– Да и ты, Алекс, тоже пойдешь с нами. Твоя сила нам может пригодиться.

– Воевать против своих?

Тогот замер, словно кто-то ударил его по лицу. У меня аж сердце зашлось. Я замер, а Тогот медленно повернулся в сторону вампира.

– Что-то я не понял? – протянул он таким голосом, что у меня мурашки по спине побежали.

– Колдуны наверняка находятся под защитой спецназа или какой-то из полицейских частей. Я не хотел бы участвовать в операции против своих, – уверенно объявил Алекс.

– А на корабле… – начал было Тогот, но Алекс перебил его.

– Тогда выбора не было.

– А теперь он есть? – удивился демон. – Теперь, солнышко мое, его тоже нет. НЕТ! С того момента, как ты впервые воспользовался дарованным тебе Искусством, ты оказался на другой стороне! Ты стал иным, посвященным, вампиром, мистическим существом, гением… можешь называть себя как угодно. И ты не можешь отступить. Ты стал иным. Вот он, – тут Тогот ткнул пальцем в грудь Иваныча, – может. Он – обычный человек, а ты, мое солнышко, не можешь. Потому как пути назад нет. Там, – он ткнул пальцем в стену нашего тайного убежища, – тебя ждет смерть, только смерть. И ты никогда ничего изменить не сможешь, потому что ты – нелюдь, вроде паука или скорпиона, которого любой непосвященный раздавит, не задумываясь, потому что отвращение к таким существам, как ты, у него в крови! – Тогот замолчал. Лицо, если, конечно, можно назвать лицом пупырчатую зеленую маску, стало почти черным. Давно я не видел его в такой ярости. На мгновение мне даже показалось, что вот-вот он обрушит на Алекса гнев небес. Какое-то время он молчал, а потом повернулся к Викториану: – Приведи в порядок мозги этого пижона, и чтобы через полчаса он был готов.

Глава 7. Три месяца назад

Спасите! Спасите! Хочу я, как прежде,

В нору – на диван из сухих камышей!..

Здесь плавают девочки в верхней одежде,

Которые очень не любят мышей.

В. Высоцкий, «Песня мыши»

Материализация в туалете – явление в духе Тогота. Раз, два, три. И мы с Иванычем появились в просторной кабинке по обе стороны унитаза, на котором восседал молодой человек в строгом костюме, точнее, в верхней его части.

Пока Иваныч с интересом разглядывал пораженного ступором незнакомца, я, недолго раздумывая, опустил приклад дробовика ему на затылок. Спи спокойно, дорогой друг.

– Злой ты человек, Артур, – прошелестел у меня в голове голос Тогота. – Разве так можно? Вместо того, чтобы поздороваться, познакомиться, поболтать по душам, помочь несчастному расслабить застарелый геморой, ты его хрясть по черепу. А быть может, это был твой единственный шанс обрести истинного друга.

– Твои слова похожи на бред больного бубонной чумой, – в тон Тоготу ответил я, а потом много серьезнее добавил. – И вообще, если еще раз я неожиданно материализуюсь в сортире…

– Но почему же неожиданно, – кокетливо продолжал Тогот. – Все ожидаемо и закономерно. А сортир… кабинки – единственное место, где нет веб-камер. Пока Алекс портит местную систему сигнализации, я бы на твоем месте пошарил по карманам твоего несостоявшегося друга. Там могут быть всякие пропуски, электронные ключи. Конечно, мы пройдем и так, но будем реалистами, мой юный друг: чем меньше шума, тем лучше.

– Лучше – это когда меньше бессмысленной болтовни, – я передал дробовик Иванычу и полез шарить по карманам. Вещей оказалось не так уж много. Толстый бумажник – в ещь полезная, пригодится, связка ключей – может, тут и было что-то полезное, но подбирать нужный ключ – дело долгое, заклятие в этом плане проще. С тяжелым вздохом – все-таки в глубине души мне было жалко парня – я, чуть наклонив вперед бесчувственное тело, спустил ключи в сортир, просунув их между задницей и стульчаком. Следующей находкой была пластиковая карточка-ключ – вещь полезная. За ней последовала пачка бумажных платков. Они повторили путь ключей, после чего я сорвал со стенки кабинки рулон туалетной бумаги и перекинул в пустую соседнюю кабинку. Такой милый мальчик в строгом костюме, даже если быстро придет в себя, в первую очередь побежит попу подтирать, а не тревогу поднимать.

– Можете выползать, – объявил невидимый Тогот. – Видеосистема этой организации временно не работает.

– И куда нам теперь? – поинтересовался Иваныч, возвращая мне дробовик.

– Прямо по коридору. Аудитория 53. Аморф там лекцию читает.

– Лекцию?

– Готовит себе смену. Учит бездельников от ФСБ.

– И ты предлагаешь?..

