За последнее время Мириам сильно сдала. При виде мамы сердце у Селии болезненно сжималось. Мама стала такой маленькой и жалкой. Ей было одиноко в пустом доме.
Селия предложила маме переехать к ним. Мириам отказалась наотрез:
– Нет, я не могу. Это было бы нечестно по отношению к Дермоту.
– Я его спрашивала. Он совсем не против.
– Очень мило с его стороны, но я не поеду. Молодые должны жить отдельно.
Селия не стала дольше спорить. Помолчав, Мириам добавила:
– Знаешь, я хотела тебе сказать… Я ошибалась насчет Дермота. Когда вы поженились, я ему не доверяла. Мне казалось, он тебя станет обманывать.
– С кем, мама? С клюшкой для гольфа?
Мириам улыбнулась:
– Да, я была не права. Теперь я спокойна за тебя. Я оставлю тебя с человеком, который о тебе позаботится.
– Дермот очень заботливый.
– Но и очень красивый. Он привлекателен для женщин, Селия, не забывай об этом.
– Какие женщины, мама? Откуда они возьмутся? Он страшный домосед.
– Да, на твое счастье. И он любит Джуди. Она его дочка, не твоя.
– Я знаю.
– Сначала он мне казался жестоким, безжалостным…
– Нет, что ты. Дермот очень добрый. Он просто из тех людей, которые ненавидят раскрывать свои чувства. У него все внутри, он как скала.
Мириам вздохнула:
– Я из ревности не хотела замечать его положительных качеств.
– О, мама, я так его люблю, я так счастлива с ним. В мире нет ничего, чего бы мне еще хотелось… Кроме второго ребенка. Мне все равно, мальчика или девочку.
Селия ожидала, что мама посочувствует, но на лице Мириам промелькнуло озабоченное и недовольное выражение.
– Вряд ли это разумно, Селия. Ты так любишь Дермота, а дети отдаляют женщину от мужчины. Говорят, дети объединяют семью, но это не так.
– Но вы с папой…
– Я всегда разрывалась между ним и вами. Он бывал недоволен, когда перетягивали вы. Он любил вас с Сирилом, но счастливым себя чувствовал, когда мы вдвоем отправлялись куда-нибудь на каникулы… Не оставляй мужа надолго одного, Селия… Мужчины забывчивы.
– Папа никогда не смотрел в сторону других женщин.
– Может, и не смотрел. Но только потому, что я всегда была настороже. В горничных у нас служила крупная красивая девушка – как раз такие нравились твоему отцу. Все барышни, за которыми он ухаживал до свадьбы, были этого типа. И вот однажды, когда он собрался перевесить одну картину, она подавала ему молоток и гвозди. И как бы нечаянно положила ладонь на его руку. Я увидела это. Твой отец не придал этому значения. Подумал, наверное, что она случайно. Мужчины – простодушные существа. Но я немедленно выпроводила эту девушку. Дала ей хорошую рекомендацию и рассчитала.
Селия слушала открыв рот.
– Но папа никогда бы…
– Может, и никогда. Но я не позволяла себе рисковать. Я знала столько случаев… Если у жены слабое здоровье, а в доме заправляет компаньонка или гувернантка – какая-нибудь юная красавица… Селия, обещай мне, что ты будешь внимательно выбирать гувернантку для Джуди.
Селия рассмеялась и поцеловала маму:
– У меня в доме не будет никаких красивых крупных девушек. Только тощие старые девы в пенсне.
Мириам умерла, когда Джуди было восемь лет. Селия в это время находилась за границей. На Пасху Дермот получил десятидневный отпуск и хотел поехать с Селией в Италию. Она неохотно покидала Англию: врач предупредил ее, что здоровье мамы может резко ухудшиться. Селия приезжала раз в неделю. Остальное время за Мириам присматривала приятельница.
Мириам и слышать не хотела о том, что Селия отпустит Дермота одного. Чтобы дочь не беспокоилась, она приехала в Лондон к кузине Лотти, куда чуть раньше перебрались Джуди с гувернанткой.
В Комо Селию настигла тревожная телеграмма, рекомендующая ей вернуться. Первым поездом она отправилась обратно. Дермот хотел ехать с ней, но она убедила его продолжать отпуск в Италии: Дермот нуждался в отдыхе и перемене обстановки.
Поезд проезжал Францию. Сидя в вагоне-ресторане, Селия внезапно ощутила внутри странную холодную безысходность и поняла: «Ее больше нет. Она умерла».
В Лондоне Селия узнала, что мама умерла примерно в это время.