Группа людей шла в полном молчании. Атмосфера была напряженной. Враждебность Горовица, который уводил их все глубже под землю, была заметна невооруженным глазом.

«Я самый компетентный ксенолог в Трансугольном секторе, – думал он. – Им бы пришлось лететь на Спарту, чтобы найти кого-нибудь лучше, но этот чертов молодой лорд и его дурно воспитанная леди сомневаются в моем профессиональном мнении. Почему я должен терпеть такое отношение!»

Горовиц понимал, что ему надо смириться. Ректор университета лично побеседовал с ним накануне.

– Ради бога, Зигги, не спорьте с ними! Комиссия имеет огромное влияние! Они могут урезать весь наш бюджет, не говоря уже о вашем отделе! Мы полностью зависим от них! Вдруг они скажут, что мы не хотим сотрудничать, и запросят помощи со Спарты?

Ладно, по крайней мере теперь юные аристократы знают, что он ценный сотрудник и его время дорого стоит. Пока они шли к лаборатории, он повторил им это дюжину раз.

Лаборатория находилась глубоко под землей – в самой старой части университета, и они ступали по холодным каменным плитам, источенным временем. Сам Мёрчисон бывал здесь – и это чистая правда! Университетская легенда гласила, что тут порой можно увидеть его призрак, который бродит по переходам: фигура в капюшоне с одним-единственным горящим красным глазом.

Но почему парочка аристократов насела на Горовица? Почему нахальная девица по имени Салли настолько взбудоражена?

Лаборатория оказалась высечена в скале. Горовиц махнул рукой, и его ассистенты подбежали к морозильному контейнеру. Спустя мгновение оттуда выскользнул длинный стол.

На гладком белом пластике лежало вскрытое тело пилота зонда Безумного Эдди. Внутренности чужака представляли собой мешанину самых невероятных форм и расцветок. Посредник напоминал человека, подорвавшегося на гранате.

Род почувствовал, как его желудок судорожно сжался.

Он содрогнулся, когда Салли нетерпеливо наклонилась к чужаку. Ее лицо приняло мрачное выражение.

– Ну что? – торжествующе спросил Горовиц. Костлявый палец ученого ткнул в болотно-зеленые, размером с земляной орех утолщения в брюшной полости мошкита. – Здесь наверняка находятся яички! У прочих разновидностей мошкитов тоже есть внутренние яички.

– Да, – согласилась Салли.

– Этого мало? – с презрением произнес Горовиц.

– Нам не хватает информации, – призналась Салли. – У статуэток отсутствуют репродуктивные органы. А мелкие мошкиты, которых препарировали биологи еще на «Макартуре», оказались малышами. На борту, правда, еще некоторое время жила взрослая особь – из Коричневых… а ведь есть еще и Белые, и Пестрые…

– Я видел малышей, – самодовольно сказал Горовиц.

– Яички у мелких особей были достаточно велики, – откликнулась Салли.

– Гораздо больше, чем у погибшего пилота, да? Впрочем, неважно. В этих не может созревать сперма – что я недавно и доказал! Наш пилот являлся мулом, – Горовиц хлопнул в ладоши. – Мулом!

Салли огорченно смотрела на вскрытого мошкита. Род наблюдал за своей невестой.

– Мошкиты стартовали мужчинами, затем превращались в женщин, – шептала Салли. – Может, он был незрелый?

– Пилот?

– Да, конечно, – Салли вздохнула. – Вероятно, вы правы. Он ростом со взрослого Посредника. Может, это причуды природы?

– Ха! Вы смеялись надо мной, когда я сделал предположение о мутации. Но все гораздо сложнее. Пока вы совершали увеселительную поездку, мы работали не покладая рук. Я изучил его хромосомы, также я сумел выделить геном, отвечающий за половое созревание. Итак, наш пилот оказался бесплодным гибридом: отпрыском двух разных типов мошкитов, которые, естественно, могли размножаться.

– Верно. Сами мошкиты говорили Реннеру, что Посредники – гибриды, – произнес Род.

– Взгляните, – потребовал Горовиц.

