Ночной эльф закричал, когда его доспехи и грудную клетку вскрыл демонический клинок. Другой эльф, стоявший рядом с ним, не успел издать ни звука – булава Стража Скверны размозжила ему череп.

Защитники умирали повсюду. Того, что Ронин делал для их спасения, было уже недостаточно, чтобы изменить ход этих ужасных событий. Несмотря на то, что первые ряды возглавлял полный решимости лорд Гребень Ворона, ночных эльфов медленно истребляли. Пылающий Легион не давал им передышки, непрестанно громя шеренгу за шеренгой.

Но даже осознавая скорую смерть соратников и свою собственную, волшебник продолжал сражаться.

Другого выхода у него не было.

* * *

Известие о прибытии армии защитников застало лорда Ксавия врасплох, но от этого он не стал менее уверенным в победе своих войск. Он видел, как много божественных воинов Великого хлынуло через портал, и был уверен, что никакая армия не сможет выдержать их натиск. Скоро его мир будет очищен от непригодных.

Маннорот повел Легион против этих глупцов, а Хаккар отправился на охоту, оставив все в умелых руках советника. Ксавий бросил быстрый взгляд в сторону небольшой ниши у входа, где хранилась его последняя добыча. Когда он получит известие, что армия врага уничтожена, Ксавий найдет время, чтобы повидаться со своим «гостем». Сейчас же у него были дела поважнее.

Он вновь занялся порталом, где материализовалась еще одна группа Стражей Скверны. Исполинский Страж ужаса раздал им указания, оставленные Манноротом, и те направились к своим кровожадным собратьям. За последние несколько минут сцена повторилась несколько десятков раз, с той лишь разницей, что каждая следующая группа прибывших была больше, чем предыдущая. Теперь они занимали почти весь зал.

Когда вышел последний отряд Стражей Скверны, лорд Ксавий услышал в голове прекрасный голос Саргераса:

«Темп нарастает… Я доволен».

Ночной эльф опустился на колени.

– Я польщен.

«Уже есть сопротивляющиеся».

– Просто некоторые непригодные, что оттягивают неизбежное.

«Портал необходимо защитить… Он должен быть постоянно открыт и надежно укреплен. Скоро… очень скоро… я пройду через него…»

Сердце советника затрепетало. Знаменательное событие приближалось!

– Я позабочусь о том, чтобы ваш переход прошел, как подобает. Я клянусь в этом!

Ксавий почувствовал прилив удовлетворения… а затем Саргерас покинул его мысли.

Советник сразу же вернулся к механизму, который поддерживал заклинание щита. Лорд Ксавий осмотрел его после того, как непрошеный гость попытался его уничтожить – экран выглядел полностью исправным, но рисковать было нельзя.

Да, все было в полном порядке. Помня о своем «госте», Ксавий обдумывал, что он будет делать, когда Саргерас, наконец, выйдет из портала. При этом, конечно, должна присутствовать королева, и, само собой, необходимо собрать почетный караул. Капитан Варо’тен займется последним. Сам советник призван первым поприветствовать Божественного. Ксавий даже придумал достойное Саргераса подношение – кристалл вместе с его содержимым. Все-таки пленник был одним из трех важнейших существ, из-за которых Маннорот снова послал Псаря на охоту. Как глупо будет выглядеть Хаккар, когда он вернется и обнаружит, что советник так легко поймал его добычу.

Лорд Ксавий с нетерпением ждал момента, когда сможет представить своего заключенного великому Саргерасу. Особенно занимательно будет увидеть, что бог сделает с этим юным проходимцем…

* * *

Тем временем, кошмар продолжался.

Малфурион перемещался внутри кристалла, глядя на то немногое, что было в комнате. Кристалл поместили под углом, в маленьком закутке алькова. Такое расположение позволило ему наблюдать за тем, что находилось рядом с дверью: пленник видел непрерывный поток неуклюжих демонов, бредущих мимо с одной лишь смертью на уме. Это еще больше ранило Малфуриона, ведь он знал, что воины собирались уничтожить каждого ночного эльфа, которого найдут… и все потому, что он не смог снять защитное заклинание.

