– Время пришло.

И появление Алекстразы, и ее заявление застали Краса врасплох. Дракон-маг так глубоко погрузился в свои мысли, что не придавал значение времени. Он и правда понятия не имел, как долго он ждал ее возвращения.

– Я готова.

Она наклонилась и подняла его к себе на шею. Плавно продвигаясь по туннелям, вырезанным веками полетов красных драконов, Алекстраза и Крас вскоре прибыли на ветреную площадку, с которой открывался вид на обширную область, сплошь затянутую облаками. То было королевство красных драконов, вид, от которого захватывало дух: горделивые вершины гор, увенчанные снежными шапками и окутанные бесконечными лоскутами тумана. Крас прекрасно понимал, насколько высока должна быть гора, где располагается дом его клана, чтобы большая часть облаков оставалась внизу. Осколки воспоминаний напомнили ему о величии земель, об огромных долинах, выточенных льдом и временем, о шершавых, неповторимых обликах каждой вершины.

Вдруг он пошатнулся. Разреженного воздуха не было достаточно для его слабеющего здоровья. Алекстраза поддержала его крыльями, не дав упасть.

– Наверное, тебе это не очень полезно, – ее голос звучал обеспокоенно, но Крас почувствовал прилив сил так же резко, как чуть не упал.

– Надеюсь… Я не опоздал.

Кориалстраз прислонился к другу, который поначалу выглядел почти так же, как сам маг несколько секунд назад. Но теперь самец дракона тоже задвигался так, как если бы он вдруг почувствовал неожиданный прилив энергии. Приблизившись, он забыл об измождении.

– Не опоздал. Ты еще хочешь совершить это путешествие?

– До этого момента я боялся, что не смогу… Но теперь, кажется, мне снова лучше.

Он переводил взгляд с Алекстразы на Краса и обратно, словно догадываясь о причинах внезапного прилива сил, но не желая это принимать.

Королева драконов перенесла Краса к своему супругу. Соприкоснувшись с собой в молодости, он почувствовал еще больший прилив сил. Прямой контакт с Кориалстразом позволил ему ощутить себя практически здоровым.

Практически.

– Ты готов? – спросил у него дракон.

– Да.

Алекстраза шагнула вперед, раскрыла огромные крылья и вынырнула из прохода. Сперва она опустилась пониже, потом скрылась за облаками. Кориалстраз подошел к краю пропасти, чтобы его крошечный пассажир смог насладиться поразительным видом огромной горной цепи, и тоже взлетел.

Сначала они потеряли несколько ярдов и даже достигли уровня облаков, но затем Кориалстраз поймал ветер, и они взмыли ввысь. Сквозь туман Крас видел, что Алекстраза была уже далеко впереди. Однако летела она достаточно медленно, так что супруг скоро догнал ее.

– Все в порядке? – проревела она обоим попутчикам.

Крас кивнул, Кориалстраз ответил утвердительно. Королева драконов устремилась вперед и больше не проронила ни слова.

Ощущение полета, пусть и в качестве пассажира, взбодрило мага. Он был рожден для этого, оттого ему было гораздо сложнее принять свое нынешнее состояние. Он был драконом! Одним из властелинов неба! За что же он приговорен к такому никчемному существованию?..

Они проносились мимо гор сквозь плотную пелену облаков, оставив под собой множество невиданных вершин. Смертный Крас замерзал, но сам того не замечал – настолько он был заворожен.

Два огромных дракона изящно облетели грозную вершину, затем нырнули в широкую долину посреди горной цепи. Крас пытался высмотреть что-то кроме рельефа, но не мог. Но все же почему-то ему казалось, что они были очень близки к цели.

– Держись крепче! – крикнул Кориалстраз.

Крас еще не успел спросить, зачем, как дракон начал резко снижаться по спирали. Потоки воздуха закручивались и дрожали, словно водная гладь пруда от броска камня. Поначалу Крас боялся, что вновь материализовалась аномалия, приведшая его в это время, но вскоре он отметил упорство, с которым дракон направился в сторону обеспокоившего его ездока зрелища.

Алекстраза, летевшая впереди, спокойно вошла в гигантское завихрение – и исчезла.