Он включил компьютер и принялся нажимать на кнопки. По экрану поплыли изображения. Хромосомы мошкита походили на плотно упакованные диски, соединенные в столбики. На дисках виднелись какие-то ленты… и тут Салли с Горовицем заговорили на языке, которого Род не понимал. Он рассеянно слушал их, пока не заметил, что девушка-ассистентка варит кофе. Она любезно предложила Роду чашку, второй ассистент – юноша – присоединился к ним, а потом Рода опять заставили рассказывать о мошкитах.

Через полчаса они покинули лабораторию. Самонадеянный Горовиц говорил очень убедительно, но Салли осталась недовольна.

– Почему вы так расстроились, дорогая? – спросил Род. – Горовиц прав. Посредники – это мулы.

Род скривился. Он вспомнил слова Горовица о том, что Посредники-мулы не должны проявлять склонность к семейственности.

– Однако моя финч’клик утверждала, что… В общем, мы затронули тему секса и воспроизводства, и она сказала…

– Что?

– Сейчас, Род, я сохранила, – Салли вытащила из кармана портативный компьютер и принялась нажимать на кнопки.

Устройство загудело, после чего тональность изменилась, сообщая, что для связи с дворцовым банком данных необходимо использовать более мощный радиоприемник автомобиля.

– Где же это… – забормотала Салли раздраженно. – Я сделала много перекрестных ссылок…

– Не волнуйтесь попусту, Салли. Кстати, после обеда у нас будет встреча с мошкитами. Почему бы вам не задать им все интересующие вопросы?

Салли усмехнулась.

– А вы покраснели.

Салли хихикнула.

– Помните, как мелкие мошкиты впервые совокуплялись? Это был явный намек на отношения полов у взрослых особей, и я помчалась вниз, в кают-компанию! Доктор Хорват до сих пор считает меня сексуальной маньячкой!

– Хотите, чтобы спросил я?

– Если я впаду в ступор. Но, Род, моя финч’клик не лгала! Она просто не могла так поступить.

После обеда Род распорядился подать кофе с коньяком. Сделав глоток, он задумчиво произнес:

– Вместе с этим кофе пришло послание…

– От мистера Бери? Вы виделись с ним, Род?

– Я только поблагодарил его. Военно-космический флот по-прежнему не отпускает своего почетного гостя, так что я был немногословен. Но я сразу понял, что сам кофе является посланием. Дело в том, что Бери, пожалуй, мог рассылать такие «сообщения» еще до того, как «Ленин» приблизился к орбите Новой Шотландии.

Салли вытаращила глаза

– А почему мы не догадались?

– Мы возились с мошкитами. И всякий раз, как я задумывался об этом, я гнал досужие мысли прочь. Вопрос вот в чем, Салли: сколько подобных посланий Бери уже успел отправить во все концы Галактики… и зачем ему нужно, чтобы я знал об этом?

Салли поджала губы.

– Я лучше буду анализировать действия чужаков, чем ломать голову над намерениями мистера Бери. Он не простой человек.

– Верно. И он не глупец, – Род встал. – Нам пора, дорогая.

Они вошли в лифт, который должен был доставить их на этаж, где располагались апартаменты мошкитов. Встреча предполагалась рабочая. Сенатор Фаулер был занят текущими политическими делами, поэтому Род и Салли могли расспрашивать чужаков обо всем без лишних свидетелей (отец Харди и Реннер, присутствующие на рандеву, были не в счет).

– Я рада, что вы выбрали в советники мистера Реннера, – сказала Салли, посмотрев на Рода. – У него несколько иная точка зрения на мошкитов.

– Вот именно.

Род привлек к сотрудничеству и других членов экспедиции: отца Харди, Синклера и еще десяток ученых. Впрочем, доктора Хорвата они задействовать не смогли – сенатор Фаулер возражал против его просьбы стать членом Комиссии. Хорват, конечно, затаил обиду, но оказался бессилен.

Десантники, щелкнув каблуками, стали по стойке «смирно», когда к двери подошли Род и Салли.

– Вы слишком встревожены, Салли, – произнес Род, ответив на приветствие. – Может, мошкиты жалуются на охрану?