Хотя по окружению сложно было определить ход времени, Малфурион был уверен, что с тех пор, как его пленили, прошло по крайней мере две ночи. В своей текущей форме он не мог заснуть, так что эти две или более ночи казались еще длиннее.

Как же он был глуп! Малфурион слышал легенды о глазах лорда Ксавия: люди уверяли, что он может видеть даже тени теней. Но друид принял эти истории за выдумку. Он и не подозревал, что те же самые зрачки, с помощью которых советник наблюдал за магической силой в природе, позволили ему также заметить присутствие духа в его святилище. Как же лорд Ксавий одурачил его!

Малфурион сразу же проверил свою кристаллическую клетку, несколько раз, и признал ее слишком прочной. Возможно, изучи он ее глубже, молодой ночной эльф смог бы обнаружить какой-нибудь изъян, но сейчас это не имело значения. Он потерпел поражение. Он подвел себя, своих друзей, свой народ… свой мир.

Теперь ничто, кроме армии лорда Гребня Ворона, не препятствовало демонам.

Он должен сделать хоть что-то.

Собравшись с духом, Малфурион снова попытался использовать то, чему научил его Кенарий. Кристалл ведь был частью природы, а она восприимчива к заклинаниям. Он провел руками по краям, ища слабое место в опорах кристалла, используя не совсем друидическое заклинание, но близкое к нему.

И снова ничего не нашел.

Малфурион завопил от досады. Тысячи людей умрут из-за его провала. Иллидан погибнет. Брокс погибнет. Тиранда…

Тиранда погибнет.

Он мог представить ее лицо, изобразить его точнее, чем любое другое. Малфурион подумал, как она беспокоится о нем. Он знал, что она, скорее всего, сидит рядом с его телом и пытается вернуть его дух. Плененный ночной эльф почти слышал, как она зовет его.

«Малфурион…»

Ночной эльф вздрогнул. Конечно, он начал сходить с ума. Поразительно, как быстро начался этот процесс, но, с другой стороны, Малфурион был в чрезвычайно жуткой ситуации.

«Малфурион… ты меня слышишь?»

Ему снова почудилось, что голос Тиранды эхом отозвался в его мыслях. Малфурион выглянул из своей тюрьмы, пытаясь понять, не начал ли лорд Ксавий какую-то ментальную пытку, но советника не заметил.

С некоторой тревогой, он наконец помыслил: «Тиранда?»

«Малфурион! Я и не надеялась!»

Он и сам с трудом в это верил. Конечно, она была жрицей Элуны, но все же такой поступок выходит за рамки ее религии.

«Тиранда… как ты достучалась до меня?»

«Кое-кто помог мне… он говорит, что искал тебя».

Малфурион мог только предположить, что это Брокс или Ронин. Но Брокс – а Тиранда встретила храброго орка-воина – совсем не владел навыками магии. Может, это Ронин? Но и в этом было мало смысла: волшебник должен был отправиться на битву с лордом Гребнем Ворона.

«Кто? – спросил он наконец. – Кто?»

«Меня зовут Крас».

Такой внезапный поворот заставил Малфуриона взволноваться. Он никогда раньше не слышал этого голоса, хотя отдаленно он напоминал голос Кенария. Кем бы ни был этот Крас, он явно намного более значим, чем простой ночной эльф.

«Ты все еще чувствуешь нас?» – спросил новый голос.

«Да… Крас».

«Я показал Тиранде, как можно добраться до твоего духа во сне с помощью вашей с ней связи. Трюк сложный, но мы надеемся успеть освободить тебя».

«Освободить меня?» – Еще раз оглядев свою тюрьму, Малфурион засомневался, что это возможно.

«Хитрая ловушка, это точно, – не переставал описывать происходящее Крас, удивляя ночного эльфа. Очевидно, эта связь позволила им увидеть, в каком именно месте лорд Ксавий заключил его. – Но я уже имел дело с подобными».

