы всех достали – то у них «инструмент» окажется китайским и заклинит в самый неподходящий момент, то случайные свидетели под огонь попадают или показания дают…

Короче, не было ревности к конкурентам. Не было. Работают ребятишки, и сатана им в помощь.

Но год назад ребятки завалили Шляхтича. А Эдик был для Зураба не простым работодателем (причем одним из самых щедрых), он стал для киллера своеобразным крестным. Лоцманом. Романович знал Зураба лично и лично показал убийце, в чем талант последнего: Шляхтич убедил еще законопослушного снайпера принять и выполнить первый заказ. Дал, так сказать, удочку в приспособленные руки.

И как ни прискорбно, сам скончался от снайперской же пули. Судьба, судьба-злодейка…

Год назад Зураб помянул Романовича. За третьей рюмкой начал задумываться: спустить конкурентам смерть лучшего заказчика и друга или пускай живут, пусть мертвые хоронят своих мертвецов…

Додумать думу не успел. От одного из компаньонов Эдика пришел заказ на исполнение.

Зураб мгновенно прокачал объект заказа, соединил множество нитей и сделал вывод: приятель Эдуарда вычислил – или ничуть не сомневался, знал? – заказчика убийства Шляхтича и произвел ответный, адекватный выпад. В сообщении заказчика стояла пометка: «Сделай это страшно. Чтобы другим неповадно было».

Просьба крайне сочеталась с намерениями киллера. Зураб похитил объект устранения. И провел допрос третьей степени.

Истерзанного мертвеца потом нашли в канаве. Ни у кого не осталось сомнений: человек принял смерть долгую и лютую, он был – наказан. За что-то.

И вот что интересно: даже в самых желтых газетенках смерть Шляхтича и бедолаги из канавы не связали. Хотя допросивший бедолагу киллер в точности установил: кто заказал, зачем и кто исполнил. Перед смертью человек правдив, он исповедуется палачу, как своему духовнику.

Но смерти почему-то не связали. Вероятно, противостояние Шляхтича и покойника из канавы проходило подковерной возней, подспудно. О сути этой денежной войнушки знали лишь несколько человек, из которых в живых остались только двое. И еще Зураб, как духовник объекта.

Помимо всего прочего убийца вытащил из полумертвого допрашиваемого все сведения о группе киллеров, устранивших Шляхтича. Узнал, что те именуют себя СВК и работают по самому широкому профилю, берутся за заказы любой сложности. Узнал, как выйти на связь с Синдикатом через простенькое объявление в Сети.

Но сразу выходить на них не стал, а сделал паузу. Подозревал, что после страшной смерти одного из заказчиков группировки те могут изменить условия. Понять, что человек под пытками их – сдал.

Зураб выдержал полгода. Подал объявление…

Почти не удивился, когда ему ответили и предложили встречу. После смерти заказчика прошло достаточно времени, чтобы конкуренты немного успокоились и оставили в силе прежний канал связи.

Зураб на встречу не пошел. В основном потому, что не сумел – подвернулся срочный заказ на выезде, пришлось в пожарном темпе покидать Россию. Но полностью проблему СВК с повестки не изъял. Решил продолжить в более удобное время и сообщил контакту: «Извините, но мой вопрос уже улажен. Прошу прощения за беспокойство».

Три дня назад, когда под окнами наемной квартиры появилась Евдокия Землероева, Зураб о Синдикате вспомнил. А вспомнив… мгновенно разработал гениальную операцию, снимающую разом два головняка! Евдокию убирают ребятишки из СВК, смерть сыщицы станет безусловным доказательством, что Мишу Винни-Пуха отработали конкретно синдикатчики! Все ляжет на поверхности: частные ищейки вышли на группу киллеров, серьезно прищемили хвост серьезным людям, и те их – убрали. Смерти Вероники Матюшиной и Землероевой моментально свяжут с крышей брежневки, откуда выстрелили по Пуховому. На этом – все. Иных версий не будет, поскольку быть не должно: связка Матюшина – Землероева – брежневка— Пуховой – СВК будет выглядеть неразрывной, убедительной до самого последнего звена!

О том, как вывести Землероеву на СВК, Зураб долго не думал. Дочь Эдика Камилла торчала в Интернете все свободное время, адрес ее почты киллер знал. Отправил сообщение. Написал, что знает, кто убил отца Камиллы, подтвердил свою осведомленность и близость к Шляхтичу некоторыми данными. Вывел женщину на Синдикат и дал настойчивый совет привлечь к разработке группировки частных сыщиков. Конкретно – Евдокию Землероеву.

Сообщение Зураб отправил поздним вечером. Следующим утром из окна пронаблюдал картину: сыщица подъехала к брежневке, но, не выходя из машины, развернула колеса в обратную сторону.

Через несколько часов на определенном сайте появилось объявление, и киллер понял: все срослось. Камилла поверила анониму и приняла совет использовать в разработке Синдиката частных детективов.

Да даже если бы не приняла, а сразу же пошла в прокуратуру! Разницы здесь никакой. Евдокию Землероеву замордовали б на допросах в прокуратуре, измучили б вопросами: «Какая связь между вами и группировкой наемных убийц? Что вы знаете о Синдикате? Не вы ли написали сообщение для Шляхтич, желая заработать на убийстве миллиардера?!.» И далее и далее. Сыщикам стало бы не до секретов пятиэтажного дома у трех вокзалов. До пятницы их мордовали б следователи.

