— А ты храпишь, святой отец, — дружелюбно сказал Роффери, когда они с началом новой яви сидели за завтраком.

Их взаимоотношения изменились, словно во время сна на них подействовала колдовская сила. Теперь они чувствовали себя не беглецами от опостылевшей жизни Кабин, а — первооткрывателями, которые противопоставили себя всему миру. Даже Роффери сделался почти послушным. И только с Вэнтеджем, казалось, не произошло никаких перемен. Привыкший к одиночеству, он, словно столб в центре беснующего потока, похоже, не обладал никакими способностями к изменениям. Вэнтеджа можно было сломить, только убив его.

— За эту явь мы должны уйти как можно дальше, — сказал Мараппер. — Следующая сон-явь будет, как всегда, темной, а путешествовать в такое время не стоит. Однако перед тем, как мы отправимся, я хотел бы обрисовать наши планы, а для этого мне придется рассказать вам кое-что о корабле.

Он, не переставая жевать, с улыбкой обвел глазами членов экспедиции.

— Итак, во-первых, тот факт, что мы находимся на корабле. Все с ним согласны?

Его настойчивый взгляд вынудил каждого что-то ответить. Фермор сказал: «Разумеется», Комплейн — «Нет», Вэнтедж нетерпеливо буркнул, а Роффери сделал неопределенное движение рукой.

Мараппер живо заинтересовался ответом Комплейна.

— Будет лучше, если ты все быстрее поймешь, Рой, — сказал он. — Сперва факты. Отнесись к этому очень серьезно, слушай меня внимательно, так как проявления воинствующей глупости могут вызвать мой гнев, а это плохо для тебя кончится.

Он принялся расхаживать среди поломанной мебели. Его голос звучал весомо и авторитетно.

— Запомни, Рой: не быть на корабле — прямая противоположность тому, чтобы быть на нем. Все мы хорошо знаем, что значит «быть на корабле», а потому считаем, что существует лишь корабль. Но есть еще множество мест, огромных и разных, которые кораблем не являются. Я это знаю из записей Гигантов. Корабль был построен ими для каких-то, лишь им ведомых, целей. Пока эти цели от нас скрыты.

— Все это мы уже слышали в Кабинах, — невесело заметил Комплейн. — Допустим, Мараппер, все так, как ты говоришь. Что дальше? Корабль или мир, какая разница?

— Ты этого не понимаешь. Вот смотри, — говоря это, священник нагнулся, сорвал несколько водорослей и принялся размахивать ими перед лицом Комплейна. — Это нечто естественное, это то, что выросло само.

Он вошел в ванную комнату и пнул фарфоровый умывальник так, что тот зазвенел.

— А вот это было изготовлено руками людей. Понимаешь? Корабль — искусственное сооружение, мир же — естественное сооружение. Мы — естественные существа, и настоящий наш дом — это не корабль, построенный Гигантами.

— Но если даже это так… — начал Комплейн.

— Именно так. Все — именно так. Доказательства тому повсюду: коридоры, множество вещей — все это искусственное, но мы настолько привыкли к этому, что не замечаем того.

— То, что он чего-то не замечает, — не беда, — вставил Фермор. — Это малосущественно.

— Я это вижу, — возразил Комплейн. — Просто я не могу этого объяснить.

— Ладно, сиди тихо, обдумывай это, а мы пойдем дальше, — сказал Мараппер. — Я прочитал много книг и кое-что знаю. Гиганты построили этот корабль с какой-то конкретной целью. В дороге цель была утрачена, а сами Гиганты вымерли. Остался только корабль… — Он перестал ходить и прислонился к стене, а когда продолжил свои объяснения, то говорил словно сам себе: — Остался только корабль. Только корабль — и в нем, как в ловушке, все племена людские. Наверно, произошла какая-то катастрофа, что-то страшное, и мы оказались предоставлены собственной судьбе. Это проклятие, обрушившееся на нас за какой-то ужасный грех, совершенный нашими предками.

— Вся эта болтовня гроша ломаного не стоит, — раздраженно вмешался Вэнтедж. — Попробуй, наконец, забыть, что ты священник, Мараппер. Все это не имеет никакого отношения к нашей дальнейшей судьбе.