Теперь настрой Малфуриона стал еще лучше.

«Что же делать?»

«Так как мы только что переместили твое тело…»

«Что вы сделали?» – Передвинули тело? Но ведь есть риск…

«Я хорошо осведомлен о рисках».

Когда Малфурион перестал возражать, Крас продолжил:

«Нужно было перенести тело… ближе к одному из наших. Теперь ты должен меня выслушать, потому что кое-что нужно сделать быстро».

Ночной эльф ждал в напряжении. Если они смогут вытащить его из кристалла, он сделает все, что скажут.

«Я должен понять структуру кристалла, увидеть каждую грань его природы. Ты друид, так что можешь мне это показать».

Вбирая способности Краса, Малфурион осмотрел внутренности своей магической камеры. Он изучил каждый уголок, каждую грань, показывая сильные и слабые стороны кристалла. Ночной эльф не нашел совершенно ничего ободряющего, но догадывался, что Крас намного лучше знает, что нужно искать.

«Вот оно! – Бесплотный голос остановил его перед одним из углов. Малфурион уже замечал там едва заметный недостаток, но не смог использовать его. – Это ключ к твоему спасению. Прикоснись к нему своим сознанием. Ощущаешь, как устроен этот дефект?»

И он действительно ощутил, впервые. Уязвимость была незначительная, но все же отчетливая. Как он раньше ее не замечал?

«Говорят, мудрость приходит с опытом, – неожиданно откликнулся на его мысли Крас. – Однако я все еще работаю над тем, чтобы доказать эту пословицу».

Он поручил Малфуриону использовать навыки, освоенные у Владыки Леса, чтобы почувствовать всю толщину и ширину отверстия и полностью понять его природу. Узнать его так же хорошо, как самого себя.

«Ты должен обнаружить самое уязвимое место – это и есть отмычка, если так можно сказать».

«Я не…» – Да! Он это сделал! Малфурион почувствовал уязвимость. Он надавил на нее, желая освободиться… но кристалл не поддавался.

«Ты силен, но знаешь еще не все. Открой нам свой разум. Впусти нас, сколько бы нас ни было. Мы будем дополнять тебя в силе и знаниях».

Очистив свое сознание настолько, насколько он мог, Малфурион открылся Тиранде и таинственному Красу. Он сразу почувствовал разницу между ними. Мысли Тиранды были заботливыми, но решительными, мысли Краса – мудрыми, но разрозненными. Любопытно, что его потерянность не имела ничего общего с состоянием Малфуриона.

«Сейчас… Попробуй еще раз».

Заключенный наделил свою форму из мира снов физической силой и буквально ударил в брешь, как в любое слабое препятствие. Казалось, она вот-вот поддастся, если надавить достаточно сильно…

Внезапно он почувствовал, что двое других помогают ему. Малфурион будто своими глазами видел, как стараются Тиранда и новый знакомый рядом с ним.

Изъян начал поддаваться. Трещина разрасталась… Показался совсем крошечный промежуток, как только брешь приоткрылась.

«А вот и проход! – подгонял его Крас. – Вылезай через него!»

И дух Малфуриона вытек через узкое отверстие.

Как только он покинул темницу советника, Малфурион начал увеличиваться, пока не достиг своего нормального роста. Конечно, рост изменился только в его сознании, но прежняя форма нравилась ему больше, чем заключение, в котором он чувствовал себя подобно насекомому.

«Теперь… пока тебя не заметили… возвращайся обратно!»

Но на этот раз Малфурион не спешил повиноваться. Он слишком далеко зашел в попытке сделать все необходимое для спасения своего народа, своего мира. Заклинание щита должно быть снято.

«Малфурион! – взмолилась Тиранда. – Нет!»

Не обращая внимания на них обоих, он вылетел за угол… и остановился. В другом конце зала стоял лорд Ксавий, внимание его было приковано к темному порталу, через который постоянно прибывали демоны. Казалось, советник общался с тем, что скрывалось глубоко внутри портала. Малфурион вздрогнул, припоминая врожденную безжалостность этого существа.

