На обратном пути к «Золотому вепрю» никто не проронил ни слова. Профессор Уэнстед шел возле мисс Марпл, и поскольку она не принадлежала к числу быстрых ходоков, оба чуть отстали от всех остальных.
— И что будет дальше? — спросила наконец мисс Марпл.
— В плане закона или с нами?
— И в том, и в другом плане, потому что одно неразрывно связано с другим.
— Предположительно, полиции придется продолжить расследование, опираясь на свидетельства, полученные от обоих молодых людей.
— Да.
— Продолжать расследование просто необходимо. Дознание не могло не оказаться отложенным. При таких показаниях трудно ждать, что коронер вынесет вердикт о случайной смерти.
— Что ж, я понимаю это, — проговорила она. — А что вы думаете об этих двух свидетельствах?
Профессор Уэнстед бросил на свою спутницу резкий взгляд из-под кустистых бровей.
— У вас уже возникли какие-то идеи, мисс Марпл? — В голосе его прозвучала настойчивая нотка. — Конечно, мы заранее знали, что они хотят сказать.
— Вы хотите знать, что я думаю о них самих и об их отношении к трагедии?
— Это было интересно, — проговорила мисс Марпл. — Очень интересно. Особенно пуловер в красно-черную клетку. И довольно важно, как по-вашему? Удивительная подробность.
— Да, именно так. — Профессор снова метнул в ее сторону очередной пронзительный взгляд из-под бровей. — И что же именно она говорит вам?
— На мой взгляд... — ответила мисс Марпл. — На мой взгляд, этот предмет становится важной уликой.
Они вошли в «Золотой вепрь». Было всего лишь половина первого, и миссис Сэндберн предложила туристам подкрепиться перед ленчем. После того как были выпиты шерри, томатный сок и прочие напитки, миссис Сэндберн приступила к объявлениям.
— Я посоветовалась с коронером и инспектором Дугласом, — сказала она, — и так как медицинское обследование было проведено в полном объеме, завтра, в одиннадцать утра, в церкви состоится погребальная служба. Я намереваюсь договориться об этом с местным викарием, мистером Кортни. И на следующий день будет уместно продолжить наш вояж. Программа его слегка сократилась, так как мы потеряли три дня, однако, на мой взгляд, их будет достаточно просто компенсировать. Несколько членов нашей группы сказали мне, что предпочли бы вернуться в Лондон, лучше всего поездом. Я вполне понимаю чувства, определившие такое решение, и мне не хотелось бы даже пытаться отговорить вас. Смерть эта стала для всех нас очень печальным событием. И я никак не могу избавиться от мысли, что кончина мисс Темпл все-таки стала результатом несчастного случая. Подобные события уже случались прежде на этой тропе, хотя данный случай не был вызван какими-либо геологическими или атмосферными условиями. Думаю, что расследование должно быть продолжено. Бесспорно, какой-нибудь проходивший по маршруту пеший турист, будь то он или она, мог, не имея злого умысла, столкнуть вниз этот камень, не подозревая, какой опасности этот поступок подвергает проходящих внизу. В таком случае, если этот человек сам признается в своем поступке, вопрос будет разрешен достаточно быстро; однако я, конечно, соглашусь с теми, кто скажет, что подобного в данной ситуации, скорее всего, ждать не стоит. Кажется маловероятным, чтобы у покойной мисс Темпл могли быть враги, способные пожелать ей зла и причинить его. Мне хотелось бы предложить всем на этом прекратить обсуждение инцидента. Расследование продолжат местные власти, чьей обязанностью это и является. Я думаю, что завтра все мы захотим посетить погребальную службу в церкви. И после этого, продолжая наш тур, надеюсь, что поездка позволит изгнать из вашей памяти пережитое потрясение. Нас по-прежнему ожидают крайне интересные и знаменитые дома, а также великолепные пейзажи.
Сразу после этого подали ленч, и тема, так сказать, была закрыта — во всяком случае, публично. После ленча, отдыхая за кофе в гостиной, группа разделилась на несколько более мелких, обсуждавших дальнейшие перспективы.
— Вы продолжаете поездку? — спросил профессор Уэнстед у мисс Марпл.
— Нет, — ответила она задумчивым тоном. — Нет. Я думаю... думаю, что случившееся требует того, чтобы я задержалась здесь подольше.
