Реми сдержал стон, выйдя из своей гардеробной комнаты, и направился в частную гостиную. Ему звонила мать. Отчасти он радовался тому, что сообщит ей новость, хотя знал, что королева не придет в восторг. Но он уже предупредил ее, что поступит по-своему.

Приняв холодный душ, он отменил визит в оперу и понял, что по-прежнему сгорает от желания. Он прибавил шаг. И вошел в пустую гостиную.

Мэдди не было ни в гостиной, ни в ее комнате.

— Где она? — спросил он Перси, пройдя на кухню.

— Она ушла, ваше высочество. Она вызвала такси пятнадцать минут назад.

Стараясь обуздать растущую тревогу, Реми набрал телефонный номер Мэдди. Его звонок снова переключился на голосовую почту. Она так и не включила свой телефон.

Реми позвонил Раулю — начальнику своей службы безопасности.

— Где она?

— Она в такси, которое едет в южном направлении, ваше высочество.

— Почему она уехала?

— Она не сказала, ваше высочество. Она только попросила передать вам, что у нее срочные дела.

Реми сделал глубокий вдох.

— Что-то случилось?

— Простите, ваше высочество, но я не знаю.

Беспокойство Реми сменилось яростью. Он слишком увлекся Мэдди Майерс. Ему не следует так переживать из-за нее. Эта женщина имеет право на секреты, какими бы они ни были. Но Реми не унимался. Его ошеломила ее невинность. И пусть его назовут шовинистом, но ее страсть к независимости начинает бесить его так же сильно, как ее внезапное исчезновение.

После телефонного разговора с матерью Реми принял решение.

— Я спускаюсь вниз, — сказал он начальнику службы безопасности. — Вы знаете, куда она направляется. Отвезите меня к ней.

— Слушаюсь, ваше высочество, — ответил Рауль.

Повесив трубку, Реми выругался на неуловимость Мэдди.

Всего лишь час назад Мэдди наслаждалась его ласками, а потом отгородилась от него. Прежде так не поступала с ним ни одна женщина.

Он сильнее разозлился, когда она снова не ответила на его звонок. Отшвырнув телефон, он заскрежетал зубами.

Неужели она с другим мужчиной?

Это невозможно.

Она принадлежит только ему.

Реми замер, осознав чудовищность этой мысли.

Пока он пытался смириться с головокружительными ощущениями, его телефон снова зазвонил. Это была его мать. Впервые в жизни Реми поступил не как наследный принц — он не ответил на звонок королевы.

Его настроение ничуть не улучшилось, когда машина подъехала к дому Мэдди. Реми последовал за Раулем к ветхой двери в маленькую квартиру на первом этаже. Дверь была тонкой, с облупившейся зеленой краской.

Превозмогая отвращение, Реми позвонил в дверь и услышал чьи-то шаги.

На пороге появилась взъерошенная Мэдди.

— Что ты здесь делаешь? — выпалила, поспешно оглядываясь через плечо.

— Впусти меня, — приказал он.

Она вздернула подбородок.

— С какой стати?

— Неужели ты хочешь, чтобы твои соседи стали свидетелями нашего разговора?

Она посмотрела на шестерых телохранителей на улице и несколько дорогих автомобилей, которые уже привлекли внимание.

— Ты можешь вернуться в свой автомобиль и уехать, — с надеждой предложила она.

Ему стало не по себе.

— Я не уеду. Тебе лучше впустить меня.

Она слегка побледнела.

— Я не хочу.

— Я надеюсь, ты не сбежала от меня к другому мужчине. — Одна мысль об этом приводила Реми в бешенство.

Она округлила глаза от шока и гнева.

— По-твоему, я поехала от тебя к другому мужчине?

Он уставился на Мэдди.

— Ты уехала без предупреждения после того, как согласилась остаться. Прости, но я не могу просто верить тебе на слово.

— Я уехала потому, что у меня возникла чрезвычайная ситуация, — сердито ответила она. — Я сомневалась, что ты обрадуешься, если я войду в твою ванную комнату и предупрежу тебя об отъезде.

— А как насчет телефона, который я тебе дал?

Она поджала припухшие от поцелуев Реми губы, и он снова почувствовал сильное желание.

— Я об этом не подумала, понятно? — Она напряглась, услышав шорох в квартире.

— У тебя пять секунд, чтобы впустить меня, Мэдди. Ты не забыла, что у меня к тебе еще одно предложение?

Она колебалась мгновение, потом смело посмотрела ему в глаза.

— Я впущу тебя. Но запомни: если я замечу на твоем лице хотя бы намек на осуждение, я тебя выгоню.

Несмотря на желание напомнить Мэдди, с кем она разговаривает, Реми кивнул, принимая ее условия.