— Имеет, и огромное, — возразил Мараппер, с печальным лицом сунув руки в карманы и тотчас же вытащив одну, чтобы поковыряться в зубах. — Меня интересует в основном теологический аспект этого дела. И еще, конечно, — откуда и куда направляется корабль? То, куда он направляется, даже более важно, чем сам корабль, поскольку туда же направляемся и мы. Во всем этом нет никакой тайны, разве что для отдельных придурков. Тайна же заключается в том, что мы находимся в полном неведении относительно того места, где мы находимся. Что, собственно, творится за нашими спинами?

— Что-то где-то сломалось, — невпопад предположил Вэнтедж. — Я всегда говорил: где-то что-то не вышло.

— Не смей говорить таких вещей в моем присутствии, — перебил его презрительным голосом священник. Он подумал, а не ослабит ли его авторитет всеобщее согласие с его взглядами.

— Заговор? Пилот или капитан этого корабля где-то спрятались, и мы несемся вдаль под их руководством, не сознавая даже, что путешествуем, не зная цели путешествия? Сумасшедший, который прячется ото всех? Наказание за грехи наших праотцов?

Комплейну все казалось поразительным и неправдоподобным, чуть ли не более неправдоподобным, чем сама мысль о том, что они находятся на движущемся корабле. Но принятие одной идеи вело за собой принятие и другой, поэтому он сохранял молчание. Присматриваясь к остальным, он не замечал, чтобы они с энтузиазмом соглашались со священником. Фермер иронически улыбался, лицо Вэнтеджа выражало привычное неудовольствие, а Роффери нетерпеливо теребил усы.

— Мой план следующий, — изрек Мараппер. — К сожалению, для осуществления его требуется ваша помощь. Мы должны отыскать этого капитана или кого там еще, должны выследить его в том месте, где он прячется. Наверняка у него надежное убежище, но никакие, даже наилучшим образом запертые двери не спасут его от нас. Как только мы найдем его, он будет немедленно убит, а мы захватим власть на корабле.

— А что мы будем делать с кораблем, когда его захватим? — поинтересовался Фермор, явно рассчитывая на то, чтобы пригасить чрезмерный энтузиазм Мараппера.

Священник не растерялся.

— Если есть цель у тех, кто ведет корабль сейчас, то она будет и у нас, — сказал он.

— А где нам следует искать этого капитана? — захотел узнать Роффери.

В ответ священник расстегнул плащ, залез под сутану и небрежно помахал книгой, которую Комплейн уже видел раньше. Мараппер показал им название книги, но это не произвело никакого впечатления, так как никто, за исключением Роффери, не умел бегло читать — они могли разве что прочитать отдельные слоги, но не умели складывать из них слова.

Убрав книгу, Мараппер милостиво пояснил, что называется она так: «Схема электрическая коммуникаций звездного корабля». Пояснил также, и это был еще один повод похвастаться, каким образом эта книга попала в его распоряжение. Она лежала на том же складе, на котором стражники отыскали краски, и была брошена в кучу предметов, ожидающих инспекции Совета. Мараппер заметил ее и незаметно сунул себе в карман. Но его на этом поймал один из стражников. Его молчание можно было купить лишь обещанием, что он отправится с Мараппером и разделит с ним власть.

— Это и был тот стражник, которого пришлось убрать Меллеру у дверей моей каюты? — спросил Комплейн.

— Тот самый, — ответил Мараппер, автоматически выполняя жест сожаления. — Он решил, что ему будет больше выгоды, если он сообщит о моих намерениях Циллаку.

— Кто знает, может быть, он был и прав, — едко заметил Роффери.

Игнорируя это высказывание, Мараппер вытащил книгу вновь и развернул чертеж, придавив его рукой.

— Вот так выглядит ключ ко всему нашему делу, — заявил он с глубоким убеждением. — Это план корабля.

Однако ему пришлось тут же прервать начатый монолог, так как по глазам своих компаньонов он увидел, что понятие плана было им совершенно не известно. На этот раз Комплейн возымел преимущество перед Вэнтеджем, так как он быстрее всех сообразил, для чего нужен план, а главное, понял, на чем основано двухмерное изображение трехмерного объекта, да к тому же такого, как их корабль. Вэнтедж оказался непонятливее всех — в конце концов решили, что он должен согласиться с фактом, которого не понимает, — точно так же, как Комплейн накануне «принял» существование корабля, хотя не видел для этого никаких разумных обоснований.

