Ударив по кнопке паузы, Аманда какое-то время просто смотрела на застывшее изображение мамы – с чуть приоткрытым ртом, с падающими на плечи вьющимися волосами.
«Я так по тебе скучаю».
Аманда пыталась отогнать воспоминания, чтобы они не захлестнули ее, но те упорно возвращались. Поход в зоопарк. Фильмы в обнимку на диване. Чтение книг вдвоем. Ужины.
Аманда ладонью стерла слезы и сняла видео с паузы.
– Поначалу я не замечала, что КК и Го… прошу прощения, инженер Каханануи и помощник инженера Го были чем-то особенно недовольны. Они жаловались на состояние двигателей, но все знакомые мне техники жалуются на состояние двигателей корабля, на котором служили. Я всегда полагала, что это одно из неписаных правил космических путешествий.
Аманда прыснула.
«Не только космических путешествий, мам, технари-планетники ноют не меньше».
– Но потом я увидела, как они спорят с капитаном Розендо в коридоре рядом с кают-компанией.
На этих словах с нижней части экрана всплыл текст: «Прилагается видео с камер наблюдения».
Аманда отметила видео, чтобы посмотреть потом. Мама продолжала говорить:
– Как обычно, говорил в основном КК, а Го просто постоянно вставлял: «Ага, точно». КК говорил, что техникам полагается больше денег, чем остальным на борту, потому что они занимаются настоящей работой, а все прочие только сидят за консолями и читают сообщения. Что-то в этом духе. Розендо напомнил, что они подписали контракт, а КК ответил, что контракт недействителен, и Го добавил: «Ага, точно». Наконец, Розендо просто повернулся и ушел. Я надеялась, что на том все и закончится, но не тут-то было.
Аманда запустила прикрепленное к сообщению видео, и изображение сменилось на вид с потолка в коридоре. В левом нижнем углу появилось пояснение: «Камера наблюдения коридора j3».
Розендо шел по направлению к камере, и сзади к нему бежали двое мужчин в грязных комбинезонах. Один обладал невероятно широкими плечами, а высок был настолько, что лысая голова едва не царапала потолок. Он выглядел просто огромным. Второй был куда меньше ростом и казался тощим, зато мог похвастаться шапкой неухоженных темных волос. Аманда невольно задумалась, не поедал ли великан всю еду тощего.
– Привет, кэп! – сказал здоровяк.
Розендо остановился и оглянулся.
– В чем дело, КК?
– Я тут заметил, что вы не ответили на мою формальную жалобу.
– А, так это была формальная жалоба? – Видно было, что разговор капитана раздражает. – Ладно, вот тебе мой неформальный ответ: вы получаете ту оплату, которая прописана в контракте.
Каханануи покачал головой.
– Контракт недействителен на основании того, что я не был знаком с кошмарным состоянием двигателей «Сотилло», когда подписывался. Говорили, что это космический корабль, а вместо этого меня запихали на демонстрационную модель из серии «Как НЕ НАДО строить космические корабли».
– Ага, точно, – добавил коротышка. Вероятно, это был Го.
– Это ваше с Компанией дело, КК.
Розендо двинулся дальше, но Каханануи перекрыл ему дорогу. Он был настолько огромен, что Аманда не видела Розендо за его спиной – техник закрывал большую часть кадра.
– Может, я недостаточно ясно выразился, кэп?
– Недостаточно ясно? КК, да я тебя насквозь вижу, – ответил капитан. – Но этому не бывать. А теперь дай пройти, будь добр, работа ждет. Всех нас.
– Не по такой ставке.
– Ага, точно, – добавил Го.
– Проблемы?
Аманда узнала голос мамы, но сцену все еще закрывала широкая спина Каханануи.
– Никаких проблем, Рипли, просто взрослые разговоры, – сказал здоровяк.
– Ага, точно.
Аманда услышала, как Розендо фыркнул.
– Единственные взрослые тут – я да Рипли. А теперь уйди с дороги, КК.
Каханануи повернулся, и Аманда снова увидела Розендо. Позади него стояли мама и Го.
