Занна не спеша бродила по рыночной площади Караннии, закупая припасы взамен тех, что сгоряча уничтожил Бейн. В прошлый раз она была здесь всего неделю назад, но за этот короткий срок изменилось очень многое.

Прежде всего, погиб Кел. Голосеть гудела от новостей о неудавшемся похищении бывшего канцлера, и во всех заметках отдельно упоминали краснокожего тви'лека, убитого рыцарем-джедаем по имени Джохан Отон.

Погибли и трое других заговорщиков — хотя в репортажах говорилось, что еще двоим удалось скрыться. По описаниям Занна сразу поняла, что выжили Паак и Синдра.

Сенат и Республика осудили теракт незамедлительно. Более того, местные аристократы пообещали решительно искоренить все ячейки сепаратистов, которые свили гнездо на их добропорядочной планете. Судя по огромным наградам за любые сведения о причастных к покушению, аристократы намеревались сдержать слово.

Занна вдруг поняла, что, даже если бы Кел и его сообщники добились своего, аристократы отреагировали бы точно так же. После нападения у посадочной площадки нашли тела нескольких слуг из челяди графа Налджу. Их послали встретить экс-канцлера Валорума, но слуги попали в засаду и погибли от рук экстремистов.

Гибель верных вассалов стала для дома Налджу огромной трагедией, но даже это горе меркло по сравнению с негодованием, которое разразилось из-за самого покушения. Граф лично оплатил визит Валорума, а потому расценил нападение на своего почетного гостя как оскорбление фамильной чести. С тем же успехом преступники могли бы напасть на самого графа. Аристократы всегда вступались друг за друга: остальные великие дома, откликнувшись на призыв Налджу, поклялись найти и уничтожить виновных.

Дарт Бейн явно предвидел такой исход. Следующие несколько лет взгляд Республики будет прикован к Серенно, а на планете будут бушевать гонения на укоренившихся здесь сепаратистов.

— Стоять, — шепнул Занне в ухо знакомый женский голос. В поясницу крепко уперлось дуло бластера.

— Не думала, что тебе хватит духу показаться в толпе, — отозвалась Занна, даже не повернувшись к девушке-чиссу. — За твою голову предлагают кучу кредитов.

— Твоими мольбами, — огрызнулась Синдра, больно ткнув ее стволом. — А ну пошла. Медленно.

Занна могла справиться с террористкой десятком разных способов, но для этого пришлось бы прибегнуть к темной стороне, а устраивать представление посреди рыночной площади не хотелось. Поэтому ученица ситха подчинилась и побрела по торговым рядам, дожидаясь подходящего момента. Синдра шла следом, прижавшись ближе, чтобы прикрыть бластер собственным телом.

— И куда ты меня ведешь? — поинтересовалась Занна.

— Повидаться с Хеттоном, — проворчала Синдра. — У него к тебе накопились вопросы.

«Весьма кстати, — подумала Занна. — У меня к нему тоже».

Синдра завела ее в темный переулок, соединявший рыночную площадь с пустынной боковой улицей.

— Дернешься — пристрелю, — предупредила террористка. Затем стянула с пояса комлинк и проговорила: — Она у меня. Подбирай нас.

Меньше чем через минуту на другую сторону улицы спикировал аэроспидер. Занна не удивилась, увидев на водительском сиденье Паака. Он выпрыгнул из спидера, и Синдра повела пленницу через дорогу.

— Я же говорил, что она вернется, — усмехнулся здоровяк.

— Обыщи ее, — оборвала его напарница.

Паак, плотоядно поглядывая на Занну, тщательно ее обшарил.

— Что это у нас тут? — удивился громила, уставившись на единственное оружие, которое нашел у пленницы.

Рукоять светового меча Занны была длиннее обычной, поскольку для каждого из лезвий требовалось по отдельному кристаллу. Впрочем, у традиционных двухклинковых мечей лезвия были метра по полтора, а то и длиннее — у Занны же каждый клинок едва дотягивал до метра. На этом небольшом, но существенном отличии строился весь ее стиль боя…

— Маленькие лезвия нужны для скорости и маневренности, — объяснял учитель. Четырнадцатилетняя Занна крутила в левой руке только что собранный меч, стараясь привыкнуть к его весу и балансу.

