– Сенатор почти согласился, – доложила Джок. – Салли согласна.

– А Блейн? – уточнил Иван.

– Он сделает так, как захочет сенатор, хотя, скорее, согласен с Салли. Мы нравимся ему, и он видит выгоду для флота. Жаль, что его финч’клик сошла с ума, она бы очень пригодилась нам сейчас.

– Справимся ли мы, Джок? – заволновалась Чарли. – Прежде чем возникнут новые колонии, они увидят нас в истинном свете! Посетят нашу систему и узнают. И что тогда?

– Они ничего не узнают, – заверила ее Джок. – Им помешает их собственный военно-космический флот. Конечно, у них мощное оружие, но несколько кораблей с десантниками на борту не станут для нас помехой. Чужаки не сумеют в совершенстве овладеть нашим языком. Мы подготовимся к их визиту. И не позволим людям увидеть Воинов. И не забудьте о наших преимуществах! Люди понятия не имеют, как быстро мы можем основывать колонии и конструировать корабли. Тогда мы окажемся в гораздо более выгодном положении – в контакте со множеством людей – и сможем предложить им все, что угодно. Мы приобретем союзников и влияние. Империя не сможет уничтожить нас. Без уверенности в своем успехе они и пытаться не станут. Именно так рассуждают люди.

Келли принес шоколад, и мошкиты с удовольствием выпили обжигающий напиток. Подобно людям, мошкиты были всеядны, но предпочитали специфическую пищу. Шоколад же, изобилующий углеводами и напоминающий по вкусу воду их родной планеты, был великолепен.

– Судите сами, – произнесла Джок, отставив пустую чашку в сторону. – Что они сделают, если мы все им расскажем? Вдруг вышлют флотилию, чтобы та уничтожила нас на корню?

– Понимаю, – сказал Иван. – Ваш Хозяин тоже одобрит ваше предложение, как вы считаете?

Чарли, которая погрузилась в размышления, встрепенулась.

– Одобрит, – сказала она. – И мне тоже нравится предложение Джок. Однако нашей расе грозит опасность.

– Угроза существует с тех пор, как люди впервые появились в системе Мошки, – защебетала Джок. – Но теперь она уменьшилась.

Иван внимательно наблюдал за ними. Посредники стали взбудоражены. Напряжение возросло, и, несмотря на внешнее самообладание, мошкиты (по человеческим меркам) находились на грани нервного срыва. Желать малосбыточного не было им свойственно, но Иван надеялся, что усилия вывести более стабильных Посредников увенчаются успехом. Трудно работать с существами, которые способны внезапно представить себе несуществующую Вселенную и делать выводы, основываясь на шатких теориях. Схема всегда была одинаковой. Сначала они хотели невозможного, потом стремились к цели, уже сознавая ее недостижимость, и, наконец, поступали так, словно этой цели можно добиться. Какое легкомыслие.

С Посредниками такое случалось чаще, чем с представителями другой касты, впрочем, подобной участи не избегали и Хозяева.

Итак, Посредники на взводе, но они должны выдержать, сказал себе Иван. Расу надо сохранить.

– Спорю на тысячу крон, я знаю, о чем вы сейчас думаете, – заявила Салли. Ее глаза сияли от счастья и… облегчения.

Род отвернулся от окна и улыбнулся своей невесте. Зал был просторным, и им никто не мешал. Остальные участники мероприятия сгрудились возле барной стойки – все, кроме Харди, тот сидел рядом с мошкитами и прислушивался к их щебету, как будто мог уловить хоть какой-то смысл в их птичьих трелях.

– Вы очень щедры, – произнес Род.

– Могу себе это позволить. Я заплачу сразу после свадьбы!

– Из доходов Круцис-Корта. Я еще не получаю их и не настолько нетерпелив, чтобы убить отца из-за наследства. Мы годами можем жить, пользуясь его богатством.

– Род, а если без шуток? О чем вы думаете?

– За что голосовать, если сенатор упрется.

Салли кивнула.

– Разумеется!

– Я могу потерять вас после голосования, да?