— В «Золотом вепре» или в «Старом особняке»?
— Это зависит от того, получу ли я новое приглашение вернуться в «Старый особняк». Сама я не хотела бы напрашиваться на него, поскольку первоначальное приглашение подразумевало только те две ночи, которые проводила здесь группа. Скорее всего, будет лучше, если я останусь в «Золотом вепре».
— А вы не хотите вернуться в Сент-Мэри-Мид?
— Пока еще нет, — ответила мисс Марпл. — Здесь, на мой взгляд, я еще могу кое-что сделать. И кое-что уже сделала.
Встретив его вопросительный взгляд, она пояснила:
— Если вы собираетесь продолжать поездку вместе с остальными членами группы, я скажу вам, что задумала, и попрошу разрешить некий возникший у меня вопрос, ответ на который может оказаться важным для нас. Другую причину, заставляющую меня остаться здесь, я сообщу вам потом. Мне необходимо провести некоторые расследования местного порядка. Они могут оказаться безрезультатными, и поэтому не стоит обсуждать их сейчас. А что думаете вы?
— Мне хотелось бы вернуться в Лондон. Там меня ждет работа. В том случае, конечно, если я не могу более быть полезным вам здесь...
— Нет, — сказала мисс Марпл, — пока это излишне. Конечно же, вас ждут самые разнообразные собственные дела.
— Я отправился в эту поездку, чтобы встретиться с вами, мисс Марпл.
— Теперь же, встретив меня, вы знаете все или практически все, что я знаю. И хотите заняться другими делами. Я вполне понимаю вас. Но прежде чем вы уедете отсюда, думаю, что у нас осталась парочка дел, которые, ну... могут оказаться полезными, могут дать результат.
— Понятно. У вас есть идеи.
— Я помню ваши слова.
— То есть вы хотите сказать, что уловили запах зла?
Мисс Марпл задумчивым тоном проговорила:
— Бывает трудно в точности понять, что именно означает та или иная неправда, повисшая в атмосфере.
— Значит, вы ощущаете, что в здешней атмосфере что-то не так?
— О да. И это весьма заметно.
— Особенно после смерти мисс Темпл, которая, конечно, не была случайной, вопреки всем надеждам миссис Сэнд-берн?
— Да, — согласилась мисс Марпл, — случайной она не была. Я, кажется, не говорила вам, что мисс Темпл сказала мне однажды, что считает себя находящейся в паломничестве.
— Интересно, — проговорил профессор. — Очень интересно. И она не сказала вам, в чем заключается это паломничество, куда она направляется или к кому?
— Нет, — сказала мисс Марпл, — но если бы она прожила подольше или если бы не была настолько слаба, могла бы сказать мне. К несчастью, смерть слишком поторопилась.
— Так, значит, у вас нет никаких идей на эту тему?
— Нет. Я всего лишь ощущаю уверенность в том, что ее паломничество было прервано чьим-то злым умыслом. Кто-то решил не допустить ее туда, куда она направлялась, или помешать ей встретиться с тем, с кем она хотела встретиться. Остается только надеяться на то, что случай или Провидение прольют свет на пока неизвестные нам обстоятельства.
— И поэтому вы остаетесь здесь?
— Не только поэтому, — ответила мисс Марпл. — Я хочу узнать кое-что о девушке по имени Нора Броуд.
— Нора Броуд? — несколько удивился профессор.
— Так звали другую девушку, пропавшую одновременно с Верити Хант. Помните, вы сами упоминали о ней. У ней-то было много приятелей, и, насколько я понимаю, она активно стремилась к обществу этих самых приятелей. Девица глупая, но тем не менее привлекательная для мужского пола. Мне кажется, — проговорила мисс Марпл, — что знакомство с некоторыми подробностями ее жизни поможет мне в ходе нашего расследования.
— Действуйте как знаете, инспектор уголовной полиции Марпл, — ответил профессор Уэнстед.