– Джок говорила мне, что Послу нравится охрана, – ответила Салли. – Полагаю, он побаивается нас.

Род пожал плечами.

– Они смотрят слишком много тривизийных передач. Бог знает, что они думают о человеческой расе.

Род и Салли очутились в гостиной в момент оживленного диалога.

– Я и не рассчитывал на такое, – говорил отец Харди, – но был приятно удивлен, обнаружив нечто конкретное: Священное Писание, религию вроде нашей… Поразительно, правда?

– Но есть и другие проблемы, – чирикнула Чарли. – К примеру, вопрос о душе. Если бы передо мной стояла задача доказать, что у людей есть душа, я бы не знала, с чего начать!

Харди пожал плечами.

– Я тоже. Но вернемся к вашим верованиям. Итак, мошкиты полагают, что они обладают бессмертной душой.

– Одни действительно так считают, а другие – нет, – ответила Чарли. – Большинство Хозяев верит в это. Подобно людям, мошкиты не считают, что их жизнь вечна. Хотя, с другой стороны, кое-кого из Хозяев очень привлекает теория о бессмертной душе. Здравствуйте, Салли! Здравствуйте, Род! Садитесь, пожалуйста.

– Спасибо, – Род кивнул, здороваясь с Джок и Иваном.

Развалившийся на краю своего ложа посол смахивал на сюрреалистического ангорского кота. Хозяин легонько хлопнул правой нижней рукой – жест, который, насколько успел понять Род, означал что-то вроде «Я вижу вас». Несомненно, в арсенале Ивана имелись и другие приветствия, но они предназначались соплеменникам (в особенности Хозяевам), а не чужакам, с которыми обсуждают дела низшие Посредники.

Род включил карманный компьютер, чтобы ознакомиться с повесткой дня. Итак, следовало обсудить два официальных пункта и коснуться весьма щепетильного вопроса, который сформулировал сенатор (Фаулер хотел получить развернутый ответ, но предупредил Рода, что тот должен проявить дипломатичность). Вопрос звучал так: почему мошкиты не интересуются пропавшим зондом Безумного Эдди?

Род тоже хотел получить ответ – не меньше, чем сенатор Фаулер. Однако он предпочел бы, чтобы мошкиты задавали этот вопрос сами и немного попозже – когда он будет готов объяснить, что сделал с зондом.

– Прежде чем мы начнем, я бы хотел сказать следующее, – неуверенно начал Род. – Дело в том, что Министерство торговли просит вас сегодня вечером прибыть на прием. Его устраивают бароны и представители нашего Парламента.

Мошкиты защебетали.

– Благодарим за честь, – церемонно ответила Джок.

– Прекрасно. А теперь давайте вернемся к обсуждению насущных проблем. Людей интересует, представляете ли вы угрозу для Империи и как скажутся ваши технологии на нашей экономике.

– Странно! – произнесла Джок. – Но те же вопросы волнуют и нас! Мы часто думаем, опасны ли вы для мошкитов?

– И пока мы не можем решить ни один из них, – заметила Салли.

– Тогда отложим до поры вопросы об угрозе, ибо, пока мы не узнаем, что нам продадут наши друзья, экономисты не смогут предсказать, как это скажется на нас, – рассудительно сказал отец Харди. – И у мошкитов наверняка те же трудности.

– В чем я не уверен, – буркнул Реннер. – Знаете, Салли, похоже, мы много говорим и мало делаем.

– Тогда приступим, наконец, – произнес Род и посмотрел на монитор компьютера. – Первый вопрос – сверхпроводники. Наши физики счастливы, но представители экономического сектора требуют данных о стоимости, – Род коснулся экрана, на котором высветились пресловутые экономические вопросы.

– Вы мулы? – внезапно спросила Салли.

Воцарилась тишина. Харди сощурился, но больше ничем не выдал себя. Реннер выгнул левую бровь. Затем Харди, Реннер и Род уставились на Салли, после чего перевели взгляд на мошкитов.

– Вы имели в виду Посредников? – уточнила Джок. – Да. Конечно.

Снова пауза.

– Все вы? – брякнул Реннер.

