Люди бросились в укрытия, спасаясь от машины, которая вдруг стала опасной. Боб со стоном нажал на кнопку и заглушил мотор Супермобиля.

– Значит... ты не снесёшь ему стенку? – разочарованно спросил Дэш.

Боб плюхнулся на диван рядом с Джек-Джеком.

АПЧХИ! Джек-Джек чихнул и вдруг взвился вверх по лестнице, выпустив из носа и изо рта струю дыма. Он как привидение пролетел сквозь стену, оставив на ней огненный след.

– А-А-А! – закричала в своей комнате Фиалка.

Джек-Джек снова чихнул, и Фиалка вбежала в гостиную.

– Что это?! – завопила она.

Джек-Джек улыбнулся – и вновь превратился в нормального ребёнка.

– У Джек-Джека есть... суперспособности?! – не мог поверить своим глазам Дэш.

– Э... да... но... – запинаясь, начал Боб.

– Ты про это знал? – спросила Фиалка. С ума сойти – папа им не сказал! – А мама в курсе?

Боб посадил Джек-Джека в манеж и нервно ответил:

– Да... но... НЕТ. Ваша мама не знает... я не хотел... потому что сейчас не время... потому что...

– Почему? – удивлённо спросила Фиалка. – Почему ты не сказал маме?

Дэш, до которого наконец дошло, крикнул:

– Мы же твои дети! Мы должны знать такие вещи! Ведь ТЫ же просишь EIAC всё рассказывать тебе, правда? – И негромко добавил: – Перестань, папа. Не трусь.

Фиалка по-прежнему хотела, чтобы отец ответил на её вопрос: почему он не сказал маме? Почему?

– ПОТОМУ ЧТО Я ЕЩЁ НЕ ПОДОБРАЛ СЛОВА, ПОНЯТНО? – крикнул Боб.

Фиалка и Дэш подпрыгнули. А Боб буквально взорвался. Наконец он дал волю чувствам.

– Я ОБО ВСЁМ ДУМАЮ! ВНИКАЮ! РЕШАЮ ЗАДАЧКИ ПО МАТЕМАТИКЕ! МИРЮ ДОЧЬ С ЕЁ ПАРНЕМ И НЕ ПОЗВОЛЯЮ МЛАДЕНЦУ ПРЕВРАТИТЬСЯ В ОГНЕННОГО МОНСТРА! КАК Я ЭТО ДЕЛАЮ? Я ПРОЯВЛЯЮ НЕОБЫКНОВЕННУЮ ГИБКОСТЬ! ПОЖИРАЮ МОЛНИИ! ЯСНО? ПОТОМУ ЧТО Я МИСТЕР ИСКЛЮЧИТЕЛЬНЫЙ! НЕ МИСТЕР КАК-ЕГО-ТАМ! НЕ МИСТЕР ЗАУРЯДНЫЙ ЧЕЛОВЕК! МИСТЕР ИСКЛЮЧИТЕЛЬНЫЙ!!!

Ненадолго настала тишина. Фиалка и Дэш молчали, чтобы убедиться, что папа закончил. Потом дети переглянулись, и Фиалка сказала:

– Я позвоню Люциусу.

– НЕТ, – возразил Боб. – Я справлюсь. Я ни за что не...

Он взвизгнул, потому что Джек-Джек икнул и взорвался. Затем малыш чихнул, превратился в огненный шар и вылетел прямо через крышу!

Боб издал дикий крик и выбежал во двор. Он смотрел вверх, чтобы вовремя подхватить ребёнка. Наконец он прыгнул – и оба с плеском свалились в бассейн.

Дэш и Фиалка смотрели, как Боб вылезает из воды с Джек-Джеком на руках. Малыш снова сделался таким, как всегда. Он лопотал и хихикал.

– Я позвоню Люциусу, – решительно сказала Фиалка.

Глава 14

Люциус приехал быстро. Он стоял и вместе с Бобом наблюдал, как Джек- Джек играет в гостиной со своим плюшевым мишкой.

– По-моему, всё нормально, – сказал Люциус. – А когда это началось?

– Как только Хелен уехала, – ответил Боб.

– Она в курсе?