Древние воспоминания полезли из темной пропасти сознания Краса – воспоминания о тех временах, когда он, будучи драконом, прилетел сюда же. Крас собрался с духом, вспомнив ощущения, которые охватят его, когда Кориалстраз проследует за Королевой драконов.

И они проследовали.

Статический заряд покрыл каждый дюйм тела мага. Сокращались мышцы. Крас чувствовал себя частью самих небес, порождением грома и молний. Ему ужасно захотелось полететь самому. И все это для того, чтобы удержаться и не отпустить дракона, не слиться с облаками и ветром.

Это ощущение испарилось так внезапно, что Крас вцепился в Кориалстраза, чтобы не потерять равновесие. Он моргнул, ощутив сполна свою смертность, свое земное существование. Резкая смена панорамы так ошеломила Краса, что он не сразу заметил, что все вокруг стало абсолютно иным.

Теперь они парили внутри просторной, неописуемых размеров пещеры, настолько большой, что даже Алекстраза здесь казалась не больше комара. Сюда могли поместиться целые королевства со всеми землями и угодьями. И даже тогда осталось бы еще много свободного места.

Но это была не просто громадная пещера: некоторые черты – вернее, их отсутствие – выделяли ее среди всех прочих. Стены были гладкими, но изогнутыми и идеально ровными – если провести рукой по камню, не почувствуешь ни трения, ни сопротивления. И так до самого пола, который представлял собой огромный плоский круг безупречной формы, не требующей измерений.

Пол и вправду был единственной плоской поверхностью, стены же загибались кверху и внутрь, создавая своды и образуя единую сферическую камеру, которую отличало абсолютное отсутствие каких-либо минеральных наростов. Не было ни сталактитов, угрожающе свешивающихся с потолка, ни сталагмитов, вздымающихся снизу. Ни единой щели, ни трещинки. Никаких изъянов. Крас, наконец, вспомнил это место: то были Покои Аспектов.

Покои, что считались древними еще до появления на свет самих великих драконов.

Говорили, что именно здесь, в этом священном месте, Творцы создали мир, посадили его в землю и взращивали до тех пор, пока не настала пора разместить его в космосе. Даже Аспекты не могли оспорить правдивость этой легенды. Они сами не были уверены в том, встретились ли они где-то в мире смертных, ибо выхода отсюда не было – только один волшебный, случайно обнаруженный ими столетия тому назад. Все попытки пройти сквозь стены оканчивались полным провалом, так что Аспекты уже давно их оставили.

Загадочности пещере добавляло освещение: Покои заливал яркий золотой свет, повсюду было умиротворяющее сияние от неведомого источника. Крас припомнил, что экспериментально так и не удалось доказать, гаснет ли это сияние, когда камера пустеет, или же оно постоянно, однако всем входящим кажется, будто оно их приветствует, словно страж.

Пока Кориалстраз спускался, Крас вдруг осознал, что, несмотря на его расщепленную память, он очень ясно помнил это священное место. Что-то о Покоях Аспектов, что-то, что он никогда не забудет, не придаст забвению.

Два красных крылатых змея приземлились на каменный пол и огляделись вокруг. Несмотря на размеры пещеры, было понятно, что больше здесь никого нет.

– Вы говорили друг с другом? – поинтересовался Кориалстраз.

Хранительница Жизни покачала величественной головой:

– Только с Изерой. Она сказала, что поговорит с остальными.

– И я сделала все, что было в моих силах, – раздался глухой, но точно женский голос.

Чуть поодаль в воздухе возникло бледно-изумрудное облако. Оно так и не материализовалось, однако Крас смог разглядеть в нем черты хрупкой воздушной самки дракона размером почти с Алекстразу. Едва различимую фигуру окружала завеса тумана, однако можно было видеть, что глаза ее оставались закрытыми, даже когда она говорила.

Драконы склонили головы в знак почтения и приветствия.

– Я рада, что ты так скоро прилетела, милая Изера, – добавила Алекстраза.

Повелительница Сна, как еще знал ее Крас, поприветствовала троих в ответ. Она повернула к ним голову, и, хотя Изера не открывала глаз, Крас чувствовал на себе ее пронизывающий взгляд.

– Я прилетела потому, что ты моя сестра и мой друг. Ты бы не стала созывать собрания, не будь для этого веской причины.

– А что остальные?

– Я не смогла поговорить напрямую только с Ноздорму. Ты знаешь его. Я была вынуждена говорить с его подчиненным, который обещал довести все до сведения господина… сделать больше я не смогла.

Алекстраза кивнула в знак благодарности, но не смогла скрыть разочарования от услышанных вестей.

– Тогда, даже если прибудут все остальные, мы не сможем прийти к окончательному решению.

– Безвременный все еще может к нам присоединиться.

По-прежнему сидящего верхом на своей молодой ипостаси Краса расстроили дурные вести о Ноздорму. Он понимал всю сложность характера Безвременного: он и прошлое, и настоящее, и будущее… он – сама история. Среди прочих Аспектов Крас втайне хотел увидеть лишь его. Ноздорму вселял надежду, что шанс отправить двух заплутавших путешественников обратно в свое время еще остается, и все закончится мирно. В противном случае Крас вынужден был рассмотреть единственный оставшийся вариант: чтобы сохранить течение времени, Аспектам, возможно, придется убить его и Ронина.

Вдруг все озарилось яркими вспышками красных молний, и на землю быстро и яростно опустилась электрическая буря. Она полыхала грозными цветами, а затем расширилась и образовала огромную фигуру.

Когда догорели последние клочья энергии, на месте краткой, но мощной бури появился огромный сверкающий дракон, будто состоящий наполовину из хрусталя, наполовину – изо льда. Он выглядел довольно счастливым для дракона, как если бы сам получил чуть ли не большее удовольствие от созданного им же зрелища, чем остальные.

– Добро пожаловать, Малигос, – вежливо сказала Алекстраза.

– Как я рад видеть тебя, Хранительница Жизни! – добродушно рассмеялся сияющий исполин. – И тебя, мой ясный сон!

Изера молча кивнула, по морде ее пробежала улыбка.

– Как поживает твое королевство? – спросила красная королева.

– Лучше и мечтать нельзя! Наполнено светом, цветом и молодостью!

– Наверное, творцам стоило сделать тебя Хранителем Жизни, а не Магии, Малигос!

– Интересная мысль! Надо как-нибудь обсудить! – он вновь рассмеялся.

– Тебе нехорошо? – спросил Кориалстраз Краса, который при виде Малигоса остолбенел от ужаса.

– Я в порядке, просто усаживаюсь поудобнее.

Он, крохотный, был рад, что Кориалстраз не мог видеть выражения его лица. Чем больше Крас наблюдал за Малигосом и слушал его, тем больше он сожалел о том, что вынужден скрывать правду о будущем даже от Аспектов.

«Что бы ты сказал, Хранитель Магии, если бы знал, какая судьба ожидает тебя? Предательство, безумие, королевство льдов, где нет никого, только ты один…»

Крас не мог вспомнить всего, что он знал о будущем Малигоса, но отрывки воспоминаний подсказывали масштаб грядущей трагедии – и все же он никак не мог предупредить сияющего змея.

– А это тот, ради кого мы сегодня собрались? – спросил Малигос, обратив на Краса свой сверкающий взгляд.

– Да, это он, – ответила Алекстраза.

Хранитель Магии принюхался.

– Он пахнет как мы, хотя это может быть еще и потому, что он сидит на твоем супруге. Не могу утверждать. Я вижу, что его окружает древняя магия. Он что, заколдован?

– Мы дадим ему слово, и он сам расскажет свою историю, – ответила Алекстраза, спасая Краса от дальнейших расспросов. – Но сначала должны прилететь остальные.

– Один из них уже на подходе, – объявила Изера.

Свод покрылся рябью, затем озарился мерцанием. Появилась громадная крылатая фигура. Прежде чем приземлиться, она описала по пещере два огромных круга. Воцарилось чинное молчание – каждый Аспект наблюдал, как приближается гигант.

Он был одним из крупнейших по размеру: крылатый исполин, черный как ночь, прекрасный и величественный, как истинный дракон с картины. По его спине и бокам бежали жилы чистого золота и серебра, а между чешуей мерцали алмазы и другие драгоценные камни – природное украшение его кожи. Он излучал первобытную силу, силу самого мира во всех начальных формах.