— Чуть-чуть сожми рукоять пальцами. Веди оружие запястьем и кистью, а не всей рукой. Так ты не сможешь бить сильно и далеко, зато создашь перед собой непробиваемый щит.

— Щитом я врага не убью, — заметила Занна, плавно вращая алые клинки то левой, то правой рукой.

— Для мощных ударов формы джем-co и прочих напористых стилей тебе не хватит силы, — объяснил учитель. — В битвах с врагами ты должна полагаться на скорость, хитрость, а главное — на терпение.

Бейн зажег меч и замахнулся на ученицу по длинной дуге. Занна перехватила удар и без труда отбила его в сторону.

— Третья форма позволяет парировать атаки почти без усилий, — объяснил учитель. — Твой противник должен с каждым ударом тратить драгоценные силы и постепенно выдыхаться, а ты по-прежнему будешь бодрой и свежей.

Бейн взялся за изогнутую рукоять собственного меча обеими руками, занес его высоко над головой и изо всех сил обрушил на ученицу. Помня движения, которые весь год приходилось отрабатывать по два часа в день, Занна отбила выпад одним из собственных клинков. Если бы она поставила прямой блок, под таким мощным ударом ее меч вонзился бы ей же в голову или вылетел из руки. Вместо этого она вскользь чиркнула по лезвию учителя и отвела удар. Меч Бейна пронесся наискосок в нескольких сантиметрах от ее плеча.

— Хорошо, — одобрил темный повелитель и снова взял меч на изготовку. — Не блокируй удары — перенаправляй их. Дождись, когда противник устанет или разозлится. Как только он совершит ошибку и откроется — воспользуйся случаем и достань его.

Для наглядности Бейн нанес ученице мощный удар сплеча, который она с легкостью перехватила. Ситха по инерции занесло вперед, из-за чего плечо и спина остались без защиты. Поворотом кисти Занна направила клинок в открывшуюся брешь. Она попала точно в цель — одно из лезвий оставило на плече десятисантиметровый порез. Любому другому противнику такой удар отрезал бы руку.

Впрочем, Бейну лезвие лишь пропороло рубаху и оставило черную отметину на непробиваемом панцире из орбалисков.

— Вы убиты! — победоносно воскликнула ученица. Лезвия вращались, не теряя инерции.

Бейн одобрительно кивнул. Но час был ранний, и сегодняшний урок только начался.

— Еще раз, — приказал он строгим командирским тоном, на который всегда переходил во время упражнений и тренировок…

— Это что такое? Световой меч? — буркнул Паак, покрутив загадочный цилиндр в руках. — Откуда он у тебя — джедая, что ли, ограбила?

Занна не стала отвечать. Поблизости никого не было — они втроем стояли на пустынной улице. Ученице ситха ничто не мешало убить их на месте и скрыться. Но сепаратисты грозились отвезти ее к Хеттону, а ей очень хотелось повидаться с основателем Антиреспубликанского освободительного фронта.

— Хеттону будет очень любопытно, — пробормотал Паак. — Очень, очень любопытно.

— Хватит, поехали, — дернула его Синдра. — Не хочу заставлять босса ждать. Он и так уже на нас сердится.

Паак швырнул световой меч на переднее пассажирское сиденье, а сам вскарабкался на место водителя.

— Залезай назад, — приказала Синдра, пригрозив Занне бластером.

Она подчинилась, и террористка тут же села рядом, не сводя оружия с пленницы. Аэроспидер поднялся в воздух и помчался через город — к окраинам.

— И долго нам ехать? — поинтересовалась Занна.

— Пасть захлопни! — рявкнула Синдра. — Наговоришься еще, когда будешь объяснять Хеттону, почему ты нас предала.

— Вот не мог Кел пройти мимо смазливой мордашки, — ухмыльнулся Паак, оглянувшись на Занну через плечо. — Я так и знал, что это его погубит. Будь он поумнее, остался бы с Синдрой.

Красные глаза девушки злобно сощурились:

— Паак, заткнись и веди.