– Шутишь? Я не могу ей сказать. Только не сейчас, когда она занята подвигами!

Джек-Джек подошёл к телевизору, показал на экран и позвал:

– Мама! Мама!

Боб увидел на экране Эластику. Он переключил канал, и они с Люциусом продолжили разговор.

– Когда ты спал в последний раз? – поинтересовался Люциус.

– Какая разница? – спросил Боб слегка безумным тоном. – И потом, это всего лишь маленький ребёнок. Я всё улажу – я УЖЕ всё уладил...

– Значит... никаких проблем? – скептически уточнил Люциус. – Ты типа держишь руку на пульсе?

И вдруг Джек-Джек исчез!

Боб бросился на кухню и схватил коробку печенья.

– Хочешь печеньку? Ням-ням? Печеньки! – крикнул он.

Люциус испугался, увидев, что Джек- Джек пропал. Но Боб продолжал приманивать ребёнка печеньем. И Джек- Джек вдруг появился из ниоткуда.

Он взял печенье, проглотил его и потребовал ещё.

– Ого, – сказал Люциус. – Ничего себе. Значит, он слышит тебя из...

– ... из другого измерения. Да, – бесстрастно ответил Боб.

Люциус никогда ничего подобного не видел.

– Жуть. Совершенно не похоже на...

– Да, совершенно не похоже на других детей. Огромные способности. Полный хаос.

Джек-Джек потянулся за печеньем и произнёс:

– Ням-ням? Ням-ням?

– Ну... и как он? В порядке? – спросил Люциус.

Боб улыбнулся:

– Судя по всему, да... –- И вдруг помрачнел и взглянул на друга дикими глазами: – Но не могу же я непрерывно давать ему печенье!

По мере того как Джек-Джек продолжал выпрашивать лакомство, Боб всё больше нервничал.

– Но если я прекращу... – в подтверждение своих слов он закрыл коробку.

Джек-Джек начал злиться.

– НЯМ-НЯМ! – громко потребовал он.

А потом превратился в красное чудовище и принялся грызть руку Боба.

– КАКОЙ УЖАС! – в панике завопил Люциус.

– Нельзя! – крикнул Боб, пытаясь оторвать от себя чудовищного ребёнка. – Нельзя кусать папу! Фу!

Потом Люциус и Боб сидели на кушетке, глядя в никуда. Джек-Джек сидел между ними и что-то жевал. Как только еда закончилась, он посмотрел на свои пустые руки, затем на Люциуса, хмурясь и сердито лопоча. Люциус сделал гладкий комочек льда и подал малышу. Джек-Джек принялся радостно его мусолить.

– Кажется, мне просто надо немного побыть одному, – дрогнувшим голосом произнёс Боб. – И всё будет нормально.

– Тебе нужно не просто побыть одному, Боб, – сказал Люциус. – Ты должен кардинальным образом перестроить свою жизнь в целом ряде пунктов. Тебе нужно мыслить нестандартно.

* * *

Боб обдумал то, что сказал Люциус, и в тот же день вместе с Джек-Джеком сел в машину и вскоре подъехал к кованым железным воротам. На мониторе появилось лицо Эдны Мод.

– Гальбаки? – крикнула она, заполняя своим лицом весь экран. – Суперкостюм для Эластики делал Гальбаки? Ты ничего не хочешь мне объяснить?

Боб уставился на экран. Он был слишком измучен, чтобы говорить.

– Господи, всё ещё хуже, чем я думала, – сказала Эдна, неодобрительно щурясь.

– Это ребёнок, – сказал Боб. – Я привёз ребенка.

Он откинулся на спинку, демонстрируя Джек-Джека в детском креслице. Малыш издавал громкий визг.

– Хм... очень странно, – ответила Эдна.

Ворота открылись, и Боб въехал во двор.

Вскоре он уже шагал навстречу Эдне, неся на руках Джек-Джека.

– Ты ужасно выглядишь, Роберт, – заявила та, вводя его в свою огромную гостиную.

– Я не спал... я подвёл дочь... математика всё время меняется... – забормотал Боб. – Нам были нужны пальчиковые батарейки, а я купил большие, и нам по-прежнему нужны пальчиковые батарейки... и я положил красную футболку вместе с белым бельём, и теперь всё розовое... и у нас, кажется, закончились яйца.