– Хорошо, но мы еще не закончили, – сказал Каханануи.
– Закончили, – Розендо оттолкнул его и ушел.
– Дерьмо, – сказал Каханануи Рипли.
– Ага, точно, – улыбнулась та. – Так, может, хватит брызгаться?
С этими словами она ушла.
Аманда гордо ухмыльнулась тому, как мама осадила техника. Девушке и самой часто приходилось иметь дело с тупыми техниками. Не то чтобы этот эпитет относился ко всем сразу: по правде говоря, большинство из них знали свое дело, и с ними было интересно работать. Например, как Джин. Но ублюдки вроде КК – или Цистернино – выделялись просто на контрасте.
Аманда снова включила показания матери.
– На следующий день ситуация вышла из-под контроля. КК и Го снова принялись спорить с Розендо, на этот раз в кают-компании, прилюдно. Розендо снова их осадил, но на этот раз дошло до драки. КК попытался накинуться на Розендо, но Стендинг, Камигаи и Вентура его оттащили. А потом Го швырнул кружку с горячим кофе в лицо Камигаи, и КК вырвался. Они с Го сбежали и забаррикадировались в оружейной. Мне удалось найти способ туда проникнуть, и мы взяли их под стражу.
Вспомнив что-то подобное, Аманда снова открыла корневую папку – и точно, там обнаружился файл под названием «Захват оружейной». Она немедленно его открыла, и на экране снова появился Розендо.
– Это – компиляция записей с камер наблюдения из коридора, ведущего к оружейной, из самой оружейной и с наружных камер левого борта.
«Наружных?»
Это звучало по-настоящему интересно. Аманда устроилась на койке поудобнее.
Сначала на экране появился еще один коридор, не особенно отличающийся от прежнего. Каханануи с Го бежали к камере, а потом Го остановился и указал на дверь.
– Сюда!
Каханануи посмотрел на Го, на дверь, и ухмыльнулся.
– Всегда подозревал, что голова у тебя не совсем пустая, братан.
Видео прервалось черным экраном с надписью в левом нижнем углу: «Камера наблюдения оружейной».
Дверь скользнула в сторону, затем вошли Каханануи и Го, и в оружейной включились лампы. На полках лежали боеприпасы и большие коробки, маркированные по типу оружия. В стойках вдоль стен выстроились ружья различных моделей. Как только дверь закрылась, Каханануи приказал:
– Измени код.
Го кивнул и начал вводить цифры в панель у двери. Каханануи снял со стойки одно из ружей – Аманда не могла точно сказать какое, но ей показалось, что это была вариация М42 – и принялся искать патроны.
– Готово.
– На какую комбинацию поменял?
– Очень смешно.
– Шутки шутишь, братан? – Каханануи бросил на щуплого помощника злой взгляд. – А ну говори, какой код!
– Не шучу. И не скажу. Останется при мне.
Что-то пробурчав себе под нос так тихо, что Аманда не расслышала, Каханануи принялся заряжать ружье.
Изображение вернулось в коридор, где теперь стояли ее мать, Розендо и незнакомый мужчина. Аманда предположила, что это Стендинг, Камигаи или Вентура. Учитывая, что у мужчины явно были азиатские корни, она решила, что это Камигаи. Розендо стоял у двери и вводил код. Дверь не открылась, зато раздался пронзительный писк.
– Черт подери, должно быть, они сменили код, – капитан подошел к интеркому. – КК, ты там?
Изображение переместилось в оружейную.
– Идиотский вопрос, кэп.
Коридор.
– И чего вы добиваетесь, КК?
Оружейная.
– У нас тут все корабельное оружие. А еще мы приготовили небольшой сюрприз.
– Что еще за сюрприз?
Розендо выглядел встревоженным, но мама только закатила глаза. Выражение выглядело настолько знакомым, родным, что Аманда замерла.
А потом Каханануи заговорил снова, и ощущение пропало:
– Если через час мы не вернемся в инженерную, кое-что взлетит на воздух.
Розендо взглянул на Рипли, потом на мужчину.