— Вы с Келом?.. — Занна искренне удивилась. — Извини, я не знала.

— Вот и Синдра не знала, — рассмеялся Паак. — А потом ты заявилась к нам на собрание. Она хотела тебя на месте прибить. Твое счастье, что она профессионал.

Остаток поездки прошел в тишине. Аэроспидер все дальше и дальше отлетал от Караннии, и вскоре за бортом уже замелькали загородные поместья аристократов. Занна давно заподозрила, что Хеттон — выходец из какого-то знатного дома. Ей стало интересно, каково ему придется теперь, ведь на сепаратистов ополчились все местные политики.

Спидер пролетел над пышным розовым садом, раскинувшимся на несколько гектаров. Для полива растений в нем стояли изысканные фонтаны, а целая армия слуг подстригала и обрезала листья, чтобы каждый цветочек смотрелся безупречно.

Вдали виднелся огромный особняк, — впрочем, куда больше он походил на замок. Над одной из башен развевался ярко-красный флаг, украшенный восьмиконечной золотой звездой. Занна пришла к выводу, что эта эмблема переделана из пятиконечной звезды великого дома Демичи. Очевидно, семья Хеттона состояла с Демичи в дальнем родстве и удостоилась права на собственный вариант фамильного герба.

Когда машина припарковалась, их встретили шесть стражников в длинных красных плащах и глухих шлемах, полностью закрывавших голову и лицо. Вооружены они были силовыми пиками. На концах этих полутораметровых металлических шестов крепились парализаторы, способные обездвижить противника электрическим разрядом… а то и убить, если выставить достаточно высокую мощность. Занна узнала это экзотическое оружие по описаниям Бейна: пиками предпочитали сражаться умбарские теневые убийцы. Впрочем, эти бойцы ушли в подполье, когда пало Братство Каана.

— Вылезай, — приказала Синдра, снова махнув бластером. Занна немного жалела девушку — ведь Кел использовал ее и бросил, — но в то же время злилась на синекожую соперницу. Впрочем, ученица ситха не позволяла чувствам затуманить мысли и серьезно повлиять на поступки.

Занна покорно вышла из спидера и позволила одному из стражников снова себя обыскать. Потом она спокойно вытянула руки перед собой и дала застегнуть у себя на запястьях наручники. Только тогда Синдра наконец-то засунула бластер за пояс и, схватив Занну за локоть, потянула следом за Пааком и стражниками.

Вся процессия проследовала через высокую арку в мраморный вестибюль. Стены были увешаны картинами и заставлены скульптурами, а под потолком парили голографические произведения искусства. Занна предположила, что такая показная роскошь производит на гостей сильное впечатление — может, даже пугает. Ей самой эта коллекция казалась лишь тратой средств, которые можно было бы пустить на что-нибудь полезное.

Особняк и впрямь оказался громадным: путь от стоянки спидеров до приемного зала, в котором ждал Хеттон, занял целых пять минут. Когда путь преградила высокая двустворчатая дверь, Занна догадалась, что они пришли. Два стражника вышли вперед — каждый к своей створке — и, навалившись, распахнули двери.

Перед ними открылся просторный зал — тридцать метров в длину и двадцать в ширину. Как и в коридорах, стены были увешаны картинами, а по полу стелился длинный красный ковер, который вел к ступенькам перед постаментом в дальнем конце зала. Мебели не было, кроме большого кресла на самом постаменте. Занне подумалось, что его уместнее считать скорее уж троном.

По бокам от трона несли караул еще двое часовых в красных плащах, а меж ними восседал человек, который мог быть только Хеттоном. Глава Фронта оказался невысоким и неожиданно пожилым: на вид ему было почти под шестьдесят. Занна ожидала, что Хеттон облачится в цвета своего дома, но и штаны, и сорочка, и сапоги с перчатками оказались черными. По кромке голенищ и манжет змеилась красная окантовка. С плеч спадал плащ — тоже черный с красной каймой, — но капюшон был отброшен и больше не скрывал лица.

