Диего сидел и смотрел на стоящую на пороге Пиппу. Она обхватила себя руками за талию, и вид у нее был… потрясенный.

— Мой отец… был исключительно деловит, — сказала она. — Полагаю, мне следовало ожидать этого. Похоже, я слишком долго жила в Коулз-Хилл с Карузерсами. Я начала верить, что семейные узы намного крепче, чем они оказались на деле.

Диего встал, подошел к ней и обнял ее. Она была очень напряжена, но через несколько мгновений тоже обняла его и уткнулась носом ему в грудь. Он стал гладить ее по спине, стараясь убедить себя, что он вовсе не возбужден. Но он всегда так реагировал на ее присутствие и даже на одни только мысли о ней. Хотя в настоящий момент это было неуместно, так что он слегка отстранился, чтобы она ничего не заметила.

— Значит, завтра ты уезжаешь?

— Да, — сказала она, отходя от него на шаг. Он не стал ее удерживать. — Если я смогу воспользоваться самолетом Карузерсов, как предлагал мне Нейт. Мне нужно еще раз уточнить это у него. И мой паспорт должны доставить мне сегодня вечером. — Она нервно потерла руки. — Мне столько всего нужно сделать.

Это было правдой, и у нее не слишком много времени. Диего мысленно пробежался по своему расписанию на следующую неделю, прикидывая, как распределить все дела между своими работниками. Если он все тщательно продумает, он сможет уехать на неделю.

— Я знаю, это прозвучит неожиданно, — сказал он, — но хочешь, чтобы я полетел с тобой?

Она наклонила голову набок и встретилась с ним глазами. Ее губы слегка приоткрылись.

— А ты сможешь?

— Мне понадобится немного переделать свой график, но да, я смогу.

— О, Диего, да, пожалуйста! Я буду счастлива, если ты полетишь со мной.

— Тогда я полечу. Мне нужно сделать несколько звонков и поговорить с моими работниками, — сказал он. — Я могу сейчас чем-то помочь тебе?

— Пока нет, — ответила Пиппа. — Ты уверен, что хочешь это сделать?

Нет, он этого не хотел, но он не мог вот так распрощаться с ней. Ее мысли сейчас были заняты совсем другим, но он любил ее. Больше, чем мог себе когда-либо представить. Правда заключалась в том, что ни одна женщина никогда так не будоражила его мысли и чувства… ну, если не считать его сестры и матери.

Возможно, он не слишком хорошо умел общаться с противоположным полом. Но он никогда не забывал, что сказал ему отец, когда он в подростковом возрасте переживал свою первую любовь. Отец сказал ему, что нельзя позволить, чтобы хорошая женщина ускользнула от тебя, если только ты не сомневаешься в том, что вы предназначены друг для друга.

— Абсолютно уверен. Тебе нужно прямо сейчас уехать к себе?

— Я… А что?

— Я должен поговорить со своими работниками, а потом упаковать вещи. Но, честно говоря, понятия не имею, что мне следует взять с собой в Лондон, — ответил Диего.

— Тогда иди к своим ковбоям, а я тем временем подберу тебе подходящую одежду. Там будет холодно и дождливо, и даже случается, что в октябре выпадает снег.

— Снег? Во что я ввязываюсь?

— Еще не поздно передумать, — усмехнулась Пиппа.

Он подошел к ней и погладил ее по щеке, потому что находиться рядом с ней и не дотрагиваться до нее было почти невозможно. Он провел пальцем по ее шее, а потом поцеловал ее.

— Уже поздно, — вздохнул он, с трудом отрываясь от ее губ. — Я дал тебе слово. А для Веласкеса обещание — это свято.

Пиппа кивнула.

— Это очень много значит для меня. Я хочу сказать, что справилась бы и сама. Я крепкий орешек. Но приятно знать, что мне не придется делать это в одиночку.

— Я знаю, ты крепкий орешек, — подмигнул ей Диего. — Просто напиши список вещей, которые мне могут понадобиться, а потом, если не возражаешь, я приеду к тебе ночевать. Таким образом, я буду готов стартовать вместе с тобой.

— Отлично, — обрадовалась Пиппа.

Она повернулась и пошла по коридору в его спальню. Минуту Диего стоял и смотрел ей вслед, размышляя о том, что ему нужно успеть сделать. Но он знал, что значение имеет лишь одно.

Пиппа.

В его постели в последний раз.

Сила его потребности в ней изумила его, но это было последнее, о чем ему хотелось думать. Он хотел, чтобы все осталось на физическом уровне. И скоро эти моменты закончатся.

Те моменты, когда она принадлежала ему.

И он последовал за ней в спальню.

— Я думала, тебе нужно многое сделать, — обернулась Пиппа.

— Верно, — ответил он. — Но ты находишься в первой строчке моего списка дел.

— Я?

— Если только я тебе больше не нужен.

Она покачала головой.

— Глупости. Ты всегда будешь мне нужен.

Он надеялся, что это правда, но при этом знал, что она возвращается к своей настоящей жизни. Скоро ковбой из Коулз-Хилл станет для нее лишь воспоминанием. Диего не знал, что ждет ее в будущем, но был чертовски уверен, что в этом будущем нет места для него.

И это и злило, и печалило его. Он не знал, как попросить ее остаться. Он понимал, что не имеет на это права, хотя ему очень этого хотелось. Но все ее мысли были о том, чтобы вернуться к своей настоящей жизни.

— Диего?

Он покачал головой. Он не мог говорить. Не сейчас. Сейчас ему нужна была его женщина, в его объятиях.