– Можешь говорить точнее?
– Чтобы вы могли все остановить? – КК усмехнулся. – Неплохо, кэп, но нет. Ты платишь нам столько, сколько мы хотим – сколько мы заслуживаем! – мы выходим отсюда, и ничего не взрывается. Не платишь – и мы просто продолжаем сидеть тут с пушками.
– Ага, точно, – вставил Го.
Розендо выключил интерком и обернулся к спутникам.
– Что думаешь, Стендинг?
«Так себе из меня детектив», – подумала Аманда, поняв, что человек, стоявший рядом с ее матерью, был старшим помощником «Сотилло» по имени Асано Стендинг.
– Мне кажется, вам следует сказать им, что вы согласны с их требованиями, – сказал старший помощник.
Рипли повернулась к нему, уперев руки в бока.
– С ума сошел? Мы не можем повысить их долю – особенно после того, как они такое дерьмо провернули. Они напали на…
Стендинг поднял руку.
– Я не говорил, что мы согласны с их требованиями, Рипли. Мы только скажем им, что согласны. Это единственный способ избежать их сюрприза.
– Дерьмо. Нет там ничего. Они блефуют.
– Уверена? – спросил Розендо.
– С того момента, когда эта парочка поднялась на корабль, они только и делают, что бесятся и ноют. В ремонтном плане было пятнадцать пунктов. К этому моменту они добрались до шестого, и при этом два запороли. Они не заслуживают повышения, наоборот. И я ни на миг не верю, что они все это спланировали настолько тщательно, что подготовили бомбу. Я думаю, у них вообще не было никакого плана, кроме как наорать на капитана в кают-компании – и ситуация вышла из-под контроля.
Розендо потер подбородок.
– Да, в этом я соглашусь с Рипли. Но они все равно там, а мы – здесь.
– Я вижу три варианта, – продолжая говорить, Стендинг начал загибать пальцы. – Во-первых, можно взломать код.
– Проблема в том, – вставил Розендо, – что лучше всего это умеют те люди, которые сейчас по ту сторону двери. И, что хуже, они могут продолжать менять коды, пока мы их ломаем.
– Во-вторых, можно выбить дверь.
– Для чего нам бы тоже пригодилось оборудование, которое осталось внутри.
– И в-третьих, мы можем взять их измором.
– Четвертый вариант, – сказала мать Аманды. – У них там все наше оружие, но в лаборатории есть сверло по металлу.
Стендинг бросил на нее взгляд искоса.
– С этой дрелью уйдет час на то, чтобы просверлить крошечную дырочку, и они услышат, как мы сверлим.
– Конечно, но только если мы сверлим дверь или переборку.
– А как еще нам попасть внутрь? – спросил Розендо.
– С внешней обшивки. Я могу выйти из корабля и просверлить в обшивке дыру. Там вакуум, так что никто меня не услышит, а из-за конструкции переборки по ней дойдет разве что слабая вибрация. Когда я закончу, воздух выйдет из оружейной, и они потеряют сознание.
– А потом умрут, – заметил капитан. – Они еще не заслужили смертный приговор.
– Нет, но вы в это время можете ломать код.
– Не получится, – Розендо покачал головой. – Как только ты проделаешь дыру, сработает аварийная герметизация.
– Получится. Рипли права, – сказал Стендинг. – Одной из девяти задач, до которых Каханануи и Го еще не добрались, была починка системы герметизации левого борта. Сейчас она выключена.
– Что ж, тогда принято, – Розендо улыбнулся. – Похоже, у нас есть план. Рипли, бери дрель и надевай скафандр. Стендинг, давай займемся кодом.
Изображение переключилось на вид с внешней камеры левого борта. Человек в скафандре – по виду Аманда не могла точно сказать, кто именно, но это должна была быть ее мать – полз по обшивке.
– Почти на месте, Рипли, – голос принадлежал не Стендингу и не Розендо, так что, видимо, говорил еще кто-то из членов экипажа. – Еще примерно два ярда.
