Почувствовав поблизости, впереди, чье-то присутствие, Джерод, пусть и вооруженный только кинжалом, двинулся дальше.

Минутой позже он увидел одну из Стражей Майев. Судя по позе, в караул ее назначили довольно давно, и дежурство порядком ей надоело. Взгляда, брошенного за ее спину, оказалось довольно, чтоб убедиться: да, она стережет именно того, кого он ищет.

Малфурион Ярость Бури висел над землей – руки и ноги разведены в стороны так широко, насколько позволяет природа. Все его тело окружала магическая энергия, и он явно страдал от боли. Казалось, в эти минуты верховный друид не замечает вокруг ничего, хотя, вполне возможно – не говоря уж о том, что весьма вероятно – Малфурион втайне старался хоть как-то, да освободиться.

Стражница сняла шлем, утерла ладонью лоб и подняла взгляд на верховного друида. Скука на ее лице сменилась гримасой презрения.

Понимая, что удобный момент может оказаться недолгим, Джерод был вынужден поспешить. Как только караульная взглянула на своего подопечного, он метнул кинжал.

Упала она почти без звука: клинок глубоко вошел в ее шею. Шлем зазвенел и откатился в сторону. Джерод скользнул вперед. Казалось, он снова там, на войне с Пылающим Легионом – столь бессердечно относились к жизни сестра и ее соратницы.

«Но, если вдуматься, кем еще она могла стать после всего пережитого?» – невольно задумался бывший капитан стражи, даже сейчас исхитрившись найти для сестры, единственной родной крови на свете, хоть какое-то оправдание. Майев так много сделала ради их расы, что он искренне сожалел о необходимости драться с ней… однако она вознамерилась принести в Дарнас гибель.

Подобрав кинжал, он начисто вытер лезвие, поднял взгляд на Малфуриона и ничуть не удивился, обнаружив, что верховный друид смотрит на него.

Джерод ждал, что Малфурион заговорит, однако верховный друид продолжал молча взирать чуть в сторону от брата Майев. Следовало полагать, ловушка не позволяла ему произнести ни слова.

Проследив за взглядом Малфуриона, Джерод не увидел ничего примечательного. «Но должен же быть какой-то способ освободить верховного друида», – подумал он, направляясь к тому месту, куда смотрел Малфурион, и размышляя о Майев. Несмотря на долгую разлуку, Джерод знал сестру лучше, чем кто бы то ни было. Кое-какие черты ее характера, образ мышления – ведь это наверняка осталось прежним…

Заклинательными способностями Майев никогда не блистала, однако умела при необходимости использовать то, что под рукой, а за тысячи лет – особенно в части, касающейся Иллидана Ярости Бури – вероятно, выучилась кое-каким трюкам. Должно быть, это и есть один из них.

Джерод припомнил ловушку, едва не погубившую его самого. Видимо, Эдрик освободил его довольно быстро. Ловушки Майев наверняка требовались надежные, но при этом легко обезвреживаемые. Изловив и смирив жертву, она, несомненно, не отказывала себе в удовольствии собственноручно перерезать ей, беспомощной, горло.

Ненадолго замешкавшись, Джерод вновь поднял взгляд на Малфуриона (под таким углом тот не мог его видеть). «Все это – из-за твоего брата, – с невольной злостью подумал бывший капитан стражи. – Она ведь сроду такой не была! Ты должен был казнить его! Он это вполне заслужил…»

Нет, прочь эти скверные мысли! В конце концов, Майев все решила сама. Она прекрасно понимала, что делает, и сочла жизнь вещью настолько пустячной, что убивает, когда ей заблагорассудится.

Непреклонно сжав губы, Джерод осмотрел дерево и землю вокруг. Рядом был выставлен караул, а значит, иной защиты чары не предусматривали, это наверняка. Нужно лишь найти ключ. Тоже нелегкое дело, но…

Среди коры у самых корней блеснуло нечто совсем крохотное. Джерод с опаской отгреб в сторону комья рыхлой земли.

В одну из складок коры был вдавлен небольшой камешек цвета жемчуга. Джерод провел над ним ладонью. Нет, ничего не произошло.

Снова подумав о том, что сестре требуется простота и удобство, Джерод попросту выковырнул камешек из коры.