– Да. Мы гибридные виды. Похоже, вы удивлены. Салли, почему вы так обеспокоены? Посредники появились позже, чем остальные виды в нашей цепочке, а различные сообщества эволюционируют так же, как и отдельные индивиды. Так происходит и у людей, да?

Харди кивнул.

– И не только. Это встречается и у неразумных форм жизни.

– Благодарю. Мы полагаем, что племена выживали с Посредниками лучше, чем без них. Мы никогда не видели Посредника, способного к размножению, но если бы такая особь появилась, она стала бы действовать в интересах своих отпрысков, а не племени, – мошкита пожала плечами. – Хотя зачем рассуждать о том, чего нет? Наша история достаточно сложная. Мне бы хотелось иметь детей, но я понимаю, что… – мошкита вздохнула. – И все-таки жаль. Половой акт – вот главное наслаждение! Нам это известно. Мы глубоко сопереживаем это… с Хозяевами.

И вновь воцарилась тишина. Харди откашлялся.

– Салли, полагаю, вы должны спросить кое-что еще.

«Уныние здесь – хоть ножом режь, – подумал Род. – Почему нас так угнетает положение Посредников?»

– По сравнению с вашими видами наши – короткоживущие. Нас троих выбрали за опыт и интеллект, а не за молодость. Нам осталось меньше десяти лет…

– Что! – ужаснулась Салли. – Не может быть!

– Увы, я бы не стала затрагивать столь болезненную тему, но мы решили быть откровенны с вами. Ваши парады и всякие официальные приемы больше расстраивают нас, чем радуют. Мы очень заинтригованы и хотим понять, ради чего вы устраиваете подобные торжества. Однако сперва мы обязаны установить с вами выгодные торговые и дипломатические отношения, и у нас определенный лимит времени!

– Да, – сказала Салли. – Меньше десяти лет!

Джок взмахнула руками.

– В среднем Посредники живут двадцать пять лет, порой чуть больше или меньше. У вас, вероятно, есть собственные трудности, – в голосе чужой появилась нотка мрачного удовлетворения. – Например, войны, терзающие вас из-за недостатка Посредников.

Мошкита посмотрела на ошарашенных людей.

– Я расстроила вас. К сожалению, должна была это сказать. Позвольте, мы продолжим встречу завтра. – Мошкита издала высокий чистый звук, и Чарли с Иваном проследовали за ней в соседнюю комнату.

Дверь за ними мягко закрылась.

Пока они направлялись к рабочему кабинету Ивана, Чарли разговаривала с Хозяином.

Войдя, она затворила за собой дверь и огляделась по сторонам. Хотя мошкиты не сомневались, что здесь нет камер слежения и подслушивающих устройств, они пока еще не могли расслабиться в чуждой обстановке. Тем не менее они, как всегда, проявили осторожность – все-таки они находились на чужой планете.

Поза Хозяина означала: требую объяснений.

– Не было времени для консультации! – воскликнула Джок. – Я заговорила сразу, прежде чем они осознали важность вопроса.

– Вы ответили «да», – рявкнул Иван. – А должны были заявить «нет». Или «может быть». Или «одни – да, другие – нет»…

Чарли:

– Вы должны были сказать им, что у нас не обсуждают подобные вещи. Вам известно, что люди не любят открыто говорить о вопросах пола.

– Но говорят, если есть желание, – запротестовала Джок. – А следующая их просьба может звучать так: позвольте, чтобы вас осмотрели наши ксенологи. Мы уже имели дело с их медиками, как бы мы могли отказаться теперь?

Иван:

– Их ксенологи ничего бы не обнаружили! Мужчина может потерпеть фиаско со своей спермой, но вы – женщины!..

Чарли выразила в пантомиме ритуальную печаль.

– Обстоятельства вынуждают меня возразить, Хозяин. Их первые осмотры проводились без четкой цели. Можно ли ручаться, что сейчас люди проявят меньшую дотошность? Вдруг они догадаются, что мы страдаем от гормонального дисбаланса? – Руки Чарли двигались – она извинялась за то, что напомнила Хозяину о его бесплодии. – Того же дисбаланса, какой они обнаружили у мошкиты-шахтера! Дисбаланса, которого не было, когда они встретили ее, но который возник перед ее гибелью на борту «Макартура»!