– Спасибо, Вентура, – ответила Рипли, проползла чуть дальше и остановилась. – Здесь нормально?
– Да, годится. Начинай сверлить.
Рипли вытянула из пояса скафандра страховочный трос и закрепила на одном из поручней. Затем она достала из сумки дрель. Поняв, что за этим последует, Аманда промотала видео до момента, когда Рипли закончила сверлить дыру в обшивке.
– Готово. Возвращаюсь.
– Хорошо сработано, Рипли, – сказал Розендо. – Мы уже дважды сломали код, но Го успевал ввести новый, прежде чем нам удавалось открыть дверь. Продолжаем – скоро у него голова начнет кружиться.
Включилась камера в коридоре возле оружейной. Розендо и Стендинг стояли возле двери. Они были одеты в скафандры, но без шлемов, которые держали под мышкой. Над пультом склонилась женщина.
– Как идет, Гриднева?
– Почти закончила, сэр.
Стендинг взглянул на Розендо.
– Хотите, я сам ей скажу на этот раз?
Розендо пожал плечами:
– Не поможет, но почему нет.
Стендинг повернулся к Гридневой.
– Не нужно обращаться к нам «сэр», Гриднева, мы не в армии.
– Как скажете, сэр, – Гриднева выпрямилась и ухмыльнулась. – Готово. Новый код – ноль-пять-ноль-два.
– Хорошая работа. Убирайся отсюда и запечатывай отсек.
– Слушаюсь, сэр.
Гриднева повернулась и вышла из поля обзора камеры. Через несколько секунд Аманда услышала характерный звук закрывающихся переборок, хотя и не могла их увидеть. Розендо и Стендинг надели шлемы, и старший помощник подошел к консоли на противоположной от двери стене.
– Переборки опущены. Выравниваю давление.
На несколько секунд все прочие звуки заглушил громкий свист. Когда он стих, Стендинг продолжил:
– Давление выровнено.
Розендо ввел код, и дверь отъехала в сторону. Каханануи и Го лежали на полу.
– Отнесем их в лазарет.
На экране снова появился Розендо, продолжая доклад:
– Каханануи и Го находятся под стражей в лазарете «Сотилло» – им оказывается помощь после длительного кислородного голодания. Объявляю благодарность старшему помощнику Стендингу, навигатору Гридневой, уорент-офицеру Рипли и штурману Вентуре за их помощь в подавлении мятежа. Команда готова дать дальнейшие показания по требованию.
На этом видео закончилось, и на экране возникло меню. Аманда смотрела на него почти минуту, а затем снова запустила отчет матери. Прежде чем отправиться спать, она прокрутила его семь или восемь раз.
На следующий день Аманда взяла кофе и отправилась в офис Мендес. Она собиралась принять предложение начальницы, хотя это и означало урезание зарплаты на два-три месяца – особенно с учетом того, что ей все-таки требовались деньги, чтобы платить за еду и аренду.
– Поздравляю, инженер-техник Рипли, – с ухмылкой ответила Мендес. – Похоже, хватит и одного месяца.
От удивления Аманда подавилась кофе и закашлялась на несколько секунд.
– Прошу прощения? Инженер-техник?
– Звонила Цзяо. Говорит, никто и никогда так хорошо не чинил вездеходы, так что она даже приплатила сверху в благодарность. Так что черт с ним, я тебя повышаю. И это значит, что ты сможешь купить регистратор за четыре недели – и тогда узнаешь, наконец, что случилось с твоей матерью.
Месяц спустя поздно вечером Аманда вошла в кабинет Мендес.
– Чем могу помочь, Рипли?
– Только что закончила ремонт отражателей, так что денег должно хватить на то, чтобы заплатить за регистратор с «Ностромо».
– Отлично! Он у меня дома, но завтра я его тебе принесу.
– Дома? – уточнила Аманда.
– Да.
– И вы отдадите мне его завтра?
Мендес усмехнулась.
– Разумеется, ты ведь мне за него заплатила.
– Замечательно.
В кабинет вошли трое мужчин в форме лунной полиции и женщина в костюме.