Волосы у Хеттона были редкие, седые, коротким ежиком; нос — длинный и острый. Блеклые голубые глаза выглядели маленькими и сидели слишком близко друг к другу. Из-за изгиба тонких губ казалось, будто Хеттон насмешливо ухмыляется. Когда они вошли, хозяин подался вперед и вцепился в громадные подлокотники. Эта сутулая поза отчего-то смотрелась довольно зловеще.

Старик не блистал ни красотой, ни особым благородством черт, но все равно производил очень внушительное впечатление. Занна решила было, что дело в манере держаться, свойственной богатым и влиятельным аристократам, но пока ученица ситха шагала по красному ковру, ей пришло в голову, что причина гораздо серьезнее. От Хеттона веяло могуществом темной стороны!

Когда до ступеней оставалось десять метров, один из гвардейцев жестом остановил вошедших. Сопровождающие отошли в сторону, и террористы с пленницей предстали перед главой Фронта.

— И кто же ты, дорогуша? — спросил Хеттон. Голос прозвучал резко и отрывисто, с легким эхом отразившись от стен просторного зала.

— Меня зовут Рейна, — ответила Занна. — Мы с Келом дружим… дружили.

— Ну само собой, — понимающе усмехнулся хозяин особняка. — У Келад'дена было много подруг.

— Это она сдала нас республиканцам! — прошипела Синдра, тряхнув скованную пленницу за локоть.

— Никого я не сдавала! — возмутилась Занна. Ученица ситха тянула время, а сама пыталась оценить способности Хеттона.

Во время войны между Братством Тьмы и Армией Света обе стороны вовсю вербовали способных к Силе новобранцев. Но такому богатому и могущественному семейству явно не составило бы труда скрыть одного из домочадцев и от джедаев, и от ситхов.

— Ты знала наш план во всех подробностях, — не отступалась Синдра. — Кто, если не ты?

— Вам с Пааком как-то удалось выжить, — заметила Занна. Невысказанное обвинение повисло в воздухе, а гостья тем временем продолжала прощупывать Хеттона.

Сила старика не казалась дикой и необузданной, как у необученных самородков. Неужели у Хеттона когда-то был наставник? Может, какой-то адепт Силы обучил его премудростям темной стороны, а потом бросил и пошел за Кааном? Или же есть другая разгадка?

— Я не предатель! — заорала синекожая девушка.

— Тише, Синдра, — не без злорадства осадил ее Хеттон. Его явно позабавил такой внезапный приступ ярости. — Валорума сопровождал рыцарь-джедай. Ваша затея с самого начала была обречена на провал. А если бы она увенчалась успехом, — он перешел на тихий угрожающий шепот, — вы все равно бы навлекли на нас гнев великих домов. Чем вы думали?! — вдруг рявкнул он, да так, что Паак и Синдра подскочили от неожиданности. Занна почувствовала, как потрескивает воздух, — сухопарый старик воззвал к Силе, и к нему потекла энергия темной стороны. Аристократ и впрямь обладал немалым могуществом, но ученица ситха сразу поняла, что он ей не ровня.

— Хеттон, не надо! — крикнул Паак, почувствовав опасность. — Мы кое-что принесли.

Он помахал над головой мечом Занны — чтобы аристократ точно увидел. Отреагировал тот моментально: накопленная было Сила развеялась, а сам Хеттон замер, уставившись на рукоять. Через мгновение он взял себя в руки и сел обратно, дав знак часовому принести сокровище.

Когда ему вручили меч, старик целую минуту внимательно изучал оружие, а потом почтительно положил себе на колени.

— Где ты это нашел? — несмотря на мягкий тон, в голосе Хеттона проскользнула угрожающая нотка.

— У нее, — ответил Паак. — Не признается, где взяла.

— Да неужели? — пробормотал аристократ, выстукивая пальцами дробь на рукояти меча. Теперь он разглядывал Занну с живым интересом. — Мне было бы очень любопытно узнать, как она раздобыла такой экземпляр.

— Дайте нам пять минут наедине, она у меня заговорит, — посулила Синдра.

Занна решила, что игра затянулась. Ей было нетрудно призвать меч Силой в скованные ладони, но у нее было и другое оружие…

— Сила проявляется по-разному, — изрек Дарт Бейн. — У каждого есть сильные и слабые стороны: к чему-то обнаружится талант, а что-то окажется труднее.

