– Нет! – буквально взорвался от негодования Кл’рт. – Все зашло слишком далеко, и враг должен ответить за все!

Лицо скрулла исказилось гримасой ненависти.

– Подождите, военачальник Кл’рт, – произнес Гладиатор. – Мы однажды уже выиграли сражение по предложенному Капитаном плану. Давай выслушаем его до конца.

Благодарно кивнув, Стив Роджерс взглянул Кл’рту в глаза.

– Они пока не привели к Хале все свои корабли, – проговорил он. – Давайте отправимся туда первыми. До сих пор Строители отказывались с нами разговаривать, но если мы захватим небо над Халой, то они будут вынуждены это сделать.

– Что ты задумал, Стив? – спросила Капитан Марвел.

– Пора нам поболтать с Империей Зла.

Глава 22

ТАНОС

ИСПУГАВШИСЬ военного могущества Таноса, на Земле, не оказав сопротивления, сдались несколько стран. Этот выбор дался им непросто, однако другого выхода не было, все сильнейшие планетарные системы защиты, да и земное оружие, не сработали.

Ни одна из ракет не вышла из шахты запуска. Ядерное оружие так и осталось в подземных хранилищах или на авианосцах. Те, кто сразу склонился перед мощной армией, выжили.

А против других Танос развернул войну на уничтожение. Он мог бы ударить из энергетических орудий или направить ядерные ракеты против их создателей, однако предпочел путь более страшный, более кровавый. Отдав войска в подчинение трем оставшимся генералам, он направил их на поверхность планеты с ясным приказом: уничтожить десятую часть защитников земных государств. Захватчики с легкостью подавили сопротивление землян более мощным оружием и пошли вперед, оставляя позади сотни трупов. Улицы и площади городов обагрились кровью.

Танос страшно разозлился, узнав, что у Земли нет единого центра управления планетой, капитуляция которого заставила бы все страны и континенты склониться перед завоевателями. В конце концов, титан смирился с неизбежным – он победит всех... каждого в свой черед.

* * *

ПОКА ЗЕМНЫЕ ГОСУДАРСТВА сдавались на милость победителей или боролись до последнего солдата, Та- нос посетил Аттилан, куда прежде лишь посылал эмиссаров…

Граждане Аттилана попрятались, не забыв как следует запереть двери. Когда его шаттл приземлился, Та- нос в сопровождении свиты вышел на пустую посадочную площадку. Он направился вперед, следом за рассыпавшимися по полю разведчиками, спешно проверявшими окрестности – нет ли где засады?

Наконец титан подошел к тронному залу. Двустворчатые двери при его приближении распахнулись. Разведчик заглянул в зал и доложил:

– Там никого нет, господин. Только король нелюдей сидит на троне.

Танос не ответил и шагнул через порог.

– Что за игру ты затеял? – спросил он.

Черный Гром не ответил, лишь с презрением смотрел на незваных гостей. К Таносу приблизился другой разведчик, из группы, замыкавшей процессию титана.

– Мы все обыскали, господин, – произнес он. – Город Аттилан пуст. Жители были здесь совсем недавно, но покинули свои дома.

– Хм-м-м. – Танос оглядел зал и уставился горящими глазами в лицо единственного нелюдя. – И где же твое королевство, король-малыш? Что ты скрываешь? Или решил загадать мне загадку?

Танос направился к трону – простому стулу с высокой спинкой без вычурных резных украшений, стоявшему на возвышении у стены. Поднимаясь по ступеням, он слышал эхо собственных шагов, отдававшихся в пустом зале.

* * *

– ПРИШЛО ВРЕМЯ падения империй, – с необычной серьезностью говорил Максимус. – Торопитесь... Скоро все покатится в тартарары.

Глубоко в недрах Аттилана жители города нелюдей в относительном порядке небольшими группами входили в луч света, который зажег Элдрак – на вид скорее огромный механизм, нежели живой организм. Это был самый лучший способ путешествия между измерениями.

– И тебя? сестрица, я отправляю в неведомые дали, – сказал Максимус Медузе. – Король... сам так велел. – Он усмехнулся, произнося последнее слово.

– Куда направит нас Элдрак? – спросила королева.

Ее волосы развевались за спиной, будто плащ на ветру.

– Подальше отсюда, – ответил тот. – И всех в разные места. Ты, Медуза, отправишься туда, где тебе самое место. – Она сделала шаг вперед и вдруг оглянулась. – Когда доберешься до конечного пункта, уж задери голову, посмотри в небо, – добавил Максимус. – Тебе понравится.

По ее лицу скользнула тень.

Что это? Страх?

Максимус очень на это надеялся.

И королева исчезла.

Телепортатор огромного роста и напоминавший собаку остановился рядом с Максимусом и хрипло фыркнул.

