В то время, как Джерод начал день с поисков Малфуриона, события в Ясеневом лесу развивались с невероятной быстротой. Под покровительством Элуны Тиранда творила истинные чудеса: подхлестнутые луной по ее просьбе морские течения принесли корабли к Ясеневому лесу даже скорее, чем ожидалось. Шандриса немедля разослала по заставам гонцов, дабы предупредить всех о своем прибытии и, в свою очередь, выяснить, как обстоят дела на местах. Между тем новоприбывшие силы, не тратя времени даром, выступили в поход. Во время марша Тиранда объяснила сопровождавшим ее жрицам, какова будет их роль и чем им придется рисковать.

Вот потому-то на следующий день Халдрисса и ее Часовые с радостью и облегчением встретили подошедшие подкрепления у реки, где новое войско с ходу начало смешиваться с обороняющимися. Взяв с собою Денею и прочих офицеров, Халдрисса во весь опор помчалась встречать верховную жрицу и генерала.

Тиранда Шелест Ветра выглядела просто-таки завораживающе. Сейчас она была облачена не в тонкие, неярко мерцающие храмовые одеяния, но в доспехи воительницы лунной богини. Пластины брони, подчеркивавшей формы тела, покрывали ее с головы до ног и при том не препятствовали свободе движений. С плеч ниспадал, развеваясь по ветру, плащ из паутины оттенка лунного света. Кроме того, верховная жрица надела крылатый шлем, прикрывавший верхнюю половину ее головы.

– Приветствую тебя, командир Халдрисса, – без предисловий заговорила Тиранда. – Благодарение Матери Луне за то, что ты здесь и держишь оборону.

– Но с тех пор, как пал аванпост Среброкрылых, Орда не сделала ни шагу вперед…

Услышав ее ответ, обе заметно помрачнели. О гибели аванпоста Тиранде с Шандрисой сообщили сразу же по прибытии, однако пилюля все равно оказалась горька. Долгое время Среброкрылыми восхищались как образцом стойкости ночных эльфов перед лицом любых невзгод, и вот…

– Проклятые орки за это заплатят, – с чувством заметила Шандриса. – И никакие их фокусы больше им не помогут!

– Давай-ка умерим желание отомстить за отважных защитников аванпоста Среброкрылых и прочего Ясеневого леса. Учти, Шандриса: ныне Орду возглавляет не Тралл, а Гаррош Адский Крик, – сказала Тиранда. – И это, во многих отношениях, уже совсем другая Орда. Действовать следует обдуманно, с осторожностью.

– О, разумеется! Мы пойдем в бой, думая только о сокрушении орков, и будем рубить их весьма осторожно – не то, чего доброго, орочья кровь попадет в глаза!

Верховная жрица приподняла бровь. Халдрисса молчала, однако Денея и большинство остальных присутствовавших при сем Часовых горячо закивали в знак согласия с генералом.

– Нам нужно знать обо всем, что произошло, – сказала Тиранда командующей, – а также – где, на твой взгляд, самые уязвимые места в линии обороны.

Халдрисса, не тратя зря времени, объяснила все, как могла. Стоило старшему офицеру хоть немного запнуться, Денея бесстрашно заполняла паузы собственными предложениями, включая сюда уверенность в том, что лобовой удар позволит им отбросить Орду назад, до самого аванпоста Среброкрылых. Халдрисса заместительницу не обрывала. Мало этого, в голову командира закралась мысль: быть может, в этот момент Денея понимает обстановку лучше нее? В отличие от самой Халдриссы, младшая из Часовых ни разу не запнулась, ни разу не проявила неуверенности, а все ее предложения казались вполне разумными.

Шандриса с верховной жрицей внимательно слушали, но не высказывали никаких мнений, пока доклад не подошел к концу. После этого Тиранда Шелест Ветра перевела взгляд на своего генерала.

– Что скажешь ты?

– Похоже, линия обороны выстроена как надо. Лобовой удар… возможно, мысль дельная: без конца отсиживаться в обороне против Орды нельзя. Я немедля отправлю вперед разведчиков, а тем временем мы распределим силы по периметру, занятому командиром Халдриссой. Река – превосходный оборонительный рубеж на случай, если нам по той или иной причине придется отступить. Для этого оставим здесь шеренгу лучников: они прикроют возможное отступление.

– Гоблинский туман, – напомнила генералу Халдрисса.