— До сих пор никто не располагал такими планами корабля, — говорил Мараппер. — Это счастье, что он попал мне в руки. Озберт Бергасс знал очень много о строении корабля, но теперь я вижу, что он знал мало — отдельные сведения о Кормовой Лестнице и о Джунглях.

Корабль на плане напоминал яйцо — был более широк в средней части и тупо закруглялся на концах. В нем было восемьдесят четыре отсека, каждый из которых напоминал монету. Большая часть отсеков состояла из нескольких этажей: верхнего, среднего, нижнего. В них находились коридоры, которые соединялись между собой лифтами и лестницами. Вдоль коридоров были помещения — порой небольшие, а порой такие огромные, что занимали почти весь этаж. Все отсеки соединялись коридором, идущим вдоль продольной оси корабля, — его условились называть Главным Коридором. Еще существовали отдельные переходы между коридорами разных отсеков и этажей.

В одном конце корабля был отсек с четкой надписью: «Машинное отделение», в другом — «Рулевое отделение». В это место Мараппер и ткнул пальцем.

— Вот где мы должны найти капитана, — изрек он. — Тот, кто находится там, управляет нашим миром. Туда мы и направимся.

— Благодаря тому, что у нас есть план, это будет не очень сложной задачей, — сказал, потирая руки, Роффери. — Нам лишь надо все время идти по главному коридору. Все-таки слушать тебя, Мараппер, не так уж и глупо. Ладно, ладно, не сердись, скажу прямо, ты достоин быть руководителем!

— Не так просто будет добраться до нашей цели, — возразил Комплейн. — Ты все яви провел, удобно живя в Кабинах, и совершенно не знаешь условий, царящих за их пределами. Главный Коридор хорошо известен охотникам, но в отличие от других коридоров он никуда не ведет.

— Хотя ты и формулируешь свои взгляды довольно наивно, Рой, тут ты отчасти прав, — согласился Мараппер. — В книге я нашел объяснение этому. Так вот, вдоль всего Главного Коридора размещены аварийные двери. Каждая секция построена таким образом, что в случае опасности становится автономной. — Он принялся перелистывать страницы. — Даже я не понимаю всего, но похоже, что на корабле произошла какая-то авария или катастрофа, и с тех пор двери Главного Коридора закрыты.

— Вот потому, пробираясь сквозь заросли водорослей, так трудно иногда пройти, — добавил Фермор. — Теперь я понял. Мы просто крутимся по кругу. Надо отыскать вот эти дополнительные соединения, которые, скорее всего, остались открытыми, и использовать их. А это значит, что нам придется петлять и возвращаться, а не идти напрямик.

— Вижу, ты неплохо начал разбираться, — коротко сказал священник. — Благодарю. А поскольку, как я вижу, вы все дьявольски мудры, мы можем без дальнейших разглагольствований отправиться в путь. Бери-ка себе на спину, Фермор, вон тот тюк и иди первым.

Они послушно поднялись — за дверьми их ожидало негостеприимное море джунглей.

— Но чтобы добраться до рулевого отделения, нам придется пробираться через территорию Носарей, — сказал Комплейн.

— Испугался? — ехидно спросил Вэнтедж.

— Да, Дырявая Губа, испугался.

Вэнтедж зло повернулся, но сдержался и ничем не ответил на ненавистное прозвище.

Они молча пробирались сквозь заросли, их продвижение было медленным и утомительным. Охотник-одиночка обычно пробирается сквозь гущу растений, разводя их и держась по возможности ближе к стенам. Теперь они не могли прибегнуть к этому, так как стебли отклонялись и били сзади идущих. Этого можно было бы избежать, увеличив дистанцию, но они старались держаться поближе один к другому. Им мешало еще одно: ближе к стенам слой покрытых хитиновой оболочкой семян был наиболее толстым — он покрывал пол сплошным ковром, и каждый шаг сопровождался громким треском.

Натренированный глаз Комплейна отметил немаловажный факт: такое множество семян говорило об отсутствии в этих местах диких свиней, а потому и охотников.