– Уф-ф-ф!

Освобожденный с одной стороны, Малфурион качнулся в сторону дерева, стоявшего напротив того, из которого Джерод вынул камешек. Джерод испугался, как бы верховный друид не расшибся, однако Малфурион успел вовремя упереться в ствол дерева свободной рукой.

Наконец верховный друид прекратил раскачиваться, и Джерод замер от изумления. Ветви дерева, к коему Малфурион оставался привязан заклятием, потянулись к корням. Две тонких веточки ловко выхватили из складок коры у корней второй камешек и раздавили его в прах. Освободившийся Малфурион упал вниз и мягко приземлился на ноги.

Джерод уставился на камешек в ладони, дивясь и поступку дерева, и его силе, однако никак не мог понять, отчего оно не сделало этого много раньше.

– Деревья видят мир не так, как мы, и думают не совсем так же, – поспешил объяснить Малфурион, очевидно, ожидавший его недоумения. – Да, они хотели помочь, но опасались, что помощь их повредит мне – ведь ловушка не позволяла мне с ними общаться.

– Да, в доскональности моей сестре не откажешь.

Верховный друид устремил взгляд на убитую караульную.

– Майев и ее Стражи! До сих пор поверить не могу… – Он огляделся по сторонам. – Однако нам нужно опасаться Невы. Из всех Стражей Майев она – самая фанатичная и самая опасная.

– Нева мертва.

В глазах Малфуриона вспыхнули искорки любопытства.

– Я покончил с ней после того, как она и остальные убили адъютанта Генна, Эдрика, и одного из его воргенов, – пожав плечами, добавил Джерод.

– А их-то зачем? – с немалым изумлением спросил Малфурион.

– Эдрик заподозрил ее, но сомневался, что в это хоть кто-то поверит. Он и еще один ворген погибли, защищая меня. Майев собиралась оставить меня в живых и воспользоваться моей простотой, Нева же сочла, что мне лучше умереть.

– И если мы не отыщем ее, следующими станут Высокорожденные.

Верховный друид простер руки к деревьям и словно бы попросту замер на месте, но Джерод понимал: сейчас Малфурион свободно беседует с лесом.

Вскоре вокруг, точно из ниоткуда, повеяло ветерком. Кроны деревьев над их головами мягко всколыхнулись.

Верховный друид опустил руки.

– Я знаю путь! – уверенно сказал он. – Идем!

Оба поспешили через лес к указанному деревьями месту. Поначалу Джерод опасался, как бы еще одна ловушка Майев не погубила их прежде, чем они до нее доберутся, однако вскоре заметил, что Малфурион постоянно поглядывает не только вперед, но и вверх. Мало-помалу бывшему капитану стражи сделалось ясно: в пути верховный друид постоянно беседует с деревьями и прочей растительной жизнью.

Казалось, их путь длится целую вечность, но наконец Малфурион велел Джероду остановиться, сощурился и устремил пристальный взгляд на тропу впереди.

– Там, дальше, две Стражницы Майев.

Джерод не мог разглядеть впереди ни души, однако поверил спутнику на слово. Крадучись, Малфурион сделал еще несколько шагов и вскинул руку.

Спереди донесся едва уловимый шелест листвы, сменившийся тихим сдавленным хрипом.

– Скорее! – шепнул Малфурион.

Охваченный любопытством, Джерод последовал за ним. На ходу он пристально вглядывался в заросли в поисках двух караульных, но даже после того, как они с Малфурионом достигли места, где им следовало быть, не обнаружил ничего.

– Взгляни наверх, – негромко пояснил верховный друид, видя его недоумение.

Старый солдат поднял взгляд и увидел пару искомых фигур, покачивавшихся высоко над головой. Ветви опутали их, словно погребальные плащаницы. Ни та ни другая не шевелились, и Джерод сразу же понял: обе мертвы.

– Они не оставили мне выбора, – пробормотал Малфурион, когда оба двинулись дальше.

Джерод понимающе кивнул. Да, даже он, испытанный, закаленный ветеран, предпочел бы обойтись без дальнейшего кровопролития, но от необходимого уклоняться не станет. Милосердия от Майев и ее Стражей ожидать не приходится.