И все же ситуация складывалась в его пользу. Если Ксавий продолжит смотреть в вихрь еще несколько мгновений, Малфурион сможет выполнить свою задачу и уйти.

Он подплыл к механизму, уже зная, как его уничтожить. Несколько простых манипуляций – и готово. И Тиранда, и Крас замолчали. Это означало, что они либо собирались позволить ему довести дело до конца, либо… он каким-то образом потерял с ними связь. Как бы то ни было, он не мог повернуть назад.

Бросив последний взгляд на лорда-советника, Малфурион потянулся к магическому экрану. Сначала он изменил один из внутренних компонентов заклинания, гарантируя помехи независимо от того, что сделает дальше. Потом призвал всю силу мира, всю мощь природы, и направил ее на механизм, чтобы образовать новую комбинацию – новую форму, которая обратила бы назначение заклинания и, в конечном счете, заставила бы его рассеяться.

Магический щит дрогнул…

* * *

Лорд Ксавий мгновенно почувствовал неладное. Что-то ужасное случилось со щитом.

В глубине портала Саргерас тоже почувствовал нечто неверное.

«Искать!» – скомандовал он своему приспешнику.

Советник резко обернулся. Его темные магические глаза остановились на драгоценном механизме… и призрачном «госте», которого он поймал ранее.

Этот глупец что-то изменил в заклинании!

– Остановите его! – проревел лорд Ксавий.

* * *

Крик советника почти выбил Малфуриона из равновесия. Он сумел взять себя в руки, затем увидел, как Ксавий яростно указывает на него, крича Высокорожденным или демонам, чтобы они схватили пленника. Однако никто не смог подчиниться этой команде, так как, в отличие от советника, дух Малфуриона был для них невидим и, само собой, неосязаем.

С другой стороны, лорд Ксавий мог сам сделать и то, и другое.

Когда стало ясно, что остальные для него бесполезны, советник королевы бросился к противнику. Его искусственные глаза излучали темную энергию, и Малфурион почувствовал приближение атаки. Инстинктивно он поднял руку, прося помощи у ветра и воздуха.

Если бы стремительные алые молнии советника добрались до молодого ночного эльфа, они наверняка уничтожили бы его. Но всего в нескольких дюймах от Малфуриона молнии попали в какой-то невидимый барьер – возможно, в затвердевший воздух – и были сразу отброшены назад ветром, вызванным призрачной фигурой.

С убийственной точностью снаряды поразили громадных воинов у портала.

Демоны разлетелись, как листья во время шторма. Некоторые ударились о стены, а двое врезались в колдунов, старавшихся сохранять портал открытым. Столкновение свело их усилия на нет, и начался хаос. Портал вздымался, будто еле дышал, прерывисто открываясь и закрываясь, как обезумевший. Колдуны Высокорожденных изо всех сил старались держать его под контролем. Несколько демонов, уже готовых вылезти, внезапно исчезли во тьме.

Одно из исполинских крылатых существ, стоявших возле прохода, бросилось в сторону Малфуриона. Огромный демон, очевидно, не мог видеть ночного эльфа, но кружился вокруг, размахивая оружием и надеясь попасть хоть во что-нибудь. Малфурион старался избегать этих взмахов, так как не был уверен, что его форма невосприимчива к ударам демона.

Лорд Ксавий уклонился от обращенного против него заклинания и вернулся к схватке. Из мешочка на поясе он достал еще один кристалл.

– От этого ты не убежишь… – его магические глаза вспыхнули.

Малфурион быстро увильнул, оставив между собой и советником демона. Вместо намеченной жертвы советник притянул к себе испуганное чудище. Оно яростно взревело от такого жестокого трюка и тщетно пыталось схватить Малфуриона, пока не оказалось в кристалле.

Ксавий выругался и выбросил кристалл, не заботясь о судьбе его содержимого. Все его внимание было сосредоточено на призрачной фигуре, которую мог видеть только он.