– Вот именно, – согласно кивнул Максимус. – Все говорят, что мы живем в пору золотого века нашего народа, Локджа. Мне же все время хочется назвать эти времена иначе. – Ученый вошел в рабочее помещение, где находился его шедевр. – Я бы сказал, что настала последняя эпоха нелюдей. Только взгляни, сколько всего мы создали. – Максимус погладил шар управления, который выступал на панели аппарата. – Все эти механизмы... А ведь меня называют чокнутым строителем, ненормальным. Максимус Безумный, говорят они. На самом деле, – продолжал он, постепенно распаляясь, – я безумен лишь потому, что видел настоящее безумие собственными глазами.

И он зарядил аппарат.

* * *

– Я ДАЛ тебе выбор, – сказал Танос. – Либо страшные испытания, которых не выдержит весь твой народ, либо дань – головы некоторой части твоих подданных.

Титан развел руки, покачивая ими, будто чашами весов, которые никак не придут в равновесие. Черный Гром молчал, и Танос опустил руки.

– Тебе известно, что я ищу. И я не остановлюсь, пока голова этого ребенка не окажется в моих руках. Ты много задолжал мне, нелюдь. И я приму плату лишь кровью, целой рекой крови. – Он сделал еще несколько шагов и оказался у подножия трона, с которого на него безмолвно взирал король. – Мы оба знаем, что платить придется тебе, Черный Гром. Потому что только в этом случае твой народ останется в этом мире. – Титан обежал взглядом пустой зал. – Хотя... можешь со мной поторговаться. Отдай мне мальчишку. Просто верни мне его, и я не трону твои владения. Что скажешь, королек?

При последних словах Таноса Черный Гром встал и подошел вплотную к врагу.

Черный Гром набрал полную грудь воздуха.

И закричал:

– Нет!

Разрушительные звуковые волны невиданной силы ударили в Таноса, сумасшедшего титана, и он вскинул руки, будто пытаясь защититься от исполненного ярости возгласа.

Город Аттилан, простоявший на этом свете много столетий и хранивший следы долгой истории нелюдей, рассыпался на глазах. Здания рушились, сама поверхность под титаном на несколько секунд превратилась в жидкость, когда звуковые вибрации уничтожили основание дворца и превратили в бесполезные обломки анти-гравитационные моторы и генераторы полей, защищавших Аттилан от атаки с небес.

Танос почувствовал, что проваливается сквозь рассыпавшийся в прах камень и землю, и с силой рванулся на поверхность, отражая нападение рассвирепевшего короля.

Вся его свита погибла в мгновение ока.

Танос прежде сражался с богами. В бою его касались Геркулес, Тор и другие, но ни один из полученных ударов не сравнился бы по силе с волной гнева, запущенной единственным словом короля-нелюдя. Да, таким голосом можно разрушить цивилизации, уничтожить государства.

Титан на мгновение ослеп. Его глаза задрожали в глазницах, не в силах сфокусироваться. Он почти оглох. Давление воздуха, рожденное воплем Черного Грома, едва не разорвало его барабанные перепонки, в голове гудело и не было места для мыслей. Голоса он впрочем не потерял. Танос знал это, потому что корчился от боли, рожденной собственным криком. Однако за ужасающим грохотом разрушения он сам себя не слышал.

Он понимал, что его чувства живы – ощущал даже слишком много. Его тело сдавило со всех сторон, нервы вопили от нестерпимой боли, какой он не испытывал уже очень давно. Доспехи, которые были призваны защищать его тело, исчезли с первым звуком голоса Черного Грома

И все же Танос выжил.

Он не был слабаком.

Развалины Аттилана рухнули с неба, упав в воды нью-йоркской бухты, задев краем береговую линию. Все лодки и яхты исчезли под водой, придавленные тяжелыми обломками. Здания, на которые упал остров, были раздавлены, сама земля треснула, и многие жители Нью-Йорка погибли или пропали без вести.

Таноса, потерянного, будто пылинка у подножия величественной горы, отбросило далеко в сторону.

* * *

НЕЗАДОЛГО ДО ПАДЕНИЯ города с небес нелюди еще раз продемонстрировали захватчикам свое неповиновение. Максимус установил терригеновую бомбу так, чтобы взрыв произошел одновременно с единственным словом, сорвавшимся с уст короля. Звук голоса Черного Грома запустил энергетическую волну. Терригеновый туман пронесся над Нью-Йорком и окутал весь мир.

В некоторых местах изменения в атмосфере ощутили сразу, а в других – почувствовали чуть позже. Дар терригена активировался в каждом, у кого была хоть капля крови нелюдей, хоть намек на их генетический код.

Одни изменялись медленно, другие – мгновенно. Избежать превращений по собственной воле не мог никто.

* * *

ГОРОД ОРОЛЛАН затаился очень давно, и случилось это не просто так: его жители принадлежали к ветви нелюдей, называемой Лор, и однажды они спрятались от всего мира и не желали менять своего решения и возвращаться обратно.