Тучи мух без перерыва гудели возле ушей путников. Идущий впереди Роффери вырубал водоросли. Каждый раз, когда он взмахивал секирой, он заодно отгонял мух, при этом казалось, что он вот-вот отсечет себе голову.

Первое дополнительное соединение между секциями, до которого они дошли, было обнаружено довольно легко. Оно находилось в коротеньком боковом коридоре и состояло из двух металлических дверей, слегка приоткрытых. Все пространство и перед и за дверью густо заросло. На одной двери виднелась надпись: «Отсек 60», на другой — «Отсек 61». Мараппер довольно хмыкнул. Комплейн во время охоты не раз наталкивался на такие же двери, видел аналогичные надписи на них, но тогда они ничего не значили для него. Сейчас он пытался до чего-то додуматься с учетом своего предыдущего опыта, но никаких цельных мыслей получить не мог — он чувствовал, насколько он примитивен по сравнению с теми, кто сооружал этот корабль, — он начинал проникаться мыслью об искусственном происхождении мира.

В отсеке 60 они повстречали других людей.

Первым по-прежнему шел Фермор, со стоическим упорством расчищая дорогу, когда неожиданно показалась приоткрытая дверь. Такие двери означали опасность, племя Грина обычно обходило их, отгораживаясь от них баррикадами. В помещении за этой дверью они повстречали старуху.

Она лежала нагишом на полу, и рядом с ней спала привязанная веревкой овца. Женщина лежала к ним боком, в результате они хорошо могли рассмотреть ее ухо. Из-за какого-то странного заболевания оно разрослось, словно огромная губка, закрывая собой значительную часть головы. Ухо было великолепного розового цвета и резко контрастировало с бледным лицом.

Женщина медленно повернула голову и уставилась на них осоловелым взглядом. И тут же, даже не изменив выражения лица, она принялась глухо выть. Комплейн заметил, что другое ухо у нее совершенно нормальное.

Проснулась овца. Она отбежала на длину веревки и, громко блея, рвалась с привязи.

Прежде чем члены экспедиции успели удалиться, откуда-то выскочили двое мужчин. Они остановились и со страхом уставились на путешественников. Очевидно, их привлек вой старухи, а то вряд ли бы они рискнули высунуться из своего угла.

— Эти нам ничего не сделают, — облегченно сказал Фермор.

Это было очевидным. Перед ними были глубокие старики — один по своему виду уже вплотную приблизился к Долгому Путешествию, другой был очень худ и лишен руки.

— Мы должны их уничтожить, — заявил Вэнтедж. — Они нас выдадут, и мы погибнем ни за что.

Услышав его слова, женщина сразу перестала выть.

— Пространства для вашего «я», — сказала она. — Заразы для ваших глаз, попробуйте только нас тронуть, и проклятье, висящее на нашем племени, обрушится на ваши головы.

— Пространства для твоего уха, дамочка, — невесело ответил Мараппер. — Пошли, герои, здесь нет смысла задерживаться. Поскорее, а то крики этой идиотки привлекут кого-нибудь покрепче, чем эти трухлявые пни.

Они свернули в заросли. Обитатели комнаты в неподвижности следили за ними. Это были, скорее всего, остатки какого-то вымирающего племени, а может быть, и беглецы, доживающие дни вдали от своих.

С этого момента путники все чаще находили следы отшельников. Нередко заросли были вытоптаны, что, конечно, облегчало путь, но вызывало тревогу. Однако нападений пока не было.

Следующее дополнительное соединение между отсеками оказалось закрытым. Стальные двери, идеально пригнанные к косяку, несмотря на совместные усилия, не удалось даже стронуть с места.

— Должен же существовать какой-то способ открыть их, — со злостью произнес Роффери.

— Скажи попу, пусть пороется в своих чертовых книжках, — посоветовал Вэнтедж. — А что касается меня, то я сажусь и приступаю к обеду.

Мараппер хотел сразу же идти отыскивать другой путь, но остальные поддержали Вэнтеджа.

— А что произойдет, если мы окажемся в секции, все двери которой будут закрыты, так же, как и эти? — поинтересовался Комплейн.