– Милорд! – закричал один из колдунов. – Мы должны…

– Ничего не делать! Выполнять поставленную задачу! Портал должен оставаться открытым, а щит – нетронутым! Я разберусь с нашим невидимым нарушителем!

Сказав это, Ксавий снова приготовился атаковать. Малфурион, однако, не собирался его ждать. Он повернулся и выскочил из комнаты через наружную дверь, даже не взглянув на осторожных часовых.

Разъяренный советник немедленно бросился за ним.

– Открыть дверь!

Стражники повиновались. Ксавий выбежал из зала и помчался вниз по лестнице вслед за своим противником.

Но Малфуриона там не было. Вместо этого он парил внутри башенной стены. Невидимый для лорда-советника, он переждал погоню, пока не убедился, что все позади.

Вернувшись в зал, Малфурион сразу же направился к механизму. Он должен был уничтожить проклятую штуку быстрее, чем Высокорожденные получат шанс укрепить ее.

Однако, когда ночной эльф потянулся к нему, его охватил знакомый страх. Малфурион вздрогнул и безвольно посмотрел на портал.

«Ты не прикоснешься к щиту… – прогудело в его сознании жуткое существо. – Ты этого не желаешь. Ты хочешь только служить мне… боготворить меня…»

Малфурион боролся с желанием поддаться. Он знал, что случится, если обладатель этого голоса получит шанс войти в его мир. Все злодеяния демонов блекнут по сравнению с теми, что может сотворить их повелитель.

«Я… не… буду одной из своих пешек!» – почти крича от напряжения, Малфурион оторвал взгляд от вихря.

Он почувствовал ярость этого ужасающего существа, когда попытался прийти в себя. Зло внутри вихря не могло воздействовать напрямую – оно было способно лишь играть с мыслями Малфуриона. Ему приходилось игнорировать голос, думать только о тех, кто был ему небезразличен, и о том, чем его провал может для них обернуться.

Еще несколько секунд…

Его дух исказился, внезапно пронзенный невероятной болью. Он обернулся и упал на колени.

– Больше никаких игр… – процедил сквозь зубы лорд Ксавий, уже стоявший в дверях. Рядом с ним несколько озадаченных стражников тщетно искали врага, к которому обращался советник. – Больше никаких происшествий! Я разорву твой дух в клочья, разбросаю твою сущность по миру… и только тогда отдам тебя Великому, чтобы он делал с тобой все, что пожелает…

Он указал на Малфуриона.

* * *

Все яростнее Пылающий Легион сокрушал ряды ночных эльфов. Лорд Гребень Ворона не позволял раздробить войско на части, но его бойцы продолжали сдавать позиции.

Неистовый таран, созданный Ронином, отбросил кучку демонов назад, да так, что те глубоко вонзились в ряды своих братьев. Это замедлило движение в одной точке, но в остальных местах Легион продолжал наступать.

Откуда-то издалека до Ронина донесся голос лорда Гребня Ворона, выкрикивающего приказы:

– Усилить правый фланг! Лучники! Разберитесь с этими крылатыми бестиями! Латосий, возвращай Лунных Стражей!

Трудно сказать, услышал ли старший маг приказ лорда, но Лунные Стражи остались на месте. Латосий стоял впереди, поручая своим заклинателям разобраться с той или иной ситуацией. Ронин поморщился: пожилой ночной эльф понятия не имел о тактике. Вместо того чтобы совершить единую согласованную атаку, он истратил то малое количество времени, что было у его отряда, на несколько незначительных попыток.

Иллидан тоже видел это.

– Этот проклятый старый идиот не извлекает из своих людей никакой пользы! Из меня получился бы лучший предводитель!

– Забудь о них и сосредоточься на своих заклинаниях…

Не успел чародей произнести эти слова, как Латосий вдруг пошатнулся, схватившись за горло. Из его рта хлынула кровь, кожа почернела, и он упал замертво.

– Нет! – Ронин обыскал Легион в поисках чернокнижника и направил силы в его сторону.