Служба состоялась следующим утром. На ней собрались все члены туристической группы. Мисс Марпл обежала взглядом церковь. Пришли также несколько местных жителей, в частности миссис Глинн и ее сестра Клотильда. Младшей, Антеи, не было. Пришла еще пара людей — из деревни, надо полагать, подумала мисс Марпл. Скорее всего, незнакомые с мисс Темпл, однако привлеченные отвратительным любопытством к тому, что называют «грязной игрой». Присутствовал также пожилой священник, широкоплечий старик, голову которого венчала благородная седая грива... в гетрах[18], весьма за семьдесят, подметила мисс Марпл. Двигаться ему было тяжеловато, он с трудом преклонял колена и вставал. Благородное лицо, заметила про себя мисс Марпл, пытаясь понять, кто это. Должно быть, старинный друг Элизабет Темпл, решила она наконец, прибывший на службу издалека.
Выходя из церкви, мисс Марпл обменялась несколькими словами со своими спутниками. И в результате в точности узнала, кто что намеревается предпринять. Батлеры возвращались в Лондон.
— Я сказала Генри, что просто не в состоянии ехать дальше, — проговорила миссис Батлер. — Знаете ли, мне все время кажется, что стоит нам обогнуть какой-нибудь там угол, и в нас кто-то выстрелит или бросит камень. Кто-то затаивший злобу на эту туристическую фирму.
— Будет тебе, Мамочка, — проговорил мистер Батлер, — нельзя позволять своему воображению настолько расходиться!
— Ну, в наши-то дни кто и что может сказать наверняка? То самолеты угоняют, то детей похищают...
Старые мисс Ламли и мисс Бентам решили продолжить маршрут, забыв про тревоги.
— Эта поездка обошлась нам в крупную сумму, и будет жаль отказываться от нее, пусть и из-за очень печального несчастного случая. Вчера вечером мы обзвонили почти всех наших соседей, они обещали присмотреть за нашими кошками, поэтому нам не о чем беспокоиться.
Итак, случившаяся трагедия для мисс Ламли и мисс Бентам так и осталась несчастным случаем. Они решили, что им будет легче воспринимать ее именно как случайность.
Миссис Ризли-Портер также решила продолжить поездку. Полковник Уокер со своей супругой твердо придерживались мнения, что ничто на свете не способно помешать им увидеть особенно редкостное собрание фуксий в саду, который им предстояло посетить послезавтра. Архитектора Джеймсона также подгоняло вперед желание увидеть разные особо интересные для него здания. Мистер Каспар, однако, решил отбыть восвояси по железной дороге. Мисс Кук и мисс Барроу пребывали в нерешительности.
— Здесь можно хорошо погулять, — проговорила мисс Кук. — Наверное, мы немного погостим в «Золотом вепре». Вы тоже намереваетесь остаться здесь, не правда ли, мисс Марпл?
— Я и впрямь подумываю об этом, — сказала та. — Пока я не чувствую в себе силы продолжать путешествие. Наверное, день-другой отдыха после трагедии помогут мне прийти в себя.
Крохотная компания рассеялась, и мисс Марпл последовала собственным неприметным путем. Она достала из своей сумочки вырванный из блокнота листок, на котором были записаны два адреса. Проживавшая по первому из них миссис Блэкетт обитала в опрятном маленьком домике с садом, расположенном в самом конце спускавшейся в долину дороги. Дверь перед мисс Марпл открыла невысокая опрятная женщина.
— Миссис Блэкетт?
— Да, да, мэм, так меня зовут.
— Не разрешите ли войти в дом и поговорить с вами несколько минут? Я только что со службы, и у меня чуть кружится голова. Не позволите ли присесть на пару минут?
— Боже мой, боже мой... О, простите. Входите, мэм, входите, прошу вас... Вот и хорошо. Садитесь сюда. Не хотите ли воды или, может, лучше согреть чайничек чаю?
— Нет, спасибо, — поблагодарила мисс Марпл, — стакана воды будет вполне достаточно.
Миссис Блэкетт возвратилась со стаканом воды, предвкушая перспективу приятного разговора о лекарствах, головокружении и тому подобных вещах.
— Знаете ли, у меня такой племянник. Он еще молодой, едва перевалил за пятьдесят, но время от времени на него вдруг набрасываются головокружения, и если ему не удается сесть сразу, то он неминуемо оказывается на полу. Ужасно все это, так ужасно... И доктора ничего не могут с этим поделать... Вот вам стакан воды.
