Аладдин слышал, как вскрикнула Жасмин, ощутил ветер в волосах и на лице. Какое-то время он просто падал.

Пока волшебный ковер со свистом не подхватил его. Ноги опустились на узорчатую ткань. Уперев руки в бока, он стал подниматься все выше и выше, пока не оказался лицом к лицу с принцессой.

Глаза у нее были широко раскрыты, рука прижата к сердцу. Аладдин позволил себе насладиться осознанием того, что она волновалась из-за него, но тут девушка указала ему под ноги.

— Что это такое? — завороженно прошептала она.

— Волшебный ковер, — ответил Аладдин будничным тоном, будто такие штуки можно было увидеть каждый день.

В лунном свете с горящими от любопытства глазами и раскрасневшимися щеками принцесса была еще прекраснее. В это мгновение Аладдину больше всего хотелось открыть ей, кто он на самом деле, во всем признаться и надеяться, что она поймет, что все это он совершил ради нее. Но было пока что еще слишком рано. Джинну не нужно было ему это объяснять. Так что он просто протянул ей руку.

— Ты веришь мне? — Слова сорвались с губ раньше, чем он успел сообразить, что именно это он говорил ей тогда на рынке. Аладдин чуть не застонал.

— Что ты сказал? — переспросила Жасмин. Их взгляды встретились, она вопросительно смотрела на него. Ее рука поднималась к его ладони, пальцы уже почти касались…

Не дав принцессе шанса передумать, бывший бродяга сжал ее руку в своей и втянул ее на ковер. Они сели рядом. Воздух между ними едва не искрился от невысказанных слов и чувств, когда волшебный друг понес их прочь от дворца. Вскоре Аграба уменьшилась, превратившись в мозаику светящихся мерцающих огней. Ковер скользил то над облаками, то среди них. Сидя рядом с затаившей дыхание Жасмин, Аладдин испытывал чувство такой безграничной свободы, которое прежде было ему неведомо. Он даже представить не мог, о чем думает Жасмин. Она рассказывала, что ее жизнь определяет отец и установленные им правила. Интересно, когда она в последний раз делала что-то, чего ей самой хотелось?

Он уже собирался спросить, но остановился, заметив изумление на ее лице. Принцесса явно испытывала то же, что и он, будто видела этот мир в первый раз. Оторвавшись от созерцания ее красоты, Аладдин посмотрел на проносящиеся мимо облака, вообразив, что это мифические звери или корабли, плывущие по морям. Ковер нырнул к земле, и юноша увидел внизу бескрайнюю пустыню. С высоты, в свете мерцающих над головой звезд, она казалась красивейшим волшебным местом, а не иссушенной и однообразной пустошью, какой представлялась днем. Он взял Жасмин за руку и указал на табун диких лошадей, мчавшихся через дюны. Улыбка озарила ее лицо, когда молодой жеребенок запрокинул голову и удивленно заржал при виде людей в небе.

Когда они спустились еще ниже, Жасмин зажмурилась. Аладдин притянул девушку к себе.

— Не закрывай глаза, а то пропустишь самое интересное, — прошептал он. Жасмин кивнула, медленно и неохотно отстраняясь.

Пустыня осталась позади, теперь они летели над покрытыми снегом горами, потом над пышными джунглями, над широкими морями, где резвились дельфины, а затем снова взмывали в облака, погнавшись за стайкой птиц. Так прошел не один час, пока наконец восхитительные незнакомые ландшафты не сменились вновь песчаными дюнами и вдали не показались очертания Аграбы. Миновав крепостную стену, они проплыли над свадебной процессией, освещавшей все вокруг дюжинами свечей и фонарей.

— Из всех мест, что ты мне показал, — проговорила Жасмин, — это — самое красивое.

Аладдин не мог не согласиться.

— Иногда достаточно просто взглянуть с другого ракурса. — Он посмотрел вниз, где жених с невестой танцевали в свете свечей, неотрывно глядя друг на друга.

Проследив за его взглядом, Жасмин улыбнулась.

— Это все они, — махнула принцесса в сторону людей на свадьбе, — они делают Аграбу такой прекрасной. И эти люди заслуживают хорошего правителя. Не знаю почему, но мне кажется, что однажды я смогу им стать.

— Обязательно, — уверенно кивнул Аладдин. Он сам удивился смелости своего ответа. Так было с их самой первой встречи, ему было с ней легко и приятно, будто они очень давно знали друг друга. Он столько лет провел в одиночестве в компании одного лишь Абу, что уже забыл, каково это — видеть кого-то и, в свою очередь, чувствовать, что на тебя тоже кто-то смотрит. И вот теперь рядом с ним Жасмин. Он знает, что она испытывает, что, как и он, чувствует себя в жизни словно в ловушке. — У тебя все для этого есть: сила, ум, храбрость.

Жасмин вздохнула:

— Ты так считаешь?

— Разве мое мнение здесь имеет значение? — Он замолчал и улыбнулся ей, чувствуя, что настроение изменилось.