Повторяя маневр, возможно, того же самого демона, Ронин остановил в полете несколько стрел и развернул их в направлении колдуна. Существо, облаченное в мантию, подняло глаза и просто рассмеялось, когда увидело снаряды. Демон сделал жест, и Ронин предположил, что с его помощью враг создал магический щит.

Эредар перестал смеяться, когда каждая стрела не только пробила его защиту, но и прошла сквозь его тело.

– А ты не такой сильный, как думал, верно? – пробормотал волшебник с мрачным удовлетворением.

Ронин снова повернулся к Иллидану – и обнаружил, что тот исчез. Маг огляделся и увидел, что молодой ночной эльф бешено скачет к Лунным Стражам, которые, казалось, были в полном замешательстве без своего лидера.

– Что он…

Но у Ронина не было времени беспокоиться о своем потенциальном протеже, потому что его внезапно окружила невыносимая жара. Магу почудилось, что его кожа вот-вот растает.

Чернокнижники окончательно признали в нем серьезную угрозу. Наверняка в этот раз на Ронина напал не один. Ему удалось собрать достаточно сил, чтобы на мгновение ослабить невероятный жар, но не более того. Эредары медленно запекали его живьем.

Так вот оно что. Он умрет прямо тут, так и не узнав, как его участие в битве повлияет на ход истории – сохранит ее более-менее нетронутой или уничтожит полностью.

Затем… давление в его сторону почти прекратилось.

Ронин отреагировал инстинктивно, используя свою магию, чтобы полностью противостоять остаткам заклинания. Его глаза прояснились, и он наконец смог сосредоточиться на главном эредаре.

– Любишь огонь? А я бы хотел, чтобы стало немного прохладнее.

Колдун обратил наложенное на него заклятие, и в сторону чернокнижника ударила сильная волна холода.

Ронин почувствовал, как эредара охватил озноб.

Демон окоченел, став белее снега. Его лицо исказилось и застыло в агонии. Один из Стражей Скверны толкнул чернокнижника, и замерзшая фигура обрушилась на твердую землю с резким треском, рассыпавшись по полю боя ледяными демоническими осколками.

Пытаясь отдышаться, Ронин глянул в том направлении, откуда он почувствовал помощь. Его глаза широко раскрылись, когда он увидел Иллидана во главе отряда Лунных Стражей. Молодой ночной эльф послал в его сторону улыбку, а затем вернулся к сражению. Он руководил магами-ветеранами так, словно был рожден для этого. Иллидан заставил отряд перестроиться, чтобы усилить его ослабевшую магию своей. Он же, в свою очередь, извлекал их силу, делая могущественнее собственные заклинания.

Взрыв посреди Пылающего Легиона уничтожил десятки демонов. Иллидан издал торжествующий крик, не замечая утомления на лицах других магов. Их сила давала новому лидеру хорошую отдачу, но, если он будет повторять этот маневр слишком часто, Лунные Стражи сгорят один за другим.

Впрочем, Ронин ничего не мог сделать, чтобы сообщить об этом Иллидану, и, по правде говоря, не был уверен, нужно ли. Если это войско падет, кто еще сможет противостоять Легиону?

Если бы только Малфурион не потерпел неудачу…

* * *

Маннорот удовлетворенно смотрел на поле боя. Его армия проносилась по земле – и не только там, где им сопротивлялись, но и где жалкие обитатели этого мира сами решили поскорее встретиться с Легионом в битве.

Он высоко оценил их усилия – так завоевание завершится быстрее. Это означает, что путь для их повелителя, Саргераса, будет готов еще раньше. Саргерас будет доволен всем, что было сделано во имя него. Он хорошо вознаградит Маннорота, потому что демон справился с этим подвигом, не попросив помощи у Архимонда.

Да, Маннорот будет хорошо вознагражден – получит больше почитания, больше власти в рядах Легиона.

Что касается ночных эльфов, которые все еще помогали демонам захватить этот мир, они получат единственную награду, какой Саргерас всегда одаривал подобных им…

Полное уничтожение.