Он подхватил ее на руки и внес в свою спальню, бережно поставив ее на пол возле большой кровати.

Темно-синий цвет ее платья выгодно оттенял ее светлые волосы и белоснежную кожу. Нащупав молнию у нее на боку, Диего медленно расстегнул ее.

Она подняла руки и обняла его за шею. Его рука скользнула ей под платье, и он стал поглаживать ее спину. Добравшись до застежки ее бюстгальтера, он быстро расстегнул его.

Пиппа слегка отстранилась от него и взялась за кнопки на его рубашке. Она распахнула ее и стянула с его плеч. Вскоре рубашка упала на пол.

Ее волосы щекотали его кожу, а теплые губы стали покрывать поцелуями его грудь. Потом она добралась до его шрама и татуировки и провела кончиком языка по его коже. Когда она принялась слегка покусывать ее, Диего не смог сдержать стон.

С каждым мгновением его джинсы становились все теснее и теснее для его затвердевшей плоти. Пиппа облизнула его сосок, и он невольно содрогнулся.

Она положила ему ладони на щеки, и их глаза встретились. Ему хотелось поверить, что в ее глазах он увидел ту же любовь и отчаяние, которые охватили его.

Она крепко прижалась губами к его губам, и он понял, как изголодался по ней. И также понял, что за неделю этот голод утолить не сможет.

Он прервал поцелуй и поставил ее на ноги. Потом быстро снял с нее платье и темно-синий бюстгальтер и бросил их на пол, туда, где лежала его рубашка. Потом притянул ее к себе, и ее грудь коснулась его груди. Ему нравилось чувствовать, как ее затвердевшие соски прикасаются к его коже. Он стал гладить ее по спине, а потом опустил голову ей на плечо, уткнувшись лицом в ее шею, где аромат ее духов чувствовался сильнее.

Ее руки ласкали его плечи, потом она провела ноготками по его спине, и его сердце забилось сильнее. Мужчина чувствовал, как пульсирует пенис в такт ударам сердца, и боялся, что потеряет контроль и кончит прямо в этот момент, не снимая джинсов. Но он силой воли сдерживал себя, потому что хотел, чтобы эти мгновения длились дольше.

Он толкнул ее на кровать, и она упала на спину. Быстро расстегнув и стянув джинсы, он поставил колено между ее ног. Она шире раздвинула ноги, и он сквозь кружевные трусики начал поглаживать ее. Вскоре кружево стало горячим и влажным.

Пиппа смотрела на него, полузакрыв глаза и прикусив нижнюю губу. Он хотел, чтобы она кончила, по меньшей мере, один раз до того, как он войдет в нее, и только это заставляло его сдерживать свою собственную страсть.

Девушка приподняла бедра, и Диего проник пальцем в ее горячее влажное лоно. У нее перехватило дыхание.

— Диего… — прошептала она.

— М-м-м?

— Это очень приятно, но я хочу…

— Этого? — спросил он, погружая в нее второй палец.

— Да… о да, — пробормотала она, — пожалуйста, Диего.

Подушечкой большого пальца он стал поглаживать ее клитор, и она выгнулась ему навстречу. Его взгляд упал на ее полные груди и затвердевшие соски. Он взял в рот один из них и стал посасывать. Пиппа запрокинула голову и выкрикнула его имя.

Он почувствовал, как ее мускулы стали ритмично сокращаться, когда она достигла пика наслаждения. А потом она бессильно прижалась лбом к его плечу.

Диего приник губами к ее губам. Он старался не спешить и продлить эти сладостные мгновения как можно дольше. Потому что, когда они покинут спальню, Пиппа отдалится от него, готовая навсегда уйти из его жизни.

Но Пиппа не собиралась снижать темп. Ее ногти впились в его плечи, и она притянула его к себе. Диего стал слегка покусывать ее за шею, и она тихо застонала.

Он протянул руку и достал из ящика прикроватной тумбочки пачку презервативов. Вытащив один из них, он быстро разорвал фольгу и надел презерватив. Покончив с этим, он оперся руками по обе стороны от Пиппы и прижался лбом к ее лбу.

Быстрым уверенным движением он погрузился в нее и замер.

Он хотел навсегда запомнить эти ощущения. Пиппу, лежавшую под ним, обхватившую его руками за плечи.

Диего также хотел, чтобы и она не смогла забыть его. Чтобы она помнила его и после того, как он вернется в Коулз-Хилл и в свою одинокую спальню, а она займет свое место в семейной компании.

Ему необходимо было знать, что она не сможет забыть его. И он с ожесточением стал двигать бедрами, снова и снова погружаясь в ее тугое горячее лоно. Ее глаза были закрыты. Он стал покрывать быстрыми поцелуями ее шею.

Пиппа зарылась пальцами в его волосы.

— Я хочу, чтобы ты кончила вместе со мной, — прошептал Диего. — Крепче обними меня.

Она кивнула и притянула его к себе. Он перекатился на спину, так что она оказалась сверху.

— Сейчас, Пиппа.

Он пристально посмотрел ей в глаза, не прекращая двигать бедрами. И он увидел, как ее глаза расширились. А через мгновение мощный оргазм стал сотрясать ее тело. Он почувствовал приближение собственного оргазма и выкрикнул ее имя.

Долгое время они молча лежали, пока их тела остывали. Потом Диего встал, подхватил ее на руки и понес в ванную.

И в душе они еще раз занялись любовью, после чего Диего заставил себя одеться и выйти из дома, чтобы поговорить со своими работниками. Он знал, что, если не уйдет сейчас, он станет умолять Пиппу остаться.