Эдна покачала головой:

– Родительские обязанности – в своём роде подвиг, если всё делать правильно. Мне повезло, что меня это никогда не касалось. Но ты ведь приехал не из-за яиц и батареек, Роберт. Я создаю костюмы для супергероев... и Эластике, очевидно, нужен новый костюм?

Боб плюхнулся на стул и посадил ребёнка на пол.

– Вообще-то Джек-Джеку, – сказал он.

Джек-Джек заковылял к Эдне.

– Ты хочешь костюм для ребёнка? – уточнила она, пятясь. – Ну, вряд ли это так срочно...

– Это особый случай, – сказал Боб. – Достойный изучения. Если бы я мог оставить его у тебя хоть ненадолго...

– Оставить ребёнка?! ЗДЕСЬ?! – перебила Эдна.

Она посмотрела на Джек-Джека с раздражением. Тот ухватил её за край платья и сунул ткань в рот. Эдна поспешно выдернула подол:

– Я не нянька, Роберт! У меня нет никаких удобств для детей! Я художник! Я не погружаюсь в повседневную рутину.

Джек-Джек внимательно смотрел на Эдну. Вдруг нос у него надулся и стал таким же, как у неё. Эдна замолчала, внимательно наблюдая за его постепенным преображением. Черта за чертой, Джек-Джек начал превращаться в Эдну, вплоть до коротких чёрных волос.

– Потрясающе, – сказала Эдна. – Ты видишь, Роберт?

Она взглянула на Боба, который, казалось, спал с открытыми глазами, а затем вновь повернулась к Джек-Джеку. Тот чихнул и взлетел под самый потолок. Когда ребёнок устремился вниз, Эдна бросилась его ловить. Однако Джек-Джек опять чихнул, остановился в воздухе и обрёл свой прежний вид. Он завис над вытянутыми руками Эдны и хихикнул.

– О господи... ДА, – сказала Эдна.

Одной рукой она несла Джек-Джека, а другой отгоняла Боба.

– Конечно, ты можешь оставить ребёнка на ночь! – торопливо говорила она. – Не сомневаюсь, тебе нелегко заменять Хелен, и ты очень устал, и старшие дети скучают по тебе, вот и отправляйся к ним. Тётечка Эдна обо всём позаботится!

Она заворковала, обращаясь к Джек- Джеку, и нетерпеливо выпихнула Боба за дверь:

– Осторожней на дороге! До свиданья! Я всегда рада тебя видеть!

Боб стоял на крыльце, слегка сбитый с толку.

– Тётечка Эдна? – наконец повторил он.

Когда Боб вернулся домой без малыша, Фиалка внимательно посмотрела на отца.

– Где Джек-Джек? – спросила она.

– Эдна ненадолго взяла его к себе, – ответил Боб.

– Эдна сидит с ребёнком?! – недоверчиво переспросила Фиалка.

– Ну да.

– И ты не против? – уточнила Фиалка, решив, что чего-то не понимает.

Боб выглядел совсем измученным. Но он широко улыбнулся, подошёл к кушетке и рухнул на неё. – Нет, – ответил он, тяжело вздохнув. – Сам не знаю почему, но – нет. – Он сделал глубокий вдох. – Я хочу кое-что сказать тебе. – И уставился в стену. – Мне жаль, что так вышло с Тони. Я не подумал, что Дикер сотрёт ему память или что тебе придётся расплачиваться за решение, которое ты не принимала. Я знаю, что это нечестно. А в ресторане я только усугубил ситуацию, когда попытался... – Боб замолчал, поняв, что начинает бессвязно бормотать. Прежде чем продолжить, он вздохнул. – Короче, прости. Раньше я всегда знал, как правильно, но сейчас уже ни в чем не уверен. Я просто стараюсь быть хорошим отцом.

Фиалка улыбнулась.

– Ты не просто хороший, – сказала она и обвила Боба руками. – Ты – супер.

Боб захрапел, и Фиалка поняла, что он мгновенно заснул. Сидя.