Ороллан не был похож на Аттилан. Жители этого города не стремились к научным открытиям и не окружали себя необыкновенными машинами – здесь были камни, глина и кирпичи. Кое-где они использовали электричество, вода была чистой и сладкой, но прочих чудес науки почти не наблюдалось. Тут ценили простую жизнь без ненужных усложнений. Ороллане владели всеми необходимыми технологиями в различных областях, но использовали их только в самом крайнем случае. Например, для защиты города от пришельцев.

В Ороллане был только один Терригеновый кристалл.

Время от времени они сообщали о себе в Аттилан, отправляя в общую базу данных генетические профили и передавая сведения о нелюдях Орролана. Они давно заключили с Аттиланом договор: сведения о жителях в обмен на мир и спокойствие. И город, находившийся в Вечном Ущелье, скрытом среди гор и долин Гренландии, где никто и никогда его бы не обнаружил, оставили в покое.

Среди его жителей был юноша – целитель, лечивший и молодых, и старых. Имя его было Тейн.

Сын Таноса.

Он знал правду о своем происхождении и в ужасе отвергал родство с безумным титаном, надеясь, что никому не придет в голову искать их сходство. Мать привезла Тейна в самый отдаленный городок нелюдей, чтобы спрятать мальчика, и вырастила его, как смогла. Он во всем слушался мать, лечил больных и утешал тех, кому уже нельзя было помочь. Он всегда помнил, что даже самый незначительный поступок найдет отклик в сердцах. Тейн старался смотреть на мир с улыбкой, даже общаясь с умирающими – их горе было куда страшнее. Они покидали этот мир, часто оставляя любимых... навечно.

А еще он всеми способами уклонялся от воздействия терригенового тумана. Ведь если ученые говорили правду, и туман действительно раскрывал внутренние способности каждого, кто вдохнет терриген, то во что же превратится Тейн? Вдруг откроются задатки его отца? Станет ли он таким же монстром? Или превзойдет его?

Эти мысли преследовали Тейна почти с рождения и с новой силой охватили его, когда туман Терриген поплыл над Оролланом, вызывая превращения. Повсюду жителей окутывали тонкие прочные коконы, в которых начиналась трансформация. Тейн с ужасом наблюдал, что его тело извергает огонь, пожирающий тех, кто оказывался рядом. Огонь испепелил его кожу и плоть, превращая его в нечто новое.

Внутри он по-прежнему оставался Тейном. Лекарем.

А пламя все разгоралось.

* * *

РАЗВАЛИНЫ АТТИЛАНА смешались с руинами земных строений. Над бухтой и берегом курился дым армагеддона. То и дело вспыхивали пожары. Дым поднимался даже над водами залива, отовсюду слышались горестные крики.

Вдруг с яростным скрежетом металла о металл сдвинулась куча камней. Холм медленно поднялся, камни раскатились, открывая огромную израненную фигуру. Из порезов на теле сочилась кровь.

– Что произошло? – Танос поднялся на ноги у самого берега и огляделся. – Что он устроил?

Неподалеку раздался шум – кто-то выбирался из-под обломков. Титан медленно развернулся и пошел в ту сторону, а потом замер при виде темного силуэта.

Черный Гром был жив.

– Что, нелюдь, не ушел от нас? – прохрипел Та- нос. – Хорошо. Мы решим наш спор в поединке.

Черный Гром, не тратя времени на приветствия, снова закричал. Однако на этот раз ему не удалось застать Таноса врасплох. Титан вцепился в саму землю, пока обломки, металлические штыри и огромные валуны вихрем взлетели в воздух. А когда Черный Гром умолк, чтобы перевести дыхание, Танос размахнулся и ударил маленького короля кулаком в грудь.

– Где мальчишка? – крикнул он. – Где мой сын?

Титан был в ярости. Ведь он готов был дать нелюдям жизнь, а их король отверг такое щедрое предложение – нерадивого правителя следовало проучить! Громадными руками Танос схватил короля и поднял в воздух, с силой сжимая его руки. Черный Гром дернулся от боли – мышцы и кости плющились в мощном неумолимом захвате.

– Ты все мне расскажешь, – произнес Танос. – Где он? Говори!

Наверное, титан решил, что напугает короля своим инопланетным гневом, но просчитался.

Черный Гром закричал.

Прямо в лицо Таносу.

Сила звуковой волны была способна сокрушить города, разрушить горы. На этот раз король сосредоточил энергию звука, ударил прямо в Таноса. Кожа великана прилипла к костям, выжимая из плоти кровь.

Титан едва не взвыл от невыносимой боли, равной которой он не испытывал никогда в жизни, однако не отступил. Он сжимал противника стальной хваткой. В ушах нестерпимо звенело, мир померк. Одной рукой °н схватил короля за голову и произнес, хоть и не слыша собственного голоса: