– Зачем вырубать? – начал было очкарик. – Если попросите, я глаза и так закрою.

– Нет уж. Доверяй, но проверяй. Не хочу, чтобы ко мне нагрянули незваные гости.

Бам! И голова очкарика безвольно поникла.

Мы оттащили его до транспортной пентаграммы, потом перекинули к офису Яблонского, усадили на скамеечку.

После этого аморф, приняв вид добропорядочного гражданина, поплелся за мной в ближайший ресторанчик. Заказав отдельный кабинет, я приказал накрыть на троих. Тогот ведь как всегда был рядом, хоть и незрим. Сухое красное грело мне душу, хотя говорить ни о чем не хотелось. К телячьим отбивным я заказал бутылочку коньячка. Градус пошел вверх. Хотя надо отдать должное повару, несмотря на то, что забегаловка выглядела третьесортной, мясо было отменно приготовлено, а подливка из шампиньонов – просто пальчики оближешь. Тоготу кухня тоже понравилась.

Неожиданно занавески кабинета распахнулись, и на пороге появился Викториан. Выглядел он усталым, словно разом состарился лет на тридцать. Медленным шагом, ничего не говоря, он прошел к нашему столу, присел, налил себе полный бокал коньяку и выпил его залпом.

– Валентину арестовали, – наконец выдавил он.

– Как такое возможно?

– Ну, скажем… она позволила себя арестовать. Сейчас она находится под домашним арестом в спецособняке ФСБ за городом.

– И?

– Когда за ней пришли, она не стала сопротивляться. Я поговорил с ней. Она ничего им не сказала, но, похоже, они многое о нас знают.

– Они?

– Люди правительства и иноземцы. Они работают вместе. Единственное, что нас пока спасает, так это слишком малый процент пришельцев в обществе. Как только он достигнет пятидесяти процентов, их магия начнет работать, и тогда…

– Тогда конец, – протянул невидимый Тогот. – Не берусь предсказать, чем все это кончится, но ничего хорошего не предвидится…

– Но есть и хорошая новость, – тут Викториан сделал глубокомысленную паузу. – Зато Зеленый Лик наконец выяснил, где находится Ключ, «повернув» который, можно закрыть разом все врата.

– Тогда нам надо поторопиться, – вздохнул я. – Чем быстрее мы прервем связь между мирами, тем меньше чудовищ будет в этой реальности.

– Да… – согласился Тогот. – Думаю, нам предстоит тяжелое дельце. Ключ находится на территории иного государства…

– Почему?

– А с какого чуда он должен быть в России? Придется побывать за кордоном. Как говаривал Чингисхан: «Люблю путешествовать – посещать новые города, знакомиться с новыми людьми».

– Но это сильно осложнит наше дело…

– Не думаю… Хуже, Иные не будут равнодушно смотреть на наши потуги…

– Еще бы. Но если наше мероприятие сорвется, последствия могут оказаться самыми неприятными…

Глава 9. Настоящее

Где, например, волшебный рожок,

Добрая фея куда улетела?

А? Э-х!.. Так-то, дружок,

В этом-то все и дело.

В. Высоцкий, «Песня Кэрролла»

Я замер, готовясь к схватке, глядя в глаза гигантской кошке. И вдруг, совершенно неожиданно, чудовище замерло, словно окаменело. Я же по-прежнему стоял, сжимая меч. Прошла минута, две…

– И что дальше? – поинтересовался я.

– Ты знаешь, по-моему, эти киски не совсем живые.

– Роботы?

– Автоматы… Попробуй подойди, только будь крайне осторожен. Возможны варианты…

Я осторожно шагнул вперед, вытянув руку, коснулся кончиком меча гигантской кошки, потом надавил, толкнул, и она, совершенно неожиданно, повалилась на бок и так и оставалась лежать с задранными вверх ногами.

Теперь можно было расслабиться, хотя меч далеко убирать не стоило. А лучше… Я сменил клинок на пистолет, нагнулся, приставил дуло к глазу твари и нажал на курок – контрольный выстрел в голову. Кошка дернула огромными лапами и замерла. Никаких «I come back».

И тут у меня за спиной завопила принцесса. Я резко крутанулся. Первая тварь, которая по всем законам природы должна быть мертва, медленно поднялась с земли. Из ее разрезанного живота вывалились розовые дымящиеся внутренности, а вот крови было не так уж много.

– Оригинальное создание, судя по всему, наполовину автомат, наполовину живое существо. Киборг. Творение высших технологий.

– Ты Ван Дамма не пересмотрел? – поинтересовался я, попытавшись потянуться за мечом.

Тварь, зарычав, припала к мордой к земле, готовясь к прыжку, и я понял, что не успею. В руках у меня был лишь пистолет – слабая зажита от гигантской механической кошки. Единственная надежда – так это на рефлексы тела Тзара. Я вскинул пистолет… тварь взвилась в воздух.