К его удивлению, Жасмин ответила не сразу. Помолчала и вдруг наклонилась поближе к нему. На миг Аладдин подумал, уж не поцелует ли она его, и сердце радостно забилось. Но девушка почти сразу отстранилась и бросила взгляд на распростертый внизу рынок.

— Посмотри на эту милую обезьянку, — сказала принцесса, показывая на что-то внизу. — Это Абу?

Не подумав, Аладдин покачал головой.

— Нет, Абу здесь быть не может… — юноша прикусил язык, но слишком поздно. Жасмин раскусила его.

— Я знала, что это ты! — воскликнула она.

* * *

Принцесса захлопала в ладоши, радуясь, что выяснила правду. С самой первой встречи с принцем Али она подозревала, что тут что-то не так. Да и потом, когда он так странно вел себя во время танца. И те слова, что он сказал тогда на балконе. Все кусочки головоломки сложились вместе.

— Кто же такой принц Али? — спросила она, с нетерпением ожидая ответов на новые вопросы, возникшие у нее в голове.

— Это я, — быстро ответил молодой человек. — Я просто люблю время от времени переодеться и побродить среди обычных людей, так можно изучить их, чтобы лучше управлять королевством.

Жасмин не поддалась. В тот раз она следовала за ним по городу, видела, как он петлял в переулках и крышах, будто проделывал все это десятки раз. Рынок был ему известен, как ей — дворцовые покои, он знал горожан так же, как она — Далию.

Дочь султана прищурилась.

— Откуда ты так хорошо знаешь улицы Аграбы? — Она ждала и наблюдала за выражением лица молодого человека, пытаясь уловить признаки того, что он ей лжет. Но его лицо оставалось непроницаемым.

— Я приехал за пару дней до праздника, чтобы получше изучить это место, узнать людей поближе. — Он лукаво глянул на девушку. — Кстати, когда я встретил тебя, и ты была одета совсем не как дочь султана.

Ее щеки зарделись. Тут он прав. Но это был единственный раз. А вот принц Али, судя по всему, проделывал подобное достаточно часто.

— Но… Почему же я не узнала тебя сразу? — Девушка обвела взглядом белые одежды принца. Как и ее собственный наряд, они были сшиты из дорогой ткани, на запястьях сверкали золотые браслеты. Когда она встретила его в облике Аладдина, нищий парнишка был покрыт уличной пылью, волосы спутались, а единственным дополнением к костюму была потрепанная коричневая сумка. Он ничем не отличался от остальных бездомных, мимо которых она проходила на рынке.

У Али и на это был готов ответ:

— Люди относятся к тебе предвзято, когда узнают, что ты королевских кровей, — ответил он.

Жасмин кивнула. Вполне логично. Али начинал казаться ей именно тем принцем, за которого она, возможно, смогла бы выйти замуж, если конечно, вообще когда-нибудь согласилась бы вступить в брак. Он заботился о своих подданных. Хотел знать, какова она, жизнь народа, а не просто сидел во дворце и предоставлял другим определять судьбы людей. Принцесса смущенно покачала головой.

— Мне немного стыдно, — призналась Жасмин. — Ты знаешь город лучше, чем я узнала за всю свою жизнь.

Девушка опустила глаза. Зачем ему видеть, как ей не хочется, чтобы эта ночь заканчивалась. Он и так показал ей больше, чем она могла ожидать. Заставил понять, что она способна испытывать подобные чувства к кому-то. Ощутив на себе его взгляд, Жасмин посмотрела на принца. Они долго просто молчали, не понимая толком, что между ними происходит.

— Пора вернуть тебя домой, — сказал наконец принц, разрушив очарование момента. — Почти наступило утро.

— Разве? — удивилась Жасмин.

Аладдин кивнул и указал на горизонт. Солнце поднималось над ним, освещая дворец, Девушка знала, что он прав. Она должна была вернуться в свои покои, прежде чем отец, а еще хуже того визирь проснутся и обнаружат ее отсутствие. Прочитав по лицу ее мысли, принц похлопал по ковру, и тот медленно двинулся в сторону балкона в покоях Жасмин. Когда они приблизились, принцесса мягко соскользнула на каменный пол, а принц остался на ковре.

— Увидимся позже, принцесса, — с надеждой произнес юноша.

Жасмин кивнула и улыбнулась. Она подняла руку, прощаясь, когда ковер начал опускаться за перила. Не в силах сдержаться и надеясь, что принц все еще смотрит вверх, девушка подбежала к краю и глянула вниз. Вдруг ковер резко взмыл вверх. Прежде чем принцесса успела сообразить, что происходит, она почувствовала губы принца на своих. Возглас удивления замер в горле, и она позволила себе раствориться в поцелуе.

А потом так же резко и без предупреждения ковер рванул прочь, разорвав их объятия.

Жасмин смотрела ему вслед, касаясь губ кончиками пальцев. Когда принц скрылся из виду, она подумала, что эта ночь была идеальной. Как и поцелуи.