Черный дракон приземлился прямо перед остальными, величественно сложив за спиной сетчатые крылья, и глубоким, полнозвучным голосом произнес:

– Ты звала, и я пришел. Я всегда рад видеть свою подругу Алекстразу…

– И я приветствую тебя, дорогой Нелтарион.

До этого мига Крас изо всех сил старался не реагировать на присутствие Малигоса. Но теперь он прилагал все усилия, чтобы не трястись, не показывать ни малейшего чувства по поводу прилетевшего дракона. Но если раньше его реакция была связана со знанием горькой судьбы Хранителя Магии, то теперь Крас боялся за будущее всех драконов… и мира вообще, если, конечно, он выстоит в битве против Пылающего Легиона.

То был Нелтарион, Хранитель Земли. Крайне уважаемый другими Аспектами и, к тому же, близкий друг возлюбленной королевы Краса. Будь он красным драконом, она бы точно сделала его одним из своих супругов. Кроме того, с ним она чаще всего консультировалась, так как Хранитель Земли обладал острым, проницательным умом. Нелтарион ничего не делал, не продумав все последствия, и Крас, будучи более молодым драконом, в чем-то ему подражал.

Но в будущем, из которого пришел маг, даже самая мысль подражать Нелтариону была бы за гранью безумия. Хранитель Земли отказался от своей роли, от защиты королевства смерти, предоставленной ему другими Аспектами. Теперь он уверен, что корнем всех бед являются низшие расы, и что их следует уничтожить… равно как и тех, кто возьмется им помогать.

По представлениям Нелтариона, всем миром должны править драконы – черные драконы. Он был все сильнее одержим этой мыслью и совершал все более и более темные поступки, настолько ужасные, что вскоре черный дракон стал не меньшей угрозой для мира, чем демоны Пылающего Легиона. Наконец, другие Аспекты объединились против него, но к тому времени он уже успел пролить реки крови и посеять хаос.

Отвергнув свою предыдущую суть, Нелтарион отказался и от своего имени. Его бывшие союзники называли его именем, известным всем существам. Именем, ставшим синонимом зла.

Смертокрыл…

И вот он – Смертокрыл, Разрушитель, Черная Плеть – здесь, перед Красом. И все же маг-дракон никак не мог предупредить остальных. Даже зная, какую опасность представляет Нелтарион, он не мог точно вспомнить, с чего начнется катастрофа. Посеянное в рядах Аспектов недоверие в такой важный момент могло обернуться даже большей бедой, чем сам Хранитель Земли в будущем.

И все же…

– Я удивился, когда Изера, а не ты, пришла говорить со мной, – пророкотал черный дракон. – Ты здорова, Алекстраза?

– Да, Нелтарион.

Нелтарион оглядел сородичей.

– А ты, молодой Кориалстраз? Думаю, ты не в лучшей форме.

– Болезнь уже проходит, – почтительно ответил красный дракон. – Большая честь вновь видеть тебя, Хранитель Земли.

Они разговаривали, как добрые знакомые, и все же Красу удалось вспомнить, что, уже будучи Смертокрылом, Нелтарион едва ли узнает его. Ко времени войн с орками черный исполин уже будет до того безумен, что забудет всех своих друзей. Все, чем будет занят его ум – это продолжение его черного дела.

Но сейчас Хранитель Земли был еще Нелтарионом, другом. Он заглянул за шею Кориалстразу, заметив крошечную фигурку с надвинутым на лицо капюшоном.

– А, вот и ты. У тебя есть имя?

– Крас! – резко ответил маг. – Крас!

– Дерзкий малец! – весело сказал Нелтарион. – Думаю, Изера была права. Он точно дракон.

– И этому дракону есть, что рассказать, – добавила Алекстраза. Она взглянула на своды под потолком, на то место, откуда вошли они все. – Но я бы хотела дать Ноздорму еще немного времени прежде, чем мы приступим к делу.

– Дать Безвременному больше времени? – рассмеялся Малигос. – Забавно! Я не отпущу упрямца, пока не расскажу ему эту шутку.