– Бах! Бах! Бах! – разорвали выстрелы тишину, гулким эхом отражаясь от стен зала.

Тварь, пролетев по воздуху, обрушилась на меня всем своим весом, сбила с ног, швырнула на землю, придавила, а я все еще жал на курок бесполезного пистолета, который, перестав стрелять, только щелкал бойком. Однако одна из пуль все же достала эту тварь, и хотя оба глаза чудовища были целы, оно лежало совершенно неподвижно. Несмотря на мою недюжинную силу, мне стоило огромных усилий сбросить с себя мертвую кошку.

– Ты цел? – наклонилась надо мной принцесса.

Я мрачно посмотрел на нее. В какой-то момент мне даже захотелось высказать ей все, что думаю, но я сдержался.

– Ты с помощью волшебства победил этих чудовищ?

Без комментариев. Нет, конечно, меня так и подмывало сказать ей все, что я думаю об этом мире, о ее образовании, об оракуле и обо всем остальном. И сдержался я не потому, что опасался чего-то или боялся оскорбить принцессу. Нет, соображение было совсем другим: «Азия, не поймут-с».

Встав и отряхнувшись, я в первую очередь перезарядил пистолет. Похоже, в этом походе он был для меня важнее, чем меч. После этого занялся поисками. Оракул, кем бы он там ни был, располагался явно не в этом «зеленом» зале.

Темные комнаты, полные какого-то сгнившего барахла.

– Интересно, что здесь было раньше? – между делом поинтересовался я у своего покемона.

– Ну, проводя аналогии с нашим миром, холл бизнесцентра или гостиницы.

– Так ты считаешь?..

– Думаю, что мы внутри одного из гигантских зданий, которые, собственно, и образуют этот остров.

– Замечательно… Так что если я открою не ту дверь, тут все и затопит?

– Вполне возможно, – согласился Тогот. – Хотя я лично сомневаюсь. Думаю, те помещения, по которым мы сейчас бродим, достаточно надежно изолированы от внешнего мира. Сколько прошло лет, и до сих пор тут нет воды.

– Но ведь никто не строит водонепроницаемые небоскребы.

– Послушай, – обратился я к принцессе, осмотрев очередную пустую комнату без окон, без дверей, – а что еще про этого Оракула говорят ваши легенды?

Принцесса наградила меня таким взглядом, словно хотела на месте превратить в груду пепла. И тут ее понесло. Может, сказался избыток адреналина после встречи с кошками, а может, все ее недовольство мной копилось эти дни, но она шагнула вперед, задрала нос к потолку и начала:

– Безмозглый кретин! Теперь ты просишь меня рассказать, что я знаю. Урод, а не воин! Ты же сам виноват в том, что лишился надежного проводника. Ты же не захотел, чтобы я взяла с собой своих людей. А ведь один из них нес «Сказания об Оракуле» знаменитого философа…

– Слушай, по-моему, эта сука над тобой издевается.

– Да, с воспитанием у нее проблемы.

– И что с ней делать?

А принцессу несло. Вместо того, чтобы быстренько в трех словах рассказать о том, что ей известно, она начала читать мне лекцию о недальновидности воинов и о глупости мужчин как таковых…

– Припугни!

– Ты же знаешь, я женщин не бью.

– …с восемнадцати лет, – добавил Покемон голосом Владимира Семеновича. – Ты не бей, а так… отшлепай. А то у нее сейчас истерика начнется.

Я сжал зубы, а принцесса все еще продолжала. Куда делась ее ледяная невозмутимость? Она вся пылала от ненависти, ненависти ко мне и, судя по ее словам, ко всему роду мужскому. Причем говорила она, состроив такую высокопарную мину, словно я был неким насекомым, покусившимся на основы мироздания.

– …Так вот, когда ты запретил мне брать с собой то, что необходимо иметь в пути каждой благородной женщине, ты поступил как истинный варвар, как настоящий дикарь…

Что ж, скорее всего, Тогот был прав. Что бы там я ни обещал этой дамочке, но выслушивать пароноидальные истерики не подписывался. Выбросив вперед правую руку, я влепил Янине пощечину. Получился звонкий, гулкий, словно удар колокола, звук. Принцесса замолчала на полуслове, и пока ее щека наливалась малиновым, медленно выдавила:

– Что это было?

– Дубль номер два, для лучшей усвояемости урока и закрепления пройденного материала, – посоветовал Тогот.

Я повторил с другой руки по другой щеке, и вышло не менее звонко.

– А если не очень понятно, то в следующий раз пойдешь в сортир к Ихтиандру объясняться, – добавил я. Не знаю, что из моих слов поняла принцесса, но, похоже, моя речь ее одухотворила. Она стояла и лишь беззвучно открывала рот, как рыба, выброшенная из воды. В какой-то момент мне даже стало жаль ее, а с другой стороны – это не мой мир, и что бы тут ни случилось, меня лично это не должно было особо волновать.

– Что это было? – наконец выдавила Янина.