— Это исключено, — важно заявил Мараппер и ухмыльнулся. — А как же мы попадем в такую секцию? Ну, то-то же! И в этом случае мы никогда бы не слышали о Носарях. Путь туда есть наверняка, и не один. Наше дело — не унывая, стремиться на очередные этажи.

В конце концов они отыскали место перехода в отсек 59, а потом сразу — в 58.

Приближалось время очередной сон-яви. Их охватила тревога.

— Вы заметили одну любопытную штуковину? — спросил Комплейн. Он сейчас вел группу, весь залитый потом и соком водорослей. — Изменились водоросли.

Это была правда. Стебли стали толще и мясистее, на растениях было меньше листьев, все чаще попадались незнакомые красивые цветы, будто сделанные из воска. Изменилась и почва. Раньше она была плотной, слежавшейся, а теперь — мягкой и значительно более влажной.

С продвижением вперед перемены становились все заметнее, и вскоре путники уже брели по болоту. Миновали заросли каких-то кустов с ярко-красными мясистыми плодами. Мараппер предположил, что это, наверное, помидоры, и тогда, мол, их можно есть. Но чаще никто не мог сказать что-либо определенное о тех или иных плодах. Знание того, является ли плод съедобным, было важным моментом путешествия — припасы когда-нибудь кончатся.

Наступила темнота, и Мараппер приказал сделать привал.

Они протиснулись в одно из боковых помещений, дверь которого была сломана. Комнату заполняли рулоны плотной материи со сложным узором. Рулоны были обернуты тонкой прозрачной пленкой. Луч фонаря Фермора высветил полчища моли. Моль кружилась, вылетала в коридор, и люди находились словно в центре какой-то мутной бури.

Прямо в лицо Комплейну направился рой этой белесой дряни. Комплейн непроизвольно отпрянул и на мгновение ощутил какое-то непонятное чувство, которое осознал чуть позже. Хотя моль и пролетела мимо, у Комплейна возникла иллюзия, будто туча насекомых на секунду заполонила его мозг. Внезапно это ощущение пропало.

— Здесь нам не заснуть, — недовольно пробурчал Комплейн, и все двинулись дальше.

Следующие открытые двери, которые удалось обнаружить, вели в помещение, идеально приспособленное для лагеря. Похоже, раньше здесь была какая-то мастерская. Обширная комната была заставлена верстаками и прочими предметами, предназначение которых было непонятно. Из крана сочилась тонкая струйка воды, стекала в раковину и по трубе уходила куда-то вниз.

Уставшие путешественники кое-как вымылись и перекусили запасами. Вскоре совсем стемнело. Это была настоящая темнота, которая наступала каждую четвертую сон-явь. Никто не вспомнил о молитве, включая священника. Как и все, Мараппер тоже устал. Пока они преодолели всего лишь три отсека, и от рулевого помещения — конечной цели экспедиции — их отделяло, видимо, немалое расстояние. Впервые Мараппер осознал, что даже несмотря на обладание планом, не может хотя бы приблизительно оценить подлинные размеры корабля.

Драгоценные часы вручили Комплейну: когда большая стрелка опишет полный круг, он должен будет разбудить Фермера. Комплейн с завистью наблюдал, как остальные растянулись — кто на полу, кто на столе — и мгновенно погрузились в сон. Какое-то время он, как и положено, дежурил стоя, но потом усталость заставила его принять сидячее положение. Даже сейчас он пытался найти ответы на тысячи вопросов, старался отыскать логические связи между своими наблюдениями и словами Мараппера, и это утомило его еще больше. Комплейн сидел, облокотившись на стол, смотрел на закрытые двери. Сквозь круглое матовое окошко был виден свет из коридора. Но круг делался все больше и больше, раскачивался, расплывался…

Комплейн проснулся внезапно. Дверь была открыта, в коридоре что-то происходило. Он прислушался и понял, что это, как и прежде, в ускоренном темпе умирают растения. Но в комнате не было Эрна Роффери.

Комплейн встал, взял наизготовку парализатор. Прислушиваясь, подошел к двери. Маловероятно, чтобы Роффери похитили — не обошлось бы без возни, которая разбудила бы всех. Значит, Роффери ушел сам. Но зачем? Может, его привлек этот шум?

