Спросил король: «А есть сукно

В твоей казне, стрелок?» —

«Милорд, я двадцать человек

В него одеть бы мог!»

Тогда промолвил государь:

«Мой друг, уважь-ка нас —

Дай нам зеленые плащи

Заместо этих ряс».

Ответил Робин: «Знаю я,

Щедра твоя рука.

Одену я тебя в сукно,

А ты меня в шелка».

Смеясь, король зеленый плащ

Набросил на плеча —

Стал капюшон ему венцом,

И лук — взамен меча.

Травы весенней зеленей

Плащ линкольнский на нем.

Король воскликнул: «В Ноттингем

Немедленно идем!»

И гости, луки прихватив,

Шагают вдоль реки

Тропой широкой в Ноттингем,

Как вольные стрелки.

Бок о бок — Робин и король —

Им весело идти.

И для забавы оба в цель

Стреляют по пути.

Но лучше Робина, ей-ей,

Не отыскать стрелков,

И снес за промахи король

Немало тумаков.

Король сказал: «Клянусь крестом,

Суров обычай ваш.

Тягаться думал я с тобой,

Но это, право, блажь!»

На стенах люди, стар и мал,

Испуганно глядят:

Из леса воинство идет,

В плащах, за рядом ряд.

И слух пошел: король погиб,

А смелый Робин Гуд

Ведет на штурм своих людей,

И всех они убьют.

Со страха жители тотчас

Пустились наутек.

Старухи, от роду сто лет,

Бежали со всех ног!

Король смеялся от души:

«Открыться, друг, пора!»

Его увидели живым,

И грянуло «ура».

Тут был и мясом, и вином

Уставлен длинный стол.

Со всем почтеньем к королю

Сэр Ричард подошел.

Король вернул ему удел

И всё навек простил,

И Робин Гуд его за то

Стократ благодарил.

Жил Робин долго при дворе —

Почти что целый год,

Имел и кров над головой,

И неплохой доход.

Любой барон и даже граф —

Все, сколько их ни есть, —

Стрелка лесного угостить

Почли б теперь за честь.

С ним оставались при дворе

Лишь Биль да храбрый Джон.

Но грусть взяла его друзей,

Затосковал и он.

И, раз увидев, как юнцы

Стреляют в тонкий прут,

«Мне счастья в Лондоне не знать!» —

Воскликнул Робин Гуд. —

Я прежде вольным был стрелком,

Известным всем вокруг.

Кто потягаться мог со мной,

Когда я брал свой лук?

Напрасно, — молвил Робин Гуд, —

Я прибыл ко двору,

И коль промедлю хоть денек,

То от тоски умру».

Явился Робин к королю:

«Служил исправно я.

Позволь, милорд, мне повидать

Родимые края.

В честь мироносицы святой

Есть в Бернисдейле храм[36].

Его люблю я, но, увы,

Давно я не был там.

Семь дней я маялся душой,

Не проглотил куска,

Не спал, молился — извела

Вконец меня тоска.

Хочу сходить я в Бернисдейл

Душою отдохнуть.

Я, пеш и бос, как пилигрим,

Готов пуститься в путь».

«Иди, — сказал ему король, —

Верни душе покой.

Семь дней даю и жду назад —

Спеши, стрелок лихой».

«Спасибо!» — йомен отвечал

И в тот же день исчез.

Так Робин Гуд от короля

Сбежал в зеленый лес!

Пришел он рано поутру

В зеленый свой удел.

Светило солнце в небесах,

И жаворонок пел.

«Ох, сколько дней прошло с тех пор,

Как я ушел отсель.

Давно уж меткою стрелой

Не поражал я цель!»

Убив оленя, затрубил

Он в рог в тиши лесов,

И все веселые стрелки

Узнали этот зов.

Недолго ждет своих друзей

Отчаянный стрелок:

Семь дюжин смелых молодцов

Несутся со всех ног.

И слышен смех, и голоса

Звучат и там и тут:

«Добро пожаловать домой,

Отважный Робин Гуд!»

Стрелок прожил немало лет,

И я, признаться, рад,

Что он не променял свой плащ

На городской наряд.

Он жил бы дольше, никому

Не причиняя зла,

Да аббатиса, на беду,

Ему роднёй была[37].

У аббатисы был дружок,

Сэр Роджер, ловкий плут[38].

Пусть черти их обоих в ад

Живьем уволокут!

Они отважного стрелка

Хотели погубить

И вот, собравшись как-то раз,

Придумали, как быть.

Сказал однажды Робин Гуд:

«Я захворал, друзья,

Мне нынче нужно кровь пустить —

В Кирклейс[39] поеду я!»

Сэр Роджер был весьма хитер,

И аббатиса тож.

Сгубили славного стрелка

Предательство и ложь.

Господь да сжалится над ним

За все его дела,

Ведь был он добрый человек,

Не делал людям зла.