– Какого черта? – сказала Мендес.
Женщина в костюме тронула пальцем жетон у себя на поясе.
– Детектив Несса Фолами, отдел лунной полиции по борьбе с мошенничеством.
– Мошенничеством? – Мендес злобно уставилась на Аманду. – Какого дьявола ты творишь, Рипли?
– Сообщаю о преступлении, – ответила Аманда, поднялась и повернулась к полицейским. – Вам еще что-нибудь нужно?
– Возможно, позже потребуются ваши показания, но пока что нам достаточно сообщенных вами сведений и записи этого разговора. Пока что все, мисс Рипли, благодарю.
– Записи? – Мендес вскочила на ноги. – Это…
– Советую вам хранить молчание, мисс Мендес, поскольку вы арестованы за мошенничество, найм неквалифицированной рабочей силы под видом квалифицированной и нелегальное копирование частных записей, – Фолами улыбнулась. – О, и еще наши криминалисты-бухгалтеры начали изучать вашу отчетность, и должна сказать, у них просто слюнки текут.
– Ах ты, сука! – сказала Мендес.
– Ответочка, босс, – Аманда с отвращением покачала головой. – Мне понадобился всего час, чтобы узнать, что записи с «Сотилло» находятся в свободном доступе. Для просмотра нужно просто сделать запрос, но копировать их так, как это сделали вы – запрещено. Я знала, что у вас нет регистратора с «Ностромо», и я догадалась, что вы теряете техников вагонами потому, что не платите им. Вот почему вы придумали способ платить мне меньше и одновременно на мне заработать, – Аманда насмешливо улыбнулась бывшей начальнице. – Вы не первый человек, который пытается использовать мое желание найти сведения о матери против меня.
– Мисс Рипли нам очень помогла, – сказала Фолами. – Руки за спину, пожалуйста.
Не желая видеть, как Мендес заковывают в наручники, Аманда вышла. Ей не предъявят обвинений в предоставлении ложных сведений. Такова была сделка с Фолами: сдать Флору Мендес в обмен на освобождение от суда.
Но по горькому опыту Аманда знала, что на этом все не закончится. Еще предстояло найти фирму, которая согласится нанять человека, способного настучать на начальство.
«ДЖЕМИНИ ЭКЗОПЛЭНЭТ СОЛЮШНЗ»
КОМПАНИЯ «СИГСОН»
УВЕДОМЛЕНИЕ
Отправитель: доктор Лиза Сохо, медицинское учреждение «Сан-Кристобаль»
Получатель: доктор Тирсирис Лингард, маршал Джетро Уэйтс
Дата: 29 ноября 2137 г.
Мы обнаружили оставшихся трех членов экипажа «Анесидоры». Двое мертвы, третий, скорее всего, вскоре последует за ними.
Алан Микс находится в коме и помещен в стазис. На его лице те же шрамы, какие мы уже наблюдали на жертвах существа, которое закрывает голову человека и внедряет в тело паразита. Внутри мистера Микса находится развивающийся чужеродный организм, из-за чего он и был помещен в стазис.
Дина Льюиса затоптали насмерть, когда чужой появился в столовой.
Криспина Хейста мы смогли опознать только по ДНК, поскольку его лицо сильно повреждено выстрелом. Судя по следам пороха на руках и углу, под которым прошла пуля, он убил себя сам, случайно. Согласно предоставленным помощником маршала Гарсией записям с камер наблюдения, мистер Хейст пытался застрелить одного из разносчиков паразитов, который собирался закрепиться на его лице. В паразита мистер Хейст не попал, но ему, несомненно, удалось предотвратить заражение. Смерть была мгновенной.
На данный момент капитан Марлоу является единственным выжившим членом экипажа корабля, который привез этот кошмар на станцию.
Это сообщение вместе со всеми приложениями строго конфиденциально, не подлежит разглашению и защищено. Если оно попало к вам по ошибке, распространение и копирование запрещается. В этом случае, пожалуйста, уведомите отправителя, ответив на сообщение, а затем полностью удалите его из вашей системы.