Стоило им пройти еще каких-то несколько ярдов, и спереди донесся голос – голос сестры (Джерод узнал его сразу же). Похоже, Майев провозглашала нечто торжественное, но слов пока было не разобрать. Место сестра выбрала так, чтоб, если даже заговорит громко, издали никто не услышал.

Малфурион свернул немного восточнее. Тревога на его лице усиливалась с каждым шагом.

– В чем дело? – наконец спросил Джерод.

– Нам нужно идти быстрее, но тогда она быстрей нас заметит.

В это время из леса донесся еще один голос – негромкий, низкий, явно протестующий. Слов Джерод до сих пор разобрать не мог, однако намек на отчаянье в голосе почувствовал безошибочно.

«Высокорожденный в отчаянье?» Джерод поморщился. Как Майев удалось ввергнуть одного из заклинателей в этакую безысходность? Об этом он мог только гадать.

Малфурион, шедший впереди, негромко, зло выругался и ускорил шаги.

Наконец Джерод с верховным друидом приблизились к цели настолько, что сумели не только расслышать, но и разглядеть происходящее. Казалось бы, все уже ясно, однако затея сестры до сих пор приводила Джерода в легкое замешательство.

– Ну что же, – едва ли не жизнерадостно провозгласила Майев, покачивая шлемом, лежащим на сгибе локтя, – кто предстанет перед судом следующим? Пожалуй, ты.

К кому она обращается, ни Джерод, ни Малфурион разглядеть не могли, однако в ответ вновь запротестовали:

– Майев Песнь Теней, я еще раз призываю тебя прекратить это безумие! Если ты полагаешь, что мы заслуживаем суда, так веди же нас к жителям Дарнаса…

– К жителям Дарнаса? Да они сделают все, что велят им верховная жрица с верховным друидом! Единственный беспристрастный судья здесь я! Только я и могу определить кару, воистину достойную ваших злодеяний!

– Сюда, – шепнул Малфурион. – Прячься за это дерево, а затем выждем и…

Но Джерод покачал головой.

– Нет. Тебя нужно прикрыть. Я отвлеку внимание Майев на себя. И… – Он сделал недолгую паузу. – Да, мне хотелось бы взять ее живьем, но… делай, что должен сделать…

Верховный друид кивнул.

– Что мы с тобой должны сделать, как это ни печально. Будь осторожен, Джерод. В сложившемся положении Майев может счесть тебя не более чем еще одним врагом, которого следует уничтожить. Она и мою жизнь пощадила лишь затем, чтоб я не только понял, что не сумел спасти Высокорожденных, но и чтоб после упрятать меня в какую-то гнусную темницу да обречь на долгие муки.

Взгляд бывшего капитана стражи сделался холоден.

– Убить меня Майев постарается наверняка, это я понимаю, – отвечал он, сузив глаза. – Что ж, ради собственного блага пусть лучше надеется преуспеть…

Ни слова более не говоря, Джерод оставил Малфуриона и направился к сестре. Выйдя из зарослей, он выпрямился и крепко стиснул в руке кинжал.

– Майев… – негромко окликнул он.

– Джерод? – даже не обернувшись, ответила она. – Выходит, сумел отыскать меня. Должна сказать, я тобою горжусь. Разумеется… – тут Майев, наконец, оглянулась на брата. – Разумеется, это не значит, что я не заставлю тебя об этом пожалеть.

Рука Майев пришла в движение с быстротой, изумительной даже для Джерода. Однако кинжал полетел не в него – скорее, туда, где прятался Малфурион.

Ветвь одного из деревьев, точно сама по себе, склонилась книзу. Кинжал глубоко вонзился в нее… но нечто, сорвавшись с его рукояти, полетело дальше.

Лес в том направлении вспыхнул огнем.

Джерод невольно разинул рот. Пожар разгорелся так быстро, что он не понимал, как Малфурион смог бы вовремя защититься.

Бросая кинжал, Майев свободной рукой метнула что-то и в брата. Однако Джерод уже бросился вперед, к сестре, а не прочь от нее, как она, видимо, ожидала.

Тут за его спиной раздался треск. Не отвлекаясь на звук, Джерод метнул в сестру собственный кинжал.