— Ах, — проговорила мисс Марпл, пригубив, — теперь я чувствую себя много лучше.
— Были на заупокойной по бедной леди, которую кто-то пришил, как говорят некоторые, или с которой приключился несчастный случай, как говорят другие? Я бы сказала, что кому-то всегда не везет. Но эти доследования и коронеры... они всегда хотят обрядить случившееся под преступление, так вот.
— О да, — согласилась мисс Марпл. — Мне было очень неприятно услышать о том, что случалось здесь в прошлые времена. Мне много рассказывали о девушке по имени Нора. Нора Броуд как будто.
— А, о Норе, да. Ну, она была дочерью моей кузины. Да. Ну, это было давно, давным-давно. Ушло навсегда и назад не вернется. Эти девицы, кто их теперь помнит... А я часто говорила, говорила вот так Нэнси Броуд, то есть моей кузине, говорила же ей: «Ты вот пашешь весь день, — говорила, — а Нора что у тебя делает? Знаешь ведь, что она из тех, кто липнет к мальчишкам. Ну, — говорила, — жди беды...» И разве не так вышло? Конечно же, я оказалась права.
— То есть?
— Ах, все произошло как обычно. Да... обрюхатела. И знаете ли, кузина моя, Нэнси-то, тогда так ничего и не заподозрила. Но я-то, мне-то шестьдесят пять, и я знаю, что почем, и знаю, на что тогда похожа девчонка. И, наверное, знаю, кто ей сделал ребенка, хотя не уверена до конца. Могу ошибаться, потому что он остался жить у нас и валял дурака, когда Нора уже пропала.
— Она уехала отсюда, так?
— Ну да, отправилась на прогулку с кем-то там... с каким-то незнакомцем. Больше ее и не видали. Вот забыла, как его машину называли. Забавное такое имя. «Аудит»[19] или что-то вроде того. Так что ее раз или два видели в этой машине. В ней же она и уехала. Рассказывали, что в такой же машине катали ту бедную девушку, которая доездилась до того, что ее убили. Но я не думаю, что такое могло произойти с Норой. Если б ее убили, то тело уже нашли бы. Как вам кажется?
— Похоже на то, — согласилась мисс Марпл. — А что у нее было со школой, училась-то хорошо?
— Ах, что вы, нет. Она была лентяйкой и не слишком увлекалась книгами. Нет. С двенадцати лет интересовалась исключительно мальчиками. И, думаю, в конце концов сбежала из дома с кем-то из них. Однако вестей от нее с тех пор не было. Ни разу даже открытки домой не прислала. Уехала, наверное, с парнем, который наобещал ей тряпок... Сами знаете, как это бывает. Вот я знала еще одну девицу — но когда была молодой, — которая уехала с одним из этих африканцев. Он говорил ей, что папаша его — шейк. Странное слово, но он в точности был этим шейком. Это, значит, где-то в Африке или в Алжире. Да, точно, в Алжире. Словом, где-то там. И она надеялась получить уйму всяких замечательных вещей. У отца этого парня, она говорила, было шесть верблюдов и целое стадо лошадей, а еще она собиралась жить в удивительном доме с коврами на всех стенах... хотя зачем вешать на стены ковры? И она уехала. Вернулась назад через три года. Да. Ужасные были годы, по ее словам. Жуткие. Они жили в вылепленном из земли мерзком домишке... Да, таком вот. А есть было совсем нечего, кроме какого-то там кускуса, который я всегда считала латуком, хотя на самом деле это не так. Что-то вроде пудинга из манки. Ох, как это было ужасно... В конце концов он сказал, что она ему больше не нравится и он намеревается развестись с ней. Для этого ему нужно было только три раза произнести «я развожусь с тобой», и он произнес эти слова и ушел... Хорошо еще, что каким-то там образом в этой стране нашлось Общество, которое позаботилось о ней и оплатило ей проезд домой в Англию. Вот как оно вышло... Ах да, было все это то ли тридцать, то ли сорок лет назад. А вот с Норой все приключилось семь или восемь лет тому. Но я жду, что она вот-вот объявится, получив свой урок и обнаружив, что все эти приятные обещания не значат совсем ничего.
— А не могла ли она уехать к кому-то другому, кроме... матери, вашей кузины то есть? К кому-то кто...