– На этот раз нам не заслонит обзора никакой туман – хоть естественный, хоть рукотворный, – пообещала верховная жрица. – Об этом позаботится Элуна.

Командующая откровенно перевела дух и вдруг почувствовала безмерную усталость. Тиранда сочувственно взглянула на нее, на миг остановив взгляд на повязке поверх глаза.

– Халдрисса, ты верно служила мне тысячи лет… и многим за это время пожертвовала. Теперь послужи мне, как следует отдохнув. Ты вполне заслужила отдых.

– Я знаю, как командующая организовала оборону, – вмешалась Денея, прежде чем Халдрисса успела отвергнуть сие любезное предложение. – Она может спокойно отдыхать, зная, что все будет в порядке.

– Значит, договорились.

Верховная жрица взглянула в глаза командира. Во взгляде ее Халдрисса не видела ничего, кроме уважения и сострадания. Тиранда действительно полагала, что Халдриссе нужно выспаться, а если так, кто она такая, чтоб спорить с одной из правителей всех ночных эльфов?

– Как пожелаешь.

– Не «как пожелаешь», а в силу необходимости, – поправила ее Тиранда. – Нам очень понадобится твой опыт. Ты знаешь Ясеневый лес лучше многих других.

– Благодарю тебя, верховная жрица.

В устах большинства подобные замечания могли бы показаться закаленной воительнице простой любезностью, призванной предотвратить возможные обиды с ее стороны, однако Тиранда говорила вполне чистосердечно, и командир это знала. Знала, а посему с легким сердцем извинилась и направилась туда, где устроила лагерь.

Укладываясь спать, она не рассталась с глефой. Да, теперь командование взяли на себя генерал и верховная жрица, и от этого на душе сделалось гораздо легче, но ведь Халдрисса действительно прослужила в Ясеневом лесу куда дольше, чем почти все остальные. Леса этой земли стали для нее домом роднее далекого Дарнаса. Она сроднилась с ними настолько, что страдания Ясеневого леса словно бы причиняли боль ей самой.

И вот теперь, закрывая глаз, она никак не могла избавиться от ощущения, что, несмотря на присутствие верховной жрицы, ее любимый Ясеневый лес ждут новые муки, куда ужаснее всех прежних…

Отсутствие Халдриссы начало сказываться с первых же минут, однако Тиранда не обмолвилась об этом ни словом, ни даже намеком. Если не считать Шандрисы, все прочие офицеры были гораздо, гораздо моложе нее. Некоторые, вполне взрослые, знали Войну Древних лишь как некое эпическое сказание о делах родителей. Да, они вполне могли оценить ее очевидные последствия и разбирались в вопросах, подобных тому, отчего многие ненавидят Высокорожденных, но все же не понимали, насколько верховной жрице кажется, будто она во власти дежавю. Подумать только, вот ей и опять приходится защищать мир, перевернутый вверх дном злодеяниями существа, возомнившего себя высшим судьей! В прошлом это была королева Азшара. Теперь ее место занял Смертокрыл Разрушитель. И из-за них обоих ночные эльфы столкнулись с ужасающими препятствиями к продолжению существования.

Да, сейчас вместо демонов ей предстояло биться с Ордой, но в этом Тиранда утешения не находила. Кровь – всегда кровь, а смерть – всегда смерть.

«Старею, старею», – подумала она, но тут же прогнала эту мысль прочь. Вместо этого она заглянула в собственную душу, потянулась к Элуне за утешительным благословением, и сама не заметила, как ее вновь озарил неяркий серебристый луч света, что часто падал на нее с высоты, когда она взывала к Матери Луне с просьбой о наставлении. Только после того, как несколько Часовых преклонили перед нею колено, ей и сделалось ясно, что произошло.

– Встаньте, прошу вас.

Тиранде очень не нравилось, что само ее появление в качестве сосуда Элуны чинит окружающим помеху за помехой. Да, обычно ей удавалось свести преклонение коленей к минимуму, однако моменты, подобные этому, не на шутку раздражали. Ни ей, ни лунной богине низкопоклонства не требовалось… хотя, следовало признать, перед Элуной с радостью преклонялась даже она сама. Тиранда всего лишь не считала, что тоже заслуживает поклонения: ведь она – только служительница Матери Луны.

Шандриса отправилась распоряжаться войсками, взяв себе в помощь амбициозную молодую Денею и еще нескольких офицеров из Ясеневого леса и из Дарнаса. Новоприбывшие уже влились в ряды Часовых.

Приятным дополнением воинства, собравшегося на защиту Ясеневого леса, стал целый корабль смешанных сил, неожиданно предложенных Тиранде перед самым отплытием. По почину Терамора члены эскорта каждого из представителей союзных государств получили возможность добровольно отправиться в Ясеневый лес на помощь. Присоединиться решили столь многие, что на корабле яблоку негде было упасть. К подданным Джайны Праудмур примкнули и все три дворфских клана, включая Громовых Молотов с немалым числом их грифонов, и гномы, и дренеи, и люди, готовые отправиться в бой на стороне ночных эльфов.

Тиранда взглянула за реку – за опушку леса на том берегу. Вдали над землей поднимался туман. Сгущаться он начал почти в тот же самый момент, как к рубежу обороны прибыли возглавляемые ею силы, будто Орда только и поджидала ее появления.

«Помоги нам, Элуна, укажи нам путь», – молилась верховная жрица, оглядывая воинов в первых рядах. Все они серьезно, недоверчиво взирали вперед. Сколько же раз она видела такие лица во время множества войн, в коих ей довелось сражаться…

Над рубежом обороны тревожно затрубил рог.

Тиранда огляделась в поисках подавшего сигнал, но вместо этого увидела скачущую к ней Шандрису. Рядом с генералом бежал Аш’ала, собственный саблезуб верховной жрицы.

– Садись! – крикнула Шандриса, подскакав вплотную. – Садись поскорее!

– Что случилось?

Шандриса указала на восток. Гоблинский туман безмолвной, но бурной рекой хлынул вперед. Окутанные густой пеленой, исполинские деревья скрылись из виду. В тот краткий миг, что Тиранда наблюдала за ним, туман почти достиг берега.

Она вскочила на спину своего саблезуба, и в этот момент с юго-востока затрубил еще один рог. Увидев, что туман устремился вперед и там, ни генерал, ни верховная жрица нимало не удивились.

Крик спереди дал им знать, что туман надвигается и оттуда. Тиранда невольно дивилась машинам, построенным гоблинами, чтобы нагнетать этот туман. Когда ветер ненадолго переменился, почувствовала она и смрад, о котором докладывали защитники Ясеневого леса. На поверку туман оказался, скорее, огромным облаком дыма, словно бы где-то вдали разгорелся лесной пожар.

– Тебе бы лучше отойти подальше в тыл, – посоветовала Шандриса.

– Я явилась не для того, чтобы прятаться за чужими спинами, Шандриса. Я здесь, потому что нужна здесь… особенно в этот момент.

Тиранда воздела руки к небу. Нет, луна пока что была не видна, однако серебристый луч, озарявший верховную жрицу, засиял ярче прежнего.

Тиранда сосредоточила все помыслы на молитве. Она просила Элуну о многом, но полагала, что к ее замыслам богиня готова и отнесется к ней благосклонно.

Шандриса ахнула, но тут же пришла в себя. Прочие Часовые повернулись к ней, но генерал раздраженно отмахнулась от них, веля не отвлекаться от наблюдения.

Озаренная лунным лучом, верховная жрица засияла ярче ясного дня. Сияние начало расти, потянулось вперед, крыльями распахнулось влево и вправо.

Миг – и свет Элуны встал вдоль шеренг Альянса стеной, преграждая путь наползавшему гоблинскому туману. Зловонный дым двинулся через реку первым, достиг середины, но… Тут-то и встретил его лунный свет.

Тиранда смотрела прямо перед собой. Как только сила Элуны сблизилась с туманом, она почувствовала, что к ее стараниям, наконец, присоединились другие прибывшие с экспедицией жрицы. Упроченный их молитвами, замысел Тиранды набирал ход.

Некогда верховная жрица точно так же противостояла злу Владыки Кошмара, и теперь выжигала светом Матери Луны творение гоблинов. В сравнении с чудовищным туманом Кошмара и его жуткими призраками дымовая завеса Орды оказалась врагом жидковатым. Лунный свет поглощал ее без труда, и воздух над рекой очистился в считаные секунды.

Оборонявшиеся разразились дружным «ура». Когда же Элуна вновь открыла взорам лес за рекой, крики их зазвучали громче прежнего. Дымовая завеса гоблинов таяла на глазах.

Однако это не означало, что ее создатели не попытаются ответить ударом на удар. Мутная пелена на пути света резко сгустилась, но даже после этого нежное сияние Матери Луны оказалось ей не под силу. Свет шел вперед, продолжая движение даже после того, как в поле зрения Часовых с союзниками от дыма не осталось ни следа.

Происходящего в таком отдалении Тиранда разглядеть не могла, однако почувствовала, что гоблинский туман внезапно прекратил сопротивление. И верно: к чему такие усилия, когда все понапрасну? Казалось бы, первая, столь очевидная победа должна воодушевлять, но все же верховная жрица никак не могла избавиться от ощущения, будто здесь что-то нечисто.

Вдруг Шандриса, стоявшая рядом, закричала нечто нечленораздельное. В следующий же миг мир вокруг Тиранды словно бы разлетелся в куски. Сопутствовал этому оглушительный звук наподобие рева. «Смертокрыл! – немедля подумалось верховной жрице. – Смертокрыл идет в бой на стороне Орды!»

Еще не успев упасть, она поняла: нет, это просто нелепо. Огромный дракон не стал бы размениваться на столь пустяковый спектакль. Ненавидящий «низшую» жизнь, Смертокрыл предпочел бы разом уничтожить все поле боя вместе с воюющими сторонами.

Утратив сосредоточенность, Тиранда прервала молитву, а с этим угас и свет. Плечо и левая нога отозвались болью. Пытаясь разглядеть, что происходит, верховная жрица вновь увидела перед собой только клубы тумана.

Нет… не тумана. Пыли. Воздух был полон пыли и даже крупных глыб земли и камня, градом сыпавшихся не только на нее, но и на всех остальных, случившихся поблизости. Оглядевшись, Тиранда увидела, по меньшей мере, трех Часовых, лежавших рядом мертвыми либо без чувств.

В ладонь ткнулся большой мокрый нос. Обнюхав Тиранду, саблезуб лизнул ее ногу. Только теперь верховная жрица заметила острый осколок камня, торчащий из бедра. Поморщившись, она дотянулась до осколка, выдернула его и наскоро помолилась над раной. Дыра затянулась, оставив на теле только кровавый след.

Коснувшись руки, Тиранда нащупала лишь капли крови и, не заботясь более о себе, подняла взгляд в поисках Шандрисы.

Первое, что она увидела, заставило задрожать от душевной муки. Ночной саблезуб Шандрисы лежал на земле мертвым – огромный камень размозжил ему череп.

– Шандриса!

Разом забыв обо всем остальном, Тиранда обогнула своего саблезуба и перебралась через мертвое тело кота.

– Шандриса!

Лишь двое в жизни верховной жрицы значили для нее больше всего на свете – Малфурион да сирота, ставшая ей дочерью. Нет, Тиранда никогда не подавала виду, сколь сильно волновалась за Шандрису, когда долг призывал ту вести в бой армию ночных эльфов… но сколько же раз верховная жрица молила Элуну помочь ей остаться живой и здоровой!

И вот…

Однако за телом убитого саблезуба Шандрисы не оказалось. Опасаясь, что приемную дочь отшвырнуло вдаль, Тиранда огляделась и заметила еще одно тело. Часовая; судя по нелепой, неестественной позе – несомненно, мертва… но это была не Шандриса. Немного устыдившись своего порыва, верховная жрица возблагодарила Элуну хотя бы за это мимолетное утешение.

И тут со стороны мертвого саблезуба донесся стон. Обернувшись, Тиранда поспешила к его хвосту – туда она почти не смотрела. Задняя часть тела кота была порядком завалена землей и камнями, обрушенными на оборонявшихся неведомой силой.

Из-под задней лапы огромного зверя торчала рука Шандрисы, покрытая пылью настолько, что совершенно сливалась с землей. Едва Тиранда подошла ближе, рука шевельнулась, и верховная жрица вновь возблагодарила Элуну за это личное благословение.

Стоило присесть рядом, чтоб посмотреть, чем тут можно помочь, на помощь ей поспешили несколько Часовых. Очевидно, они заметили, что произошло, но не могли добраться до них обеих раньше. С бережной быстротой они высвободили генерала из-под убитого саблезуба.