Майев криво, издевательски улыбнулась брату, подхватила серповидный клинок теней и… исчезла. Оброненный наземь в тот миг, когда она потянулась к оружию, шлем со звоном откатился в сторону.

Но Джерод, знавший, что Стражи – а значит, и Майев – обладают способностью к телепортации на короткие расстояния, и загодя прикинувший самые вероятные направления, не говоря уж о коварстве мышления сестры, завершил прыжок кувырком.

Майев появилась совсем рядом – именно там, откуда могла нанести брату верный удар. Однако не успела она до конца обнажить оружие, как подкатившийся Джерод сбил ее с ног.

Сцепившись, оба рухнули наземь. В падении Майев выронила серповидный клинок. Несколько острых лезвий, спрятанных в складках плаща сестры, впились в тело Джерода, но нанесенные ими раны оказались неглубоки. Стараясь погасить инерцию и подняться, Джерод почувствовал, что Майев обрела равновесие первой. Сестра снова исчезла и появилась в нескольких ярдах поодаль.

– Да ты становишься все хитрей и подлей! – глумливо, исступленно выкрикнула она. – Так вот оно в чем дело! Так вот как ты уцелел, когда вышестоящие посылали тебя из пекла в пекло! Вот как ты жил, когда демоны терзали тебя и народ, за который ты дрался – плюя на все, что клялся отстаивать!

В эту минуту на поле боя выбежали рысцой еще две Стражницы. Эти были вооружены не серповидными клинками теней, как ожидал бы бывший капитан стражи, но глефами. Обе устремили кровожадные взгляды на Джерода, затем одна вопросительно взглянула на Майев.

– О, сделайте одолжение, прикончите моего братца, – распорядилась она. – Он явился сюда спасти их, а значит, виновен не меньше!

– Майев…

Но прежде, чем он успел достучаться до той малости разума старшей сестры, что еще сохраняла ясность, обе ее соратницы метнули в него свое оружие. Теперь Джерод понял, отчего они предпочли глефы: серповидные клинки – вещь смертоносная, однако метать их нельзя, а между тем Стражи, воительницы умелые, вполне могут приспособиться к любому оружию, что наилучшим образом соответствует надобностям момента.

От первой глефы Джерод сумел увернуться, однако вторая чиркнула по правой голени. Разумеется, он до сих пор сохранил достаточно ловкости, чтоб дело обошлось неглубоким порезом, но все же боль оказалась достаточной, чтоб вывести его из равновесия.

– А я ведь взаправду надеялась, что ты, Джерод, сможешь разглядеть истину, – с фальшивой печалью в голосе сказала Майев, вновь поворачиваясь к пленным Высокорожденным. – Ты ведь столь многим пожертвовал в самом начале! Но, видимо, то же самое, что подтолкнуло тебя забыть о долге и радостно уйти прочь с какой-то храмовой потаскухой, помешало тебе оценить то, что я делаю.

С этим Майев окинула взглядом магов. Пытаясь найти поблизости хоть что-то, способное заменить щит, пока глефы возвращаются к паре новых противниц, Джерод увидел рядом, кроме верховного мага Мордента и прочих Высокорожденных, труп еще одного мага. Мертвое тело побелело с головы до пят, словно покрытое изморозью.

Гадать, что могло стать причиной смерти Высокорожденного, времени не было. Джерод знал: виновата в этом Майев, а остальное было неважно – тем более, что, судя по изучающему взгляду, устремленному на прочих пленников, она явно вознамерилась ускорить расправу.

Между тем, в Джерода вновь полетела глефа. Оценив ее скорость, он бросился наземь и в тот же самый момент вскинул ногу, лягнув проносящееся над ним оружие снизу.

Да, он только чудом не лишился носка сапога и пальцев ноги внутри, но желаемой цели добился: глефа вильнула из стороны в сторону и упала на землю совсем рядом с Джеродом.

Однако добраться до оружия – это уже следующий вопрос. Стоило Джероду потянуться за ним, в него полетела вторая глефа. Вдобавок, заметил он и еще кое-что: владелица первой глефы, обнажив длинный кинжал, направлялась к нему.