– Вломитесь, постреляете, и назад. Первый раз, что ли. Ваша цель – аморф. Остальные – мелкая рыбешка. Даже если кто-то из них выучил два-три заклинания, у них не хватит сил воплотить их в реальность. Они люди этого мира, а заклинания, которым их учат, предназначены для другого мира.

– Так они у нас работать не будут? – удивился Иваныч.

– Будут, – вздохнул Тогот, – но через жопу… Ладно, вперед давай, а то разболтались у меня тут. Шевели корявками!

Я осторожно приоткрыл дверцу кабинку. Как и планировалось, в туалете, кроме нас и нашего «спящего» друга, никого не было.

Мы с Иванычем осторожно пересекли холл сортира, и я, приоткрыв дверь, осторожно выглянул в коридор. Там тоже никого не оказалось. Вот и чудненько. Чем позже местные поднимут тревогу, тем меньше палить придется. Честно говоря, я был не в восторге о мысли, что опять воевать со своими придется. Хотя с другой стороны: какие они мне свои?

Прежде чем выйти на открытый простор коридора, я огляделся. Ни Тогота, ни Алекса видно не было, хотя я был уверен, они рядом. Что ж, приступим. Решительным шагом я вышел в коридор и зашагал по зеркальному полу.

– Интересно, где мы? И почему тут нет никакой колдовской защиты?

– Тут нет подходящих объектов, а аморф не в счет, – тут же отозвался Тогот. – А насчет расположения этого лекционного заведения… Ты слышал о Сколково?

– Инновации и всякое-такое?

– Ага?

Забавно. Я подошел и выглянул в одно из окон. Возле гигантского здания, в котором я находился, шла полоса отчуждения – дар стройки: разбитая в грязь дорога, груды бетонных плит, щебня и прочего строительного мусора.

– Узнаю брата Васю… – насмешливо протянул я.

– Ты меньше по сторонам глазей, – ментально фыркнул Тогот. – Чем быстрее сработаете, тем больше шансов, что уйдете без приключений.

– Кстати… Ну, пристрелим мы этого козла, а потом куда?

– На кудыкину гору, тоже мне теоретик! Двигай давай.

Мы с Иванычем подошли к двери аудитории с цифрой 53 на золоченой пластинке. На мгновение я взглянул на напарника. Да… выглядели мы как отъявленные бандиты-террористы. Как говорится: мечта Бен Ладена. В грязных камуфляжах, в кепках «а-ля Фидель».

– Пошли? – спросил Иванович, взяв огнемет наизготовку.

– На счет три, – я перещелкнул затвор армейского дробовика. – Раз… Два… Три.

И с разворота, пинком, как учили, треснул ногой в дверь. Несмотря на внешнюю красоту, дверь, как и любая новостройка в нашей стране, оказалась хлипкой. Точнее, сама-то дверь была крепкой, вот только закреплена фигово. Не скажу, что у меня удар ногой, как у скаковой лошади, однако эффект от этого удара превзошел самые смелые ожидания. Вместо того, чтобы открыться, распахнуться, проломиться, дверь вместе с косяком обрушилась внутрь аудитории, подняв облако штукатурки. Практически ничего не видя, мы ворвались в помещение, превратившись в двух белых призраков. Я не целясь пальнул в сторону кафедры и темной доски в противоположном конце помещения. Кто-то пронзительно взвыл, после этого в потолок ударила струя огня, и Иваныч нечеловеческим голосом заорал:

– Всем сидеть, суки! Поджарю.

С трудом ориентируясь в белом облаке, я помчался вперед между столами, за которыми восседали прилежные ученички в одинаковых деловых костюмах. Кто-то попытался подставить мне ножку, но не рассчитал. Он не знал о том, как действует защитное заклятие. Я не споткнулся о выставленную в проход ногу, а пробежал, сломав препятствие, и на бегу с разворота добавил герою по лицу прикладом. Теперь полугодичное лечение бойцу обеспечено. Что ж, полез жопой на амбразуру, но не заткнул.

Еще несколько шагов, и я буквально налетел на стройную лекторшу – материальное воплощение идеальной женщины. Длинные белые волосы, ангельское личико с ресницами, больше напоминающими крылья бабочки, и с пухлыми, зовущими губами. В первый момент я даже опешил. Замер, уставившись на лекторшу, как баран на новые ворота. Только вот она не растерялась. Врезала мне между ног. Удар я почувствовал, а вот боль нет, потому как защитное заклинание – оно и в Африке защитное заклинание, и если трассированные пули его не берут, то уж какая-то дамочка… нет, не дамочка, аморф в образе дамочки, не пробьет и подавно.

Придя в себя, я врезал прикладом по ангельскому личику. На мгновение передо мной промелькнула картинка извивающегося аморфа, которого я заловил в магазине Мясника, и я добавил прикладом. Аудитория у меня за спиной взвыла. Даже если они и знали, что с их лекторшей что-то не так, вряд ли они видели аморфа в его истинном облике. Да и каков его истинный облик?