Тиранда приложила к спине Шандрисы ладонь и начала молитву. Какие ранения получила приемная дочь? Этого она не знала и не желала знать – надеялась лишь, что Элуна исцелит все, что бы ее ни постигло.

Шандриса вновь застонала, но на сей раз в ее стоне было куда больше жизни. Как только Тиранда завершила молитву, все тело генерала засияло светом Элуны, угасшим лишь после того, как верховная жрица убрала руку с ее спины. К немалому облегчению Тиранды, Шандриса дышала сильно и ровно.

Верховная жрица отстранилась от дочери, и в тот же миг в мир будто бы разом вернулся прежний неукротимый хаос. Отовсюду слышались крики и знакомый свист стрел, несущих с собою гибель. Всею душой надеясь, что пущены они Часовыми, а не лучниками Орды, Тиранда понимала: скорее всего, стреляют с обеих сторон. На лицах Часовых, спешивших мимо – кто пешими, кто верхом, – отражалась тревога.

Над полем боя гремел все тот же рев, что напомнил Тиранде о Смертокрыле. Только сейчас, с немалым запозданием, она сумела расслышать, что все это – не один голос, но хор бессчетного множества голосов.

Бросив взгляд в сторону реки, она увидела, что лес на том берегу кишмя кишит орками, тауренами с огромными тотемами, троллями, включая немало знахарей, и многими, многими другими. Шлюзы отворились, и Орда хлынула вперед.

– Они… они искали тебя, – выдохнула Шандриса, поднимаясь на ноги при помощи двух Часовых. – Прознали, что ты здесь, вот и пустили этот треклятый туман, чтоб побудить тебя к действию!

Тиранда огляделась вокруг. Практически все огромные валуны, обрушившиеся на них, были сосредоточены в центре – действительно, именно там, где стояла она. Пожалуй, за то, что верховная жрица уцелела, следовало поблагодарить не только небесную покровительницу, но и удачу.

И, говоря начистоту, кое-кого третьего.

– Это ведь ты успела оттолкнуть меня в сторону.

– При всем моем уважении, ты для народа куда важнее, чем я, – отвечала Шандриса, выпрямившись во весь рост. – К тому же, я ведь не знала, что приземлюсь прямо там, куда упадет мой саблезуб после следующего удара!

Над полем боя вновь затрубили рога. Над рекой взвилась новая туча стрел, пущенных лучниками Альянса. Силы Орды сомкнули щиты, заслоняясь ими, будто стеной. Многие стрелы отскочили от щитов или застряли в них, но некоторые отыскали намеченную цель. Немало вражеских воинов пало мертвыми, а кое-кто поспешил отступить с торчащими из тел древками.

– Через реку они еще не переправились, – отметила Тиранда. – Река глубока, течение сильно, но особых затруднений это у них вызывать не должно. Они испытывают нас на прочность, я знаю!

Тут к ним подскакала Денея.

– Генерал, они действуют почти так же, как и в тот раз, когда атаковали наш главный аванпост! Командир полагает, они подсчитывают наших лучников!

– Весьма похоже! Но пользы им это не принесет. Лучников у нас много больше: сейчас стреляют далеко не все. Когда они решат, что поубавили наши ряды, остальные станут для них приятным сюрпризом!

В то время, как лучники Альянса продолжали стрельбу, а орки от случая к случаю стреляли в ответ, вдоль линии обороны, в разных местах, встали наготове отряды верховых. Тиранда с Шандрисой прибыли в Ясеневый лес с готовыми планами сражения, и выжидать, что предпримет против них Орда, им было незачем.

Четыре отряда вооруженных копьями охотниц сдерживали саблезубов в ожидании сигнала. Рядом готовилось к бою вдвое большее число пеших Часовых – одни с глефами, другие с мечами. Сопутствовали им дворфы из кланов Темного Железа и Бронзобородов, а Громовые Молоты держались чуть позади и ждали команды поднимать в небо грифонов. С первыми двумя дворфскими кланами смешались люди, дренеи и гномы (последние, готовясь к бою, вооружились какими-то особо зловредными приспособлениями). Несколько магов – по большей части, из Терамора – также стояли наготове: им предстояло ударить по своим темным коллегам.

Жрицы Тиранды разделились на две группы. Одной предстояло заботиться об исцелении раненых, вторая же не сводила выжидающих взглядов с Тиранды. Эти усилят ее собственный удар.