Джерод откатился вбок, пропуская мимо вторую глефу. Вращающиеся лезвия устремились назад, к хозяйке. Воспользовавшись удобным случаем, Джерод, наконец, дотянулся до добычи…

Но вместо того, чтобы воспользоваться ею для самозащиты, метнул глефу в сторону сестры.

Одна из двух прочих Стражниц предостерегающе вскрикнула. Майев исчезла и появилась рядом со своим серповидным клинком теней. Однако тревожиться об атаке Джерода ей не стоило: истинной его целью была вовсе не сестра. Отличия сего удостоился небольшой золотой конус, к которому она наклонилась – золотой конус с четырьмя камешками цвета жемчуга.

Глефа ударила прямо в него. Конус рассыпался вдребезги, а камешки разлетелись в разные стороны.

Джерод надеялся, что, уничтожив реликвию, освободит Высокорожденных, однако – не тут-то было. Они по-прежнему оставались в плену, но на лицах не одного из них отразилось явное облегчение. Выходит, Джерод, по меньшей мере, либо предотвратил, либо несколько отсрочил расправу.

На этот вопрос ответила сестра:

– Умно, братишка, умно. Но ничего: я скоро его починю.

Но поволноваться об этом Джероду шанса не выпало: в этот миг к нему подоспела Стражница с кинжалом. Размахивая из стороны в сторону клинком, она после каждого взмаха норовила пнуть Джерода в живот или по ногам. Да, он всякий раз исхитрялся увернуться, однако рассеченная голень с каждым движением болела сильней и сильней. В схватке он уголком глаза заметил, что вторая противница примеривается, собираясь вновь пустить в ход глефу.

Сообразив, что вторая Стражница полагает, будто он ее не видит, Джерод продолжил упорно обороняться от первой, однако теперь постоянно приглядывал краем глаза и за другой.

Ближайшая из противниц снова вскинула ногу, целя ему в живот. Рискуя подставить горло под ее кинжал, бывший капитан стражи склонился вперед и схватил ее за лодыжку.

Однако, даже качнувшись назад и потеряв равновесие, она сумела распорядиться кинжалом наилучшим возможным образом – полоснула по стиснувшей ее ногу руке. Джерод замычал от боли: острие клинка рассекло кожу вдоль запястья к ладони. Невзирая на опасность, он что было сил потянул Стражницу на себя… а в самый последний момент рывком развернул ее себе за спину.

Стражница выгнулась дугой. Но нет, удар ей нанесла не брошенная в Джерода глефа – она миновала обоих и взмыла вверх, возвращаясь к владелице. Спину врага, легко одолев броню и разрубив хребет, пронзил серповидный клинок сестры. Успевшая надеть шлем, Майев воспользовалась тем, что брат отвлекся на глефу, и телепортировалась к нему, чтоб нанести удар с тыла.

Со злобной гримасой, навеки застывшей на мертвом лице, Стражница рухнула наземь. Майев исчезла.

Вторая Стражница потянулась к возвращавшейся глефе. Подхватив кинжал, Джерод метнул оружие в нее. Едва уцелевшая Стражница начала подниматься, кинжал угодил ей прямо в грудь. Нет, маленькое оружие не пробило брони, однако заставило Стражницу отвлечься.

Просвистев мимо ее ладони, глефа вгрызлась в незащищенную шею… и мигом снесла Стражнице голову.

Джерод замешкался, чтоб хоть немного перевести дух – и тут же почувствовал страшную боль в левом плече. Взглянув вниз, он увидел нечто вроде длинной острой булавки, торчащей из тела, а подняв глаза – встретился взглядом с Майев.

Мрачная решимость в ее глазах яснее ясного говорила о том, что она замышляла не просто ранить его – только фортуна и помешала ей убить Джерода. Не сводя немигающего взгляда с сестры, он выдернул из плеча булавку и с откровенным равнодушием отшвырнул окровавленный метательный снаряд в сторону.

– Опять неудача, Майев. Ты совершила ошибку, не прикончив меня после того, как я попался в ловушку.

– Ошибку недолго исправить, – заметила она, вытаскивая что-то из кошеля. – В точности, как я уже разделалась с нашими добрыми друзьями…

Джерод взглянул в сторону магов. Те корчились от боли, однако не издавали ни звука. Тела их медленно окутывала темная аура.

– Я бы позволила тебе полюбоваться своими трудами, но ведь ты можешь счесть уместным снова вмешаться…

С этими словами Майев швырнула в Джерода то, что вынула из кошеля.

Но вместо того, чтоб полететь в бывшего капитана стражи, крохотные черные крупицы были отнесены в сторону нежданным порывом ветра. Коснувшись деревьев и прочих растений, каждая ужасающе зашипела, и Джерод увидел, как отовсюду, куда угодила хоть одна, повалил дым.

Инстинкт побудил его оглядеться в поисках Малфуриона. Верховный друид, вышедший из лесу по ту сторону от Высокорожденных, взглянул ему в глаза. Сегодня оба вновь стали соратниками в битве с опасным врагом, словно все миновавшие с тех давних пор тысячелетия исчезли, развеялись без следа. Поняв, что задумал верховный друид, Джерод согласно кивнул. Едва верховный друид склонился к земле перед еще одним, точно таким же, как первый, золотым конусом и начал сосредоточиваться, он сделал шаг вперед – ведь этаким образом Малфурион подставил спину безумной Стражнице.

Майев выругалась и снова полезла в кошель, а Джерод со всех ног бросился к своему кинжалу.

Не обращая внимания на брата, Майев устремила взгляд на верховного друида и высоко вскинула руку.

Джерод метнул кинжал, не слишком заботясь о меткости. Клинок плашмя лязгнул о шлем Майев возле самой смотровой щели. От неожиданности Майев вздрогнула, и содержимое ее горсти – чем бы оно ни было – рассыпалось по земле, не причинив никому никакого вреда.

Вновь обнажив серповидный клинок, Майев повернулась к Джероду.

– Похоже, у тебя кончаются хитрости, братец! Уставать стал? Состарился? Так можешь винить нашего великого и славного верховного друида и в этом! Все славят Малфуриона за вклад в очищение Тельдрассила и избавление его от скверны Кошмара, но позабыли, что он также дрался против того, чтоб Мировое Древо получило должное благословение! Сказав, что ночным эльфам пора действительно жить в своем мире! С распростертыми объятиями приветствуя смерть! Можно сказать, это он погубил твою драгоценную Шаласир, Джерод! Если б он не решил, будто лишь он один знает, что будет лучше для всех нас, с ней все было бы хорошо!

– Шаласир умерла, потому что настал ее срок, – отвечал сестре Джерод. – Как и всем нам положено.

Майев вновь улыбнулась.

– Выходит, ты будешь не против умереть прямо сейчас.

Телепортировавшись, она возникла от Джерода справа и взмахнула серповидным клинком теней. Джерод отчаянно извернулся и тем уберегся от смерти… но не от раны. Кончики лезвий вонзились в бок – как раз на ту глубину, чтобы заставить вскрикнуть. Зажав рану ладонью, он пошатнулся и шагнул вперед.

Пусть важные органы и не пострадали, но рана была серьезна. Не отнимая ладони от шестидюймового пореза, Джерод огляделся в поисках глефы, прикончившей вторую Стражницу.

Более не считая брата серьезной угрозой, Майев немедля повернулась к верховному друиду. Малфурион был целиком поглощен стараниями не только освободить Высокорожденных, но и не дать им погибнуть прежде, чем это случится. Позволить себе хоть самую малость отвлечься от Мордента и его соратников он не мог, а посему перед Майев остался совершенно беззащитным.

Джерод потянулся за глефой. Боль и потеря крови угрожали свалить его с ног. Единственной свободной рукой он, напрягая все силы, поднял оружие. Казалось, выпрямиться практически невозможно. Вдобавок, Джерод понимал: стоит ему сделать это, и кровотечение усилится, – однако заставил себя встать прямо. Иначе глефу было бы не метнуть, тем более без помощи преобладающей руки.

Он был капитаном стражи, военачальником, правителем, а затем – просто мужем, старавшимся вместе с женой выжить в безлюдной глуши. Во многих отношениях, жизнь с Шаласир куда лучше, чем вся прежняя карьера, и заставила его привыкнуть, приспособиться делать дело как необходимо, а не как удобнее.

Джерод метнул.

Глефа полетела в Майев именно так, как он и рассчитывал. Услышав ее зловещий шепот, сестра вскинула серповидный клинок, чтоб отразить приближающееся оружие. Небрежность движений Майев выражала презрение к «жесту отчаяния» брата яснее слов.

Однако Джерод швырнул глефу не горизонтально, как принято. Бросил он ее почти вертикально, а между тем Майев, дабы защититься от предполагаемой угрозы, подняла оружие примерно так же.

Потому-то летящая глефа без всяких помех поразила ее предплечье ближе к запястью. Прорубив броню, кривые лезвия впились в плоть.

Майев, вскрикнув, выронила серповидный клинок.

От совершенства бросок Джерода был далек. Конечно глефа вернулась назад, но приземлилась не в руку, а под ноги. За ней пришлось быстро нагнуться, а это придало боли новые силы. На миг у Джерода потемнело в глазах.

Выпрямившись, он обнаружил, что Майев на прежнем месте нет. Охваченный страхом, он бросил взгляд в сторону Малфуриона, но верховный друид оказался цел, невредим, и трудился вовсю. По крайней мере, труды его положили конец страданиям Высокорожденных, однако освободить их Малфурион еще не успел.

Оглядевшись, Джерод увидел Майев бегущей к дальнему краю поляны. Кисть раненой руки повисла плетью, другая ладонь сестры накрепко зажимала рану.

Еще несколько шагов, один-единственный миг – и она окажется в лесу, получив неплохой шанс уйти. Ее следовало остановить.

– Майев!

Майев приостановилась и оглянулась. Глаза сестры за смотровыми прорезями шлема сверкали все тем же непокорством, презрением, насмешкой.

Джерод изготовил глефу к броску.

– Сдавайся, Майев. У тебя нет выбора. Я не хочу тебя убивать.

Майев рассмеялась.

– И не убьешь. Как я уже говорила, Джерод, меж нами имеется кое-какая разница. Я поступаю как должно, несмотря ни на что.

Джерод занес было руку, но тут за спиной раздались шаги и голоса. Голоса, судя по тону, принадлежавшие отнюдь не соратницам Майев – скорее, дарнасцам, вышедшим на поиски.

Глаза Майев засияли победным огнем.

– Ты просто глупец. Я еще увижу, как наш народ обретет былое величие… ты лишь оттягиваешь неизбежное.

В тот самый миг, как Джерод, наконец, метнул глефу, она телепортировалась прочь. Оружие угодило туда, где только что находились ее голени. Не причинив никакого вреда, кривые лезвия врезались в кусты, и глефа отскочила в сторону.

– Да простит меня Элуна… – пробормотал Джерод.

Со стороны Высокорожденных донеслись негромкие стоны. Зажимая ладонью рану в боку, Джерод нетвердым шагом заковылял к верховному друиду, наконец-то нашедшему способ освободить магов. Многие из Высокорожденных лежали на земле без чувств.

Склонившийся над Мордентом Малфурион поднял взгляд. Джероду сделалось невыразимо стыдно.

– Я проиграл. Прости.

– Ты вовсе не проиграл, – с чувством ответил верховный друид. – Они живы.

Джерод покачнулся из стороны в сторону. Волна адреналина, до сих пор придававшая ему сил, шла на убыль. Совладав с собой, он покачал головой:

– Я говорю о Майев. Я мог остановить ее. Мог ее убить. Она бы убила меня непременно.

– Знаю, знаю. – Малфурион повернул голову и бросил взгляд на нескольких Часовых и двух друидов, выбежавших на поляну. – Они найдут ее. И, при возможности, схватят живьем. – Он вновь перевел взгляд на Джерода. – Ты не проиграл, Джерод. Ты остался тем, кем должен быть ночной эльф. А Майев – нет.

– Я…

Казалось, весь мир закружился, встав с ног на голову. Рука, зажимавшая рану, бессильно повисла вдоль туловища, позволив Малфуриону разглядеть, насколько все на самом деле скверно.

– Я…

– Во имя Кенария! Джерод! Отчего же ты не сказал сразу?!

– Она моя сестра…

Верховный друид вскочил на ноги, подхватив обмякшее тело Джерода.