– Не знаю, Род. Все будет зависеть от причины, по которой вы отклоните их предложение. И от того, что вы сможете предложить взамен. Но вы же согласитесь на их условия, Род? Что в них плохого?

Род повертел в руках свой бокал, Келли принес некую разновидность безалкогольного коктейля – встреча была слишком важна, чтобы хлестать виски.

– Может, и ничего. Глядите, – Род указал вниз – на улицы Новой Шотландии.

Сейчас они практически пустовали. Одинокие пешеходы, которых заметил Род, наверняка шли на театральное представление. Кое-какие зеваки приникли к дворцовой ограде, чтобы поглазеть на здание, сияющее в сумерках. На постовых тумбах замерли гвардейцы в килтах и меховых киверах.

– Если мы ошибемся, их дети погибнут.

– Если мы ошибемся, военно-космический флот возьмет это на себя, – медленно проговорила Салли. – Род, нам надо предусмотреть любой вариант развития событий. Что, если мошкиты вырвутся на свободу и через двадцать лет заселят дюжину планет? Построят корабли и станут угрожать Империи? Что ж, это будет очень печально, хотя в таком случае флот сумеет справиться с ними!

– Вы уверены? Я – нет. Вряд ли даже сейчас мы сможем победить их. Уничтожить – да, но победить? Через двадцать лет, значит? Каков же будет список потерь? Новая Шотландия окажется в нем – она лежит на их пути. А еще какие меры можно будет предпринять?

– Но что вы предлагаете взамен? – опять спросила Салли. – Я тоже беспокоюсь за… за наших будущих детей. Но нельзя же начинать войну с мошкитами только потому, что однажды они могут стать опасными!

– Согласен. А вот и наш обед! Надеюсь, я не испортил вам аппетит, дорогая.

Когда подали десерт, за столом началось веселье. Мошкиты устроили настоящее шоу: изображали наиболее известных персонажей новошотландской тривизии. Через пару минут люди задыхались от смеха, с трудом переводя дух.

– Как вы это делаете? – спросил доктор Харди, утирая слезы.

– Мы изучаем ваше настроение, – ответила Чарли, – а затем чуть преувеличиваем характерные черты. Если наша теория верна, общий эффект должен быть поразительным – вероятно, так и есть.

– Вы могли бы заработать целое состояние даже без торговли, – пропыхтел Хорват.

– Но наше, скажем так, лицедейство мало скажется на вашей экономике. Кстати, нам потребуется ваша помощь – нам нужно соблюдать очередность, передавая в ваше распоряжение наши технологии.

Хорват посерьезнел.

– Я рад, что вы оценили проблему. Если просто вывалить все, чем вы располагаете, на рынок, начнется хаос.

– Поверьте, доктор, мы не хотим создавать вам сложности. Если вы считаете знакомство с нами удачей, представьте, как смотрим на вас мы! Вырваться из системы Мошки спустя столько тысячелетий! Вырваться из бутылки! Наша благодарность беспредельна.

– Но сколько же лет вашей цивилизации? – воскликнул Харди.

Мошкита пожала плечами.

– У нас есть фрагменты записей, относящихся к эпохе, минувшей сотни тысяч лет назад, отец Харди. В то время астероиды уже крутились на своих орбитах. Имеются и другие, даже более древние источники, которые нам пока еще не удалось расшифровать. Однако мы можем утверждать, что наше сообщество стало развиваться примерно десять тысяч лет назад.

– И у вас были взлеты и падения? – спросил Харди.

– Да. А как же иначе?

– А у вас остались какие-нибудь документы, относящиеся к эпохе астероидной войны? – осведомился Реннер.

Мордочка Джок оставалась непроницаемой, зато руки несколько раз судорожно взмахнули.

– Только легенды. У нас есть… нечто схожее с вашими песнями или эпическими поэмами. Попробую передать вам суть, пользуясь лингвистическими приемами вашего языка. Сомневаюсь, что это можно перевести, но… – Мошкита на мгновение задумалась и застыла, а затем напевно произнесла:

Мошкита сделала паузу.