Но Камилла поступила как предполагалось. Сыщики пошли работать.

Зураб прикинул сроки. Вспомнил, как полгода назад связник Синдиката мгновенно вошел в контакт с предполагаемым заказчиком…

Тут надо заметить, что стремительная реакция конкурентов тогда вызвала у Зураба нешуточную зависть. Оперативно работают паршивцы, ох оперативно! Канал налажен, работодателей не заставляют ждать, берут за жабры моментально, пока те не остыли или не нашли других исполнителей.

У самого Зураба в этой части специфического промысла частенько возникали неувязки. На подхвате лишь Молчун, если приходилось работать на выезде, некоторые из заказов – уплывали. А Синдикат показывал себя исключительно профессионально, с намеком на серьезную структуру. И соответственно, серьезный гонорар.

В связи с вышеизложенным Зураб прикинул временные рамки, вычислил, когда примерно состоится контакт заказчика и исполнителя. В полночь, в начале суток, следующих за, вероятно, состоявшейся встречей Землероевой и синдикатчиков, вывесил на том же сайте объявление с припиской: «Будьте осторожны! Против вас работают ищейки из агентства…»

Даже если личный контакт еще не состоялся, Синдикат уже начнет принимать контрмеры. И Зураб ничуть не сомневался, что СВК нанесет опережающий удар!

Навряд ли конкуренты просто отстранятся и забудут. Сыщиков, которые выходят на след, обычно убирают. Поскольку те – не полицейские и работают на свой страх и риск за денежку. По предполагаемым убийцам так и вовсе противозаконно. И потому, прежде чем убрать ретивых детективов, их – допрашивают. Вначале аккуратно водят и проверяют, нет ли полицейской или прочей слежки, потом захватывают и… кранты. Евдокии Землероевой. Сам Зураб, будь у него необходимый людской ресурс, так бы и поступил. Повел, проверил, захватил и допросил.

Но Евдокия Землероева, против всех ожиданий, появилась под окном живая, здоровая, без слежки на хвосте и внешних признаков допроса.

В непонятной ушанке, правда. Озирающаяся. Но – появилась.

И это было непонятно.

Зураб заварил крепкий чай в полулитровой кружке и терпеливо занял наблюдательный пункт у окна кухни. В сравнении с некоторыми лежками жесткий табурет и чашка горячего чая поистине райские условия! «Первому номеру» приходилось залегать в снегу, в холодной жиже под проливным дождем, часами валяться под палящим южным солнцем, в душных кустах под звон комаров и мошкары. Боясь пошевелиться, терпеть укусы муравьев.

Здесь – занавеска вместо накомарника, рядом стол с разделочной доской и забитый провиантом холодильник.

Парадиз! Элизиум. Комфорт.

Хорошо бы и душевный. Но этому комфорту не способствовали обстоятельства. Мысли о Евдокии Землероевой сидели в голове саднящими занозами.

Почему девчонка все еще жива или по крайней мере свободна в передвижениях?

«Я где-то перемудрил?.. И операция СВК назначена по этому адресу?»

Если девка привела Синдикат за собой в этот дом, то это – попадос! Операция находится под нешуточной угрозой.

Ведь судя по тому, как девочка себя вела – новая экипировка, смена имиджа, проверялась, прежде чем к дому подойти, – она работала. Совсем недавно или даже продолжает.

Но по кому она работает? Все еще процеживает эту брежневку? Копает по убийству Матюшиной?

Навряд ли. Здесь Землероева уже достаточно засветилась, и новый камуфляж ей ни к чему.

Тогда в чем дело?

Она уже крепко зацепила СВК, столкнулась с синдикатчиками и легла на дно в случайно нанятой квартире?

Поди пойми.

Зураб умел справляться с нервами при любом развитии ситуации. Но нынешнее положение пошло вразброд совсем сверх расписания! Если девчонка вывела на этот дом Синдикат, то, не исключено, здесь вскоре появятся собратья-конкуренты или полицейские!

Совсем-совсем паршиво. Ни те ни другие здесь появляться не должны. Если Синдикат завалит девку прямо в доме, то завтра в пятницу к моменту приезда Миши Пуха возле дома и в подъездах будет не протолкнуться от ментов. Оперативники пойдут проводить поквартирный обход, в подъезде недавно уже погиб один из жильцов, и напарник сыщицы о том напомнит, расскажет, что две его сотрудницы работали по алкашу и обе уже – мертвые.

Черт! К пятиэтажке привяжутся накрепко, ситуация перестает быть томной. Зураб, безусловно, умел работать один, порой входил в прямой контакт с объектом и устранял его любыми подручными средствами или голыми руками. Но если против него начнет работать многочисленная и организованная свора профессионалов…

Уходить немедленно или обождать? Пока вроде бы все ровно. Причин для отхода – никаких. Если не считать девки, засевшей на третьем этаже.

Паниковать – смешно.

Просрать заказ на пустом месте? Перебздеть?

Не так смешно, но очень стыдно.

«Но если за ней придут мои конкуренты и мы столкнемся? В рукопашной.

Один не справлюсь. Надо вызывать Молчуна и держать его на подхвате. Лишним не будет».

Зураб глянул на кухонные часы-таймер. На табло стояли цифры 15:49.