– Оздоровительный массаж.

– Никогда больше так не делай, – пролепетала она.

– Это желание?

– Нет.

– Тогда не могу ничего обещать.

Я продолжил осмотр, методически вырубая мечом заросли по периметру комнаты, пока, наконец, не наткнулся на двойную раздвижную дверь.

– Еще один лифт?

– Все может быть, – согласился Тогот. – Поищи какие-нибудь кнопки.

Я провозился минут десять, зато теперь был совершенно уверен, что никаких кнопок на стене рядом с раздвижными дверями не было.

– Что теперь?

– Ну, силушкой ты не обделен. Пора поиграть в Илью Муромца.

Я подошел и, навалившись, впился пальцами в стык металла, попытался раздвинуть двери. Сначала у меня ничего не получалось, а потом, когда я нашел правильный угол приложения сил, двери со скрипом пошли в стороны, и передо мной открылась бездонная черная шахта. Потолок я видел, а вот пола не было. Правда, был один плюс: с потолка вниз протянулось с десяток тонких, но на вид достаточно прочных канатов.

– Шахта лифта, – констатировал Тогот.

– А сам бы я не догадался, – ухмыльнулся я. – Только вот лезть туда мне неохота.

– Варианты?

– Сбросить туда принцессу, и дело с концом. Ведь мне-то оракул не нужен. Это ее фантазии…

– Не говори ерунды, Артурчик, ты никогда этого не сделаешь.

– Я – нет. А вот варвар Тзар!..

– Расслабься.

Да, Тогот был прав: Стенька Разин из меня, наверное, не вышел бы. Впрочем, никогда не поздно попробовать. И я вернулся к принцессе.

Она же все еще никак не могла прийти в себя от моих пощечин. Стояла, глотая ртом воздух.

– Ты лазить по канатам умеешь?

Никакого ответа.

– Алло, кто-то есть дома?

Нет, похоже, так мне ее было не расшевелить, а ждать, пока она придет в себя и снова превратится в снежную королеву, времени не было. Чем дольше я находился в этом мире, тем меньше он мне нравился, а посему я стал действовать быстро и решительно. Перво-наперво я сорвал с принцессы тунику. Ох, как она заверещала. Закрыла грудь руками и завопила так, что, наверное, даже на берегу острова слышно было. Но я на ее вопли не обратил никакого внимания. Конечно, она, наверное, вообразила, что я собираюсь надругаться над ее божественным телом, но что бы она там ни фантазировала на этот счет, она сильно просчиталась. Вместо того, чтобы заняться любовными утехами, я разодрал ее тунику на тонкие полосы, потом скрутил ее запястья, после чего, пока она непонимающе хлопала глазами, проскользнул шеей в кольцо, образованное ее руками. После чего развернул ее так, что она оказалась у меня за спиной, и, пока она не сообразила, что я собираюсь делать, поймал ее ноги и связал щиколотки у себя на животе. Получилось так, что она превратилась в живой рюкзак. И теперь мне предстояло спуститься в шахту лифта с этим рюкзаком за спиной.

Неожиданно принцесса пришла в себя, задергалась.

– Что ты делаешь?..

Но я оборвал все разговоры, крепко врезав ей под ребра локтем.

– Держись крепко, сиди спокойно, иначе… – Я не договорил, выдержав многозначительную паузу, и, как только ерзанье за спиной прекратилось, широким шагом подошел к бездонной шахте лифта. На мгновение я замешкался на краю, обмотав свои руки остатками туники принцессы. Я чувствовал за спиной ее теплое тело, чувствовал прижавшуюся ко мне тяжелую грудь, и в другой раз… Да, все это было бы в другой раз, в другой реальности, на другой планете, в другом теле, а сейчас… Сейчас, сделав быстрый шаг вперед, я прыгнул в бездонную тьму и, вытянув руки, ухватился за канаты, а потом, раскачиваясь, повис над бездной. Принцесса завопила. Мне показалось, что в этот раз у нее получилось даже громче, чем когда я ей дал пощечину. А может, все дело в том, что в этот раз она орала мне прямо в ухо. Однако криком делу не поможешь.

Я повисел над бездной несколько минут, а потом, обвив один из канатов вокруг правой ноги для дополнительной страховки, начал медленно спускаться.

Я, словно робот, переставлял руки, думая лишь о том, сколько еще ползти вниз. Принцесса хоть и была легкой, как пушинка, все равно килограммов сорок пять весила. А ведь это вес мешка картошки. Никогда не пробовали лазить по канату с мешком картошки за спиной? Даже стальные мускулы Тзара долго такой нагрузки не выдержали бы. Так что самым насущным вопросом для меня в этот момент стала глубина шахты. Однако сколько я ни вглядывался, а ряд фонарей, вделанных в стену, уходил в бесконечность. Эти фонари давали тусклый свет, в лучах которого с трудом можно было что-то рассмотреть, да и горели далеко не все лампы.