Еще один отряд обороняющихся, состоявший из тех, кто нес службу в Ясеневом лесу, заново сформировал центр. Денея вызвалась возглавить его вместо Халдриссы, и Шандриса с этим согласилась. Отдав молодой Часовой кое-какие последние указания, генерал отослала ее к подчиненным.

Покончив с этим, Шандриса повернулась к Тиранде.

– Ты готова? Сможешь принять командование?

Разорение вокруг верховной жрицы – особенно смерти тех, кто заплатил за то, что оказался рядом – были еще свежи в ее памяти.

– Будь наготове, – попросту отвечала Тиранда.

С кривой ухмылкой Шандриса взяла у одной из Часовых нового саблезуба и поскакала прочь. Тиранда же – в силу необходимости – отвела своих дальше в тыл. Как ни хотелось ей присоединиться к Шандрисе в бою, ее задача требовала более безопасной позиции. До завершения дела самой ей в схватку вступать было нельзя.

Кажущееся бездействие затянулось. Убедившись в готовности приданных ей жриц, Тиранда ждала нужного момента.

И вот там, где распоряжалась Шандриса, затрубил рог.

Лучники Альянса прекратили стрельбу.

Орки в первых рядах вражьего войска взревели и бросились к реке. Таурены с троллями устремились следом, а сзади, за их спиной, неупокоенные чернокнижники Отрекшихся и знахари троллей принялись творить заклинания. Оставалось только надеяться, что обороняющейся стороне удастся устоять перед их магией с минимумом потерь. К первым рядам сил Альянса полетели стрелы, вынуждая охотниц с копьями наготове пригнуться, прячась за щитами и баррикадами.

Тиранда сообща с прочими жрицами начала молиться Элуне.

С небес на верховную жрицу с соратницами пал лунный свет. Минуя линии обороны, свет потянулся вперед, к противоположному берегу реки. Но если раньше он просто мерцал повсюду, рассеивая поддельный туман, то теперь сфокусировался, точно пропущенный сквозь бриллиант.

А ведь даже свет луны, направленный прямо в глаза, может ослепить.

Передние шеренги Орды остановились, как вкопанные. Могучие воины неуверенно затоптались на месте. Хоть орк, хоть таурен, хоть любой другой сильный боец – в эту минуту никто из них не мог бы сделать ничего. Свет застал их врасплох, ошеломил, лишил зрения. Несколько орков с разбегу столкнулись друг с другом – и, что еще хуже, по пояс в воде!

«Ну же, Шандриса! – безмолвно воскликнула Тиранда. – Пора!»

Новый рев рога, боевой клич ринувшихся вперед Часовых, смертоносное шипение стрел, пущенных во врага прикрывавшими атаку лучниками – как же все это воодушевляло! Копейщицы на всем скаку устремились в реку: ни вода, ни враг впереди ничуть не страшили их саблезубов. Прибегнув к познаниям защитников Ясеневого леса, Шандриса направила атаку по отмелям, где глубина не замедляла разгона всадниц.

На той стороне реки протяжно заблеял рог. По-прежнему ослепленные, бойцы Орды, как могли, заковыляли назад.

«Вырежут их», – не без чувства вины подумала Тиранда. Разумеется, она знала, что поступает верно, однако ж молилась о том, чтоб враг счел самым подходящим продолжить бегство или благоразумно сдаться.

Вот первые из копейщиц достигли противоположного берега. Теперь до смешавшихся шеренг орков с союзниками оставались считаные ярды. С десяток звероподобных воинов, не пожелавших отступить, пали под меткими выстрелами лучников Часовых. Тела орков – пока что основы Гаррошевой экспедиции – лежали повсюду. Казалось, их жуткие клыкастые лица даже в посмертии искажены злобой. Из толстой шкуры многих торчало более полудюжины стрел, а уж из щитов да брони – еще больше. Да, защитить себя орки постарались на славу, но против такого множества стрел не устоять и самым лучшим доспехам.

И все-таки, несмотря на сей смертоносный ливень, несколько орков со стрелами, глубоко впившимися в бедра, плечи и туловища, остались в живых и даже сумели сохранить некоторый порядок. Теперь они оттаскивали назад, в безопасный тыл, товарищей, получивших более серьезные раны. Двое выхватили из рук павших соратников знамена и замахали флагами Орды, всем видом выражая презрение к несущимся на них Часовым.