Однако, в отличие от курсантов колдовской школы ФСБ или как там правильно называлось это заведение, я отлично представлял, кто передо мной, поэтому, шагнув вперед, приставил дуло дробовика к прекрасному личику и спустил курок. Краем глаза я заметил, как несколько героев метнулось со своих мест, чтобы то ли остановить, то ли отомстить террористам. Я шагнул в сторону, уступая место Иванычу.

– Жги гада.

Аморфа не так-то просто уничтожить, и то, что я снес полголовы созданию, облик которого в данный момент приняла эта тварь, ни о чем не говорило. Как и в ужастике Карпентера, их нужно было выжигать с корнем. Но это все лирика. А в тот момент…

В тот момент я действовал чисто интуитивно. Вскинув дробовик, я несколько раз выстрелил, отшвырнув назад ближайших нападавших. Всего в аудитории было около ста человек, и, судя по всему, схватка должна была перерасти в страшную бойню, потому как нас им все равно было бы не взять, но крови пролилось бы достаточно, если бы…

Неожиданно от двери в наши сторону протянулось десять прутьев. Черные как сама ночь, они шли от двери к нам, образуя некий коридор, отделяющий меня и Иваныча от остальной аудитории. Да и не прутья это были вовсе, а сгустки тьмы, однако ни одно материальное тело не могло преодолеть их. Я поднял голову. В дверном проеме, широко расставив руки, стоял Алекс, и эти темные прутья – потоки тьмы – исходили из кончиков его пальцев. Как говорится, вампир в действии.

– Пошли! – дернул я за рукав Иваныча, который заканчивал обрабатывать огнем бесформенный кусок прожаренной плоти, которая еще недавно была самой очаровательной девушкой в мире. – Пошли, нам пора!

И мы помчались назад. Дело сделано, пора и честь знать.

Когда мы оказались возле Алекса, он отступил вместе с нами, перегородив выход тенями-прутьями.

– Куда теперь?

– К ближайшему окну.

Я глянул: так и есть. В ближайшей оконной ране стекла не было. Вместо него на длинных костылях было закреплено два каната.

– Вперед и вниз!

Мы метнулись к окну. Одновременно в дальнем конце коридора послышались шаги. Естественно, охрана услышала шум, который мы подняли, и рванулась на выручку. Иваныч сменил огнемет на калаш, резко развернулся и дал очередь, заставив охранников залечь. Я подскочил к окну, схватился за веревку и скользнул вниз.

Иваныч отставал от меня разве что на полметра. Несколько секунд, и мы уже были на земле. Там нас ждал Тогот.

– Все в порядке?

– Выжгли, как клопа на сковороде, – доложился Иваныч, будто Тогот сам не знал.

– Тогда пожалуйте сюда, – Тогот сделал знак, и я увидел любимую пентаграмму, заботливо выведенную демоном на асфальте. Нет, все-таки Тогот может, когда хочет. Вот только хотелось бы ему почаще.

– А как же Алекс? – тормознул Иваныч, бросив взгляд наверх.

– О нем не беспокойтесь, посильнее вас будет, а вот если вы не поспешите, то сейчас из окон начнут стрелять.

И в самом деле из пустой раны высунулось несколько голов, и через мгновение на то место, где мы только что стояли, обрушился град пуль. И хоть пули особого вреда причинить нам не могли, лучше было не рисковать…

* * *

Со вторым аморфом вышло много проще. Тогот разобрался с ним самолично.

Когда бронированный «Мерседес» с этой тварью и одним высокопоставленным чиновником выскользнул из Москвы, на пути его, посреди пустынного в этот час скоростного подмосковного шоссе, возник странный человечек с непропорционально большим гранатометом на плече. Пиф-паф-ой-ой-ой! Только умер не зайчик, а аморф вместе с водителем и чиновником, потому как автомобиль превратился в огненный шар.

* * *

А вот с третьим все получилось не так здорово. Он постоянно находился на «хорошо охраняемом объекте». Там, как и на базе, и колдовская защита была, и охрана хорошая. Да к тому же сам объект располагался посреди жилого квартала. Когда-то, во времена советской власти, это был торговый центр – несколько магазинов, химчистка и прочие бытовые услуги, и даже маленький кинотеатр на пару сотен мест.

Однако во времена перестройки центр был выкуплен, и теперь тут располагался игорный клуб для высших городских чиновников, элитная сауна с девочками и еще пара заведений закрытого типа. Сам центр был отгорожен от всего мира высоким забором с колючей проволокой и защитными заклинаниями, которые порой покрепче иного забора будут.

Поэтому пришлось обойтись без любимых туалетных материализаций. Появились мы в обычной парадной одного из соседских домов. Правда, возле загаженного мусоропровода – Тогот своего не упустит.