– А потом будешь повторять ее время от времени, да? – откликнулся Нелтарион, обнажив в улыбке стройный ряд клыков.

Малигос рассмеялся еще громче. Он отошел в сторону с Нелтарионом, оживленно что-то обсуждая.

– Может, они и не братья по крови, – заметила Изера, проводив обоих закрытыми глазами. – Но по духу – уж точно.

– Хорошо, что Нелтарион всегда может поговорить с Малигосом, – согласилась Алекстраза. – Со мной он в последнее время почти не общался.

– Я тоже ощущаю некоторую дистанцию. Нелтариону не нравится вся эта история с ночными эльфами. Однажды он сказал, что у них грандиозные планы стать творцами, однако нет ни знаний, ни мудрости для этого.

– Может быть, он в чем-то и прав, – откликнулась Хранительница Жизни, коротко взглянув на Краса.

Магу становилось все более неловко под ее взглядом. Из них всех именно Алекстраза заслуживала предупреждения. Смертокрыл сделает так, что она станет рабом орков, чьи бойцовые псы принесут ее детей в жертву ради своего темного дела. Затем Смертокрыл воспользуется хаосом последних дней войн с орками, чтобы найти то, чего он действительно желал: яйца Хранительницы Жизни, которые позволят ему воссоздать свой род, истребленный в результате его бредовых замыслов.

«Где же проходит эта граница? – спрашивал себя Крас. – И когда ее до́лжно, наконец, перейти? Я не могу ничего рассказать про орков, о предательстве Хранителя Земли, о Пылающем Легионе… все, что я могу – это просто выложить достаточно фактов, чтобы подставить под удар себя и Ронина!»

В отчаянии он взглянул на одну из причин этой проблемы. Нелтарион весело болтал с Малигосом, который стоял спиной к другим драконам. Черный исполин выпрямил крылья и кивнул на какое-то замечание своего сверкающего собеседника. Будь они людьми, дворфами или представителями любой другой расы смертных, Аспекты выглядели бы так, словно пришли в таверну выпить эля в хорошей компании. Низшие расы считали драконов либо грозными чудищами, либо величавыми хранителями мудрости, хотя на самом деле их характеры были в чем-то такие же приземленные, как у крошечных существ, которых они охраняли.

Взгляд Нелтариона отвлекся от Малигоса и на секунду встретился со взглядом Краса.

И в этот миг Крас понял, что все, увиденное ранее на этом собрании, было просто игрой черного гиганта.

Хранитель Земли уже погрузился во тьму.

«Это невозможно, невозможно! – уверял себя Крас, едва сохраняя спокойное выражение лица. – Не сейчас!» Не может Нелтарион так скоро перевоплотиться в Смертокрыла, да еще и в такой важный момент. Аспекты должны держаться вместе, и не только противостоять грядущему нашествию, но и восстановить ход времени, нарушенный Красом и его бывшим учеником. Скорее всего, он ошибается насчет черного гиганта. Скорее всего, Нелтарион все еще один из славных защитников планеты смертных.

Крас проклинал свою слабую память. Когда же все-таки Нелтарион стал предателем? В какой момент он стал губителем всего живого? Суждено ли этому случиться сейчас, или же Нелтарион общался с союзниками, хотя его разум и начали захватывать темные мысли?

Маг не мог не разглядывать Хранителя Земли. Несмотря на свою клятву, Крас уже начал подумывать, что, возможно, придется нарушить правила. Как может навредить обличение злодея в рядах Аспектов? Как…

И снова Нелтарион отвел взгляд от собеседника… но на этот раз он не отрывался от Краса.

И только тогда Крас осознал: Хранитель Земли все понял по его глазам. Он знал, что один из присутствующих мог раскрыть эту страшную тайну.

Крас попробовал отвести глаза, но они словно приклеились к черному гиганту. Слишком поздно понял он причину тому. Почувствовав, что его вычислили, Хранитель Земли действовал быстро и решительно. И теперь он использовал свои силы против Краса, без труда подчинив его волю.

«Я не поддамся ему!»

Но, несмотря на желание высвободиться, он был все еще недостаточно силен для этого. Будь Крас чуть лучше подготовлен, он бы сразился с разумом Нелтариона, но внезапное открытие оставило его безоружным… чем и воспользовался черный дракон.