Невзирая на мужество уцелевших орков, все говорило о том, что разрушение аванпоста Среброкрылых вот-вот будет отомщено. Однако еще важнее было другое – растущая надежда: быть может, Альянсу удастся освободить и весь Ясеневый лес… если обратить в прах амбиции Гарроша здесь и сейчас?

Невдалеке вновь затрубил вражеский рог… однако на сей раз – в куда более устрашающей, дерзкой манере. Следовало полагать, Гаррош вознамерился встретить атаку на более надежном рубеже. Одна беда: лунный свет следовал за Ордой и по-прежнему слепил врагов, хотя копейщицы уже приблизились на расстояние удара. Чернокнижникам и прочим творцам заклинаний не удавалось даже прикрыть отступавших: ведь против лунного света не могли выстоять и они. Это, в свою очередь, предоставило преимущество заклинателям Альянса, усердно старавшимся поскорее покончить с магическими силами Орды. Ближайших к линии фронта чернокнижников накрыло чередой устрашающих взрывов.

На стороне Орды снова заревел рог, однако его сигнал нимало не был похож на призыв к отступлению. Скорее, он воодушевлял, звал вперед, суля победу.

Но вместо того, чтобы вновь обратиться лицом к врагу, орки и прочие воины, оставшиеся на передовой, сделали нечто странное. Все они бросились врассыпную, к лесу, точно стремясь убраться с дороги. Что могло внушить им надежду спастись бегством от ночных саблезубов? Об этом Тиранда даже не подозревала. Ночные эльфы знали лес куда лучше и орков, и тауренов, и даже троллей. Коты их в подобных местах оставались по-прежнему ловки и быстры, а всадницы прекрасно орудовали копьями даже среди деревьев.

Должно быть, Шандриса заподозрила неладное. На стороне Альянса тоже затрубил рог, подавая сигнал не к продолжению охоты в зарослях, но к перегруппировке. Видя такое множество врагов, устремившихся прочь с поля боя, верховная жрица, наконец, решила прервать молитву.

Не успел лунный свет угаснуть, а она уже гнала саблезуба вперед. Если ее народу – ее Шандрисе – грозит опасность, Тиранде следовало быть рядом с ними.

Тем временем до дальнего берега, следом за копейщицами, добралась первая волна пеших воинов. Некоторые метнули в отступавших глефы, но большинство с ходу принялись восстанавливать строй. Глядя на них, Тиранда облегченно вздохнула. Сейчас и Гаррош увидит, что ряды наступающих способны удержаться против его воинов.

И тут над полем боя разнесся чудовищный рев.

Огромный камень, взвившийся в небо, всей тяжестью рухнул на отряд копейщиц, спешивших примкнуть к соратницам. Злосчастные всадницы даже не поняли, откуда к ним пришла гибель. Упавший валун раздавил нескольких в кашу и разлетелся вдребезги, выкосив осколками остальных.

За первым в воздух взлетели новые камни. Да, защитники Ясеневого леса предупреждали о спрятанных во вражеском тылу катапультах, но ничего подобного Тиранда в жизни не видела. Тут дело было в чем-то другом. Ей сразу же вспомнилось, как она чудом избежала гибели – ведь прежний удар тоже казался не совсем тем, чем выглядел.

Первый валун и нанес наступавшим больше всего урона. Зная о новой опасности, силы Альянса начали огибать места падения жутких снарядов.

Деревья в лесу впереди задрожали. Над полем боя зарокотал новый рев… и на сей раз его подхватили еще несколько голосов – все с одной и той же стороны.

К реву прибавился грохот, поначалу показавшийся Тиранде чем-то вроде ритмичной череды взрывов. Верховная жрица сдвинула брови. Нет, это не взрывы. Скорее, топот копыт… но эти копыта должны быть просто гигантскими!

Опушка леса брызнула в стороны. Огромные дубы взвились в воздух, точно щепки. Навстречу ошеломленным воинам Альянса из лесу выломилось создание невероятной величины, отчасти, в общих чертах, напоминавшее кентавра, только намного массивнее.

– Сохрани нас Элуна! – невольно вырвалось у верховной жрицы.

Исполинская тварь сгребла в горсть копейщицу с саблезубом и небрежно швырнула обоих через плечо. Ночная эльфийка и кот с криком полетели навстречу гибели. Тем временем жуткий исполин ворвался в ряды ближайших пеших Часовых, растоптав одну из них массивными слоновьими ногами.