Комплейн услышал звук, напоминавший бульканье воды. Звук становился все сильнее. Комплейн взглянул на спящих и тихо вышел из комнаты.

В коридоре он включил фонарь и сразу обнаружил на грязном полу следы Роффери — они вели в сторону, противоположную той, откуда все пришли вчера. Комплейн осторожно двинулся в направлении отпечатков башмаков Роффери. Парализатор держал наготове, свет включал только в случаях крайней необходимости.

Он на секунду задержался на пересечении коридоров, а затем двинулся на звук текущей воды.

Водоросли исчезли, появился пол, на дюйм залитый водой. Комплейн пошел еще осторожнее, стараясь не вызывать всплесков: Это было нечто новое…

Впереди показался свет. Когда Комплейн приблизился, то оказалось, что свет исходит из какого-то помещения, отделенного от коридора застекленными дверями. Комплейн остановился, читая по слогам надпись: «Плавательный бассейн». Он повторил это выражение, совершенно не понимая его смысла. В дверном проеме виднелась пологая лестница, ведущая к ряду колонн, за одной из которых стоял человек.

Комплейн немедленно отпрянул. Потом, решив, что его не заметили, выглянул снова. Человек стоял к нему спиной и был похож на Роффери. Комплейн осторожно приоткрыл дверь, и поток воды залил его ноги еще выше.

— Роффери! — позвал он, на всякий случай направив парализатор на человека.

Имя, произнесенное негромким, голосом, но многократно усиленное резонансом, прозвучало подобно грому. Эхо повторило его несколько раз и пропало, оставив в ушах звенящую тишину.

— Кто там? — шепотом спросил человек.

Несмотря на испуг, Комплейн все же смог произнести свое имя, и человек махнул рукой. Однако лишь после второго приглашения Комплейн рискнул приблизиться.

— Спал, болван! — сердито прошипел Роффери.

Комплейн виновато кивнул. Роффери молча вытянул руку, приглашая взглянуть…

Комплейн никогда не видел раньше такого гигантского помещения. Огромное пространство, освещенное множеством светильников, тянулось будто в бесконечность и исчезало вдали. Пол был залит водой, и глубина, кажется, была довольно большой. Вода блестела, переливалась под светом ламп. Из стены выступали помосты, вдоль одного из них шел длинный ряд дверей.

— Какая красота! — прошептал Роффери. — Скажи, разве здесь не прекрасно?

Комплейн подозрительно покосился. В племени Грина слово «прекрасно» имело исключительно эротическое значение и употреблялось лишь по отношению к женщинам определенного поведения.

Однако приходилось признать, что раскинувшаяся перед ними картина была действительно необыкновенной. И подходящего слова для ее определения Комплейн подобрать не мог. Он вновь посмотрел на воду — такого и во сне не может привидеться. До сих пор вода была для них тоненькой струйкой из крана, фонтанчиком, бьющим из шланга… Что же означает такое количество воды?

— Я знаю, что это, — тихо произнес Роффери. — Я читал об этом в книжках, которые мне попадались, но считал это выдумками. — Он замолчал и, вздохнув, процитировал: — «Мертвые не встают, и даже самая длинная река впадает в море». Это море, Комплейн. Я читал о нем… Мне кажется, Мараппер был неправ, доказывая, что мы на корабле. Мы просто в подземном городе.

На Комплейна эти слова не произвели впечатления — он не придавал значения названиям, которые давались предметам и явлениям. Его продолжало удивлять другое: почему Роффери бросил свое теплое местечко и отправился в эту рискованную экспедицию? И только теперь он стал кое-что понимать: видимо, у них с Роффери были сходные причины — тоска по чему-то неопределенному и далекому, чего они не могли коснуться… Однако вместо того, чтобы ощутить большую, чем раньше, связь с Роффери, Комплейн решил держаться настороже: общие цели нередко ведут к чьей-то гибели.

— Зачем ты сюда пришел? — шепотом спросил Комплейн.

— Пока ты спал, я проснулся и услышал голоса в коридоре, — произнес Роффери. — Сквозь окошко в дверях я различил двух людей, проходящих мимо… Это были Гиганты!

— Гиганты? Но ведь их давно нет!