– К сожалению, получилось не слишком складно, но на большее я не способна.

– Очень неплохо, – похвалил ее Харди. – У нас тоже есть подобные стихи, истории об исчезнувших цивилизациях, о доисторических катастрофах. В основном они произошли до извержения вулкана около четырех с половиной тысяч лет назад. Когда происходит нечто подобное, у людей возникает мысль, что господь, вероятно, вмешивается в их дела. Создавая циклы, сезоны и все остальное.

– Интересная теория, а она не опрокинула ваши религиозные верования?

– С чего бы? Разве господь не может с одинаковой легкостью вызвать природный катаклизм и нарушить законы мироздания? В самом деле, что удивительнее: морской прилив или одно-единственное сверхъестественное явление? Впрочем, не думаю, что у нас есть время обсуждать теологию, – ответил Харди.

Сенатор Фаулер посмотрел на отца Харди и перевел взгляд на мошкитов.

– Что ж, обед мы закончили. Если позволите, я удалюсь на несколько минут, а затем мы продолжим.

Бен Фаулер увел Рода и Салли в кабинет за конференц-залом.

– Ну? – спросил он.

– Мое мнение запротоколировано, – сказала Салли.

– Верно. Род?

– Мы должны что-то сделать, сенатор. Ситуация выходит из-под контроля.

– Да, – согласился Бен. – Мне надо выпить. Род?

– Спасибо, я – пас.

– Если я не могу мыслить трезво с доброй порцией виски в желудке, значит, Империя уже гибнет. – Фаулер шарил в ящике стола. Найдя бутылку, усмехнулся при виде марки и наполнил до краев кофейную чашку. – Одно ставит меня в тупик, – проворчал он. – Почему спокойна ИТА? Я ожидал сильного давления, а они что-то присмирели. Слава милосердному господу! – Фаулер одним глотком выпил содержимое чашки и вздохнул.

– Чем плохо немедленное подписание соглашения? – спросила Салли. – Ведь мы можем изменить свое мнение, если обнаружим что-то подозрительное.

– Черт побери, котенок! – фыркнул Бен. – Иногда ты меня поражаешь! Кстати, если говорить о ребятах из ИТА, то здесь нужно держать руку на пульсе… Они будут долго думать, прежде чем расстаться с кроной, но уж если выложат монету, то потом их нельзя будет остановить… Я был уверен, что ты знакома с азами политики. И чему вас нынче учат в университетах? Но вернемся к мошкитам. Род, как, по-вашему, продвигаются переговоры?

Род коснулся своего перебитого носа.

– Бен, хватит юлить с мошкитами. Они должны узнать, что творится за кулисами. Возможно, они поймут, под каким давлением мы находимся, и потребуют начать все заново. Но я хочу дать им свободу выбора.

– Вот вы какой! Ха! В любом случае жену вы порадуете.

– Он делает это не ради меня! – вмешалась Салли. – Перестаньте дразнить Рода!

– Ладно. – Сенатор почесал лысину, плеснул в кофейную чашку виски и поставил ее на стол. – Нужно проверить еще пару обстоятельств. В бой!

Джок жестами выражала восторг и волнение.

– Они готовы согласиться! Мы спасены!

Иван холодно посмотрел на Посредника.

– Сдержаннее, пожалуйста. Мы еще только в начале пути.

– Да, но мы спасены! Чарли, разве не так?

Чарли разглядывала людей – их лица, позы.

– Да. Но сенатор еще не убежден, а Блейн встревожен и… Джок, взгляните на Реннера.

– Почему вы не рады? Мы спасены! – повторила Джок.

– Взгляните на Реннера.

– Узнаю этот взгляд. Он смотрел так, когда играл в покер и неожиданно получил преимущество над соперниками. Реннер нам не поможет. Но у него нет власти, Чарли! Реннер – бродяга без чувства долга.

– Верно. Но мы жонглируем бесценными яйцами при переменной силе тяжести. Я боюсь. И буду бояться до самой смерти.