Двенадцатилетняя Занна кивнула. За несколько месяцев до того Бейн вытащил из голокрона Фридона Надда новую порцию сведений. Учитель не рассказал ей, что именно обнаружил, но вскоре ввел в тренировки новый элемент. Раз в два или три дня он прогонял ее через череду суровых испытаний, проверяя способности ученицы к самым разным проявлениям Силы.

До сегодняшнего дня он отказывался обсуждать с ней результаты своих опытов. Занна уже начала бояться, что с чем-то не справилась.

— Некоторым дана грубая, стихийная мощь. Они могут обрушить с кончиков пальцев шквал молний, могут одной мыслью сдвинуть горы. Другим легче даются тонкие материи. Тогда они влияют на разумы друзей и врагов, осваивают искусство убеждения или боевую медитацию.

Бейн замолчал и смерил ученицу долгим взглядом, словно раздумывая, стоит ли продолжать.

— Лишь у немногих встречается природная склонность к самой темной стороне. Они умеют погружаться в глубины Силы и взывать к самым сокровенным началам, сминая и искажая ткань мироздания. Им подвластны древние ритуалы ситхов, кошмарные заклятия и темное колдовство.

— Это и есть мой дар? — еле сдерживая восторг, спросила Занна. — Я колдунья?

— Задатки у тебя есть, — признал наставник. Он достал из-под плаща тонкий манускрипт в кожаном переплете. — В глубинах голокрона я обнаружил список могучих заклятий и переписал их в эту книгу. Они помогут тебе направлять Силу с максимальной пользой… но только если ты их тщательно изучишь.

— Обязательно, учитель, — пообещала Занна и с сияющими глазами выхватила гримуар у него из рук.

— Премудростям колдовства я смогу научить тебя лишь до определенного предела, — предупредил ее Бейн. — Мой дар не в этом. Чтобы раскрыть свой талант, тебе придется многое узнать и выучить самой. Это будет… опасно.

Одна лишь мысль о том, чтобы изучать зловещие тайны ситхов-колдунов, приводила Занну в ужас. Но слишком велико было искушение — обрести могущество, которого не понимает даже наставник!

— Я не разочарую вас, учитель, — поклялась она, крепко прижав фолиант к груди.

— А если ты когда-нибудь обратишь свои заклинания против меня, — напоследок предостерег ее Бейн, — я тебя растопчу.

Занна стряхнула с локтя руку Синдры и подняла скованные ладони. Соткав пальцами в воздухе замысловатый узор, ученица ситха призвала Силу и нырнула в глубины разума своей соперницы, чтобы найти там самые потаенные первобытные страхи. В дебрях ее подсознания был погребен безымянный ужас — там скрывались те мерзкие порождения кошмаров, которым не дано увидеть дневной свет. С помощью колдовства ситхов Занна находила эти образы и вдыхала в них жизнь.

На все ушло меньше секунды. За это время Синдра успела выхватить оружие, но вместо того, чтобы наставить бластер на Занну, вдруг завопила и принялась лихорадочно палить в воздух — по незримым для всех чудовищам, порожденным ее же разумом.

Чем дольше тянулось заклинание, тем ярче и ужаснее становились наваждения, но Занна не собиралась останавливаться. Синдра завизжала и бросила бластер на пол. Она исступленно трясла головой, пыталась закрыть лицо руками и все кричала: «Нет!» Потом синекожая девица рухнула на пол, всхлипывая и обливаясь слезами. Она свернулась клубочком, не переставая бормотать: «Нет, нет, нет…»

Все, кто был в зале, с ужасом и изумлением таращились на ополоумевшую. Некоторые стражники отступили подальше — боялись, что тоже заразятся ее помешательством.

Занна могла закончить пытку, развеяв иллюзию. Тогда Синдра сразу потеряла бы сознание, а очнулась бы лишь пару часов спустя, только в самых общих чертах помня о случившемся. Разум всегда инстинктивно отгораживался от таких образов. Впрочем, можно было и усилить иллюзию — довести жертву до грани безумия и толкнуть за черту. В этот миг перед глазами встал непрошеный образ: синекожая красавица в жарких объятиях Кела. Занна не стерпела.