В самом деле, нижняя часть его тела очень напоминала тело слона, или, скорее, его более крупного и опасного нордсколского сородича, а именно – мамонта. Однако там, где полагалось бы быть мамонтовым плечам и голове, начиналась верхняя часть туловища другого фантастического создания, приблизительно похожего на человека. Покачивая парой кривых длинных бивней, торчавших из уголков рта, исполинское чудище опустило взгляд и азартно заозиралось в поисках новых жертв.

В то время, как первый гигант топтался среди бросившихся врассыпную защитников земель Альянса, в другом месте из леса появился второй. Обрушив на Часовых несколько деревьев, он принялся хватать уцелевших могучими четырехпалыми ручищами. Пока второе чудовище крушило, давило изловленных насмерть, остальные деревья тоже разлетелись в стороны, и на несостоявшихся победителей устремились еще несколько точно таких же исчадий ада. Сражение обернулось катастрофой столь же ужасной величины, как и легендарные создания, буйствовавшие среди крохотных ночных эльфов.

«Да они натравили на нас магнатавров! – с ужасом изумилась верховная жрица. – Осмелились выпустить их на волю в Ясеневом лесу!»

Гаррош, несомненно, понимал, насколько его затея опасна и для самой Орды, однако решился рискнуть и пока что не прогадал. А ведь доставка этих кровожадных великанов со снежных просторов Нордскола в Ясеневый лес сама по себе наверняка была испытанием не из легких! Тиранда и вообразить не могла, как даже Орде удалось бы привезти их сюда без жертв со своей стороны.

Тяжко топоча, магнатавры сеяли вокруг хаос и разрушения даже просто на ходу. Тиранда насчитала восемь особей. Восемь, причем все – быки… Казалось бы, количество невелико, однако видеть их вместе – да, это было просто потрясающе! Ведь магнатавры отличались столь буйным нравом, что самцы наподобие этих жили порознь, не то между ними постоянно доходило до драки.

Звери топтали, расшвыривали жертв, словно могучее войско Альянса было всего-навсего скопищем муравьев. Вот ночной саблезуб, оставшийся без всадницы, попробовал впиться зубами в массивную столбоподобную ногу одного из магнатавров. За свое мужество кот был подхвачен одной рукой и разорван напополам обеими, а затем магнатавр швырнул кровавые ошметки в реку, и без того покрасневшую от крови.

Тиранда знала: там, впереди, Шандриса изо всех сил старается спасти своих воинов. Верховную жрицу так и подмывало продолжить атаку, однако она понимала: вначале нужно попробовать остановить магнатавров.

Натянув поводья, она остановила кота и призвала на помощь Элуну. В ответ с небес на нее, как всегда, пал луч света Матери Луны. Тиранда начала молить богиню о покровительстве…

В небо над ее головой взвился еще один огромный валун. Только теперь Тиранде сделалось ясно, что магнатавры и были теми самыми «катапультами», и у Гарроша на уме имелась для них кое-какая особая цель. Сияние Элуны выдавало ее врагу с головой. Магнатавры, при всей своей дикости, были достаточно разумны, чтобы понять, что от них требуется. Гаррошу требовалось уничтожение светящейся цели. Ну, а если цель окажется другой жрицей – что ж, тем меньше помощниц останется у Тиранды.

А если они убьют верховную жрицу… то будут знать: ночным эльфам и всему Альянсу нанесен сокрушительный удар.

Тень валуна мелькнула впереди. Верховная жрица изо всех сил натянула поводья, развернула саблезуба и устремилась прочь, подальше от места падения камня и смертоносных осколков, что вот-вот брызнут в стороны.

И тут в спине возле лопатки вспыхнула острая боль. За первой вспышкой последовала вторая, чуть выше поясницы.

В тело верховной жрицы, одна за другой, вонзились две стрелы.

Тиранда поняла, что ее обвели вокруг пальца. Гаррош стремился уничтожить правительницу ночных эльфов – либо руками магнатавров, либо при помощи двух отчаянных лучников. Валун же в данном случае послужил лучникам прикрытием, отвлекшим от них ее внимание, и вот…

В то время как нордсколские чудовища продолжали топтать ее подданных, Тиранда безжизненно рухнула наземь.