Она открыла дверь шире и пропустила Реми в сырой коридор с потертыми коврами и облупившейся краской на стенах. Она жила в ужасающем месте. Ей следовало жить во дворце, среди прекрасных вещей, обтянутых шелком и расшитых сверкающими драгоценностями; питаться изысканными блюдами и лакомствами.

Снова послышался шорох. Мэдди повернулась и поспешила по коридору. Реми последовал за ней и пришел в ветхую гостиную, заполненную полуразрушенной мебелью и коробками. Мэдди наклонилась к скрюченной фигуре.

— Я пролил воду, — прохрипела фигура.

— Все в порядке. Я принесу тебе еще воды, — тихо сказала Мэдди.

Реми внимательно присмотрелся к мужчине. Ему не было пятидесяти, хотя он выглядел намного старше и был в ужасном состоянии.

— Кто это? — спросил мужчина.

Реми шагнул вперед и протянул мужчине руку.

— Я Ремирес Монтегова. А вы, должно быть, отец Мэдди.

Старик скривил губы и посмотрел на дочь.

— Она нянчится со мной, как с ребенком. Убедите ее дать мне то, что я хочу.

— Тебе надо отдохнуть, — твердо ответила Мэдди, но Реми заметил, как дрогнул ее подбородок. — Я принесу тебе воды.

Взяв пластиковую чашку, она быстро вышла из комнаты. Реми вышел следом за ней.

Кухня была еще хуже, чем гостиная.

Мэдди повернулась лицом к Реми.

— Никаких вопросов.

— Ладно, я не стану спрашивать, как ты выживаешь в таких антисанитарных условиях. Я просто хочу знать: как долго, по-твоему, ты продержишь своего отца на этом диване? Ему необходима срочная медицинская помощь.

Ее глаза вспыхнули от гнева и разочарования.

— Ты думаешь, я не знаю, что ему нужно? — Она прижала к виску дрожащую руку. — У меня был план. Он работал, пока…

— У него рецидив? — догадался Реми.

Она в отчаянии кивнула:

— Теперь его не возьмут в больницу.

— Какая больница?

— Та, в которой ему должны пересадить почки. — Она покачала головой и взяла чашку дрожащей рукой. — Зачем я тебе все это говорю?

Реми шагнул к Мэдди и взял у нее чашку, пока она ее не уронила.

— Вода твоему отцу не нужна. Ему необходима срочная помощь.

— Да, но у меня нет столько денег!

Реми прищурился.

— Ты собиралась потратить на него деньги, которые я тебе плачу?

— Конечно. Ради чего еще мне тебя терпеть? — огрызнулась она.

Реми хотелось поцеловать ее, но он поборол дикое желание.

— Того, что я плачу тебе, не хватит на его полноценное лечение.

Она нахмурилась.

— Должно хватить. Я разговаривала с врачом. Я точно знаю, что мне нужно.

— Ты учла расходы на долгосрочную реабилитацию? Ты подумала о том, что почка может не прижиться? А осложнения после операции? Как долго ему не следует принимать лекарства перед операцией?

— Полгода, — прошептала она и сильно побледнела.

Он засунул руки в карманы и шагнул назад, чтобы собраться с мыслями и не ощущать соблазнительный аромат ее теплой кожи.

— В Швейцарии есть клиника, финансируемая моей семьей, — сказал он. — Она закрытая, с самым современным оборудованием.

— Зачем ты дразнишь меня этой медицинской страной чудес? — осторожно спросила она и обняла себя руками.

— Я не дразню тебя. Твой отец может оказаться там в ближайшие сутки.

Она вздохнула:

— Почему ты мне помогаешь? Мои проблемы не имеют к тебе никакого отношения. И, если я правильно помню, я согласилась сделать то, что нужно, чтобы заработать себе на жизнь.

— Мне и дальше потребуются твои услуги, — сказал он.

Она прищурилась.

— Как долго? И какие это услуги?

Он вздохнул.

— Я позабочусь о том, чтобы твой отец получил необходимое ему лечение. Тебе не придется беспокоиться о нем.

Она неуверенно вздохнула.

— А взамен?..

— Взамен ты выйдешь за меня замуж.

* * *

Мэдди решила, что ослышалась, и покачала головой:

— Ты знаешь, где дверь, Реми. Можешь уходить.

Поджав губы, он уставился на нее с явным неудовольствием.

— Наверное, ты меня не поняла…

— Я отлично тебя поняла. Но я не желаю, чтобы ты отнимал у меня время и шутил.

— По-твоему, я в шутку предложил тебе выйти за меня замуж?

Не сдержавшись, Мэдди расхохоталась и почти сразу пожалела об этом. Но ей надо было избавиться от внезапно вспыхнувшей в душе надежды.