Жуткие крики Синдры перешли в звериный вой — чудовищные видения растерзали ее рассудок в клочья. Она принялась скрести и раздирать себе лицо, пока наконец не выцарапала глаза. По щекам полилась кровь, но даже слепота не могла спасти девицу от кошмаров, пробирающихся к ней через осколки разума.

Вскоре вой прекратился: тело задергалось в припадке, изо рта потекла пена, а руки и ноги судорожно забились по полу. Издав последний душераздирающий крик, Синдра обмякла и затихла. Ее сознание было полностью уничтожено — осталась лишь пустая оболочка.

Тело вздрогнуло, и Занна поняла, что где-то в самом глубоком уголке подсознания до сих пор заходится в безмолвном вопле бледная тень Синдры, навек оставшаяся наедине с кошмарами в темнице собственного разума.

Жуткую кровавую сцену видели все, но только Занна могла рассказать им, что же случилось на самом деле. Впрочем, даже она толком не знала, что именно видят ее жертвы. Судя по их реакции, лучше было даже не гадать. Ученица ситха хладнокровно осмотрела тело Синдры, которое все еще подергивалось на полу, потом подняла взгляд и увидела, что Хеттон внимательно за ней наблюдает.

В этот миг Занне пришлось повернуться на голос: Паак орал на нее через весь зал.

— Это все ты! — Здоровяк наставил на нее палец. — Остановите ее, а то она всех нас перебьет!

Несколько стражников шагнули к пленнице, но Хеттон покачал головой, и они застыли.

— Она жива, — объявила Занна. — Хотя последние ошметки ее разума явно умоляют о смерти.

Человека на грани истерики такой ответ почему-то не успокоил. Паак достал из голенища короткий виброклинок и с воплем бросился на Занну.

Заклинание, которое она обрушила на Синдру, было мощным, но отняло много сил. Ученица ситха не знала, успеет ли колдовство подействовать на Паака раньше, чем он пронзит ее клинком. Поэтому она решила обойтись традиционными средствами.

Вытянув скованные руки вперед, Занна притянула меч с коленей Хеттона. Рукоять пролетела через зал и прыгнула в подставленную ладонь. Как только зажглись лезвия, она мимолетным усилием мысли расстегнула наручники.

Паак бежал к ней, собираясь пронзить беспомощную пленницу, — и к встрече с вооруженным противником он оказался не готов. Она могла бы убить его одним ударом, но тут заметила, что Хеттон все так же неподвижно сидит на троне, наблюдая за боем. Занна решила устроить ему представление.

Вместо того чтобы сразу снести незадачливому противнику голову, девушка принялась играть с добычей. Она крутила световым мечом, выписывая лезвиями хитрые завораживающие узоры, и без труда отводила неуклюжие выпады. Паак привык к банальным потасовкам, где нужна гора мышц, и никакого умения, — отбиваться от него было просто смешно. Здоровяк бросался на нее три раза — рубил, махал виброклинком, пытался сбить с ног. Каждый раз она ловко отступала в сторону и отклоняла его оружие. Поединок превратился в танец, причем Занна явно вела.

После трех неудачных атак громила с досадой отшвырнул виброклинок и подобрал с пола бластер Синдры. Он прицелился и дважды выстрелил почти в упор, но Занна даже глазом не моргнула.

Благодаря Силе ученица ситха заранее почувствовала, откуда пойдут выстрелы, и с треском отбила их красными лезвиями. Первый разряд ушел в потолок, а второй она отправила обратно в Паака.

Выстрел пришелся здоровяку точно между глаз, оставив во лбу дымящуюся дыру. Тело застыло, а потом рухнуло навзничь.

Все еще вращая меч, Занна снова повернулась к Хеттону. Все это время он не двигался с места и не отдавал стражникам никаких приказов. Теперь аристократ медленно поднялся на ноги и, спустившись по ступеням, остановился всего в нескольких метрах от Занны.

В следующий миг старик упал на колени и, склонив голову, дрожащим голосом прошептал:

— Я ждал тебя всю жизнь.