«Ты знаешь меня… но я тебя – нет».

Леденящий кровь голос раздался в его голове. Крас молился про себя, чтобы кто-нибудь заметил, что происходило между ними двумя, но, судя по всему, со стороны все выглядело обыденно. Поразительно, что даже его возлюбленная Алекстраза не догадывалась об ужасной правде.

«Ты станешь обвинять меня… ты покажешь им то, каким меня видишь… ты вселишь в них недоверие к старому другу… к брату…»

По словам Хранителя Земли было ясно, как глубоко он впал в безумие. Крас ощущал в нем бушующую паранойю и твердую уверенность в том, что только черный дракон знает, что пойдет на пользу миру. В глазах Нелтариона любой, кто представлял хоть малейшую угрозу его планам, был воплощением зла.

«Я не позволю тебе поведать эту подлую ложь…»

Крас думал, что дракон немедленно убьет его, однако, к его удивлению, тот просто отвел взгляд и вновь заговорил с Малигосом.

«Что за игры? – Маг-дракон недоумевал. – Сначала он угрожает мне, а потом, кажется, вовсе забывает о моем существовании!»

Он внимательно следил за черным змеем, но Нелтарион вел себя так, словно ничего не было.

– Он не придет, – сказала, наконец, Изера.

– Но все же он еще может объявиться, – предположила Алекстраза.

Взглянув на них, Крас понял, что речь шла о Ноздорму.

– Нет, со мной связался тот его подчиненный, с которым я говорила. Он не знает, где его господин. Безвременный где-то за пределами мира смертных.

Вести Изеры лишь усилили всеобщее разочарование. Зная, что он сделал с Ноздорму, Крас подозревал, что подчиненные Безвременного не могут найти того из-за аномалии. Он считал, что, хотя Ноздорму и единолично владел Временем, ему нужно было собрать воедино каждый момент своего существования. В таком случае сразу несколько Ноздорму сражались бы со Временем… он просто не мог отвлекаться на это собрание.

Надежды Краса таяли: Ноздорму потерян, Нелтарион сошел с ума…

– Хорошо, – сказала Алекстраза в ответ на слова Изеры. – Тогда начнем собрание не в полном составе. Нет правила, которое запрещало бы обсудить случай после того, как мы выслушаем, в чем дело, не принимая никаких мер.

Склонив голову, Кориалстраз дал своему наезднику спешиться. Не теряя бдительности, Крас вышел к собравшимся гигантам. На Хранителя Земли он старался не смотреть. А вот взгляд Алекстразы ободрил его: он понял, что должен сделать.

– Я один из вас, – его голос пророкотал так же, как голоса окружавших его исполинов. – Хранительнице Жизни известно мое истинное имя, а сейчас зовите меня просто Крас!

– А птенчик неплохо рычит, – усмехнулся Малигос.

Крас повернулся к нему:

– Сейчас не время шутить, особенно тебе, Хранитель Магии! Еще немного – и равновесие нарушится! Над миром – почти надо всем миром – нависла ужасная угроза: ему грозит искажение реальности!

– Как драматично, – отстраненно отметил Нелтарион, и Крас едва удержался, чтобы не выдать всю правду о Хранителе Земли. «Еще не время…»

– Вы услышите мой рассказ, – продолжал он. – Вы услышите и все поймете… Не за горами еще худшая угроза, и она так же касается нас. Видите ли…

Как только первые слова сорвались с уст Краса, его язык, казалось, начал заплетаться. Вскоре вместо связного рассказа он уже бормотал какую-то причудливую нелепицу.

Большинство драконов повернули головы, пораженные таким странным поведением рассказчика. Крас быстро взглянул на Алекстразу, ища помощи, но понял, что она была так же удивлена, как и остальные.

Голова мага пошла кругом. Такого головокружения Красс еще не испытывал: он даже не смог устоять на ногах. Он и сам уже не понимал, что пытается донести, хотя поток бессмыслицы не прекращался.

Наконец, головокружение овладело Красом полностью, его колени задрожали, а в голове раздался мертвенно спокойный голос Нелтариона: «Я же предупреждал…»