Пора вернуться в холодную реальность. Она оглядела потрепанную серую кухню, в центре которой стоял мускулистый и красивый наследный принц. И ждал ее ответа.

— То есть ты не шутишь? — спросила она.

Он раздул ноздри, явно сердясь на нее.

— Нисколько.

— Но это… бессмысленно.

Взглянув на нее почти с пониманием, он кивнул:

— Вероятно, я поступил неправильно. Мне надо объясниться.

— Сделай одолжение, — произнесла она, не в силах поверить в происходящее.

Посмотрев на грязное окно, Реми снова повернулся к Мэдди.

— После смерти моего отца стало известно о его супружеской неверности и о существовании Жюля. Это спровоцировало нестабильность в стране. Мой брак и коронация должны были смягчить ситуацию, но… — Он стиснул зубы. — Я потерял Селесту, и мне пришлось отложить свадьбу.

— Почему это так важно? Твои подданные любят тебя, верно?

Что-то мелькнуло в его глазах, но выражение его лица не изменилось.

— Моя мать хочет сложить с себя королевские обязанности, — серьезно произнес он.

Мэдди ахнула:

— Ты станешь королем?

Он кивнул:

— И я должен торопиться.

— Почему?

— Монтеговцы во многом дальновидны, но придерживаются старых традиций. Они предпочтут холостяку овдовевшего монарха.

— По-твоему, они считают тебя неподходящей кандидатурой, потому что ты не женат?

Реми повел плечами.

— Для них я не просто король, но и обычный человек, подверженный слабостям. Они не рассчитывают, что я буду жить как монах. А мой отец доказал, что даже женатые монархи не без греха.

Мэдди не обрадовалась, подумав о том, что Реми женится на какой-то безликой женщине.

— Значит, чтобы занять трон, тебе надо жениться?

— Учитывая проблемы в моей семье, да.

У нее перехватило дыхание.

— И ты решил жениться на мне? Разве у тебя нет списка потенциальных невест?

Он посуровел.

— Никто не будет диктовать мне, кого мне выбирать себе в жены.

Ее сердце замерло.

— Разве короли не женятся по расчету?

Реми молчал примерно минуту. Атмосфера накалялась.

— Мы с Селестой познакомились на чаепитии, устроенном королевской домохозяйкой для ее внука, когда мне было шесть лет, а Селесте три года. Моя мать хотела, чтобы королевские дети общались с детьми персонала. Селеста могла быть внучкой главного конюха, но мы с ней все равно были бы помолвлены.

— Ее одобрила твоя мать, — настаивала Мэдди.

— Я не просил ее одобрения тогда и не прошу его сейчас.

Как только Реми заговорил о своей невесте, у Мэдди скрутило живот. Она старалась думать холодно и рационально. У нее и Реми общие проблемы, которые следует решить.

— И ты так просто к этому относишься? — спросила она.

Он мрачно усмехнулся:

— Будет лучше, если я обойдусь без иллюзий.

Мэдди покачала головой:

— Если бы я захотела выйти за тебя замуж, а я этого не желаю, то спровоцировала бы еще больше сплетен о тебе и о твоем выборе невесты.

Выражение его лица медленно ожесточилось.

— Это твой окончательный ответ?

Она открыла рот, чтобы ответить, но потом поняла, что ей необходимо время все обдумать. Глубоко вздохнув, она всмотрелась в глаза Реми и поняла, что он действительно не шутит с ней. Реми Монтегова предлагает ей стать его женой.

Она покачала головой.

Несколько секунд он молчал, пристально глядя ей в лицо. Наконец Мэдди опустила глаза. В детстве она, как и большинство девочек, мечтала о том особом моменте, когда мужчина ее мечты сделает ей предложение.

Она и представить не могла, что это будет расчетливое предложение от настоящего наследного принца, стоящего в центре ветхой кухни ее заброшенной квартиры.

— Мэдди? — холодно произнес он.

Она снова покачала головой.

— Прости, — едва слышно ответила она.

Он повернулся и решительно вышел из кухни. Она стояла на месте, пока не услышала хриплый кашель отца.

Опомнившись, она выскочила из кухни и бросилась к входной двери, чтобы остановить Реми. Встав перед ним, она заставила себя взглянуть на суровое и великолепное лицо наследного принца Реми Монтегова.

— Подожди.

Он надменно выгнул бровь.

— Я жду полноценного ответа, Мэдди.

— Ты уверен, что хочешь этого?

В его глазах вспыхнула безжалостная решимость.

— Я в этом уверен. Ну?

Мэдди сглотнула и, чувствуя, что подступает к краю опасной пропасти, прошептала:

— Я выйду за тебя замуж.