— А я говорю, что это были Гиганты! В них, по меньшей мере, семь футов роста. Я видел их головы, мелькнувшие за стеклом.

Роффери замолчал, и в его глазах не было вражды к чужим людям.

— И ты пошел за ними? — спросил Комплейн.

— Да, я последовал за ними. И пришел сюда.

Комплейн пытался что-нибудь рассмотреть в густой тени.

— Ты что — пытаешься запугать меня? — спросил он.

— Ты сам за мной увязался, я тебя не звал. Да и чего бояться Гигантов? Парализатор вырубит длинного мужика точно так же, как и коротышку.

— Давай-ка лучше уберемся отсюда, Роффери. Нечего нам здесь ловить. Да и, кроме того, я все-таки должен стоять на часах.

— А вот об этом тебе раньше надо было думать, — заявил Роффери. — Попозже приведем сюда Мараппера — посмотрим, что он на это скажет. Но, прежде чем уйти, я хочу глянуть одно место. Вон там, видишь? Гиганты куда-то туда прошли.

Он указал на невысокий каменный квадрат, выступающий из воды неподалеку от них. Что-то вроде колодца. Над ним висел одинокий светильник, и выглядело все так, как будто Гиганты временно подвесили его, чтобы осветить место.

— Это люк и там есть крышка, — прошептал Роффери. — Гиганты прошли внутрь и закрыли ее за собой. Давай глянем.

Комплейну это все казалось безумством храбрых, но критиковать он не отважился и лишь заметил:

— Хорошо, только давай держаться в тени. Мало ли кого еще сюда принесет…

— Море здесь мелкое, по щиколотку, — сказал Роффери. — Так что не бойся промочить ноги.

Он казался необычайно возбужденным, как ребенок, и как ребенок не придавал никакого значения опасности. Тем не менее он подчинился предложению Комплейна и держался поближе к стенам. Они прошлепали один за другим по кромке моря и дошли до колодца.

Роффери подмигнул Комплейну и медленно приподнял крышку люка. В отверстии показался мягкий свет, в котором они разглядели металлическую лестницу, ведущую вниз. По стенам колодца было множество труб и проводов. А на дне копошились две фигуры, одетые в рабочие комбинезоны. Они, наверное, услышали какие-то звуки сверху, так как оба подняли головы и с изумлением уставились на Роффери и Комплейна. Вне сомнения, это были Гиганты — огромные, даже если смотреть на них с высоты, мощного сложения, с темнокожими лицами.

Роффери растерялся и с грохотом захлопнул крышку люка, повернулся и побежал. Комплейн поспешил за ним. Вдруг Роффери исчез под водой. Комплейн остановился. Он увидел Роффери, выплывающего из-под воды. Тот вопил и беспорядочно размахивал руками. Подавшись вперед, насколько было возможно, Комплейн протянул руку. Однако Роффери, несмотря на все свои старания, не мог дотянуться и вновь ушел под воду. В отчаянном усилии он опять показался на поверхности, на этот раз ближе к Комплейну. Но не успел он ухватиться за Комплейна, как раздался стук откинутой крышки люка. Пожалуй, Роффери в этой ситуации чему-то научился, потому что без помощи Комплейна оказался рядом с ним. Оба схватились за парализаторы.

Роффери умудрился выстрелить в направлении колодца быстрее Комплейна. Но он не целился и промахнулся… Гигант прыгнул к ним, и Комплейн, потеряв равновесие на залитом водой полу, выронил свое оружие; в тот момент, когда он наклонился, чтобы поднять его из воды, Роффери выстрелил над его головой. Этот выстрел был более удачным — Гигант покачнулся и упал в воду. Комплейну даже не пришла в голову простая мысль, — об этом он подумал позже, — у Гиганта не было никакого оружия.

Но второй Гигант был вооружен. Видя, какая участь постигла его товарища, он не вылез из люка, а выстрелил из-за укрытия. Первый выстрел достался Роффери — прямо в лицо, и он без звука исчез под водой.

Комплейну пригодилась охотничья реакция — он немедленно пал наземь. Но и Гигант знал свое дело — второй выстрел настиг падающего Комплейна, и он почувствовал, как его с силой что-то ударило; в следующий момент Комплейн погрузился в воду.