— Ну, доброту к ней проявляли многие. Хозяйки из «Старого особняка», к примеру. Миссис Глинн тогда здесь не было, но мисс Клотильда, эта привечала девочку со школы. Да, она много чего хорошего дарила Норе. Однажды подарила ей красивую шаль и милое такое платьице. Очень миленькое, скажу я вам. Летнее платьице, из фулярового шелка. Ах, она всегда была добра к ней, мисс Клотильда то есть. Пыталась привить Норе больше интереса к школе. Много чего делала. Советовала ей вести себя по-другому, понимаете ли; не хотелось бы говорить этого, тем более что она — ребенок моей кузины, но понимаете, моя кузина замужем за другим моим кузеном, то есть было просто ужасно, как она липла к парням. Ее мог подцепить всякий. Печально это, вот что я говорю. Я бы сказала, что дело кончится панелью. Не верю, что у нее было другое будущее, кроме этого. Неприятно говорить такое, но ничего не попишешь. В любом случае, наверное, так все-таки лучше, чем чтобы тебя убили, как мисс Хант, которая жила в «Старом особняке». Жестокое было дело. Они подумали, что она с кем-то уехала, и полиция занялась делом. Задавали всякие вопросы и таскали к себе молодых парней, которые водились с девушкой, чтобы помогли им с расследованием, и все такое. Джеффри Грант у них побывал, Билли Томпсон и еще Гарри Лэнгфорде. Все безработные — хотя работы кругом косой коси, было бы желание. Когда я была молодая, все было не так. Девушки вели себя так, как надо. И парни знали, что надо работать, чтобы что-то иметь.
Мисс Марпл поговорила с миссис Блэкетт еще чуть-чуть, после чего сказала, что отдохнула, поблагодарила хозяйку и вышла из дома.
Следующий разговор ее состоялся с девушкой, рассаживавшей салат.
— Нора Броуд? О, ее в деревне уже давно никто не видел. Уехала с кем-то, наверное. Очень уж любила парней. Я всегда гадала, чем все это закончится. А вы хотели повидать ее по особой причине?
— Я получила письмо от приятельницы из-за границы, — не стала придерживаться правды мисс Марпл. — Хорошее такое семейство, и они думают нанять мисс Нору Броуд. Кажется, она попала там в беду. Вышла за какого-то негодяя, который бросил ее и ушел к другой женщине, и она искала себе такую работу. Чтобы приглядывать за детьми. Моей подруге ничего не известно о ней, однако я узнала, что она родом из этой деревни. Поэтому я хотела найти человека, который мог бы... ну, что-то рассказать мне о ней. Значит, вы вместе ходили в школу, как я понимаю?
— Ну да, мы учились в одном классе, так. Только знайте, я всех Нориных выкрутасов не одобряла. Она просто свихнулась на парнях, вот как. Ну, у меня-то самой был надежный приятель, с которым я все время ходила, и я ей сказала, что не выйдет ничего хорошего, если она будет гулять со всеми Томами, Гарри и Диками, которые предложат ей прокатиться на автомобиле или взять ее в паб, где она, скорее всего, врала о своем возрасте. Она была зрелой такой девушкой и казалась намного старше, чем на самом деле.
— Светлая или темная?
— Ну, у нее были темные волосы. Красивые такие. И всегда распущенные по плечам, как это заведено у девушек.
— А полиция беспокоилась, когда она пропала?
— Да. Видите ли, она даже слова за собой не оставила. Просто однажды вечером ушла из дома и не вернулась. Люди видели, как она садилась в машину, и больше ни этой машины, ни ее самой никто не видел. А в то время вокруг было много убийств, знаете ли. Ну, не то чтобы вокруг нашей деревни, но просто в наших краях. Полиция-то, она прочесывала молодых людей и парней. В то время мы уже и не сомневались в том, что ее больше нет в живых. Но это не так? Значит, с ней все в порядке... Я бы сказала, что, скорее всего, она зарабатывает себе на жизнь где-нибудь в Лондоне или другом большом городе стриптизом, если не хуже. Такая уж она была.
— Ну, если это та самая Нора, — проговорила мисс Марпл, — не думаю, что она подойдет моей подруге.
— Чтобы подойти приличным людям, ей следовало малость перемениться, — сказала девушка.