Глава 15

Пентхаус в доме Деворов был роскошно украшен, и вечеринка шла полным ходом. Играла живая музыка; супергерои и обычные люди весело болтали, ели и пили. На огромных экранах, которые висели на стенах, в замедленном действии демонстрировалось видео со встроенных камер на суперкостюме Эластики – запись поимки Экранотирана. Целые толпы стояли вокруг Эластики, празднуя победу.

Уинстон Девор поднял бокал с шампанским и попросил внимания:

– Я хочу поблагодарить всех, кто пришёл сегодня, чтобы поддержать супергероев и вернуть их в общество.

Гости зааплодировали.

– Это произошло благодаря вам! Потребность в супергероях стала очевидной в последние дни, когда скверные актёришки вроде самозваного Скринслейвера начали угрожать нашей безопасности. Но продержался он недолго, а?

Он показал маску и капюшон Экранотирана, и толпа одобрительно взревела.

– Благодаря этой женщине... великому супергерою... Вы любите её, вы скучали по ней... С ВОЗВРАЩЕНИЕМ, ЭЛАСТИКА! Иди сюда, не стесняйся!

Гости зааплодировали, и Эластика смущённо подошла к микрофону. Уинстон обнял её и вручил ей капюшон и очки Экранотирана.

– Возьми себе. На память, – шепнул он.

– Спасибо вам, Уинстон, Эвелин и остальные сотрудники корпорации «ДевТех», – сказала Эластика. – Я навеки у вас в долгу. Спасибо всем. Ваша настойчивость переубедила некоторых очень важных людей!

Она вернула микрофон Уинстону, и он продолжил:

– Только что на всемирном саммите лидеры более чем сотни ведущих стран приняли решение вновь объявить деятельность супергероев законной!

Зал наполнился радостными возгласами.

– Мы приглашаем супергероев и лидеров мировых держав на наш корабль, чтобы в прямом эфире поставить подписи под соглашением – в открытом море!

Снова заиграла живая музыка. Праздник продолжался. Когда толпа супергероев подбежала с поздравлениями к Эластике, её взгляд упал на один из экранов, на котором по-прежнему крутилось видео. Она внимательно посмотрела на собственное лицо и вдруг поняла: здесь что-то не так.

Когда вечеринка стала приближаться к концу, Эластика незаметно ушла в аппаратную. Она начала отсматривать необработанную запись поимки Экранотирана, которую запечатлели встроенные камеры на Суперкостюме.

И тут появилась Эвелин с напитками в руках.

– У супергероев есть время для напитков? – поинтересовалась она, протягивая Эластике бокал.

– Я сейчас не на задании, – ответила та. – На костюм не обращай внимания. – Она взяла бокал и улыбнулась. – Знаешь, я решила немного отдохнуть от объятий и улыбок.

– Я тоже. Чтобы не портить красоту момента, – кивнула Эвелин.

– А ты от чего хочешь отдохнуть?

– Ну... от всяких дел. А в основном от своего брата.

– Но ты же его любишь. Вы с ним и есть «ДевТех». Как инь и ян.

– Да, я придумываю разные штуки, а он отлично умеет общаться – нравиться людям, увлекать их, давать им то, чего они хотят. Я обычно этого совсем не понимаю.

– А как тебе кажется, чего хотят люди? – спросила Эластика.

– Простоты. Качеству они всегда предпочтут лёгкость. Пусть фигня, зато так удобно.

Эластика задумалась над её словами, а потом сказала:

– Да. Наверное, и в моём случае как-то так.

Она объяснила, что у неё появилось странное ощущение.

– Победа над Экранотираном была слишком лёгкой.

– ЛЁГКОЙ? Ничего себе, – удивилась Эвелин.

Взгляд Эластики вновь упал на экран, и она кое-что заметила.

– Посмотри, – сказала она, указав на картинку. – Один из мониторов в комнате Экранотирана показывает то же, что и моя камера.

– Что?

Эвелин присмотрелась внимательнее. Эластика с помощью панели управления покачала картинку туда-сюда.

– Но ведь запись с моей камеры никуда не транслировалась, – сказала она.

– Да, – подтвердила Эвелин.

– Тогда как она оказалась у Экранотирана?