Остальные задумались, а Чарли безжалостно продолжила:

– Они не глупы и могут хорошо увязать гормональные нарушения с половым воздержанием. Что они узнали о Часовщиках? А возможность изучать их у них имелась: шахтер захватила Часовщиков на борт.

– Проклятие! – выругался Иван. – Может, они держали Часовщиков раздельно?

Оба Посредника заверещали.

– Сейчас Джок повела себя правильно, – сказала Чарли, немного успокоившись. – А если вернуться в прошлое… полагаю, что люди сразу забрали тело, которое обнаружили на борту зонда Безумного Эдди. Пилот наверняка был один и обязательно – молодой. У этого Посредника впереди была целая жизнь, но он не смог даже поприветствовать чужаков…

– Нет, Посредник должен был умереть! – встряла Джок. – А как же иначе? И хорошо, что люди ничего не узнали от него. К сожалению, мы не владеем всем объемом информации. У нас так мало записей…

Если бы у нас были записи… Если бы у нас был Коричневый… Если бы чужаки объяснили нам, куда они дели зонд… Если бы они объяснили, почему уничтожили «Макартур»…

– Прекратите молоть чепуху! Вы должны все выяснить у людей, – приказал Иван. – Как вы считаете, они провели вскрытие пилота? – добавил он.

Чарли:

– Наверняка! Их ученые-биологи – весьма осведомленные личности. Они рассуждают о генной инженерии, а у нас нет о ней сведений ни в одном музее, и вряд ли мы добьемся успеха в этой области в нынешнем Цикле. Полагаю, их ксенобиологи быстро поймут, что пилот был стерилен. Финч’клик Реннера сболтнула ему, что Посредники – гибриды.

– Безумный Эдди… уже тогда, – проворчал Иван. – А теперь она постоянно спорит со своим Хозяином. – Он задумчиво помолчал и посмотрел на Джок: – Да, вы поступили правильно. Они в любом случае обнаружили бы, что мы бесплодны. Главное, чтобы они не поняли, насколько это важно. Но меня беспокоит другое. Что, если чужаки, в конце концов, поймут, что финч’клик лгали им?

Наступила тишина, которую нарушила Джок.

– Финч’клик Салли говорила с ней о сексе, но разговор велся на борту корабля. У нас нет записей, только косвенные свидетельства.

– Переданные Безумным Эдди, – резюмировал Иван.

– Я сделала все возможное, чтобы отвлечь их, – пискнула Джок.

– Но успешно ли?

– Да. Это было видно по их лицам.

Иван не слишком хорошо разбирался в физиогномистике, но знал, что вокруг глаз и рта людей имелись мышцы, с помощью которых выражались чувства (мошкиты для данной цели пользовались руками). Читать по лицам умели Посредники.

– Продолжайте.

– Уважение к половому акту замедлило течение их мыслей. Далее их озадачил тот факт, что наша продолжительность жизни имеет четкие сроки. Теперь долгоживущие чужаки будут жалеть нас.

– Верно, – подтвердила Чарли.

– Они будут ужасаться тому, что перед нами стоит столько преград! Они даже захотят создать для нас лекарство.

Иван повернулся к Джок.

– Вы верите, что они способны на такое?

– Хозяин, разве я Безумный Эдди?

Иван присмирел…

– Внимательно изучите вопрос. Обсудите все в мельчайших деталях и будьте внимательны. На борту посольского корабля, встретившего «Макартур», оказалось два Инженера?

Джок:

– Да.

– А сколько было детей-Посредников, когда они вернулись?

– У меня четыре сестры.

– Проклятие! – Иван хотел сказать что-то еще, но сдержался: столь бурная реакция навсегда лишила бы его верности Джок и могла шокировать бывалую Чарли.

Иван потряс головой. Значит, Посредники отождествляют себя с Хозяевами и перенимают отношение Хозяев к детям!

Бесплодный с ранних лет, Иван отличался невосприимчивостью по отношению к родственным связям. Он знал: своих отпрысков мошкитам следовало выбрасывать в открытый космос.